Юность

Три дня Чимин не отвечал на звонки и сообщения. Не приходил в школу. Не появлялся в студии. Тэхен сходил с ума от вины и страха. *Что, если я серьезно его ранил? Что, если ему нужна медицинская помощь? Что, если он расскажет кому-то?* На четвертый день Чимин наконец ответил на сообщение:«Нам надо поговорить. Приходи в студию сегодня в 8 вечера.» Тэхен пришел за двадцать минут до назначенного времени. Ходил по студии кругами, репетируя, что скажет. Прости. Я не хотел. Я был зол. Я потерял контроль. Прости, прости, прости. Чимин появился ровно в восемь. Вошел тихо, закрыл за собой дверь на замок. — Привет, — сказал Тэхен, шагая к нему. — Чимин, я так виноват, я... — Заткнись, — холодно произнес Чимин. Тэхен замолчал. Чимин выглядел... по-другому. Лицо осунувшееся, под глазами синяки, но во взгляде была жесткость, которой раньше не было. — Чимин, прости меня, пожалуйста, — Тэхен попытался взять его за руку, но Чимин отдернул. — Я не хотел сделать тебе больно, я просто потерял контроль... — Ты изнасиловал меня, — тихо сказал Чимин. Слово ударило как пощечина. — Что? Нет! Я... ты же сам сказал... — Я был в шоке! В истерике! А ты воспользовался этим! — Голос Чимина дрожал. — Ты вошел без подготовки, без смазки! Ты знал, что это будет больно, но тебе было плевать! — Чимин, я не хотел... — Три дня! — перебил Чимин. — Три дня я не мог нормально сидеть! Не мог ходить без боли! Думаешь, я мог пойти к врачу? Рассказать родителям? — Мне так жаль... — Тэхен чувствовал, как слезы наворачиваются на глаза. — Прости меня, пожалуйста... Я сделаю что угодно... — Что угодно? — усмехнулся Чимин. — Хорошо. Тогда скажи мне — ты любишь меня? Тэхен замолчал. Это был момент истины. Момент, когда он должен был быть честен. — Я... я не знаю, — прошептал он. — Мне нравится то, что между нами. Мне нравишься ты. Но любовь... я не уверен, что это любовь. — Значит, нет, — Чимин кивнул, как будто ожидал этого ответа. — Понятно. Значит, все это время ты просто использовал меня. Для секса. Для удовольствия. — Нет! Это не так! — ТАК! — крикнул Чимин. — Я отдал тебе все! Свою невинность! Свое тело! Свое сердце! А ты... ты даже не можешь сказать, что любишь меня! — Чимин, прошу... — Знаешь, что самое смешное? — Чимин рассмеялся истерично. — Я думал, что если мы займемся сексом, ты поймешь, что тоже любишь меня. Что это станет началом чего-то настоящего. Но ты просто... просто воспользовался. Все это время. — Это не правда... — ПРАВДА! И в ту ночь ты показал свое истинное лицо! Когда я был тебе не нужен для удовольствия — ты просто выкинул меня, как использованную тряпку! А когда я попытался вернуть твое внимание — ты изнасиловал меня! — Я НЕ НАСИЛОВАЛ ТЕБЯ! — крикнул Тэхен. — Ты сам попросил! Ты сам сказал «трахни меня»! — Я БЫЛ В ИСТЕРИКЕ! — Но ты согласился! — Потому что думал, что это единственный способ удержать тебя! — Чимин рыдал теперь открыто. — Потому что боялся потерять тебя! Потому что любил так сильно, что готов был терпеть боль! Тэхен стоял, не зная, что сказать. Вина давила на грудь, не давая дышать. — Чимин... я действительно не хотел сделать тебе больно... Мне так жаль... Давай... давай просто остановим все это. Вернемся к тому, как было раньше. Просто друзья. Просто музыка. — Вернемся? — Чимин вытер слезы. — Ты думаешь, можно просто взять и вернуться? После всего, что произошло? — Мы можем попробовать... — Нет, Тэхен. Нельзя. — Чимин достал телефон из кармана. — Знаешь, я три дня думал. Думал, что мне делать. Простить тебя? Забыть? Притвориться, что ничего не было? — Чимин, что ты... — А потом я понял. Ты