Белая ворона

Лезвие разрезало воздух слева направо и скользнуло в сантиметре от ткани белой рубашки. Юноша отшатнулся назад и в два шага оказался за спиной противника. Последний едва успел отразить сильный чёткий удар, вывернув руку. Боец сделал два шага назад,переводя дух и внимательно наблюдая за соперником. Оба юноши тяжело дышали, а боль в конечностях то и дело напоминала о себе. Илькин ага тыльной стороной ладони убрал с лица взмокшие белые волосы и перехватил два коротких меча. Тяжёлый взгляд наблюдал за каждым движением противника. Его лицо не было столь мрачным, но юноша был сосредоточен и наклонился, крепко держа в руках тяжёлую саблю. Белая рубашка прилипла к телу, а русые волосы в конец растрепались. Готовясь к новой атаке юноша надёжно упёрся сапогами в землю и направил взгляд прямо в глаза соперника. Илькин ага рванулся вперёд. Первое лезвие встретилось с металлом сабли, а второе разорвало ткань тёмно-красных янычарских штанов, но кожа осталась цела. Янычар пнул противника в бедро и сделал выпад, проведя лезвием дугу. Илькин ага извернулся и, пригнувшись, ударил из-под низу. Это стоило евнуху одного из мечей. Череда частых взмахов заставила Илькина шагать назад. Лезвие блеснуло на рассветном солнце, и евнуху удалось парировать новый удар. Сабля скрестилась с мечом, и на землю посыпались искры. Удерживая равновесие, бойцы упёрлись в скользкую от росы траву ногами. Взгляды были острее лезвий. На губах янычара появилась ухмылка, что заставило зрачки Илькина аги сузиться. Напрягши каждый мускул в своём теле, Илькин навалился на оружие, издав приглушённый рык. Ему удалось отбросить янычара на пару шагов. Вслед за этим евнух набросился на соперника, подобно дикому барсу на добычу. Только вот «добыча» встретила его ощутимым ударом рукоятью сабли в солнечное сплетение. Дыхание перехватило, а в ушах зазвенело. Ответный удар не заставил себя долго ждать, и кулак угодил в челюсть. Тут же меч со свистом пронёсся в воздухе и рассёк кожу на животе янычара. Илькин ага отбросил оружие и, с трудом выпрямившись, отошёл назад, разминая кисти и откашливаясь. — В янычарском корпусе ты совсем расслабился, Текер, — бросил Илькин ага, делая глубокий вдох. — Тебе самому бы не помешали лишние тренировки, братец, — хмыкнул Текер ага и провёл по щеке противника пальцем. На указательном пальце виднелась кровь. Кровь Илькина аги. Взгляд евнуха тут же потускнел, и он провёл по лицу рукой. Царапина была неглубокой, но почему-то жгла невероятно сильно. И снова первая кровь была его. Илькин ага нервно повёл плечом, но лицо осталось невозмутимым. — Завтра в это же время, пока солнце не взошло, — сказал Текер, осматривая царапину на животе, — И не пренебрегай сном. Илькин ага сдержанно кивнул и, подобрав с земли верхнее одеяние и оружие, направился обратно во дворец.

