Мышиная охота

— Мистер Уэйн, скажите, вы встречаетесь с Анной Романовской? — говорила репортёрша, протягивая через красную ленту ограждения длинный микрофон, — Мистер Уэйн!       Брюс Уэйн торопливо покидал здание гостиницы, избегая толпу журналистов, которую сдерживала охрана. Камердинер уже ждал возле дороги с ключами от красного спорткара.       Вчера газета «Готэм» опубликовала на первой полосе снимки обжимающегося в одном ресторане Уэйна с белокурой русской балериной, поэтому сегодня парочку захотели поймать с поличным. Миллиардера часто видели в сопровождении девушек, но с этой голубоглазой красоткой с шеей лани он ужинал уже четвёртый день подряд, что было на него явно непохоже. Обычно девушки на неделе не повторялись. — Мистер Уэйн, — бежали за ним журналисты.       Брюс Уэйн даже не взглянул в их сторону и быстро уехал, но толпа журналистов не расходилась. По идее, балерина всё ещё оставалась где-то в этом отеле, и шанс узнать о теперь не таких уж и тайных отношениях с принцем Готэма всё ещё был. К глубокому сожалению толпы с камерами и микрофонами, сенсации мешала охрана.       Келли отошла от них на почтительное расстояние, залезая в телефон. Машина с жучком двигалась в сторону башни Уэйна. Ничего, значит не сегодня. Келли выбросила окурок в пепельницу над урной, звонко стуча по тротуару каблуками, и спустилась в безлюдный подземный переход, на ходу сняв парик и бросив его в сумку. Тональный крем неприятно сушил губы, девушка вытерла его тыльной стороной ладони.       Вечером следующего дня она вычислила, где он по припаркованной машине. Келли тут же позвонила в этот ресторан и забронировала столик, взяв такси. Грим незаметно лежал на её коже, зачёсанные волосы назад гелем были выкрашены баллончиком в чёрный цвет. Цветные линзы, очки-фальшивки, чересчур тёмные брови и невзрачное лицо — Келли была совершенно не похожа на себя.       Когда внимательный хостес проводил её в зал, Уэйн уже сидел со своей новой девушкой. Келли уж было улыбнулась, но её счастье начало меркнуть, когда они прошли их столик и стали отдаляться. — Прошу прощения, — заявила она, — тот стол свободен? — Девушка указала на стол, который находился гораздо ближе, прямо возле окна. — Люблю смотреть на вид ночного города. — Без проблем, мисс — сказал хостес и отодвинул ей стул, после чего вручил меню. — Благодарю, — сказала Келли, сделала заказ и принялась наблюдать.       Медленно жуя свою лазанью и томно смотря в окно, она внимательно слушала разговор двух голубков. Уэйн практически всё время молчал, девушка же пыталась казаться крайне возвышенной. Она рассказывала ему про балет и скрытый смысл последней постановки, а он вбрасывал дежурные фразы, словно ему было совсем неинтересно. Но та этого, кажется, не замечала.       Так прошёл час, Келли даже пришлось заказать чай с десертом, чтобы оправдать своё нахождение там. — Брюс, может… — кажется, что ухо девушки увеличилось в размерах как в глупых мультиках, когда она услышала томность в голосе балерины. — Может, поедем ко мне в отель? Я завтра улетаю, и мне не хотелось бы так просто расставаться.       Последовала пауза. — Анна, — через время ответил Уэйн. — Мне жаль тебе это говорить, но у меня завтра утром очень важная рабочая встреча, я не могу её пропустить.       Келли позволила себе мельком бросить взгляд на их столик: Анна мягко дотрагивалась до его замка из сцепленных рук. Она словно бы отказывалась замечать его отрицательный ответ.       Келли поправила свой пиджак, на котором висела петличка. — Брюс, возможно это наша последняя встреча. — А возможно нет. К чему слёзные прощания? Давай не будем портить этот вечер.       Последовала долгая тишина. — Я тебя поняла. — Келли услышала громкий звук отодвигающегося стука. — Было приятно познакомиться с вами, мистер Уэйн.       Она обернулась на очень громкий и возмущённый звук удаляющихся каблуков, как и многие другие посетители, затем перевела взгляд на Уэйна. Он нагло откинулся на спинку стула. Признаться честно, Келли была удивлена его отказом. — Женщины, — сказал Уэйн официанту со снисходительной улыбкой и бросил чересчур много купюр на стол, после чего удалился.