должен заплатить. За то, что использовал меня. За то, что сломал меня. За то, что украл мое первый раз под ложью дружбы. — О чем ты говоришь? Чимин повернул экран телефона к нему. Там была открыта форма заявления в полицию. — Я собираюсь заявить на тебя, — спокойно сказал Чимин. — За изнасилование. Мир рухнул. — Ты... что? — Тэхен не мог поверить услышанному. — Чимин, нет... пожалуйста, нет... — Почему нет? Ты изнасиловал меня. У меня есть доказательства — фотографии травм, которые я сделал сразу после. Порванная одежда, которую я сохранил. Переписка между нами, где видно, что отношения были неравными. — Но мы вместе... мы оба участвовали... — Ты совершеннолетний. Мне еще нет восемнадцати. Ты богатый, из влиятельной семьи. Я — обычный парень. Кто, думаешь, поверит, что это было взаимно? — Чимин шагнул ближе. — Тебе пятнадцать лет дадут. Минимум. За изнасилование несовершеннолетнего. — ЧИМИН, ПОЖАЛУЙСТА! — Тэхен упал на колени. — Не делай этого! Я виноват! Я признаю! Но не разрушай мою жизнь! Прошу! — Мою ты уже разрушил, — холодно ответил Чимин. — Теперь моя очередь. — Я сделаю что угодно! Что угодно! Только не это! — Что угодно? — Чимин присел перед ним на корточки, взял за подбородок, заставил посмотреть в глаза. — Скажи, что любишь меня. Прямо сейчас. Скажи, и я не подам заявление. Тэхен смотрел в его глаза. Видел боль. Отчаяние. Безумие. Он мог солгать. Мог сказать три слова и спасти себя. Но что-то внутри не позволило. — Я... не могу, — прошептал он. — Не могу врать тебе. Ты заслуживаешь настоящей любви. Не лжи. Чимин отпустил его, встал. — Значит, так, — кивнул он. — Хорошо. Тогда увидимся в суде. Он развернулся и пошел к двери. — ЧИМИН, ПОДОЖДИ! — Тэхен вскочил, схватил его за руку. — Пожалуйста! Не делай этого! Подумай о моих родителях! О нашей музыке! О... — Отпусти меня, — тихо сказал Чимин, не оборачиваясь. — Нет! Я не отпущу, пока ты не выслушаешь... Чимин резко обернулся и ударил его. В лицо. Сильно. Тэхен отшатнулся, держась за щеку. — Я СКАЗАЛ — ОТПУСТИ! — крикнул Чимин. — НЕ ПРИКАСАЙСЯ КО МНЕ БОЛЬШЕ НИКОГДА! Он рванул дверь и выбежал. Тэхен остался один в студии, где все началось. Где они смеялись, репетировали, мечтали о будущем. Где он совершил самую большую ошибку в своей жизни. Крах На следующий день к дому Тэхена приехала полиция. Родители были в шоке. Мать плакала. Отец кричал на офицеров, требуя адвоката. Тэхена увезли в участок. Допрашивали часами. Он признал, что у них был секс. Но клялся, что это было по обоюдному согласию. Что они встречались. Что Чимин сам инициировал близость. Но доказательства были против него. Фотографии травм Чимина — ссадины, кровоподтеки, разрывы. Медицинское заключение, что травмы соответствуют насильственному проникновению без должной подготовки. Порванная одежда со следами крови. Показания одноклассников, что Тэхен был агрессивен, что они видели, как он толкал Чимина.Это было раньше до того как они начали дружить. Но всем было всё равно. Родители наняли лучших адвокатов. Пытались замять дело. Предлагали компенсацию семье Чимина. Но Чимин отказался. Хотел только одного — правосудия. Суд длился три месяца. СМИ раструбили историю везде — «Сын миллионера изнасиловал одноклассника», «Дружба закончилась трагедией», «Подросток требует справедливости». Тэхена выставили чудовищем. Богатым извращенцем, который воспользовался доверием бедного талантливого мальчика. А Чимин стал жертвой. Героем. Смелым подростком, который не побоялся рассказать правду. Приговор вынесли в день восемнадцатилетия Тэхена. Пятнадцать лет лишения свободы за изнасилование