Там, где можно быть собой

начало двадцать пятого года стало для них неожиданно тёплым. не из-за погоды, не из-за графиков, а из-за одной новости, которая будто щёлкнула что-то внутри. спустя почти четыре года им наконец-то разрешили съехаться. не ночёвки, не чемоданы у двери, не договорённости на пару дней. по-настоящему. вместе. до этого всё было вперемешку. джисон часто оставался у минхо, иногда ли засыпал у него, иногда они просто не спали вовсе. чаще всего хан всё-таки ночевал у минхо, потому что так было спокойнее, привычнее, тише. но всё равно это было временно. каждый раз кто-то уходил утром, каждый раз кто-то закрывал за собой дверь. а теперь им предложили выбрать общежитие. не комнату, не койко-место, а квартиру. ребята обсуждали, кто с кем будет жить, кто где привык, кому с кем удобнее. минхо и джисон даже не стали ничего говорить вслух. они просто посмотрели друг на друга и всё поняли. одинаково. одновременно. без слов. квартира оказалась небольшой, но просторной. светлой. с большими окнами. она была почти пустой, с недоделанным ремонтом, и именно это им понравилось. не хотелось заезжать в чужую жизнь. хотелось построить свою. первый настоящий спор случился уже в строительном магазине, у стенда с обоями. джисон стоял с рулоном светлых образцов и смотрел на минхо почти умоляюще. - ну минхо, ну пожалуйста, — тянул он, дёргая его за рукав. - я не хочу, чтобы всё было тёмным. - если всё будет светлым, это будет просто пустота, - спокойно ответил минхо, разглядывая более тёмные оттенки. - как больница. - а что плохого в светлом? - то, что я в нём теряюсь. джисон закатил глаза, сделал шаг ближе. - хорошо. давай не белый. давай что-то наше. - предложил хан - может просто остановимся на темном?  - почему ты не хочешь удовлетворить своего парня? - я удовлетворяю своего парня, - хмыкнул минхо, - просто не в обоях. джисон покраснел, но засмеялся. в итоге они нашли оттенок, который устроил обоих. тёплый, серо-зелёный, спокойный. минхо сказал, что в нём можно дышать. джисон сказал, что в нём можно жить. на этом и сошлись. - обои ты выбрал, мебель выбираю я, - подвёл итог минхо. - твоя взяла, - фыркнул хан, но без обиды. ремонт занял немного времени. они собирали мебель вдвоём, ругались на инструкции, смеялись, сидя на полу среди коробок. джисон всё время что-то напевал, минхо молча следил, чтобы ничего не было перекошено. потом они заметили ещё одну пустую комнату. - это будет моя студия, - сразу сказал джи. - делай что хочешь, - пожал плечами минхо. - только не делай её слишком светлой, ладно когда минхо зашёл туда впервые после завершения, он остановился в дверях. - и это ты говорил мне не делать всё в тёмных тонах - удивился старший - моя студия — это место, где я хочу быть как ночью. - похвально сказал хан - а диван тут зачем? - чтобы ты приходил и слушал. минхо ничего не ответил. просто подошёл, обнял джисона за талию и поцеловал. - это будет наша лучшая квартира. они начали ходить к друзьям в гости, смотреть у кого что получилось. когда ребята приходили к ним, соглашались, что все сделано именно в их стиле. а джисон радовался как ребёнок, потому что теперь минхо готовил постоянно. раньше он только завидовал ребятам из его общежития, а теперь это было только для него. - кажется, чего-то не хватает, — как-то сказал джисон, осматривая гостиную. - фотографий, - ответил минхо, уже зная, что его любимый определенно согласиться с этим. стена быстро превратилась в хронику их жизни. поездки, сцены, друзья, родители. одна фотография особенно цепляла. старая, ещё с 2019 года. джисон с синими волосами, положивший голову на плечо минхо. ночь в отеле. тишина. они тогда ещё не знали, что всё это станет навсегда. совместная жизнь оказалась не сложной, а удивительно лёгкой. вместе ужинать. вместе засыпать. ждать друг друга. минхо готовил и знал, что хан обязательно выйдет из студии, а джисон работал и знал, что запах еды приведёт его на кухню. одним вечером минхо стоял у плиты в белой футболке и чёрных шортах, помешивая кимчи чиге. хан в последнее время много работал и приболел, и минхо хотел, чтобы ему стало хоть немного легче. он почувствовал руки на своей талии и тёплую щёку у лопатки. - ты закончил? - нежно спросил старший - почти. ещё пару аккордов. - устало ответил младший. - кушать хочешь? - очень. джисон прижался сильнее, поцеловал его в плечо и сел за стол. - боже, минхо, у меня слюнки текут. - довольно промычал хан, чувствуя запах еды. - я рад. минхо поставил перед ним тарелку и сел рядом, наблюдая, как джисон ест. - у тебя руки бога. - с набитым ртом проговорил младший. - кушай. - усмехаясь сказал ли. он провёл рукой по его волосам и смотрел так, будто хотел запомнить этот момент навсегда. - чего это ты так смотришь? - заинтересованно спросил хан, набирая еще одну ложку супа.  - ты милый, когда ешь. и теперь я могу смотреть на это каждый день, - с теплотой в голосе ответил ли, с гордостью продолжая: - это наш дом. - самое главное, что ночью тут будем только мы.  - да, - тихо усмехнулся минхо. - это точно. ~~~ когда-то их спросили, насколько хорошо они знают друг друга. вопрос был простой, почти дежурный, но минхо ответил без паузы, даже не задумываясь. он сказал, что если речь идёт о хане, то он точно в топе рейтинга среди участников. джисон тогда усмехнулся, почесал затылок и добавил, что он практически всё знает о минхо. почти всё. кроме дня рождения. он честно признался, что не может запомнить даты, но точно знает, что это октябрь. потом вдруг оживился, посмотрел на минхо и сказал, что вроде бы двадцать пятое. да. точно. он наконец-то это запомнил. их совместная жизнь текла удивительно легко. без надрыва, без попыток что-то доказывать. просто день за днём, наполненные мелочами. забавных моментов было много. один из самых любимых минхо вспоминал каждый раз с улыбкой. он вышел из комнаты ночью, чтобы попить воды, напевая какую-то глупую мелодию себе под нос, и вдруг услышал то же самое с кухни. он остановился. прислушался.  ого. и начал подпевать. джисон стоял у стола и пел ровно ту же песню, не подозревая, что его уже слышат. когда он заметил минхо, они просто рассмеялись и допели вместе, как будто это было чем-то само собой разумеющимся. вообще, минхо видел джисона таким, каким его не видел почти никто. странным. смешным. абсолютно свободным. джисон мог внезапно начать танцевать посреди комнаты, мог подползти к нему на четвереньках, мог торжественно заявить, что пришёл *поприветствовать вас, сэр*, и при этом делать что-то совершенно нелепое. иногда он специально выводил минхо из равновесия. иногда минхо делал вид, что сердится. иногда они просто смеялись так, что потом болели скулы. бывали вечера, когда они говорили обо всём подряд. о глупостях, о планах, о том, что вообще не имело значения. а потом вдруг оказывалось, что прошло два или три часа. а бывали вечера, когда они почти не говорили. могли просто издавать странные звуки друг другу. гав-гав. или мяу, что особенно нравилось минхо. хотя котом в их паре почему-то всё равно называли джисона. дом постепенно стал по-настоящему домом. местом, где можно быть любым. где можно дурачиться, валяться, смеяться, иногда получать лёгкий шлёпок просто потому что минхо проходил мимо и решил, что это смешно. джисон всегда возмущался, но возвращался обратно с тем же выражением лица, будто это часть ритуала. и, честно говоря, так оно и было. был и тот вечер, когда джисон напился. не сильно, но достаточно, чтобы его прорвало. он два часа подряд говорил одно и то же. что у минхо очень приятный голос. он повторял это снова и снова, путался в словах, смеялся и вдруг начинал плакать. он включил какую-то песню "Leo" (Yuuri), послушал пару секунд и тихо сказал, что плачет. потом добавил, что минхо становится всё лучше. что он старается. что он способен на что угодно. он говорил это искренне, без фильтров, и минхо просто сидел рядом, держал его за руку и позволял ему говорить. джисон всегда знал, что может прийти к минхо с чем угодно. с сомнениями, страхами, переживаниями. даже с самыми глупыми. иногда он подходил и спрашивал почти шёпотом, правда ли он так плохо танцует. минхо сначала мог усмехнуться и сказать, что да, не очень. а потом становился серьёзным и объяснял, что именно можно поправить. где сосредоточиться. как сделать лучше. он никогда не бросал это на полпути. однажды, когда они уже были с макияжем и ехали в лифте на другую локацию, стафф стоял рядом. джисон был в углу, минхо прямо перед ним. минхо мельком оглянулся, убедился, что никто не слышит, и одними губами сказал. милашка. джисон сначала не понял, а потом улыбнулся так, будто ему только что сказали что-то невероятно важное. он правда тогда смутился. в компании давно всё знали. никто не задавал лишних вопросов. все всё видели. но всё равно между ними оставалось что-то своё. что-то, что не выходило за пределы их двоих. и это было особенно ценно. и да, джисон всегда заставлял минхо платить. минхо каждый раз говорил, что в следующий раз джисон заплатит сам. этот следующий раз так ни разу и не наступил. минхо платил спокойно. без раздражения. будто так и должно быть. их жизнь стала рутиной счастья. спокойной, тёплой, наполненной присутствием друг друга. совместные завтраки. ужины. планы. поездки. вечера в объятиях. всё это было для них. только для них двоих. и, возможно, самым лучшим в этой истории были именно они сами. ~~~ -  соизволите это объяснить?  