***

      Кто-то скажет, что она играет с огнём. Возможно это отчасти так и было, хотя скорее больше похоже на наркоманию. У Келли было уже достаточно материала на Уэйна, но ей всё мало и мало. Чем больше она копала, тем сильнее росли её аппетиты, и это могло закончиться очень плохо, но она точно знала, когда ей стоит остановиться. Ей всего лишь хотелось посмотреть на Бэтмена, отследить его, а для этого нужно провернуть одно маленькое дельце. Тем более, она это уже делала.       Хорошо, что Келли не успела вернуть Мартину водолазный костюм.       Она снова пробралась в пещеру, только уже в семь утра. По её расчётам он должен был сладко спать в своей кроватке, вернувшись после длинной ночи. План у неё был простой: пробраться внутрь, прикрепить куда-нибудь на Бэт-мобиль жучок, исчезнуть в рассветной мгле и сладко досыпать пропущенные часы сна.       Вопреки её ожиданиям, на количество попыток при её прыжке веры опыт совершенно не повлиял. Келли бесконечно ударялась об воду, пока, наконец, не ввалилась внутрь. Как ни странно, ей было страшнее, чем в первый раз. Она не стала тратить ни секунды своего времени, быстро подскочив на ноги и побежав к машине. Оббежав вокруг неё несколько раз, Келли согнулась возле переднего правого колеса и достала из водонепроницаемого чехла жучок и клейкий материал. Для верности она с силой прижимала конструкцию несколько секунд, а затем бросилась обратно к водопаду и с разбегу прыгнула, но её смыло напором воды.       Силой потока её прибивало ниже, и она чувствовала, как горят лёгкие, а ещё горит правое бедро. Выбравшись на берег с сильным кашлем, Келли взглянула на ногу. Костюм был цел, но боль от ушиба была ужасная.       Ну, хорошо, что не головой, — подумала Келли и доковыляла до мотоцикла. Благо, теперь можно было проехать прямо к водопаду. Сезон дождей закончился, и грязь превратилась просто в ужасно неровную дорогу. И тем не менее, у неё есть сэкономленный час.       Наверное за всё время это была её самая быстрая и продуктивная вылазка. И плоды от неё были скорее, чем она думала. Жучков больше не осталось, поэтому вся надежда была на то, что ни один из них не отклеится. Пока за несколько недель жучок на Ламборгини её не подвёл, но кто знает, где он ездит на другой машине. По крайне мере, проснулась она только к вечеру и увидела своими глазами, как Бэт-мобиль покинул пещеру. Келли с интересом проследила его маршрут через экран ноутбука, а потом заметила, что он остановился в нескольких домах от точки Джонатана.       Келли засунула в рот остатки тоста и подошла ближе к открытому компьютеру, на котором наблюдала за передвижениями Уэйна. Увеличив масштаб, она увидела, где это. Север города, как и всегда.       У неё от любопытства зачесались руки. Девушка попробовала успокоиться и не соваться туда, куда не требовалось, но внутри всё горело. Она просто съездит и посмотрит, у неё получится уйти. Даже если там будет облава на Бэтмена, то ей удастся это заснять, и она сможет дополнить своё расследование. В любом случае, она уже влезала в такую передрягу и отделалась парой синяков, ей точно ничего не будет.       Келли быстро собралась, взяла с собой фотоаппарат, перцовый баллончик и диктофон, а затем сбежала вниз и запрыгнула на мотоцикл. Она мчалась по дорогам города так быстро, что вывески и дома смешались в одну какофонию из цветов, лишённую всяких форм.       Карты её привели к семиэтажному жилому дому. Келли остановилась на углу какой-то закрытой забегаловки прямо напротив него, поставив ноги на асфальт, и сняла шлем. Практически как и все дома в этом районе, он был из мутно-красного кирпича, поверх которого в несколько слоёв были нарисованы граффити. Единственный фонарь, освещавший улицу, неприятно мигал. Обычное среднестатистическое гетто.       Келли докатила мотоцикл до ближайшего мусорного бака и спрятала за ним, отправляясь на разведку. С другой стороны дома была пожарная лестница. Она не знала, что ей делать ещё, поэтому решила просто прокрадываться вверх по этажам и прислушиваться к происходящему в квартирах. По крайней мере кое-где горел свет, глядишь где-то да повезёт.       