Трижды на вокзале Кингс-Кросс

– С дороги! – Гаркнул бандитского вида мужчина, стоящий прямо позади меня. От его левого глаза вплоть до самой губы расползалась тонкая полоска давно зажившего шрама, которая наверняка своим видом пугала многих молодых и не очень людей. Впрочем, меня такой ерундой запугать бы не удалось. Сложно бояться шрамов, когда твое собственное тело сплошь и полностью ими покрыто. – Понаразвелся всякий сброд, тьфу. – Сплюнул он куда-то в сторону и широкою походкой направился к воротам крепости. За ним сразу поспешили два не сильно умных на вид пособника. Один тощий как черт, а другой лысый и грузный. С очень тяжелым взглядом. – Точно-точно, господин Корнелиус. – Поддакивал ему один из верных подчиненных. Тот самый, у которого из-за неестественной худобы наружу выпирали кости, а глазные яблоки впали настолько глубоко, что весь его вид источал болезненность и уродство. – И как только этих невежественных простолюдин земля носит! – Все причитал он, потирая свои сморщенные ладони. – Преграждать дорогу великому и могучему главе наемников «Черного клыка»! Додуматься же до такого… – Молчать! – Рявкнул «великий и могучий», обозлившись на своего соратника. – От твоего визга голова болит! – Конечно-конечно, господин Корнелиус… – В полголоса залепетал он, отходя на несколько шагов назад и в конец умолкая за спиной этакого главаря. – Следующие! – Вновь раздался голос стражника, и «банда наемников» скрылась за широкими воротами крепости. Отойдя немного от секундного замешательства и шока, я с усилием сжала в руке полупрозрачный флакончик с рябиновым отваром. Убрав его от греха подальше в волшебный мешок, я тряхнула короткими вьющимися волосами и направилась в конец живой очереди. Той самой, которую ранее я просто прошла мимо, непонятно каким образом не заметив при подходе к городу. Конечно, там, где есть свет, есть и тьма. Такие люди, как эта троица, тоже встречаются везде, не зависимо от места и времени, в котором ты находишься. Поэтому не стоит лишний раз заострять внимание на грубых проходимцах. В жизни и без того проблем хватает. Очередь, к слову говоря, у ворот была совсем не маленькая. Судя по разбитым вблизи палаткам, можно предположить, что некоторые путники буквально ночуют за городской стеной, лишь бы поскорее попасть внутрь. Не то чтобы меня пугала подобная перспектива, но глядя на скрывающееся за лесом закатное солнце, было не сложно догадаться, что и меня сегодня ждет аналогичная участь. Хотя, после четырехдневного похода с Салазаром и полугодового скитания по лесу с друзьями мне в общем-то было не привыкать.

***

Спустя 2 часа, когда за воротами крепости послышался мерный звук колокола, очередь сдвинулась всего лишь на четверть от своей первоначальной длины. Стражник вот-вот должен был объявить о закрытии главных врат, однако внимание присутствующих неожиданно переключилось на что-то другое. Среди толпы путников послышались различные шепотки, стремительно распространявшие вести от начала очереди до самого ее конца. «…шебник», «это маг», «там только что появился маг…», «что такой благородный господин забыл на окраине графства...» Как только до меня дошел смысл распространяющихся слухов, я тут же навострила уши. «Маг»? Просто взял и появился перед воротами города? Перед таким огромным количеством магглов? Это невозможно. А как же Статут о секретности? Только если… Мерлин! Неужели еще не был введен «Статут»?! Только сейчас до меня стало доходить, что я действительно нахожусь в «другом» времени. Пока я бродила по болоту с Салли, это не ощущалось так сильно. То есть, да, я общалась с одним из основателей Хогвартса, однако… Все было… Как бы это сказать… обычно? Слизерин оказался таким же простым человеком, как и все мы. Со своими тараканами в голове и ядовитым языком, но в этом не было ничего сверхъестественного. Ничего, кроме его легендарного имени. А вот сейчас, когда другой волшебник просто взял и аппарировал перед всеми этими людьми… Дракклов хвост, да люди в этом времени не просто знают про магию, они ее… восхваляют? Это единственный вывод, к которому я смогла прийти, учитывая массовые перешептывания и восклицания. Где-то они звучали восхищенно, где-то благоговейно, где-то