Эксперимент: Жизнь в роли

Ночью Ло совсем не спалось. То ли из-за новых жильцов в доме, то ли ещё по какой причине — сон не шёл ни в один глаз. Поэтому он решил сесть и довязать шарф, который в будущем должен был стать подарком для Джона. Всё же его и правда стоило закончить: начать начал, а вот довести до конца всё никак не выходило. Самое время уделить это ночи — днём он постоянно не успевал заняться чем-то своим. Поначалу его спутницей этой ночью была густая Александра, но она быстро устала и, свернувшись калачиком, уснула, оставив героя в гордом одиночестве. «Интересно, как там Джонни? Наверное, тоже уже приехал… Поскорее бы встретиться. Столько всего хочется ему рассказать… уверен, и у него тоже много нового», — тихо хихикал он, орудуя спицами. «Клер… Интересно, как она там? С того момента, как я вернулся на своё законное место, от неё было только одно письмо… Надеюсь, с ней всё в порядке». За дверью послышался скрип половиц — и она будто бы приоткрылась сильнее. Или показалось? Вроде бы там мелькнул какой-то силуэт. Может, кто-то из гостей вышел в туалет или попить воды. В любом случае, сейчас, в эту секунду, не стоило волноваться. Пока можно просто жить. Налаживать жизнь. До того, как начнётся настоящий кровопролитный спектакль — театр, построенный на костях и трупах самих же актёров… Бр-р-р… — Что-то аж мурашки по коже, — прошептал он, сглотнув, выронив спицы и обняв себя за плечи. Он пытался отогнать эти мысли, но воображение, словно назло, подсовывало всё худшие картины. Смерти. Знакомых у него в симуляции было ещё не так много, но… даже гибель малознакомых вызывала внутри приступ паники. Неважно чья — сама мысль о кончине ломала дыхание. Грудь сжало. Пальцы задрожали. Мёртвое тело графини, посиневшие губы, яд. Это наверняка приведёт к падению всего графства. Утопленный Чед. Умирать без кислорода — страшно… больно… Обезглавленный Карл. За что? Он же казался хорошим парнем… Пропавший без вести ворчливый Дилан. А ведь он только недавно вернулся… А потом… Джон. Его дорогой друг. Пистолет у виска. Спущенный курок. — Боже… нет… — Ло резко отпустил себя и вцепился пальцами в волосы, с силой оттягивая их, пытаясь перебить мысль физической болью. —" Не об этом… не об этом я должен думать! Не надо! Забудь! Забудь! Забудь!" Из груди вырвался рваный вдох. Потом ещё один. И ещё. Глаза заметались по комнате. Тело начало мелко дрожать, зрение поплыло. Где-то рядом что-то пошевелилось. Но он не обратил внимания. А надо было. Пернатая подруга проснулась, издав тревожный звук. Заметив странное поведение хозяина, она начала щёлкать его ногу, свешенную с кровати. Реакции не было. Тогда она клюнула сильнее. Потом ещё. Бесполезно. Ло сидел, уставившись в пол пустыми глазами, тяжело и часто дыша, словно задыхаясь, и всё сильнее дёргал пряди волос. Со лба стекал пот. Даже страшно представить, что сейчас творилось у него в голове. Паническая атака. Застала в самый неожиданный момент — среди спиц, почти довязанного шарфа и тишины. Нужно было что-то делать… Обычно в таких ситуациях следовало бы подойти, заговорить спокойным голосом, показать, как правильно дышать, взять паникующего за руку… Но как это сделать, когда ты буквально гусь? Значит, нужно придумать что-то другое. Кажется, напоминание о необходимости что-то сделать иногда заставляет мозг переключиться с внутренней катастрофы на внешнюю задачу. Теоретически — могло сработать. Вопрос только — на что? Птица резко вскинула голову и метнулась к приоткрытой двери, оставляя Уильяма один на один с кошмаром в собственной голове. Несмотря на все попытки остановиться, сознание продолжало рисовать безумные картины — уже не только из Хэнфорда. Туда вплетались люди из лаборатории, учёные… кажется, Джон когда-то так их называл. Или это говорил не он? Неважно. Фантазия превращалась в бойню. Разорванная в клочья Александра. Та добрая девушка, которую он уже плохо помнил. Клер с пробитым насквозь животом. Тот странный, жутковатый мужчина, которого все считали главным, — теперь безвольно раскинувшийся на полу, как тряпичная кукла, с продырявленной головой. Даже уборщики, которых он видел лишь мельком, но почему-то запомнил их лица. Это было… слишком реально. А весь остальной мир — наоборот. Плоским. Ненастоящим. Словно его тело вот-вот физически перенесётся туда, где блуждают эти проклятые мысли. И тут раздался резкий, пронзительный стук. Как будто тарелкой ударили об пол. Следом — возмущённые гусиные крики и болезненные щипки, но уже не за ноги, а за костяшки пальцев. Почувствовав, что на неё наконец обратили внимание, гусыня демонстративно спрыгнула с матраса и начала стучать лапой по тарелке, словно возмущённо заявляя: «Чего не кормишь, горе-хозяин?» В обычной ситуации он бы, наверное, рассмеялся. Но сейчас сил на это не было. После паники пришло другое. Тишина. Нет… не тишина. Пустота. Голова вдруг стала слишком чистой. Слишком. Зато тело напоминало о случившемся. Сердце всё ещё бешено колотилось. Лицо было влажным. Глаза жгло и странно тянуло. Дышать стало легче — но всё равно не так, как раньше. Он сжал зубы и резко дал себе пощёчину. "Соберись, тряпка…"— хрипло выдохнул он. — "Не будь нюней. Иначе… иначе это повторится." Глоток воздуха дался с трудом. Ло снова посмотрел на птицу, застывшую рядом. «Больше работать — меньше думать. Сколько там уже? Почти утро? Вот и пора хозяйством заняться. И ужин для ребят приготовить тоже нужно успеть…» Без прежнего энтузиазма, тяжело, он поднялся с кровати, машинально потрепал гусыню по голове — и та даже не сопротивлялась — и пошёл переодеваться. Уже на полпути вспомнил, что сначала стоит привести себя в порядок. С этим он справился быстро. А потом — ко второй части «графика». Покормить животных. Выпустить по загонам. На удивление, сегодня он управился с этим быстрее обычного. Дальше по плану шла прополка грядок, но они были ухожены ещё вчера и позавчера. Слишком часто этого делать не стоило — можно ведь вырвать не только сорняки, но и рассаду. Да и заливать всё водой без меры — тоже плохая идея… Что ж, остаётся только приготовить ужин… Хотя нет — ещё и спланировать, как провести экскурсию по ферме для рабочих. Вчера он об этом как-то благополучно забыл. Нужно исправляться. Но сначала всё-таки ужин. А план можно обдумывать параллельно с готовкой — если как следует напрячь мозги. «Так… что бы приготовить?..» — размышлял он, перебирая в памяти вчерашний день и стараясь уловить вкусы новых знакомых. «Дилан вроде с аппетитом ел тартар. И