Она медленно, наступая с пятки на носок, кралась по железной лестнице, аккуратно приседая, когда опасно близко подходила к окнам. Благо её чёрный лосины и кофта работали ей на руку, растушёвывая её силуэт на фоне тёмного пространства. Обычно в квартирах было тихо, иногда она даже позволяла себе заглядывать в окна, таким образом обнаружив даже нежилые помещения. Было довольно странно, но она прокрадывалась всё выше и выше, пока на шестом этаже не услышала звук работающего телевизора.       Девушка присела на корточки перед окном и аккуратно заглянула внутрь. Оттуда на неё смотрел мужчина с пушкой в руке. Келли немедленно упала вниз, прикрыв голову, и услышала громкий выстрел, осколки стекла сыпались прямо на неё.       Дерьмо.       Она отползла назад и прислонилась к стене, трясущимися и в мелких порезах руками достав из поясной сумки перцовый баллончик. В квартире началась перестрелка. Не долго думая, Келли сломя голову побежала вниз. В квартирах включался свет, она даже слышала звонкий детский плач. За ней бежали, она это довольно скоро поняла, но оборачиваться не рисковала. Перепрыгивая через несколько ступеней, она летела вперёд гонимая животным страхом: капюшон кофты давно спал, лёгкие жгло, но ноги были необычайно лёгкими.       Её преследователь начал палить из пистолета. Вдали послышался звук разбитого стекла. Келли перепрыгнула почти всю последнюю лестницу и начала бежать зигзагами в сторону подворотни с мусорным баком, в надежде скрыться в темноте, но пули ещё несколько раз пролетали в каких-то сантиметрах от неё. Она забежала за угол, прислушиваясь к тишине. Кто-то шёл по асфальту. Медленно, словно растягивая удовольствие. Он знал, что она в ловушке, и ей из неё никуда не деться.       Сердце ушло в пятки. Келли старалась слиться со стеной, перехватив баллончик в руке покрепче, и как только шаги раздались совсем близко, она резко вытянула руку и распылила его. Послышался сдавленный крик: — Сука!       Мужчина несколько раз пальнул наугад, а затем закричал. Келли выглянула из своего укрытия и увидела согнувшегося Джонатана. Он приставил запястья к глазам и матерился. — Ты… — прошептал Келли, выйдя на свет. Этот ублюдок пытался её убить.       Он завертел голой, пытаясь поднять пистолет, но Келли выбила его у него из рук. Это была её победа, но и ошибка. Он ухватился за неё и повалил на землю. В руке у девушки был баллончик, и она, не отдавая себе отчёт, ещё раз распылила его, закашлявшись сама. Глаза заслезились.       Заплывшим взглядом он посмотрел на неё. Келли в панике отползла назад, пнув его ногой прямо в лицо. Сердце колотилось как бешеное, во рту пересохло. — Помнишь меня, Джонатан? — спросила она, когда он сплюнул кровь на землю.       Он снова посмотрел на неё, попытавшись встать. — Хорошо помню, — прохрипел он.       Келли встала, отшатнувшись от него, и бросилась прочь.       Девушка трясущимися руками надела шлем и быстро уехала. Слава всем силам этого мира, что он знал только её лицо: ни имени, ни адреса, ни номера. Но больше она в эту клоаку не сунется. Руки на мотоциклетном руле потряхивало, и она сжимала резиновые рукоятки со всей силы, чтобы избавиться от тремора. Всё, её расследование для статьи теперь официально закрыто.       Влетев ночью в квартиру, Келли вытащила из стола документы на имя Розамунд Холл, вышла на террасу и подожгла их зажигалкой, бросив на противень. Она смотрела, как танцуют языки оранжевого пламени, куря сигареты одну за одной. С каждым вдохом вишневого дыма успокоение расплывалось по её телу спасительным нектаром. Докурив четвёртую сигарету подряд, она бросила бычок прямо в огонь к догорающему паспорту и откинулась на гамаке. Подул ветер и развеял пепел по полу, но Келли было плевать. Пусть хоть на мир сейчас рухнет ядерная бомба. Она довела себя до состояния полного отсутствия мыслей и эмоций, и ей это нравилось. Обычно так выглядит затишье перед бурей, но о ней в метеопрогнозе не было ни слова.