***

Ступив на территорию янычарской казармы, Текер ага поднял голову и равнодушно оглядел деревянные стены и колонны. К этому двухэтажному строению он успел привыкнуть, но полюбить его так и не смог. В воздухе стоял запах кожи и крови, который, казалось, успел въесться в одежду, мишени для стрельбы и брезент, накрывающий оружие. Текер ага убрал непослушные русые волосы с лица и устало потёр глаза. Голова была тяжёлой и гудела, но янычар надеялся, что холодная вода ему поможет. Текер был ещё выше старшего брата, плечи были широкими, а тело стройным и подтянутым. Несмотря на крепкое сложение, тело не потеряло гибкости, а ловкости можно было только позавидовать. Черты лица были острыми и обладали редкой красотой. Они придавали ему сходство с хищной птицей. Серые глаза, в которых всегда блестел игривый огонёк, выгодно подчёркивала бледноватая кожа. Воспользовавшись получасом до подъёма, Текер в одиночестве облился холодной водой в бане и небрежно бросил рваную одежду в корзину. — Ловкий какой, — хмыкнул янычар, усаживаясь на выступ и обрабатывая длинный порез на животе спиртом. На протяжении долгих лет самым сильным соперником оставался старший брат. С самого детства соревнование шло во всём: в письме, во владении мечом, в изготовлении украшений. Достойное соперничество давалось с трудом. Им обоим. Текер ага тяжело вздохнул и, накинув чистую одежду, вышел из бани. Уже скоро вместо завтрака Дженгиз ага собрал свою роту на тренировочной площадке. Командир роты был могучим ширококостным мужчиной, всем видом напоминающим медведя. Густые брови в присутствии янычар всегда были сдвинуты, а далеко посаженные глаза смотрели сурово без намёка на снисхождение. — Итак, сегодняшний день начнём с состязания, — разрезал воздух громогласный голос военачальника, — Тот, кто отличится в стрельбе из лука, сможет командовать ротой вместо меня весь день. Янычары зашептались между собой и тотчас же направили клейкие взгляды на мишени и оружие. После команды все сразу же ринулись к лукам и тут же, толкаясь, выстроились в очередь. Текер уселся на ступени и, согнувшись, упёрся руками в колени. Скользнув по янычарам равнодушным взглядом, юноша выудил из кармана красное яблоко и, потерев его рукавом, жадно укусил. — Отлыниваешь? — Дженгиз ага тяжело сел рядом. — Не переживайте. Я завершу состязание, и глазом моргнуть не успеете, — не оборачиваясь, бросил янычар. — Тебе бы уже давно войсками командовать, а ты всё здесь возишься... — Наслаждайтесь, пока можете, Дженгиз ага. Иначе на кого ещё будете делать ставки? — ухмыльнулся янычар, поднимая взгляд в безоблачное небо. Наконец, янычар поднялся и, отряхнув руки, неспешно двинулся к лукам. — А, Текер ага, всё же решил присоединиться? — желчным голосом окликнули юношу. Этот янычар был неладно скроен, а клочкастые рыжие волосы слиплись между собой. На нём не было верхнего тёмно-красного одеяния, а рукава белой рубахи были завёрнуты до локтей. Скрестив руки на груди, он перенёс вес на одну ногу и бросил наглый взгляд на Текера: — Посмотрите только, кем он себя возомнил? А ну-ка я ему сейчас покажу, что значит побеждать! Текер не сопротивлялся, отступил в сторону и повёл рукой, приглашая сослуживца к мишеням. Последний тут же схватил лук и натянул тетиву. Янычар сверкнул глазами и, прищурившись, принялся прицеливаться. Хоть стрела и угодила в яблочко, это заняло уйму времени. Юноша горделиво вскинул голову и под крики товарищей прицелился во вторую мишень. Янычар вглядывался в цель, а руки слегка подрагивали. Текер ага приложил к щеке руку, усталым взглядом наблюдая за юношей. — Дженгиз ага! — двое янычар ступили на территорию казармы, — У нас есть приказ. Военачальник поднялся и торопливо приблизился к ним. Текер ага же весь превратился в слух, переведя взгляд на гостей. — Наши лазутчики узнали, что планируется нападение на восточной дороге. Двое из янычар, которые должны были отправиться на это задание подрались, и теперь их ждёт наказание. Нужен кто-то из Ваших, чтобы компенсировать эту потерю. Текер взглянул на соперника, и тут же по ушам ударил его радостный крик. — Ну вы видели?! Видели? — кричал рыжий юноша, — Кто теперь побьёт этот рекорд? Три стрелы попали точно в цель кожаных мишеней, а две оставшиеся застряли недалеко от центра. — Неплохо. Очень неплохо... Для подготовительного отряда, — поджал губы Текер ага. Янычар взял свой лук и, размяв плечи, тут же выпустил стрелу. Со свистом пронизив воздух, стрела попала в центр первой мишени. Тут же пронеслась вторая и так же попала точно в цель. Такая же судьба ждала следующие три мишени. Когда янычар опустил лук, он заметил, что все взгляды были направлены на него. Рыжий парень фыркнул и нахмурил брови, готовя что-то язвительное. — И вот у нас есть победитель, — начал Дженгиз ага. — Я бы с радостью на день стал командующим ротой, но я вижу, как мой боевой товарищ жаждет выполнять эти обязанности. Ну как я могу не сжалиться над ним? — Текер ухмыльнулся и опустил руку на плечо «товарища». — Решено. Ты, Аяз, приступай к обязанностям, а ты, Текер, следуй за мной.