Чед тоже… Хотя… нет-нет. Карл, кажется, вегетарианец? Или мне показалось? Наверное, стоит потом спросить. А пока…» — Пока стоит приготовить что-то нейтральное… — пробормотал он себе под нос, завязывая волосы в пучок, чтобы те не лезли в глаза и не падали в еду. Нейтральными, пожалуй, можно было назвать драники. Сметана в холодильнике была, оставалось только их приготовить. И, возможно, сделать пюре. Отбивные он даже рассматривать не стал. Слишком велик риск, что кто-то из тех, для кого готовится ужин, окажется не в лучшем расположении духа. Да и будить дом стуком молотка по мясу совсем не хотелось. Пока он готовил, его собственный желудок напоминал о себе глухим урчанием — с утра он так ничего и не ел. Тогда в него просто ничего бы не полезло: состояние было не то. Даже гусыня, которая теперь сидела на кухне и безотрывно пялилась на него, время от времени пыталась потянуть его за штанину, настойчиво намекая на путь к еде, но он не обращал внимания. Сейчас же урчание становилось всё заметнее. Поесть хотелось — но вместе со всеми. Обжаривая тонкие картофельные «блинчики», фермер пытался параллельно продумать маршрут по территории: что показать, в каком порядке, как не надоесть и ничего важного не упустить. Он так углубился в мысли, что не сразу заметил скрип половиц. Обернувшись, Ло увидел в дверях двух парней. Карла и Чеда. Похоже, пухленький проснулся первым и разбудил рыжего. Тот выглядел сонным и то и дело тёр глаза. — Доброго вам утра,— он натянул на себя мягкую, бодрую улыбку. — Д-доброго утра, Лололошка, — ответил работник по растениям. — Утро, начальник, — протянул Чед, зевая. Птица, на которую чуть не наступили, недовольно подала голос. — О, и тебе привет, красавица! — тот попытался протянуть к ней руку. Но гусыня, даже не пытаясь цапнуть, поспешно спряталась за ногами парня в шарфе. — Ох, похоже, она сегодня не в настроении, — хмыкнул Лололошка, перекладывая уже поджаренные драники в миску. — Но ничего. Оно ещё поднимется. А вы как? Хорошо спалось? — Я спал как младенец, — чуть расслабившись, хихикнул пухляш, а затем, почесав затылок, добавил: — Тут на ферме словно аура такая… убаюкивающая. — Ага. Полностью согласен, — кивнул рыжий. — Рад за вас, — коротко отозвался хозяин дома. — А как там молодой граф? Он всё ещё спит? — Д-да… наверное, — неуверенно произнёс Карл, неловко усаживаясь на стул. — Так что же это получается? Он пропустит ужин? Или придётся есть холодное, — с недовольством пробубнил Чед, стоя в дверях. — Ничего страшного. Как проснётся — я приготовлю ему что-то отдельное, — попытался разрядить обстановку Ло. — Нет уж! Это неуважение к хозяину дома! — вспыхнул работник по животным. — Тем более мы все легли довольно рано. Я слышал от графини Дженны, что графы из семьи де Чармс считают дурным тоном доставлять неудобства в чужом доме. Он отвёл взгляд, затем после пары секунд неловкого молчания резко вскинул голову: — Я сейчас же разбужу графа. Прошу, подождите нас здесь. — Чед, не надо… — нервно попытался остановить его Карл. — Не стоит, правда, — спокойно вставил Лололошка. — Я не считаю это оскорблением. Пусть выспится. Но, похоже, его уже не слышали. По полу быстро зашлёпали босые пятки. Звук стремительно удалялся по коридору — к комнате программиста. Когда парень попытался распахнуть дверь, та не поддалась. Кто-то явно предусмотрительно закрыл её изнутри. Пришлось стучать. Громко. И звать. Что, разумеется, услышал Дилан, который, между прочим, всего пару часов назад только заснул. Нет, ну он, конечно, автоматон… но эти-то этого не знают. Эти жестянки, идущие по сценарию, даже не подозревают, что сами не люди. И это почему-то не мешает им будить «человека» ни свет ни заря. А вдруг он плохо спал? Или ему нездоровится? А тут ещё и в дверь ломятся. В сколько там — шесть, мать его, часов утра. В лаборатории его позже поднимали, чем здесь. — Мо-ло-дой гос-по-ди-и-ин! — протянул знакомый со вчерашнего дня голос из-за двери. — Пора вставать. Иначе вы пропустите еду. Это ведь будет неуважением к Лололошке. Будьте добры, покиньте свою башню и спуститесь к нам. «Покинуть свою башню? Серьёзно? Он меня с принцессой сравнил, что ли?» — фыркнул брюнет, закатив глаза, но всё же приподнявшись на локтях. «Хотя… ради еды на халяву. Да ещё и, возможно, тартара…» — Сейчас. Только в дверь не долби! — недовольно крикнул он. На кухню Дилан вошёл уже полностью приведённым в порядок — что выглядело довольно иронично. Ведь «человек», шагавший рядом с ним, тот самый, кто его разбудил, выглядел куда более растрёпанным, в отличие от остальных двоих, уже находившихся в комнате. Карл был причёсан, одет и ждал их, сидя за столом. Лололошка уже вовсю хлопотал у плиты и возле стола — явно встал давно и был полон энергии. Увидев вошедших, оба обернулись, поздоровались и выжидающе посмотрели, пока те займут свои места. Н-да… зря всё-таки торопился де Чармс. Тартар так и не был обнаружен в поле зрения. Как, впрочем, и вообще что-либо мясное. Однако, стоило признать — несмотря на это, ужин оказался весьма… вкусным. Когда все поели, хозяин дома сам убрал со стола, помыл посуду и позвал работников на экскурсию. К ним мог присоединиться и Дилан, однако тот под предлогом желания осмотреть дом изнутри остался. Странный, конечно, выбор, по мнению Лололошки. Но кто он такой, чтобы осуждать? Правильно. Никто. Поэтому он не стал препятствовать, пожелал удачи (хотя сам толком не понял — в чём именно) и, забрав под руку своих помощников, повёл их осматривать ферму. Он старался объяснять всё как можно понятнее, разбавлял рассказ шутками, которые охотно подхватывал Чед, задавал вопросы, интересовался мнением ребят — будь то о теплице или о лучшем корме для животных. Нет, он вовсе не проверял их и не испытывал. Всё было куда проще. Он просто хотел подружиться. Но он знал их ещё слишком мало, чтобы говорить об их личных интересах. Оставалось отталкиваться от очевидного. И, кажется, всё шло хорошо. Даже очень. Он заметил, как нервный Карл почти перестал заикаться. Это означало, что тот понемногу расслаблялся рядом с ним. И это не могло не радовать. К тому же он действительно получал советы от более опытных людей — и, без сомнений, собирался использовать их в будущем. Эх… вот бы так же легко было и с господином Диланом. Просто подойти и заговорить о программировании казалось навязчивым и глупым. Он не хотел выглядеть тем, кто лезет без спроса. Но сейчас следовало сосредоточиться на этих двоих. Они уже шли вдоль грядок… хотя, можно ли