несовершеннолетнего при отягчающих обстоятельствах. Мать упала в обморок прямо в зале суда. Отец кричал на судью, обещая обжаловать. А Тэхен... Тэхен просто сидел, глядя в одну точку. Когда его уводили, он в последний раз посмотрел на Чимина. Тот сидел на скамье для пострадавших. Лицо бледное, глаза пустые. Он тоже смотрел на Тэхена. Их взгляды встретились. И в тот момент Тэхен увидел правду в глазах Чимина. Не торжество. Не облегчение. Боль. Отчаяние. Раскаяние. Он не хотел этого. Не хотел так далеко зайти. Но зашел. И теперь пути назад нет. Тэхена увели. Дверь закрылась. Жизнь, какой он ее знал, закончилась. Эпилог: Пять лет спустя Тюрьма строгого режима Тэхен сидел в камере, глядя в зарешеченное окно. Ему было двадцать три. Пять лет он провел здесь. Еще десять впереди. Родители навещали раз в месяц. Мать каждый раз плакала. Отец каждый раз обещал, что вытащит его, найдет лазейку в законе. Но Тэхен знал — не вытащит. Приговор был законным. Он действительно причинил Чимину боль, но не ту о которой все думали. Был ли это технически изнасилование? Юридически — да. Морально? Он до сих пор не знал ответа. Но результат был один — сломанные жизни. Его жизнь. Жизнь родителей. Жизнь Чимина. Да, Чимина тоже. Через год после суда до Тэхена дошли слухи — Чимин бросил музыку. Бросил школу. Переехал в другой город с семьей. Не выдержал давления, слухов, взглядов. Некоторые называли его героем. Другие — лжецом, который оклеветал друга. Правда была где-то посередине. Как всегда. Тэхен закрыл глаза, вспоминая. Вспоминая, как они смеялись в той студии. Как репетировали до рассвета. Как мечтали покорить мир музыкой. Как все разрушилось из-за одного решения. Одной ночи. Одного момента слабости. Баловство,— подумал он горько. Он думал, это просто баловство. Эксперименты. Ничего серьезного. А привело к трагедии. Дверь камеры открылась. Охранник: — Тебе посылка. От Пак Чимина. Тэхен замер. Первый раз за пять лет. Он взял посылку дрожащими руками. Открыл. Внутри был диск. Подписан рукой Чимина: «Наша последняя песня». И письмо. Тэхен развернул его, начал читать: -«Тэ *Я не знаю, прочтешь ли ты это. Не знаю, захочешь ли. Но я должен написать.* *Прости меня.* *Я знаю, это звучит смешно. Я — жертва по документам. Ты — преступник. Но правда сложнее.* *Мы оба виноваты. Я подтолкнул тебя в ту ночь. Спровоцировал. Сказал слова, которые не должен был говорить. А ты... ты не должен был соглашаться.* *Мы были детьми, играющими со взрослым огнем. И обожглись.* *Я не могу забрать заявление. Не могу отменить приговор. Но я хочу, чтобы ты знал — я не ненавижу тебя.* *Я до сих пор помню хорошее. Нашу музыку. Наш смех. Наши мечты.* *Я записал нашу последнюю песню. Ту, что мы не успели закончить. Закончил за нас обоих.* *Прощай, Тэхен. Надеюсь, когда-нибудь мы оба найдем покой.* *Чимин.»* --- Тэхен держал письмо, и слезы капали на бумагу, размывая чернила. Он вставил диск в разрешенный плеер, надел наушники. Зазвучала музыка. Их музыка. Саксофон и голос Чимина. Слова песни были о двух друзьях, которые потерялись в темноте. О любви, которая стала болью. О прощении, которое невозможно. Тэхен слушал и плакал. Плакал о потерянном будущем. О разрушенной дружбе. О том, что могло бы быть, если бы они остановились вовремя. Но они не остановились. И теперь платили цену. Оба. Баловство двух подростков привело к трагедии, разрушившей две жизни. Нет победителей в этой истории. Только жертвы собственных решений. Только осколки того, что могло быть прекрасным, но стало кошмаром.* Иногда самое страшное зло начинается с невинной игры. КОНЕЦ