***

Воздух был влажным. Ветви деревьев лезли в лицо и цеплялись за одежду. Впереди между листьями виднелась дорога. Вскоре отряд янычар от неё отделял только крутой склон. Воины присели на землю, усыпанную покрытыми мхом камнями и редкой хвоей. — Насколько нам известно, наёмники устроили засаду дальше по дорогу. Нужно подобраться к ним, — сказал мужчина, стоящий во главе отряда. — Не думаю, что мы в выигрышном положении. Тихо подобраться отряду янычар в лесу почти невозможно. А вступать в открытую битву, когда часть врагов может остаться на склоне ещё глупее, — рассуждал Текер, смотря на дорогу. — И что ты предлагаешь? — с ноткой раздражения бросил мужчина. Из-за поворота показалась карета. Сама она была неброской, но рядом с ней ехало четыре всадника, не спуская глаз с дороги. Стражники сразу же схватились за сабли, когда по склону прямо на них сбежало несколько янычар. Глава отряда развернул ладони к ним, показывая, что пришёл с благими намерениями. Этот высокий мужчина с длинными густым усами и желтоватой кожей сейчас попытался придать своему хмурому лицу хоть каплю доброты. — Кто вас прислал? — спросил один из стражников в чёрных накидках. — Мы из Топкапы. На карету планируется нападение. Чуть дальше устроена засада. Отдайте нам ваши накидки. Другая часть наших людей наготове, так что не беспокойтесь. Когда дверца кареты настежь распахнулась и, сильно нагнувшись, в неё забрался человек в чёрном плаще, юноша вздрогнул, отодвигаясь подальше. Его глаза смотрели прямо, но с явной опаской. Овальное лицо было довольно простым для такого важного человека, но всё же обладало своей привлекательностью, а взгляд карих глаз был не без хитринки. — Не беспокойтесь, ага. Вам ничего не угрожает, — с полуулыбкой сказал Текер ага. Тут же за Текером в карету забрался ещё один янычар. — Кто вы? — бросил юноша, переводя взгляд с одного на другого. — Янычары. Моё имя Текер ага. — Слышал Ваше имя. Интересно было вживую увидеть сына Адема аги, — после недолгого молчания юноша представился, — Ибрагим ага. — Сокольничий шехзаде? Теперь ясно, почему так много шума, — беззлобно хмыкнул янычар. Карета двинулась. На четырёх лошадях теперь сидели переодетые янычары, а сквозь лес пробирались другие янычары из отряда. Ибрагим ага плотнее закутался в дорожное одеяние и, нахмурив брови, наблюдал за янычарами. Тут прогремел звук горна. По склону сбежали люди, чьи лица закрывали чёрные платки и капюшоны. В их руках блестело оружие: ножи, топорики, сабли и ятаганы. Головорезов было много. Заказчик действовал наверняка. Янычары схватились за оружие и набросились на наёмников, желая отрубить им головы. Но противники отпрыгнули и начали бить по ногам лошадей, сбрасывая на землю янычар. Тут же из леса с обеих сторон на воинов посыпались стрелы. Им только и оставалось спрятаться за телами лошадей. Стрелы со свистом пролетели мимо, вонзились в стенки кареты и добили лошадей. Под шум битвы из леса появились янычары и напали со спины на лучников, перерезая им глотки. Из кареты выпрыгнул Текер ага, обнажив саблю. Первый же удар пришёлся в шею противника, перерезая сонную артерию. Следующим янычар парировал атаку другого наёмника, отталкивая его на пару шагов. Удары сыпались градом, повсюду слышались лязг сабель и яростные крики. Набросившись на наёмника, Текер рассёк воздух снизу вверх и разрезал живот врага. На тёмно-красное одеяние янычара и чёрный плащ брызнула кровь. Отразив атаку со спины, одним точным ударом по кисти наёмника Текер выбил саблю из его рук и, схватив за шею одной рукой, приподнял над землёй, заставляя задыхаться. Одним движением юноша бросил врага в приближающихся наёмников и оставил их на растерзание янычарам. Сражение не прекращалось, хоть теперь явное преимущество было на стороне янычар. Несмотря на это, наёмники не желали сдаваться и всё ещё яростно набрасывались на воинов. Тела в чёрных одеяниях скатывались по склону и падали под ноги сражающимся внизу. Дорожный песок перемешался с кровью, а повсюду слышались хрипы и бульканье из-за пробитых лёгких. Наёмники лезли со всех сторон, и им удалось оставить на теле Текера аги несколько глубоких царапин, так что кровь убийц на янычарской форме смешалась с его собственной. Наконец, последнего наёмника повалили на землю и приставили к его шее лезвие сабли. Мужчина закашлялся и сплюнул кровавый сгусток, глядя на янычар со всей злостью, на которую был способен. — Да такое количество людей стоит целое состояние, — удивлялся Текер, зажимая рану на руке. Ибрагим ага встал рядом и тяжело вздохнул, наблюдая за стонущим от боли наёмником. Текер подобрал с земли выбитую из рук мужчины саблю и играючи взмахнул ей несколько раз: — Хорошая сталь. Сам бы такой саблей пользовался. У Вас проблемы с серьёзными людьми, Ибрагим ага. — Предположения есть, но, думаю, больше мне расскажет этот ага, — Ибрагим мотнул головой в сторону распластавшегося на земле мужчины, — Свяжите его и доставьте туда, куда я скажу. Лицо Ибрагима аги не выражало ничего. Он отвернулся и скрестил руки на груди, уставившись на песок. Ступив на территорию дворца, Текер ага не ощутил облегчения, а лишь устало потёр виски и почувствовал, как от крови слиплись пушистые русые волосы. Хотелось вымыться и отпроситься до конца дня у Дженгиза аги. — Надеюсь, это «путешествие» оплачивается, — подумал янычар, опустив голову. Проходя близ дворца, юноша услышал громкий выразительный голос, который слышал на днях. Обернувшись, Текер ага увидел Сюмбюля агу. Он говорил со своим коллегой, настойчиво указывая на бумаги. Сейчас он был совершенно не похож на того промокшего под дождём юношу: волосы были гладкие, густые, а чёрные глаза были подведены сурьмой. Бирюзовое одеяние сидело по фигуре (половина ночи была потрачена на то, чтобы подшить слишком свободный для тощего тела комплект) и выгодно подчёркивало кожу карамельного цвета. Когда евнух обернулся и их взгляды встретились, Текер мягко улыбнулся, а в глазах сверкнул игривый огонёк. К удивлению, Сюмбюль не то что не улыбнулся в ответ, наоборот на его лице появился страх, а кожа побледнела. Евнух бросил что-то собеседнику и, развернувшись, поторопился в гарем. Текер непонимающе сдвинул брови и поспешно достал из кармана крошечное зеркальце: вся правая половина лица была вымазана в чужой крови, а волосы в конец растрепались. — О Аллах, — обречённо прошептал янычар.

