Пробуждение Древнего

Рано утром в выходной день к порогу дома Леонарда доставили плотно упакованную коробку. Она была сделана целиком из металла — но не из обычного, который можно встретить на рынке. Материал казался каким-то мистическим, а сам ящик был окутан странной запечатывающей оболочкой. Когда Леонард утром вышел за почтой, он вовсе не заметил довольно крупную посылку, пока Шут не указал ему на неё; лишь тогда он понял, что она вообще существует. — Ваши вещи? — выражение лица Леонарда оставалось сдержанным. Адрес отправителя — Баклунд. Но у Шута ведь даже тела не было; как он вообще мог организовать доставку почты? Леонард понятия не имел. — Это ваше зелье. [Нет,] — ответил голос. —[ Это для тебя.] Леонард замер, а затем услышал продолжение: [Внутри находится необычный предмет… или, точнее, запечатанный артефакт.] Он вернулся в дом, держа коробку в руках. Леонард слышал о подобных предметах, применяемых потусторонними. — Это что-то от Общества Авроры? [Возможно, это имеет к ним отношение, но я получил его из другого источника в результате обмена.] Леонард всё ещё не до конца понимал происходящее: — Зачем ты отдаёшь это мне? И как я вообще должен это хранить? [Ящик запечатан печатью, которую наложил я сам; пока ты не откроешь его, он не доставит тебе никаких хлопот], — тихо вздохнул Шут, — [Но ты должен всегда носить его с собой. Однажды — совсем скоро — тебе понадобится его сила.] Леонард Митчелл резко остановился, уловив в этих словах слабый, но зловещий намёк. Этот Шут явно не собирался объяснять больше. Леонарду оставалось лишь с долей скепсиса убрать небольшую коробку в кобуру.