сказать, что их было трое, если на самом деле — четверо? Гусыня молча следовала за ними. Лениво переставляла лапу за лапой, не отставая от хозяина, словно вовсе не знала усталости. Своими умными глазами она внимательно разглядывала двух идущих чуть позади — будто оценивала. — А ваша гусыня, я смотрю, будет не хуже сторожевого пса, — усмехнулся Чед. — Наверное, вы с ней уже и огонь и воду прошли. Раз она так за нами следит — чтоб, не дай бог, не навредили. — Да нет… — покачал головой Лололошка. — Она ещё моим родителям принадлежала. А я её по-настоящему только недавно увидел. Когда сюда приехал из… — он запнулся, но всё же ровно продолжил: — …с учёбы. Честно говоря, я сам ещё толком не успел тут обжиться. Простите, что не навёл уют до вашего приезда. Мой косяк. Дейвисон виновато отвёл взгляд, на секунду замедлив шаг. — Ох… так вы, можно сказать, здесь как и мы… — попытался пошутить Карл. Но, видимо, осознав, что фраза прозвучала грубовато, он тут же вскинул руки в защитном жесте и поспешно заговорил: — Я… я и-и-имел в виду, что з-здесь н-нет у-украшений, к-которые часто м-можно в-встретить н-на д-других фермах! Ой… В смысле — я не имел в виду, что тут плохо! Или что-то не так, или— — Всё в порядке, — мягко усмехнулся Лололошка, остановившись и повернувшись к ним лицом. — Я не принимаю такое близко к сердцу. К тому же ты сказал правду. Он чуть наклонил голову. — Но мне правда интересно: что ты видел на других фермах? — Кстати, да, — поддержал Чед, кивнув. — Тебя, как и меня, наверняка мотали по всем возможным уголкам на практике. А ты мне так ничего и не рассказал. — Да т-там и р-рассказывать особо н-нечего… — попытался отмахнуться Карл. Но три пары глаз — включая птичьи — смотрели на него с таким искренним интересом, что он всё-таки продолжил: — Нас в основном о-обучали… но… мне запомнилась ф-фраза одного ф-фермера. О-он говорил, что и-использует некоторые ц-цветы для у-улучшения почвы. М-мол, помогает о-овощам давать лучший у-урожай… и з-заодно создаёт красоту на ферме. — Цветы? — переспросил Лололошка. Идея неожиданно зацепила. «А ведь и правда… такие растения были бы весьма кстати. И красиво, и польза. Может, стоит попробовать?» — Карл, а ты не помнишь, какие именно это были цветы? Может, и мне стоит такие посадить. — М-много не вспомню… но, по-моему, б-бархатцы… или ф-фацелия… к-календула… — он задумчиво посмотрел вверх и почесал затылок. — В-вроде так. Но… вам всё же лучше спросить у ф-флористки в магазине. А то я могу и п-перепутать. — Карл, да у тебя отличная память, не прибедняйся, — хлопнул его по плечу Чед. — Но тут я согласен: лучше обратиться к специалистам. Они явно знают больше какого-то фермера. — И то верно, — кивнул Лололошка. — Только вот… я не видел в городе цветочного магазина. Хотя, если честно, я там и был-то не везде. — Е-если вам правда хочется туда п-пойти… я могу п-показать дорогу. При прошлом владельце я часто туда заходил. — Даже там новый владелец?! — широко распахнул глаза Чед. — Что-то в последние годы в Хэнфорде это зачастилось… — Эм… что ты имеешь в виду? — растерянно спросил Лололошка. — Когда объявили, что появился злодей, — начал Чед, — некоторые начали объединяться в анонимные группировки в его честь. Что-то вроде сект. Он поморщился. — Идеи у них были разные, но всех объединяло одно: они считали, что злодей «очищает мир от грязи». Убивали неугодных, грабили и богатых, и бедных… Было даже нападение на графский дом. Графиня тогда была совсем ребёнком, лет двенадцать. Еле отбились… Много людей тогда полегло. Он на секунду замолчал. — После этого почти всё начало переходить в руки молодых. Как ваша ферма. Как больница — доктору Харрису. Как аптека — юной Таррис… «Доктору Харрису… Джон…» Имя ударило неожиданно остро. — Как вспомню те годы… — Карл опустил взгляд и медленно переплёл пальцы, — так до сих пор дрожь по телу идёт. «Возможно, если мы пойдём в город, то сможем встретиться с ним… Заодно и цветов куплю. И можно попросить ребят показать мне город получше», — кивнул своим мыслям Лололошка. «А вот что касается этих сект…» — А эти секты… они существуют до сих пор? — всё же задал он вопрос. — Н-ну, к-как сказать… — протянул Чед. — Оф-фициально их н-не обнаруживали, н-но кто его з-знает… М-может, где-то п-подпольно они всё ещё есть… — М-м… — задумчиво кивнул шатен, переваривая услышанное. Дальше мини-экскурсия пошла уже по привычному, спокойному сценарию. Напряжение будто ветром сдуло. Даже удалось узнать несколько любопытных фактов и взгляды новых работников на многие вещи. К тому же они втроём решили, что сегодня стоит сходить в город. Как оказалось, Чед, хоть и был в курсе почти всех событий, в самом городе бывал крайне редко — его семья жила бедно. Когда-то те самые группировки убили его отца — единственного кормильца, пусть и не самого лучшего. Карл же, наоборот, бывал там часто: сначала жил в городе, потом — уже после переезда — заезжал туда проездом. Кстати… Александра куда-то пропала. Может, убежала в сарай, заметив, что на неё не обращают внимания? Обиделась, наверное… Нужно будет потом насыпать ей зерна побольше и погладить по голове — может, простит. Но сейчас, как выразился Чед: — Нам предстоит побороть зверя куда страшнее этой птицы. Самого графа Дилана де Чармс. Собственной персоной. Так он прокомментировал идею взять с собой и программиста. И почему-то эти двое чересчур настойчиво твердили, что господин Дилан обязан пойти с ними в город. Эта их целеустремлённость даже начала пугать четырнадцатилетнего Лололошку. Но ни одна мышца на его лице не дрогнула — он всё так же держал спокойную, мягкую улыбку. — Наверное, юному графу и правда было бы интересно сходить в город. Я предложу… если он захочет, я буду не против его компании. Так он сказал тогда. И вот теперь, стоя прямо перед синеглазым брюнетом, Ло уже жалел об этом. На него смотрели так, будто он только что испортил человеку всю жизнь. Дилан цокнул и закатил глаза. Руки за спиной мелко задрожали. Сердце билось так, будто вот-вот вырвется из груди. Когда проищнесли слова: — Зачем мне, скажите на милость, тащиться туда, — пробормотал граф с ленивым, снисходительно-презрительным тоном, — если я могу остаться здесь и какое-то время наслаждаться одиночеством? «Опять глючит… Да как так-то? Ночью же не глючил. Или у него сбои по расписанию?» — пронеслось в голове Дилана, пока он краем глаза отмечал едва заметную дрожь рук собеседника за спиной. Всё остальное выглядело идеально. — В таком случае… простите, что