со скрытой опаской. Однако, в общей неразберихе совершенно точно превалировал положительный настрой. Это удивительно. Настолько, что я, невольно подхваченная общим ликованием, выглянула за пределы очереди, желая взглянуть на «уважаемого волшебника». С моего места мало что можно было разобрать, однако я точно углядела темно-синюю, похожую на ночное небо мантию и такого же цвета остроконечную шляпу. «Благородный господин» о чем-то беседовал с привратным стражником, однако услышать хоть что-нибудь из их разговора не представлялось возможным. Слишком уж сильный ажиотаж среди присутствующих вызвало появление мага. Внезапно, волшебник указал рукой куда-то в сторону очереди, и это простое действие подняло среди магглов новую волну пересудов. Ужасный гомон не стих даже после того, как причина его появления скрылась за воротами крепости. Наоборот, шумиха вышла на новый уровень, будто до этого присутствие мага невидимыми путами сдерживало длинные языки. И, тем не менее, волна разговоров стала постепенно стихать, оставляя после себя лишь осторожные перешептывания особенно любознательных путников. Источник временного затишья очень скоро перестал быть для меня загадкой: внимание присутствующих перетянул на себя один из городских стражников, который что-то спрашивал у торговцев и путешественников, постоянно сверяясь с пергаментом в грубых ладонях. На расстоянии нескольких метров я наконец-то смогла расслышать задаваемый каждому из присутствующих вопрос: «Как ваше имя?» Ооо, это был интересный вопрос, и у меня было несколько вариантов как на него ответить. Как жаль, что несколько вариантов у меня именно БЫЛО. А остался, к сожалению или к счастью, всего лишь один. Когда же привратник со своим единственным вопросом обратился и ко мне, я уже знала, что мне придется ответить. – Ваше имя, пожалуйста. – Безынтересно потребовал он, продолжая высматривать что-то в помятой бумажке. Набрав в легкие побольше воздуха и собравшись с силами, я ответила: – Годрик. Годрик Гриффиндор. – Уточнила я, встретившись с изучающим взглядом стражника. Черт бы побрал, этого Салазара Слизерина, который, узнав об отсутствии у меня документов, «соизволил» оформить мне новые. Даже не утрудившись поинтересоваться моим мнением, он просто впихнул их мне в руки незадолго до прощания на опушке леса! И какое же имя значилось в предоставленных бумагах? Разумеется – Годрик Гриффиндор! А где он их достал?! А Мерлин его знает! От желания придушить Салли меня оторвал загоревшийся взгляд местного рыцаря. Еще раз сверившись с бумагами, он подозвал к себе кого-то из сослуживцев и довольно улыбнувшись, стал раздавать указания. – Этот тоже подходит. – Кинул он подбежавшему стражнику. – Проводи его. Прежде чем меня стали утягивать в сторону городских ворот, я успела заметить часть текста на пергаменте, с которым носился «Рыцарь-как-тебя-зовут». Griffin ; Lion ; Gold ; D’or ; Wing »; God ; Lord , Ric и так далее. Странный и никак не связанный между собой список слов. Единственное, что меня настораживало… Нет, этого не может быть. Я просто себя накручиваю. Последовав за одним из местных рыцарей, я под удивленные и возмущенные взгляды путников прошла через городские ворота. Однако же, путь наш на этом не завершился, и мы двинулись дальше – вглубь непримечательных улиц. В один момент мой провожатый свернул с главной дороги и приблизился к не слишком примечательной таверне, на вывеске которой красовался одинокий ворон. Здание было двухэтажным, но тем не менее выглядело крайне простенько. Я бы, пожалуй, сказала - непритязательно. А по сравнению с домом Салазара… даже убого. Стены первого этажа были сложены из грубо обработанного камня, местами покрытого пятнами мха и следами времени. Верхний же этаж был выполнен из темных, потрепанных стихией, деревянных досок. Оконные ставни были кое-где приоткрыты, а вот тяжелая дубовая дверь с металлическими заклепками – напротив – наглухо закрыта. Стражник несмело вошел внутрь, время от времени поглядывая, чтобы я шла за ним. И я шла. Непонятно куда, непонятно зачем, но шла. Почему? Наверное, из интереса. Уж слишком странная догадка родилась в моей голове, когда я увидела те слова на помятом пергаменте. Подозрительно