***

Илькин ага умыл лицо ледяной водой. Тяжело вздохнув, он поднял взгляд и посмотрел на своё отражение в зеркале. Под глазами были заметные синяки, а на лице была написана усталость. На щеке красовалась царапина, которая выделялась на бледной коже. Отбросив белое полотенце, надев и расправив верхнее одеяние, Илькин ага покинул мрачные покои и несколько раз провернул в замке ключ, а затем повесил его себе на шею, спрятав под одежду. Евнух остановился у высоких дубовых дверей и сдержанно стукнул два раза кольцами. После приглашения стражники распахнули перед юношей двери в просторный кабинет. По обеим его сторонам стояли шкафы, переполненные книгами, а у широкого окна стоял тяжеленный стол, за которым лицом к двери сидел мужчина неопределённого возраста. Этот человек был невысокий и худой, волосы были каштанового цвета, а курносое лицо было хитрым и желчным. — Илькин ага! Я ждал тебя, — мужчина сцепил руки в замок и положил на них подбородок. — Необходимо избавиться от этих наложниц и набрать новых, — сразу приступил к делу Илькин, сделав сдержанный поклон. — Не так всё это просто, сам знаешь, — наклонил набок голову мужчина, — Уже поздно думать об этом. Едва ли неделя осталась до приезда шехзаде. К тому же на день раньше привезли новых служанок, так что тебе придётся присмотреться и к ним. — Левент паша, слуги незаметны, они видят всё и всех, а их никто. Держать в поле зрения двадцать наложниц не так уж и сложно, но не упустить ни одной служанки — невозможно. — С твоими-то навыками? Не прибедняйся, Илькин ага. Иначе продолжал бы я наше сотрудничество? — Мы оба прекрасно знаем, как важна Вам наша дружба, — равнодушно бросил евнух. Левент паша хмыкнул и посмотрел в глаза Илькину аге: — Пока что надеюсь решить все наши разногласия. Найди шпионку, выпытай информацию, а затем убей. Или хотя бы дотяни до отъезда шехзаде: наложницы уедут с ним, и там шпионка станет бесполезна заказчику, а служанок сразу же отправим в разные дворцы. — Если хотите решить разногласия, то выполняйте и вашу часть договора. Будьте готовы оказать услугу. А для этой работы мне нужны ещё люди: глаза по всему дворцу. — Будешь чай? — после долгой паузы сказал паша, поправляя причёску. Илькин ага промолчал, многозначительно глядя на Левента пашу. — Многое теряешь, — сказал мужчина, наливая себе из искусно расписанного чайника и добавляя ложку сахара, — Как отец? Брат? — Не беспокойтесь о нашей семье. Левент паша желчно улыбнулся и опустил глаза на рыжевато-коричневый чай. — Разрешите идти, — сказал Илькин ага, поджав губы. — Конечно. Когда дверь за евнухом закрылась, Левент паша переменился в лице: улыбка исчезла, а брови сдвинулись. — Чёртова белая ворона...