***

      У него был договор с Джимом Гордоном, что он заберёт кейс с документами, за которыми гонялся уже месяц, и каждый раз ему подсовывали бутафорию. Они преследовали свои интересы, пытаясь поймать его, а он, в свою очередь, пытался выйти на всех глав и крупных начальников семей, чтобы облегчить полиции работу. В конце концов, не мог же он пропускать вечеринки, которые устраивались в его честь. Некрасиво, люди ведь готовились, ждали… В этот раз на мафию уже готовилась серьёзная облава, а ему нужно всего лишь перехватить доказательства. Он как раз стоял за дверью квартиры, когда услышал выстрел. Это сработало как спусковой крючок.       Выбив с ноги дверь, он ворвался внутрь и с ходу дверью вырубил мужчину. Проверив пульс, Бэтмен прошёл дальше, бросив сюррикэн в виде летучей мыши прямо в руку того, кто держал пистолет и чемодан. Всего их было пятеро. Пока Брюс разбирался с тремя, один из них выпрыгнул в окно и бросился вниз. Он в кого-то стрелял и это было плохо. Либо люди Гордона, либо гражданские.       Полиция должна была приехать с минуты на минуты, Уэйн швырнул одного через всю комнату. Рамка, висящая на стене, разбилась рядом с обмявшим телом. Проверив у всех пульс, Брюс схватил кейс и вылетел в окно, выбив оставшиеся осколки. Верёвка с кошкой автоматически его подтянула на крышу здания, где он оставил важные улики, а затем взглянул вниз, где ещё продолжались выстрелы. — Сука! — прокричал мужчина.       Из-за угла выбежала фигура в чёрном и бросилась к нему, а потом они вместе упали. Уэйн спрыгнул на лестницу и начал быстро карабкаться вниз, но к тому моменту, когда он достиг земли, из тупика выехал мотоцикл… С девушкой, — с удивлением подметил Уэйн.       Он подошёл к лежащему на земле парню. Тот корчился от боли и хватался за глаза. Залила перцовкой? Что ж, неплохо. Его волновало одно: кто это. Кто ещё мог знать о секретной передаче документов? Ему нельзя было её отпускать, но он облажался. Автомобиль стоял слишком далеко.       Уэйн поднял парня за грудки. — Полиция уже едет. Отправишься в тюрьму при любом раскладе, так что тебе лучше не молчать. Кто это был?       Парень рассмеялся и сплюнул кровь на землю. У него была разбита губа. — Кайли или Кейли, чёртова шалава.       Значит, не просто гражданское лицо. Якшается с мафией, вынюхивала что-то на серьёзной сделке — надо передать Гордону. — С кем она работает? — Брюс встряхнул его за грудки. — Почему ты в неё стрелял? — Потому что она пялилась в окно!       У Брюса внутри клокотала злоба. Не хочет разговаривать по-хорошему, значит будет по-плохому. — Я не буду с тобой играться. — Он ударил парня в челюсть, тот заныл и хотел перекатиться вбок, но Уэйн его крепко держал. — Это шалава из бара, я с ней трахался месяца два назад, — он сдул волосы со слезящихся красных глаз. Кровавый подбородок дрожал. — Я говорю правду. Вроде, её зовут Кайли. Не помню. Но сосёт она как надо, могу порекомендовать.       Брюс с отвращением швырнул парня на землю, когда услышал вой полицейских сирен. Район сразу оцепили. Он рассказал детективу Гордону всё, чему стал свидетель, молодой комиссар тем временем принёс кейс с документами. У клуба Фальконе должны были приключиться серьёзные проблемы.       Открыв кейс в вагоне, глаза Гордона загорелись. Брюс подошёл и заглянул внутрь: почти вся важная документация, особенно поддельная. — Хорошая работа, — поблагодарил его детектив и хлопнул по плечу. Уэйн усмехнулся.       