потревожил вас, — тихо сказал парень и слегка поклонился. Голубой шарф в чёрную клетку мягко качнулся. Автоматон почему-то был уверен, что сегодня Ло наденет тот, что вязал ночью. Но… неважно. Он уже собирался уйти, но двое наблюдателей вмешались одновременно. — Г-граф де Чармс… однако вы должны быть там, — неожиданно твёрдо произнёс Карл. — Да, — подхватил Чед, скрестив руки на груди. — Это графство — такой же ваш дом, как и для вашей сестры Дженны. Вы должны его знать. А после приезда вы там ни разу и не были. На внутренем модуле системы что-то мелькнуло: 《♧ Обязательное задание: «Прогулка» ♧ Соратник героя должен знать своё графство, чтобы в любой момент суметь помочь герою. Автоматоны в округе будут подталкивать соратника к выполнению данного задания. ♧》 «Как же это прекрасно, чёрт его дери…» — раздражённо подумал неорганически созданный. «Теперь меня ещё и доставать будут, пока не выполню это грёбаное задание». — Ребята, — подал голос фермер своим спокойным, почти примиряющим тоном, поворачиваясь к работникам и выставляя перед собой «забагованные» руки в защитном жесте. — Если молодой господин не хочет, то не нужно его заставлять. Разве будет радость от того, что ему придётся идти туда против своего желания? «Вот это поворот…» — широко раскрыв глаза, уставился Дилан в затылок стоящего перед ним. «А глюкнутый-то идёт против сценария. Может, из-за богов? Жалко, конечно… но, похоже, придётся согласиться. А то эти двое не отстанут. Да и… мне и правда это понадобится в будущем. Для меня. Чтобы выжить. Не для героя». В это же время его дорогой «глюк», который буквально на одну ступеньку поднялся в его глазах, пытался вступиться за него, пока другая пара автоматонов с упрямством отрицала и настаивала на своём. — Я уверен, что, возможно, потом, когда господин будет менее уставшим или в настроении, он сам захочет всё посмотреть и изучить, — с уже слегка кривой улыбкой попытался остановить это Лололошка. — Нет. Граф де Чармс обязан знать своё графство, — упрямо повторил Чед. — Это для его же блага, господин Лололошка, — поддержал Карл. — Но… — попытался было снова вмешаться фермер, чьё имя Дилан даже начал прокручивать в памяти, но его перебили. — Да ладно тебе, Лололошка, — неожиданно спокойно сказал он и положил руку парню на голову, слегка растрепав волосы, мягко покачивая её из стороны в сторону. — Возможно, мне и вправду стоит сходить и осмотреться. Ха. Не зря он когда-то настоял, чтобы ему дали высокую модель, а не «полторашку», как в лаборатории. Теперь он мог вот так вот, даже мысленно, возвышаться над собеседниками. Хотя, глядя на застывшего, удивлённого шатена, который медленно повернул к нему голову, Дилан вынужден был признать: мордашка у того довольно умилительная. Наверняка над ней трудились не одни учёные девушки. Поняв, что молчит уже слишком долго, он тихо хмыкнул и легко хлопнул его по волосам. Те оказались подозрительно мягкими — совсем не такими, как у автоматонов, которых ему приходилось трогать раньше. — Только не думайте, что я за вами хвостиком ходить буду. До города — да, а дальше уж как-нибудь сам перекантуюсь, — своим привычным, ленивым тоном сообщил программист. Для бедного Лололошки всё это было… странно. И сама ситуация, и криповая настойчивость двух работников, и внезапная тактильность графа. «Что, чёрт возьми, происходит?..» Мысль вспыхнула — и тут же была отогнана. Он тряхнул головой, снова натянул на лицо мягкую улыбку. — Что ж, хорошо. Тогда мы подождём здесь, пока вы соберётесь. Он кивнул и вышел из комнаты, жестом уводя за собой двоих — на удивление покорно последовавших за ним, будто сама судьба уже решила всё за них. К удивлению Ло и его товарищей, ждать графа почти не пришлось. Единственное, что тот взял с собой, — телефон, небрежно бросив, что «там есть всё, что ему нужно». Уильям даже попытался завести на этом разговор. Дилан, пусть и закатив глаза, всё же начал объяснять, что это за устройство и как оно работает. Оказалось, довольно занятная штука: слово за слово — и он упомянул, что там есть ещё и «игры». Как ни странно, эта тема мгновенно зацепила синеглазого господина. Удивительно, но Дейвисон даже сумел договориться с ним, чтобы тот показал ему это — правда, за тар-тар. Хах… впрочем, не такая уж это большая цена за возможное улучшение отношения. И только после этого они наконец двинулись в город. Пешком. Чему програмист был явно недоволен. На полпути он устало заявил, что они могут спокойно бросить его прямо здесь — он не обидится. Похоже, вымотался он действительно сильно. На что герой вдруг предложил понести его на своей спине. Сначала тот отшучивался — мол, не поднимет, мал ещё, (про себя добавив, что у «глюка» могут и запчасти не выдержать), но, услышав «на слабо», всё же согласился. И проиграл. Его легко подняли — и тащили довольно долго. Фактически до самого города. Впрочем, уже у входа он предпочёл слезть и уйти в сторону, уточнив, во сколько они встретятся здесь снова. ~~~~~~•●▪︎■ Нет, вы не подумайте — Дилан не «переобувается». Но этот багонутый Лололошка… начинает ему немного нравиться. Ну, в том смысле, что им удобно пользоваться. И к тому же он не совсем следует сценарию. Такое де Чармс одобряет. Может быть, чисто теоретически, в будущем он и пожалеет, что привыкает к тому, что за него всё делают. Злодей же по-любому решит устранить единственного фермера в графстве — банальная стратегия. Так что плевать. Стоит забыть об этой идее. Кстати, об идеях. Кажется, здесь неподалёку был ресторанчик… по крайней мере, если верить карте в телефоне. Может, заказать что-нибудь вкусное? ~~~~~ •●▪︎■ В полдень Хэнфорд напоминал растревоженный улей. Зной застаивался между домами, заставляя воздух дрожать над капотами машин и крышами карет. Люди в строгих костюмах и рабочих комбинезонах сталкивались плечами, спеша по своим делам. Из распахнутых окон редакции доносился ритмичный стрёкот печатных машинок. Город буквально задыхался собственной энергией. Здесь никто не смотрел в лица прохожим — взгляды были прикованы к экранам телефонов, циферблатам часов, газетным полосам. В это время дня Хэнфорд не прощал медлительности, поглощая любого, кто не вписывался в его бешеный ритм. И в этот ритм шагали трое с фермы. Чед постоянно отставал, разглядывая архитектуру, вывески, лица людей, дома, витрины, товары… Похоже, его восхищало буквально всё. «Неужели и я выглядел так же, когда только сюда впервые пришёл?» — мысленно усмехнулся герой, наблюдая, как рыжий упрямо что-то выпытывает у