менеджер подошёл к ним в комнате для съёмок почти бесшумно. минхо и джисон стояли рядом, слишком близко, как обычно, не задумываясь об этом. менеджер молча протянул телефон. минхо наклонился первым, почти уткнулся взглядом в экран. джисон посмотрел вторым. пару секунд тишины. джисон медленно поднял глаза и ошарашенно посмотрел на менеджера. - сейчас… - он сглотнул. - мы думали, этого было незаметно. - как видишь, хан джисон, - спокойно ответил менеджер, - всё было вполне заметно. и, как ты уже понял, это засняли и выложили в сеть. - но ведь это было давно, - почти автоматически ответил джисон. - суть дела не меняет. здесь всё прекрасно видно. на видео было плохо различимо почти всё. зерно, шум, тени. но сбоку от сцены, после концерта, минхо сидел на сложенных сценических блоках, прислонившись спиной. джисон быстро подошёл к нему, будто на секунду, между делом. рука на щеке. короткое движение. поцелуй. всего миг. слишком маленький, чтобы быть очевидным. и слишком большой, чтобы те, кто хотел увидеть, увидели. - чёрт, - тихо выдохнул минхо. - как они могли это заметить? это же должно было быть за сценой. менеджер устало выдохнул. - минхо, послушай. что бы вы ни думали, видео есть. да, качество плохое. но для тех, кто ищет, там видно достаточно. - и что нам делать? - спросил минхо, не поднимая взгляда. - а я откуда знаю? - менеджер пожал плечами. -  посмотрим, что скажет компания и продюсеры. надейтесь, чтобы вас не расселили и не запретили контакт. я ещё поговорю с вами. а сейчас идите работать. он ушёл, оставив после себя тяжёлую тишину. минхо посмотрел на джисона с выражением «ой-ой». джисон смотрел в ответ уже совсем по-другому. глаза потемнели. - минхо… что нам делать? а если нам правда запретят контактировать? мне будет очень тяжело. - нервно протараторил младший.  - давай не накручивать себя сейчас, - тихо сказал минхо. - мы всё равно ничего не можем сделать. наше слово сейчас ничего не значит. остаётся ждать. он вздохнул. - надо будет поговорить с чаном. - чёрт… - джисон сжал ладони. - какая глупая ошибка. мы всегда такие аккуратные. как вообще… - эй, - минхо мягко коснулся его руки. - давай не накалять. вечером будет больше ясности. вечером, в общей комнате, чан сидел напротив них. взгляд серьёзный, голос спокойный, но жёсткий. - нет, ребята, вы понимаете, что вам нужно быть аккуратнее? - начал он. - я правда понимаю. эмоции, адреналин, усталость. но мы с вами договаривались. ничего вне дома. ничего вне студии. он сделал паузу. - вас снимают камеры буквально двадцать четыре на семь. эта глупая ошибка может привести к краху всего, что у вас есть. репутации. доверия. той самой тонкой открытости, которую вы строили годами. если вы сейчас же не возьмётесь за голову… - чан, - перебил минхо, - мы понимаем. мы всегда были при уме. мы думали, что это за сценой. что этого не видно. я правда не понимаю, как это вообще могли заснять. чан посмотрел на него внимательно. - минхо, давай так. я пойду разговаривать с продюсерами. какое бы решение они ни приняли, вам нельзя, чтобы это повторилось. ни при каких условиях. его голос стал тише. - это должно быть в первый и последний раз. второй раз я вас не вытащу. продюсеры и так недовольны тем, что я позволяю вам контактировать. они понимают, что это даёт результат, но это не отменяет рисков. вам нужно быть осторожнее. намного осторожнее. джисон всё это время сидел, натянув капюшон. потом поднял голову. - прости… это моя ошибка. я не должен был поддаваться эмоциям. - нет, - чан сразу покачал головой. - дело не в этом. не в тебе и не в минхо. просто аккуратность. я всё понимаю. правда. он даже слегка улыбнулся, по-своему, тепло, но уставше.  - ничего. справимся. что бы ни было, переживём. - сказал минхо обнимая джисона за плечо. чан ушёл. полтора часа тянулись мучительно долго. джисон накручивал себя, прокручивал всё снова и снова. минхо сидел рядом, говорил, что чан договорится. что всё будет нормально. что они уже проходили через сложные вещи. дверь резко открылась. чан зашёл раздражённый, злой, но собранный. - вы вообще представляете, - начал он, - они решили, что могут на вас повлиять и заставить вас расстаться. - что? - джисон резко поднялся. - они совсем с ума сошли? мы работаем тут без остановки, а они ещё и такое…  - минхо, - продолжал джисон, - это вообще какой-то беспредел. что дальше? - так, стоп, - чан поднял руку. - ошибку вы допустили, да. но это я сразу обрезал. жёстко. он выдохнул. - итог такой. мы молчим. ничего не подтверждаем и ничего не опровергаем. оставляем всё как есть. размытое видео, мало ли что. фанатам просто показалось. он посмотрел на них строго. - и не дай бог я увижу хоть что-то подобное ещё раз. договорились? - хорошо, - почти одновременно сказали минхо и джисон. - спасибо, чан, - тихо добавил джисон. - правда. чан устало усмехнулся. - работайте. и будьте умнее.