Напуганных стрельбой местных жителей допрашивали как свидетелей, скорая помощь приводила в себя парня, которого залили перцем, два других очнулись под обычным нашатырём. — Тебя залила перцовкой девчонка? — издевался над избитым идиотом в наручниках комиссар. — И при этом он пытался её пристрелить, — вклинился Брюс. Его изменённый костюмом голос разрезал пространство, словно ножом.       Но комиссара комментарий только развеселил. — О, так это ещё и покушение! Гляди-ка, годы за решёткой всё прибавляются и прибавляются, — рассмеялся он. — Я имею право хранить молчание, — прогнусавил тот в ответ. — Имеешь-имеешь. Пошёл!       Как только отошёл медработник, комиссар толкнул парня в сторону полицейской машины.       Брюс оглянулся: его помощь среди этой какофонии из мигалок, взволнованных голосов и вспышек камер криминалистов больше не была нужна. Взмыв на крышу, он перебежал через два дома и плавно съехал по тросу возле своей машины. Датчики внутри загорелись зелёным, среди чёрной ночи его автомобиль ничем не выделялся из темноты, поэтому он спокойно вернулся в особняк. Его работа, его рутина.       Влетев в бэт-пещеру, он плавно заехал на помост, напоследок поковырявшись в машине. На табло высветился новый неопознанный знак, и Брюс с интересом на него нажал.       «Обнаружно новое устройство, вызывающее помехи. Пожалуйста, проверьте меню», — сказал механизированный голос.       Брюс напрягся. Какое ещё устройство? Сколько бы он не повторял весь алгоритм действий и не менял его, машина твердила о каком-то новом устройстве. В итоге Брюс засел на добрых двадцать минут, прежде чем ярко-салатовая точка не засветилась над правым переднем колесом.       Выйдя из машины, он полез практически под капот, но не мог ничего обнаружить, пока… Что-то маленькое зацепилось за его руку. Приложив небольшое усилие, он это отодрал и поднёс к лицу. Жучок.       И Брюс с облегчением выдохнул. Слава богу, что он не сходит с ума. Он говорил Альфреду, что у него есть чёткое ощущение, что его преследуют, но дворецкий посоветовал ему принять успокоительное. Брюс принял, а ощущение никуда не ушло.       Одна из сторон жучка была липкой, а там, где он был приклеен, осталась какая-то дрянь, которую Брюс не смог оторвать. Ему удалось краем глаза подсмотреть что это, и он просто пришёл в ярость: клейкая субстанция. На его любимую машину кто-то наклеил это дерьмо, так ещё и с целью слежки.       Брюс мог бы отследить, куда уходил сигнал, но не мог рисковать своим местоположением. Уронив жучок на землю, он его раздавил.       А ведь ему казалось, что что-то не так. Ощущение, будто тебе прожигают взглядом затылок. Один раз это было даже здесь. Уэйн не знает, как это объяснить, он в первый раз такое чувствовал. Словно на тебя открыли охоту, и ты ничего не можешь сделать. Нет ни одной явной угрозы, которой он мог бы противостоять, или зацепки для обнаружения угрозы тайной. И вот теперь зацепка появилась, и ему пришлось её уничтожить.       Единственное, о чём он знал — это предупреждение от Гордона о том, что за его голову объявлена крупная сумма. Это, безусловно, льстило, но рыть под весь преступный мир? Подняв жучок с земли, Уэйн решил, что отправится с ним завтра к Гордону. Тот, по старой дружбе, должен будет помочь найти поставщика, если речь идёт о чёрном рынке. Если прикрепили сегодня на деле, то, скорее всего, они не успели его вычислить. По крайней мере, Брюс на это надеялся и планировал надрать им зад при личной встрече.