Карла, а тот лишь со смешком отвечает. «Совсем как ребёнок… А вообще — в каком возрасте начинают быть взрослыми?» Он огляделся вокруг, будто пытаясь найти того самого человека, которого можно было бы назвать «взрослым». Эти двое? Ну-у… они ещё слишком мало знакомы. Им вроде бы около двадцати или чуть больше, но по поведению они скорее напоминали подростков, только-только выходящих из этой стадии — как в учебниках по психологии. Разглядывать прохожих тоже было бессмысленно. Он их не знал. А значит, и «оценивать» их взрослость не мог. Клер всегда говорила, что по внешности нельзя судить о людях. Точно. Клер. Она наблюдательна, умеет быстро анализировать происходящее и редко поддаётся панике — даже когда ситуация выходит далеко за рамки нормального. Выходит… она взрослая? Такими они и должны быть? Хм… Если задуматься, под это описание подходит и Джон. Он умный, расчётливый, с цепким взглядом, догадливый. Да, иногда он ведёт себя как ребёнок. «Ло, погладь меня по голове!» «Красавица, за помощь рыцарей обычно в щёку целуют!» И ещё сотня подобных глупостей. Но ведь это просто дурачество. Взрослые ведь тоже так делают? Вон, с Александрой Харрис он дурачился без остановки — а ведь она была очень умной и весёлой учёной. Значит, она точно была взрослой… Лололошка шёл по оживлённому тротуару, погружённый в мысли, как вдруг привычный гул города прорезал дробный, торопливый стук каблуков. Звук стремительно приближался. Он не успел обернуться, как в плечо врезалось что-то мягкое, но быстрое, заставив его пошатнуться. — Ой! Простите, пожалуйста! — прозвучал звонкий, запыхавшийся голос. Перед ним сидела упавшая незнакомка. Первое, что бросилось в глаза, — высокий каштановый хвост, который при резкой остановке перехлестнулся через плечо и теперь медленно покачивался за спиной. Девушка выглядела так, будто сошла со страниц журнала о деловой жизни: строгий тёмно-серый жилет с фиолетовой отделкой, засученные рукава белой рубашки, яркий фиолетовый галстук и плиссированная юбка того же цвета — образ одновременно официальный и дерзкий. Она вскинула на него взгляд, и герой встретился с её карими глазами. В них читалась не только растерянность, но и какая-то лихорадочная сосредоточенность. И даже в этой спешке была странно изящная деталь — маленькая синяя роза, аккуратно заколотая у основания хвоста. В руках незнакомка судорожно сжимала папку-планшет, из которой веером высыпались бумаги. — Да ничего… всё нормально, — быстро замахал руками Ло, но тут же шагнул ближе и протянул ей руку. — Вы в порядке? Она ухватилась за неё и поднялась, на ходу отряхиваясь. — Да. В полном, — кивнула она и тут же опустилась на корточки, пытаясь собрать бумаги в правильном порядке. Парень тоже наклонился, подбирая разлетевшиеся листы и подавая их кареглазой. Краем глаза он невольно зацепился за напечатанные строки. «ОПАСНОСТЬ ДЛЯ ХЭНФОРДА» У восточной стороны города было обнаружено большое скопление нечисти. Шакалы, скелеты, а также дикие звери, представляющие наименьшую опасность… Другой лист: ‐…мудрецы при церкви объявили о скором явлении злодея? — Да… — кивнула девушка, разглядывая мелкую нумерацию на листках в нижних углах. — О герое пока молчат. По крайней мере, официальные источники. Будем ждать первого злодеяния. И либо добрых людей… либо самого героя. — Оу… — Ло сглотнул и отвёл взгляд в сторону. — Ч-что ж… будем надеяться, что этого не произойдёт… На это она лишь покачала головой, прижимая уже собранные бумаги к груди. — Как бы ни хотелось, но это неизбежно… — затем она вдруг натянула улыбку. — Но что же мы всё о плохом? Может, лучше познакомимся? Меня зовут Ратарето Кейт. Можно просто Кейт. Приятно познакомиться. — Лололошка Уильям Дейвисон. Можно просто Ло. Тоже приятно, — мягко улыбнулся он, чуть наклонив голову. — Ты журналист? Ну… судя по бумагам. — Ха-ха, не угадал. Я редактор газеты «Теарт». Хотя, знаешь, твоя версия мне нравится больше, но увы… — она чуть усмехнулась. — А ты фермер, верно? Парень удивлённо распахнул глаза. — А? Как вы… — В газетах писали, что у Хэнфорда наконец появился фермер, и графиня больше не обязана унижаться перед другими графствами ради продовольствия. Твоё имя было на слуху ещё несколько дней назад, — спокойно пояснила кареглазая. — Что правда, то правда! — подхватил подошедший Чед, смеясь и держа в руках мороженое светло-зелёного цвета. — Даже у нас в деревне о вас говорили. Вы у нас тут, можно сказать, местный герой. В своём роде. — Д-да… удивлён, что вы этого не знали, — едва смеясь добавил Карл, неся в руках два рожка мороженого. Один он протянул Лололошке. Тот заметно смутился, но всё же принял. — С-спасибо… н-но… не стоило… — Да ладно вам, Лололошка. Вы ведь к нам так добры. Позвольте хоть угостить вас и Чеда, — пухленький парень повернул голову и заметил девушку. — Ох… это ваша подруга? Рад з-знакомству. Я Карл… — Я знаю, — хмыкнула она, прикрыв один глаз и указывая на него пальцем. — Вы один из рабочих фермы Хэнфорда. А второй, полагаю, Чед? Рада знакомству. — Ого… вы даже имена моих рабочих знаете… — Ло удивлённо моргнул, на секунду даже растерявшись. — Да вы, дамочка, прошаренная, я погляжу, — рассмеялся рыжий. — Это моя работа, — улыбнулась она. — Всё-таки редактор — это не просто тексты править, а ещё и… — Кейт вдруг оборвала себя и загадочно улыбнулась. — Ох! Что-то я заболталась с вами. А мне ведь ещё крупный заказ редактировать… приглашения на праздник в честь возвращения молодого графа. А я тут стою... — Праздник?.. — переспросил Уильям. — Ага! Пир на весь мир! — весело рассмеялась она. — Жаль, конечно, что пока не из вашей продукции. Её ещё нет… Но, говорят, в других графствах тоже есть достойные вещи. А сейчас — простите. Надеюсь, ещё увидимся. Но мне правда пора, я уже очень опаздываю. Пока-пока! Не дожидаясь ответа, девушка обогнула героя и вновь сорвалась на бег. Высокие коричневые сапоги со шнуровкой быстро застучали по мостовой. Лололошка проводил её взглядом: мелькание фиолетовой юбки, покачивающийся хвост — пока она не скрылась за углом, оставив после себя лёгкий запах бумаги и цветочных духов. Прямо у его ног на асфальте лежал листок, выпавший из её папки. Дейвисон поднял его и, пока рабочие между собой переговаривались, опустил взгляд на бумагу. «Конечно, читать такие вещи неприлично… И у него могут быть проблемы, если она узнает. Баллы героя, репутация… но…» — мысли метались. «Она знает возможнл слишком много. Это может быть опасно. И… разве это не просто неотредактированный лист