***

Илькин ага медленным шагом двигался по дворцу, чуть опустив голову и углубившись в свои мысли. От них его оторвала только обжигающая жара. Илькин спрятал белоснежные руки в рукава и поспешил в библиотеку. Это было небольшое мраморное здание, окна которого были украшены витражами. К входной двери, спрятанной под навесом, вела тщательно вычищенная лестница. Только попав внутрь светлого помещения, евнух свободно вздохнул. В центре лежал красный ковёр, а вдоль стен стояли дубовые шкафы. Повсюду пахло старыми книгами, чернилами и деревом. Илькин схватил с полки несколько листов пергамента и сел за стол. Юноша долго глядел на пустой лист и не решался окунуть перо из сушёного тростника в чернила. Илькин ага закрыл лицо руками и потёр глаза. Взяв в руку ключ от библиотеки, Илькин закрыл глаза и опустил голову на предплечье. Свесив руку с ключом со стола, Илькин моментально провалился в поверхностный беспокойный сон. Тут же пальцы разжались и с громким звоном ключ упал на пол. Евнух тут же поднялся и, запустив пальцы в волосы, вновь взял перо. Когда несколько строк появилось на пергаменте, Илькин ага внимательно вчитался в текст и небрежно скомкал лист. Отбросив его в сторону, евнух тут же взял другой. Юноша поднял усталый взгляд в окно, но и там не за что было зацепиться. Тут дверь скрипнула и с громким хлопком закрылась за незваным гостем: — Ну наконец-то. Почему я должен так долго искать тебя? — Сюмбюль ага скрестил руки на груди. Илькин медленно перевёл взгляд. — Почему ты не передал мне ещё бумаги по празднику? Нужно сейчас распределить обязанности и начать подготовку. — Подготовка начинается с сегодняшнего дня. Я займусь этим лично, — сказал Илькин ага. — Лично? Не забывай, мы равны. Так что такие решения ты должен обсуждать со мной, — Сюмбюль ага опёрся обеими руками на стол и направил гневный взгляд на коллегу. — Можешь распределить обязанности между новыми евнухами, — спокойно ответил Илькин. — Будто делает мне одолжение, — подумал Сюмбюль, стиснув зубы. — Ну уж нет. Кто дал тебе такие полномочия? Почему так своевольно решаешь, кому отвечать за праздник? — Я посчитал это нужным, — отрезал Илькин ага, переведя бесстрастный взгляд на пергамент. В груди Сюмбюля зарокотал гнев. Изо рта вырвался смешок полный негодования. Евнух ещё раз оглядел преспокойного юношу и сдержал вспышку гнева, лишь раздражённо поведя плечом. Выйдя из библиотеки, Сюмбюль потёр виски и прикрыл глаза. — Нельзя на него срываться — не будет никакого результата, лишь унижусь. Будет тяжело. Тяжелее, чем когда-либо, — думал евнух, расхаживая вдоль дворцовых стен. Тут за спиной раздался шорох. Чужие руки грубо толкнули евнуха к стене. Трое евнухов окружили Сюмбюля агу, один из нападавших остановился чуть поодаль. — Догу? Мёге? Чем обязан? — нагло ухмыльнулся Сюмбюль ага. — Сюмбюль ага, что ты сделал, чтобы получить эту должность, а? — начал Догу, наклонив голову набок. — То, на что тебе силёнок не хватило. Ну что, не боитесь последствий? Лучше уберите руки, — Сюмбюль ага одним движением брезгливо отбросил преграждающую путь руку. — До сих пор не понимаешь расклад? Здесь единственный старший евнух Илькин ага. Так что тебя даже служанки слушать не будут. Это тебе не Маниса, — произнёс стоящий позади долговязый евнух. — Это ты голос подал, Коркут? Значит, хочешь, чтобы я вспомнил всё, что было в Манисе. А ты, Мёге, всё ещё не освоился в Топкапы, хоть и находишься здесь дольше всех? Снова будешь таскаться за ними? Мёге ага съёжился и не решился посмотреть в глаза старшему евнуху. Этот человек вечно сутулился и смотрел в пол, так что казался ниже, чем он есть на самом деле. Мёге вечно щурился и постоянно поправлял отросшие тёмные волосы. Сейчас же он не двигался, подобно каменной статуе. — Если не хочешь таких ситуаций, Сюмбюль ага, смирись со своим положением. — У вас был шанс просто избегать меня, — поджал губы Сюмбюль ага.