***

— Мистер Брюс, пора вставать, — произнёс Альфред.       Брюсу захотелось остановить время. — Мистер Брюс, — повторил дворецкий. — Да-да, — пробубнил он и неловко поднялся, потягиваясь. — Ты принёс те журналы, о которых я тебя просил? — Конечно, — чинно сказал Альфред, — они ждут вас на столе рядом с завтраком. — Спасибо, — поблагодарил Уэйн и отправился в ванную.       Яичница с беконом и жаренными гренками почти остыла к тому времени, как Брюс спустился к завтраку. Завтраку в час дня. Рядом покоилась стопка выпусков журнала «Мнение». Он сел за стол и тут же выбрал последний выпуск и прочитал оглавление:       «Торжественное открытие первой из построенных школ по программе реновации фонда Габриэль Дефер». В конце статьи подпись «Розамунд Холл». Брюс нахмурился. Розамунд? Девушка что-то говорила про то, что Лиз она только для самых близких, но Брюс не думал, что её зовут совершенно по-другому. С другой стороны, возможно это действительно домашнее прозвище.       Он с улыбкой дочитал до момента, где говорилось о нём: «Мероприятие также посетил Брюс Уэйн, внёсший огромный вклад в проект, со слов миссис Габриэль Дефер. Сам он скромно отрицает свою огромную роль, предпочитая оставаться в тени».       Надо же, — удивился Брюс. Он вёл себя как кретин, хотя она и была очаровательна в своём упрямстве. Стройная, с большими карими глазами и вздёрнутым носом, чем-то похожая на оленёнка. Девушка так сильно пыталась спасти интервью, что он почти извинился за своё поведение, но, увы…       Хоть они и встречались всего несколько раз, но он её запомнил ещё в первую их встречу из-за пронзительного взгляда. И не в романтическом смысле. Девушка смотрела так, словно могла заглянуть ему прямо в душу и вытащить то, о чём он и сам не знал. Келли… Была интересна. И тем не менее, доверия она не вызывала. Так уж вышло, что Брюс не доверял никому, кроме Альфреда, дело было даже не в ней самой.       Открыв журналы, он жадно читал статьи, складывая их постепенно растущей стопкой. Он и не заметил, что завтрак давно остыл. Подошедший Альфред заглянул через плечо Брюсу, отодвинув несколько журналов в сторону. В конце каждой страницы красовалось одно и то же имя. Дворецкий ухмыльнулся. — Она, вероятно, очень красива? — С чего ты взял? — обернулся на него Брюс. — Взахлёб читаете статьи одной журналистки, пропустив завтрак. Если это не по работе, то я очень рад. — Нет, это не… — Брюс замолчал.       Альфред заговорчески улыбался. — Вы взрослый мужчина. Кто я такой, чтобы подсказывать, что все женщины любят цветы? — он переставил тарелку со стола на поднос. — Я пожарю вам новую яичницу. — Спасибо, — задумчиво сказал Уэйн.       Его взгляд зацепился за фразу: «Как вы относитесь к роли Бэтмена в жизни жителей Готэма?». Что-то внутри напряглось. Ему хотелось бы, чтобы она восхищалась Бэтменом, как героем. И в конце, обнаружив: «И всё же отрадно знать, что в нашем городе живут люди с активной гражданской позицией и высокой социальной ответственностью, готовые противостоять несправедливости», Брюс ощутил в области груди маленькое создание, которое замурчало при виде таких слов.       Не дожидаясь своего «второго» завтрака, он пошёл в гостиную и сыграл несколько аккордов на рояле, чтобы пройти в пещеру. Там он пробил Розамунд Холл по всем базам данных: возраст, трудовая деятельность, образование, прописка, но больше всего его волновало место работы. Запомнив адрес офиса этого журнала, он поднялся наверх. В конце концов, со смерти Рэйчел прошло много лет, и она никогда не смогла бы его принять, принять его альтер-эго. А Розамунд Холл? Он уже давно не мальчик, чтобы отрицать симпатию. Тем более, скорая облава на Фальконе подарит ему гораздо больше спокойных ночей, да и Бэтмен никогда не планировался вечным. Брюс не считал себя героем-романтиком или любовником, но и вечным затворником жить не собирался. Рейчел выбрала не его, так почему же он должен выбирать её даже после смерти? А Розамунд… Розамунд необычная. Она красива и вызывает интерес, и если первого в жизни Уэйна было навалом, то второе исчезло давным давно.