будущей газеты?» Он неуверенно, с тревогой посмотрел на аккуратный почерк. «Познакомимся на празднике. ♤ Отератар» По видимому это письмо было адресовано Кейт. «Ой, как же плохо… Я же… я же прочитал что-то личное. Боже, боже, боже… как же это плохо!» — он снова и снова мысленно корил себя. «Я ужасен. Просто отвратителен…» — …Забавно, не так ли, начальник? — смеясь говорил Чед. Похоже, до этого они что-то обсуждали с Карлом, кажется, о растениях. — А? — Ло резко повернул голову. — Что? Простите… я что-то з-задумался. О чём мы говорили?.. — нервно усмехнувшись, он незаметно спрятал листок в поясную сумку. — Ох-хо-хо… — наигранно вздохнул его дорогой рыжик. — Неужели наш начальник нас не слушал? — А?! Н-нет, в-всё не так! Я просто— — Чед! А ну прекрати! — строго, без привычного заикания, оборвал его Карл, сердито глядя на друга. Тот тут же виновато поёжился. — Не стоит ставить господина Лололошку в неловкое положение! Затем Карл повернулся к Ло и мягко улыбнулся: — Мы говорили о том, как иронично, что мы встретили нос к носу младшего графа Дилана гораздо раньше, чем наступит праздник. — Ах… да. Забавно, — словно на автомате ответил фермер, глядя на подтаявшее мороженое в своей левой руке и механически улыбаясь. — Уверен, молодой граф думает так же… Пойдёмте лучше в цветочный. Кто знает его график работы — вдруг придём, а там уже закрыто. — Да нэ, не думаю, — хмыкнул Чед. — Мы ведь обратно где-то к четырём вернёмся. Магазины обычно закрываются часов в семь или восемь. — В л-любом случае… давайте п-пойдём как можно скорее, — нервно сглотнул Ло. Он даже не стал дожидаться ответа. Было стыдно, но нервы не позволяли поступить иначе. Интересно… куда он вообще идёт? Он ведь сам не знает, где этот цветочный магазин. Однако его почти сразу мягко подхватили за плечи и развернули в нужную сторону. Пухляш что-то лепетал — кажется, объяснял, где именно находится прилавок. Тело двигалось само, ровно туда, куда его вели. Почему он так легко провалился в это состояние? Неужели лаборатория настолько его нашпиговала? Один плохой поступок — и всё. Считай, дорога на эшафот. Конечно. А что вы хотели? Он же легко заменимый герой. И он это прекрасно знал. На свою жизнь ему было, в сущности, плевать, но вот только… «Если не уследишь — все умрут. Это теперь твоя ответственность. Ошебешся=сдохнешь — появится новый герой. Ещё тупее. Ещё бесполезнее. И умрут все остальные. А потом злодей убьёт и её», — говорил мужчина, тыча пальцем в дрожащую в углу Клер. Та тогда не проронила ни слова. Просто смотрела в пол. И весь тот разговор случился лишь из-за того, что маленький Лололошка допустил глупую ошибку в проверочном тесте. Чёртова димеризация его подвела. Тот мужчина был кем-то главным в лаборатории. Джон потом называл его задрипанным тупым ублюдком с минимальным интеллектом. А потом этот мужик ещё и с его ма… наставницей расправился. Пощечина была сильной. Что, если и из-за этой бумажки всё повторится?.. — Так-с. Вы двое, а ну за водой сходите. Я тут разберусь. Не видите, что ли? У него солнечный удар, — послышался знакомый голос. Дейвисон почувствовал, как кто-то подхватил его под локоть и куда-то повёл, а затем аккуратно усадил — судя по ощущениям, на лавочку. Удаляющиеся шаги глухо застучали по земле. Перед глазами расплывалось. Внезапно прямо перед лицом кто-то начал щёлкать пальцами. — У тебя там что, система накрылась, что ли? — насмешливо протянул голос. — Не выдерживает второй раз против сценария идти? Парень в шарфе медленно поднял взгляд. Над ним стоял Дилан. «Идти… против сценария?..» Какое-то время они просто молчали. А затем программист вдруг отвесил герою щелбан прямо в лоб. — Смотри-ка, ещё двигаешься! Даже голову вскрывать не пришлось. Хорош, — фыркнул он и тихо хихикнул. — Не надо голову вскрывать… — растерянно пробормотал Ло, помахав головой. — Ага. Как погляжу, перегрев прошёл, — продолжал бубнить де Чармс, прижав ладонь ко лбу напротив сидящего. — Удивительно. Вроде ломаный-переломаный, а интересный — прямо капец. — Прошу прощения… за доставленные неудобства… — виновато промямлил Уильям, опустив взгляд. Граф лишь закатил глаза и сел рядом, откинувшись на спинку лавки. — Подумать только… Ты в перезагрузку ушёл из-за какого-то там листочка, — пожал он плечами. Ло резко напрягся. «Граф… он… он всё видел?!» — Простите… — руки задрожали, он сжался, словно ожидая удара. — Я знаю, что поступил ужасно. Я просто подумал, что— — Да ничего такого ты не сделал, забей, — перебил его Дилан. — Чел, давай так. Он без всякого стеснения полез в сумку на бедре героя и вытащил оттуда спрятанный листок. — Это тупо бумажка. Пофиг, что там напечатано. Ты решил, что это важно, и сделал. Всё. Поверь, я бы поступил так же. Это логично. Да и интересно, если честно. Так что забудь. Серьёзно. — Но ведь… это неправильно… — повторил Ло собственные мысли, сам не зная зачем. — Правильно, неправильно… — Дилан махнул рукой. — Это никому не навредит. И, слушай… — он отвёл взгляд в сторону, словно ему самому было неловко продолжать. — Я не думаю… — он замялся, — что ты сделал это без какой-то причины. Лицо у тебя… — он мельком посмотрел на Ло, — не такое. Не мутное. Так что вины тут нет. — Господин граф… — Ой, только не думай, что я это ради тебя делаю, — быстро перебил де Чармс. — Просто я понял, что ты тар-тар как-то особенно готовишь. В этих забегаловках он вообще не такой. Так что с тебя три порции. Ло замер. Он смотрел на Дилана долго, слишком долго, словно пытался понять, не мерещится ли ему всё это. Тот заметил взгляд. — Чего уставился?.. — буркнул программист. Щёки у него заметно покраснели. Он отвёл глаза и резко поднялся с лавки, сделав вид, будто рассматривает улицу. — Короче… — пробормотал он, — не вздумай опять вырубаться. Мне ещё свои "бонусы" получать. Серьёзно… до чего дожился соратник героя?! Сидит и успокаивает забагованного автоматона. Нет, ну правда… О, система, что вообще происходит в этой симуляции? На что только не пойдёшь ради вкусной еды. — Нам сюда! — послышался откуда-то голос Карла. Они что, кого-то ведут сюда? Хах… и вправду. За работниками шёл мужчина. Его одежда была подозрительно окрашена в розоватые оттенки, а на голове красовалась шляпа, слишком уж выделяющаяся на фоне толпы. Вид у него был… запоминающийся. Они подошли вплотную. — Это кто? — спросил де Чармс, окинув взглядом бородатого мужчину средних лет. — Это Саймон Солус. Он помощник докторов, — отчитался Чед. — Мы решили, что раз у начальника солнечный удар, то