хорошо из них складывалось имя Годрика Гриффиндора . Мое имя. Ну или по крайней мере то, которым я представилась. Войдя в помещение, я с удивлением обнаружила чистое и очень органично обставленное пространство. На стенах висели синие гобелены, за барной стойкой виднелся красивый сервиз и бутылки дорогого алкоголя, мебель в зале тоже была добротная – из качественного дуба и с мягкой синей обивкой. Если хорошо присмотреться, то на полу можно было заметить огромного ворона, вырезанного прямо на досках. Однако, внимание мое привлекало не это. Больше всего меня интересовали двое других молодых людей, рядом с которыми также стояли стражники. Спустя примерно минуту внутрь вошла еще одна пара рыцарь-путник. Первый из которых сразу оповестил собравшихся: – Этот последний. Будто откликаясь на прозвучавшую фразу, с лестницы, ведущей на второй этаж, тут же плавной походкой спустился волшебник. Тот самый в мантии цвета ночного неба, который получасом ранее появился перед городской стеной. Присутствующие моментально склонились в приветственном поклоне, в то время как я ненадолго зависла, вглядываясь в черты незнакомого юноши. Это был красивый и высокий молодой человек, по ощущениям чуть ниже Салазара. На нем была качественная мантия из шелка, а вот остроконечной шляпы уже не наблюдалось. Зато вместо нее на голове у волшебника с комфортом разместился… ворон. Вот уж действительно странный молодой человек. Длинные волосы у него были собраны в расслабленный хвост, который без особых усилий доставал до самых его пят, а цвет их напоминал самую что ни на есть мглу. Абсолютная тьма, посоперничать с глубиной которой мог лишь пронзительный взгляд начитанных карих глаз. Не могу поверить в то, что говорю это, но думается мне, что этот человек прочитал книг даже больше чем Гермиона. А это ОЧЕНЬ много. Маг без явного интереса наблюдал за присутствующими, не обратив особого внимания на мое «грубое поведение», которое тем не менее попытался исправить один из стражников, насильно хватая меня за шею и заставляя склониться в поклоне. – Достаточно. – Сорвалось с его тонких губ, и все «приглашенные» тут же выпрямились, бросая время от времени на меня недовольные взгляды. Волшебник подошел к одному из юношей, бросив ему одно единственное слово, подкрепленное импульсом магии: – Имя. – Л-леон Голдмэн, мой г-господин. – Пролепетал молодой парень лет 20 на вид и вновь в почтительном страхе склонил перед магом голову. Внимательно осмотрев его сверху вниз, волшебник недовольно нахмурил брови и двинулся дальше по залу. Остановившись перед светловолосым парнишкой, которому судя по всему только недавно исполнилось 15, он вновь потребовал: – Имя. – Ричард Вингстон. – Отважно ответил тот, резко вздергивая подбородком. Он смотрел на мага не столько со страхом, сколько с вызовом, но и это не впечатлило волшебника. Он двинулся дальше. – Имя. – В третий раз потребовал он, вглядываясь в мои глаза так, словно был способен узреть саму душу. – Годрик. – Спокойно ответила я. – Годрик Гриффиндор. И в этот момент я почувствовала, как что-то резко придавило меня к земле. Давление было настолько сильным, что я невольно упала на одно колено, рефлекторно высвобождая весь свой магический резервуар. Однако, казалось, что чем больше моя магия пыталась сопротивляться натиску, тем сильнее он становился, безжалостно вдавливая меня в деревянный пол таверны. Прогнившие доски тут же заскрипели от возникшего давления, готовые вот-вот разломиться на части. Холодная капелька пота стекла по моему лбу вниз на подбородок и с оглушительным шумом разбилась о холодный пол. Я словно в замедленной съемке наблюдала за тем, как она падает наземь, разлетаясь на бесчисленные хрустальные осколки и впитываясь в заплесневевшую древесину. Одно лишь усилие воли удерживало меня от того, чтобы распластаться звездой на паркете. Давление исчезло также внезапно, как и появилось, оставив после себя лишь тяжелое и отрывистое дыхание. Я судорожно сглатывала слюну, хватая ртом воздух и пытаясь восстановиться. Даже для того, чтобы просто поднять взгляд на мага, потребовалось сделать огромное усилие над собой. Довольная тень улыбки – вот что ждало меня на прежде безэмоциональном лице.