***

      Келли сидела на работе и собирала материалы для статьи, когда к ней подбежала Эвелин. — Мать твою, Ларсон!       Келли непонимающе подняла взгляд. Настроение у неё не было никакого. — Что опять случилось? — устало спросила она.       Коллега была чересчур взбудоражена. — Курьер! Тебя зовёт! Точнее псевдоним, — Эвелин в нетерпении замахала руками, — Да кого волнует, идём скорее!       Эвелин подскочила к ней и буквально вытянула Келли из кабинета. Некоторые сотрудники повставали со своих мест, разглядывая на входе в офис курьера, у ног которого стояла огромная корзина белых роз. — Вы Розамунд Холл? — спросил он, держа в руках клипборд и ручку. — Да, — растерянно сказала Келли. — Не могли бы вы расписаться, что приняли заказ? — Да… — повторила Келли, взглянув на корзину.       Не меньше сотни бутонов, Келли была уверена. Сама она это в жизни не поднимет. — А вы не знаете от кого? — в надежде спросила она у курьера. — К сожалению, нет, — равнодушно сказал тот и поторопился уйти. Сзади все перешёптывались, но делали вид, будто происходящее их совершенно не интересует. Очередная офисная сплетня, не более. Эвелин рядом восторженно вздыхала: — Какая красота! — она присела на корточки и откинула волосы назад, чтобы вдохнуть аромат цветов, а затем заговорщически повернулась на Келли, — Ну и кого ты от нас скрываешь? — Сама не знаю, — в растерянности сказала та, а затем заметила какую-то бумагу, провалившуюся между белыми бутонами.       Это был небольшой декоративный конверт. Келли распечатала его и потеряла дар речи, прочитав:       «От миллиардера, который руководствуется своим настроением. Надеюсь, теперь вы знаете, чего ждать». — Охренеть, — сказала вслух Келли.

***

      Брюс повис вниз головой напротив окна Джима Гордона. Внутри его жена суетилась на кухне, сын на диване играл в приставку. Кровь уже начала приливать к голове, когда в комнату наконец-то вошёл детектив. Брюс несколько раз постучал по раме, мистер и миссис Гордон обернулись на звук. Встревоженное выражение лица жены снова стало спокойным, когда Гордон что-то сказал и посмеялся, а затем схватил пачку сигарет с кухонной тумбы и направился к выходу.       На короткий миг показался прямоугольник тёплого домашнего света, прежде чем детектив закрыл дверь. К тому моменту Брюс уже ждал его. — Добрый вечер, — сказал Гордон, чиркнув бензиновой зажигалкой возле лица. Неприятный табачный дым клубами окутал двух мужчин.       Так уж было заведено, что они всегда разговаривали по делу. Никаких личных обсуждений, никаких прелюдий. У них довольно странное товарищество, надо признать.       Брюс передал детективу упакованный жучок. Тот взял его за край пакета и поднёс к глазам с вопросом: — Жучок? Откуда? — Нашёл на своей машине. Сможешь пробить или снять отпечатки? — Смогу. И как мне объяснить это в отделе криминалистов?       Бэтмен усмехнулся. — Придумай что-нибудь. По старой дружбе.       Гордон вздохнул. — Хорошо. Не рискуешь, что мы найдём твои отпечатки и выйдем на тебя же? — Я снял его этой рукой в этой перчатке. — Ты вообще костюм снимаешь? — пробубнил Джим Гордон, засовывая пакетик в карман халата, но когда он поднял голову, Бэтмена уже нигде не было. — Мог хотя бы научиться нормально прощаться спустя столько лет совместной работы! — прокричал он наверх, уловив скрывающийся плащ на крыше своего дома.