стоит позвать и врача. Всё же он ещё… — тот запнулся, явно подбирая слова, — …юный человек. Кто знает, вдруг здоровье пошатнулось. Мужчина, названный Саймоном, подошёл ближе к сидящему. Взгляд его зелёных глаз был добрым и внимательным. Он неторопливо осматривал шатена, задавал вопросы о самочувствии, проверял реакцию. И лишь спустя некоторое время спокойно заявил, что сейчас с ним всё в порядке. Однако, на всякий случай, он посоветовал в ближайшее время всё же наведаться к доктору Харрису. С лёгкой улыбкой добавив, что тот определённо будет рад познакомиться с фермером. После этого Саймон удалился, буквально растворившись в толпе, напоследок бросив, что должен кое-что доложить своему молодому господину Джону. — Вы уж простите, Лололошка, что мы не уследили… — виновато скривился толстячок. — Мы же старшие. Должны были заметить… могли бы предотвратить… — Нет-нет, — поспешно ответил Лололошка, отводя взгляд в сторону. — Я сам виноват. Забудьте, правда… «Че-е-е-ёрт… ещё и их заставил волноваться…» — Да не сюсюкайтесь вы, — закатил глаза программист, тяжело вздохнув. — Этот, — он небрежно указал пальцем на Дейвисона, — жив и здоров. Вы двое тоже. Чего трагедию разводить-то? — Господин Дилан, вы, конечно, простите… — попытался вставить слово работник по животным, но его быстро перебили. — Прости, что перебиваю тебя, Чед, но пусть господин граф и выразился грубо… он прав. Давайте просто забудем об этом и направимся уже в наш изначальный пункт назначения. — Но ведь вам… вам было плохо и— — И доктор сказал, что он в полном порядке. Хватит, — фыркнул Дилан, закатив глаза. — Не взорвётся у него голова, не дрейфь. — Я правда в порядке. Правда, — улыбнулся Лололошка. — Не стоит волноваться. Да и не гоже нам раздражать графа… «Особенно после того, что он видел и что знает…» — Но всё же… — неуверенно начал Карл. — Вам лучше и вправду сходить к доктору. Сейчас больница закрыта, но хотя бы после открытия. — И это не предложение, начальник! Я уж лично за этим всем прослежу! — Ага. А ещё и няню ему приклейте ко лбу, — съязвил Дилан. — Он не ребёнок уже. Немало годков стукнуло, между прочим. Сам может решать, что и как ему делать. Не думаете? К тому же это он вам начальник, а не наоборот. Между присутствующими повисла тягучая, неловкая тишина. Шум улицы словно отодвинулся на второй план: голоса вокруг стали приглушёнными, смазанными, будто мир на мгновение завис. Чед и Карл переглянулись, не зная, что сказать. Кто-то неловко прочистил горло. Даже Лололошка замер, ощущая, как это молчание давит сильнее любых слов. — Полагаю… нам стоит завершить этот разговор, — наконец произнёс он мягко виновато усмехнувшись — Давайте просто забудем о нём? Так куда нам теперь идти? — А? Да… он в паре поворотов отсюда, — Карл отвёл взгляд в сторону и, будто бы невзначай, указал рукой нужное направление, явно пытаясь подыграть. Они двинулись дальше по улице. Город жил своей привычной жизнью: под ногами мерно постукивала брусчатка, где-то неподалёку гремела тележка торговца, с другой стороны доносились обрывки разговоров и смех. Воздух был тёплым, насыщенным запахами — пылью, свежим хлебом, дымком из уличных лавок. Всё сливалось в единый, почти уютный гул, от которого слегка звенело в ушах. Лололошка шёл чуть впереди, сохраняя на лице спокойную, вежливую улыбку — ту самую, отточенную до автоматизма. Внутри же он внимательно наблюдал за спутниками. Карл заметно нервничал: плечи были напряжены, шаги — чуть резче обычного, а взгляд то и дело метался по сторонам, словно он ожидал подвоха. Чед, наоборот, старался держаться ровно, но пальцы его то и дело сжимались и разжимались, выдавая скрытую тревогу. Дилан же… выглядел раздражённо-расслабленным. Он шёл, засунув руки в карманы, бросая ленивые взгляды по сторонам, однако в его осанке чувствовалась настороженность — как у человека, который не упускает ни одной детали, даже делая вид, что ему всё равно. «Все напряжены… логично», — отметил про себя Лололошка, чуть сильнее растянув улыбку. «Главное — не показать, что я это вижу». И вот они остановились у нужного дома. Прохожие невольно замедляли шаг рядом с ним. Казалось, само время здесь текло медленнее: за узорчатыми стеклами первого этажа виднелись силуэты редких растений, а из приоткрытого окна второго этажа иногда доносился тихий, почти интимный звук — скрип пера по бумаге. Там, в тишине жилых комнат, рождались не только букеты, но и истории. Колокольчик над дверью отозвался мягким, хрустальным звоном, извещая о новых посетителях. В ту же секунду в нос ударил густой, влажный аромат свежесрезанных стеблей, терпкой оранжерейной земли и сотен перемешанных природных запахов. В глубине лавки, залитой тёплым янтарным светом, находились две девушки. Та, что стояла спиной ко входу, замерла, тогда как вторая была полностью поглощена кропотливой работой. Незнакомка с короткими золотистыми волосами, уложенными аккуратными волнами, едва заметно прикусила губу от концентрации. Её руки в коротких перчатках двигались удивительно грациозно: она бережно вплетала два нежно-розовых цветка в тугие пучки волос своей подруги, словно создавала живое произведение искусства. На самой девушке был необычный наряд — одновременно практичный и изысканный. Белоснежные пышные рукава блузы, перехваченные кожаными ремнями, поднимались и опускались в такт движениям, а тугой коричневый корсет подчёркивал собранную, уверенную осанку. В её собственных светлых прядях, чуть выше виска, теплился такой же розовый бутон, как и тот, что она только что закрепила. Закончив последний штрих, девушка отстранилась и, удовлетворив своё эстетическое чутьё коротким кивком, наконец подняла взгляд на вошедших. Теперь стало отчётливо видно её лицо — открытое, с мягкими чертами и удивительными светло-зелёными глазами, в которых, казалось, отражалась вся зелень её маленького цветочного королевства. Из-под коричневых пол сложной юбки выглядывал край ярко-жёлтой ткани, добавляя образу солнечного тепла. — Мы закроемся через несколько минут на перерыв, — произнесла она мягким, но уверенным голосом. В её взгляде не было раздражения — лишь вежливое, почти писательское любопытство, будто перед ней появился новый персонаж. Как только первая убрала руки от причёски, вторая девушка плавно, с почти кошачьей грацией, развернулась на каблуках. Если хозяйка лавки воплощала собой уют и спокойствие, то эта незнакомка была живым воплощением творческого хаоса, который каким-то чудом обрёл идеальную форму. Её огненно-рыжие волосы каскадом спадали на плечи, а два аккуратных пучка, украшенных нежно-розовыми цветами, неожиданно смягчали резкий, дерзкий образ. На фоне яркой шевелюры бутоны смотрелись почти невинно. Она взглянула на вошедших — и Лололошка невольно замер. Светло-зелёные глаза, такие же, как у цветочницы, смотрели иначе: цепко, оценивающе, словно перед ней стоял материал для новой роли или маски. Её наряд поражал смелостью: облегающий чёрный топ с высоким воротником, украшенным алым камнем, резко контрастировал с объёмными оранжевыми рукавами, напоминающими кимоно. Из-под разрезов длинной накидки виднелись разные чулки — один плотный, ярко-зелёный, второй дерзко-чёрный, в сетку. Высокие красные сапоги с жёлтой шнуровкой завершали эксцентричный образ. — Ты закончила, Шэрон? — голос девушки был спокойным, с лёгкой хрипотцой; в нём чувствовалась уверенность человека, который сам создаёт образы для других. Она мельком окинула посетителей взглядом — от ботинок до макушки, будто прикидывая, какой костюм или грим подошёл бы каждому, — и едва заметно улыбнулась уголком губ. — Приветствую, — фермер легонько поклонился. — Простите за неудобный визит… однако посмею вас отвлечь. — Да что вы, — мягко улыбнулась блондинка, склоняя голову чуть набок. — Всё же это моя работа. Да и до перерыва время ещё есть. Она окинула гостей внимательным, но тёплым взглядом. — Так что же вам надобно, господа? Букет для девушки… или цветы для украшения дома? — Какой прелестный у вас говор, миссис… — Шэрон. Шэрон Сью Мюллер, — представилась она с лёгким кивком. — А вас? — Лололошка Уильям Дейвисон. На мгновение между ними повисла почти осязаемая тишина — не неловкая, а мягкая, словно сотканная из вежливости и взаимного интереса. Они обменялись короткими, искренними улыбками: такими, что не требовали слов. Позади них Чед и Карл переглянулись — один с осторожным любопытством, другой с явной растерянностью. Рыжеволосая же девушка наблюдала за происходящим с откровенным скепсисом, скрестив руки на груди. — Эй, вы двое, — хитро протянула она, прищурившись, — неужто только познакомились, а уже как голубки? Она повернулась к блондинке. — Сью, может, и мне дашь с ними познакомиться? Не боись, парня уводить не стану. — Клео! — смутившись, Шэрон бросила на подругу сердитый взгляд, на что та лишь лисье усмехнулась. — Верно-верно, — с нарочитым достоинством кивнула рыжая. — Клео де Фешн. Гример, швея… если понадобятся мои услуги — теперь знаете, к кому обращаться. Она театрально сделала круг вокруг себя и отвесила поклон, хихикнув. — Ты серьёзно решила рекламировать себя у меня в магазине? — нахмурилась Шэрон, уже отходя за прилавок и неодобрительно поглядывая на подругу. — Да ладно тебе~ — Та махнула рукой. — Кисуль, я не во зло. Да и ты ведь не особо против. Затем она перевела взгляд на троих, стоящих у входа. — Тебя, дорогуша, — она указала пальцем на Лололошку, — я уже знаю. А вот вас двоих — нет. «Двоих?..» — пронеслось в голове Уильяма. Он обернулся и с удивлением обнаружил за собой лишь двух рабочих. «А где господин Дилан?.. Неужели остался на улице?» — Приветствую, — первым отозвался рыжий. — Я Чед, а парень рядом со мной — Карл. Рад знакомству. — Д-да… т-тоже рад, — робочий отвёл взгляд в сторону, заметно смущаясь. — О-о-ох! — Клео всплеснула руками, прижав ладони к щекам. — До чего же милые господа! Вы мне Ричи напоминаете! — Кого? — одновременно вырвалось у Чеда. — Клео, не отвлекай мне тут клиентов! — возмущённо пробормотала Шэрон, глянув на часы. — Я тоже хочу отдохнуть после их обслуживания. Она вздохнула. — Да и вообще… у тебя ведь перерыв заканчивается. А тебе ещё шагать да добираться к своему магазинчику. — Ах, ну ты и зануда, Шэрон! — фыркнула рыжая. — Но… да. Она повернулась к гостям, широко улыбнувшись. — К сожалению, лапушки, мне пора~ Пока-пока! Не дожидаясь ответных слов, Клео уже направилась к выходу, звонко цокая каблучками по полу и тихо хихикая, оставляя после себя ощущение яркого, шумного вихря. — Вы уж простите мою подругу… — Шэрон неловко улыбнулась, сцепив пальцы. — Она… она очень… Девушка запнулась, подбирая слова. — С виду милая и скромная, но на деле — слишком активная. Она хорошая, правда… просто… в общем-то… Она снова бросила взгляд на часы, прокашлялась и, словно собравшись, перешла к делу: — Что вы хотели бы приобрести? Поняв, что хозяйка лавки окончательно запуталась в собственных объяснениях, Лололошка понимающе кивнул. Если бы его попросили объяснить и оправдать странное поведение Джона… он говорил бы ровно так же, — с лёгкой грустью отметил он про себя. — Я хотел бы узнать, — спокойно начал он, — есть ли у вас растения для улучшения почвы. Желательно цветы. — Ну… если цветы… — Шэрон задумалась и подняла взгляд к потолку, словно перебирая в уме полки и грядки. — Люпин. После того как он отцветёт, его зелёную массу можно заделывать в почву. Она загибала пальцы, говоря всё увереннее. — Бархатцы — осенью не выбрасывайте сухие кусты, а измельчите и перекопайте вместе с землёй. — Настурция — её корни привлекают полезные почвенные микроорганизмы. — Календула ускоряет созревание компоста, если добавлять её стебли в общую кучу. — Душистый горошек накапливает азот в клубеньках на корнях: после цветения срезайте только стебли, а корни оставляйте в земле — именно там хранится весь азот. — И подсолнух… — она чуть улыбнулась. — Его мощная корневая система разбивает даже самый тяжёлый и утрамбованный грунт. Правда, он вытягивает много питания, так что после него почву стоит хорошо подкормить органикой. — Ого… — искренне удивился Лололошка. — Вы очень много знаете. — Да… — тихо ответила она. — «Особая академия» творит чудеса… На этих словах её лицо на миг потемнело. Брови сошлись, руки едва заметно задрожали, а сама девушка сглотнула, будто воспоминание было не из приятных. — Б-брать будете что-то из этого? — Да, — кивнул он. — Запакуйте, пожалуйста... Весь этот разговор — от начала и до конца — раздражал графа стоящего снаружи . Раздражал невыносимо. Ме-ме-ме. Сю-сю-сю. Бла-бла-бла. Слишком много слов. Слишком много мягкости. Слишком много ненужных эмоций. Дилан раздражённо выдохнул, доставая из кармана ту самую бумажку, вытащенную из сумки фермера. «Познакомимся на празднике. ♤ Отератар» "Если это было адресовано этому… глюканутому…" Он прищурился. "Хотя нет. Вряд ли. Он едва не перегрелся от одного листка… Значит — она. Возможно, у неё есть роль. Возможно — не последняя. Пальцы сжали бумагу чуть крепче. За ней стоит проследить…"