***

Вопреки ожиданиям Шута, миссис Шарон не убила сенатора Мейнарда. Возможно, это произошло потому, что на этот раз никто не сообщил капитану о существовании актерского метода. Очевидно, Леонард, не обладавший способностями к прорицанию, всё ещё сомневался: он не был до конца уверен, действительно ли так называемая техника актерской игры эффективна и не имеет побочных эффектов. Процесс переваривания зелья застопорился; даже без смерти Кэнли потребности Инса Зангвилла могли быть удовлетворены. В тот день, когда Мегоз вошла в офис «Терновник», Кэнли и Роял отправились на окраину города расследовать инцидент с привидениями, попутно взяв с собой запечатанный артефакт 3-0782. Епископ церкви уехал в сельскую местность с проповедью, а Сике было поручено охранять Врата Чаниса. Наблюдая, как Мегоз опускается на диван, Леонард инстинктивно потянулся к кобуре пистолета и коснулся квадратной металлической коробки. В этом отчаянном, кричащем духовном предчувствии он обрёл чувство безопасности — не из-за запечатанного артефакта, которого никогда прежде не видел, а потому что Шут предвидел этот день давным-давно. — Присмотри за ней. Я пойду искать капитана, — прошептал Леонард Фраю. Обычно бледное лицо сборщика трупов сейчас выглядело почти синюшным. Он торжественно кивнул, не отрывая взгляда от слегка невротической беременной женщины. — Что это?! — торопливо и тихо спросил Леонард, проходя за перегородку. [Потомок Истинного Творца.] Голос Шута, как всегда, был спокоен и инстинктивно успокаивал Леонарда. [Открой печать на ящике и надень эту перчатку. Сообщив капитану о ситуации, пройди за Врата Чарниса и забери артефакт 2-105. Отдай его Фраю — это артефакт с Пути Вора. Пожалуйста, попроси мистера Зороаста дать ему Червя Времени, чтобы тот паразитировал на нём и позволил артефакту функционировать на полную мощность.] [Понял], — отозвался Паллез с готовностью, что было для него необычно. Он прекрасно осознавал, насколько критична ситуация: если что-то пойдёт не так, весь Тинген может быть уничтожен. Леонард не колебался ни секунды. Он схватил ящик за оба края и сломал небольшую металлическую коробку пополам. В его ладонь упала чёрная перчатка. На мгновение он ощутил злобную жадность: пасть в центре перчатки была угрожающе широко раскрыта, слюна капала с острых зубов. Но стоило ему вздохнуть, как существо внезапно закрыло пасть и спокойно улеглось на его ладони. Леонард надел перчатку, не задумываясь. Однако, едва он просунул руку внутрь, как внезапно замер. — Внутри было что-то ещё? [Тише], — прошептал Шут ему на ухо. Его голос был лёгким и воздушным, но в глубине скрывал резкость и безжалостность. — [Делай, как я говорю, и я гарантирую, что все враги оставят здесь свои жизни.] Все. Леонард сжал перчатку, взял в ладонь тонкий металлический лист и сказал: — Хорошо. С того момента, как Мегоз переступила порог охранной компании «Терновник», до того, как Леонард, облачённый в перчатку «Ползучий голод» и с артефактом 2-105, появился у двери комнаты отдыха, прошло менее десяти минут. Однако состояние Мегоз ухудшалось слишком быстро — времени ждать подкрепления у них не было. Данн Смит держал в руках урну Святой Селены. Серебряная шкатулка, словно вырезанная из кости, была размером всего с ладонь, и ещё до того, как её открыли, вокруг неё клубился тёмный туман, напоминавший россыпь песчинок. Он наблюдал, как Фрай неловко отступил за перегородку, откуда доносились женские стоны — тревожные и болезненные одновременно. — Уже слишком поздно, — сказал Фрай, забирая у Леонарда запечатанный артефакт 2-105 и крепко сжимая его в руке. Лицо его было напряжено. — Сомневаюсь, что она продержится дольше нескольких минут. Данн кивнул, поправил воротник, похлопал по тонкому плащу и твёрдо произнёс: — Сначала я вынесу прах Святой Селены. Подожди десять секунд, прежде чем вступать в бой. Неважно, в каком я буду состоянии — вы не можете терять время. Вы должен атаковать Мегоз и младенца в её утробе со всей силой. Увидев, как Леонард и Фрай серьёзно кивнули, он улыбнулся: — Не волнуйтесь. Мы спасаем Тинген. С этими словами он больше не колебался и решительно шагнул за перегородку. Сердце Леонарда бешено колотилось. Он слышал крики и рёв Мегоз снаружи, оглушительный грохот сталкивающихся предметов и собственную душу, содрогающуюся в неописуемых воплях. Звон в ушах, острый, как лезвие, и шум крови, бурлящей в венах, пронзали его разум. Он изо всех сил пытался разобрать происходящее снаружи, уловить дыхание капитана. Три. Два. Один. Он и Фрай одновременно вышли из-за перегородки, как можно быстрее окинув взглядом происходящее. Данн лежал, прислонившись к правой стене, всё ещё сжимая в руках прах Святой Селены. Из урны вырывалась чёрная звездообразная субстанция, обвивавшая Мегоз, словно щупальца. Та яростно сопротивлялась; на её левом и правом плечах вздулись два мясистых бугорка, напоминавших головы младенцев. Жрец Света. Святой Свет. Мощный луч света, принадлежащий Пятой Последовательности, внезапно обрушился вниз, окутав всё ещё сопротивляющуюся Мегоз. В то же мгновение Фрай, используя артефакт 2-105, украл её богохульные слова. Леонард настороженно посмотрел туда, где рассеялся свет, и ясно увидел, как чёрные покровы, созданные пеплом Святой Селены, отступили, словно испугавшись сияния ещё до его падения. Вероятно, атака не достигла цели. [Сзади тебя!] — Леонард резко обернулся, услышав голос Шута. Огромный костяной нож мелькнул перед глазами и оставил длинную рану на груди, из которой почти сразу хлынула кровь. Опоздай он хотя бы на секунду — его бы разрубили надвое на месте. Тело женщины почернело под воздействием святого света. Она ползла на четвереньках, прижимая огромный живот к полу, а её левая рука превратилась в белоснежный костяной клинок. В её облике не осталось почти ничего человеческого, а скорость передвижения была пугающе высокой — почти неуловимой. — Подчинись! — Фрай сжал кулак, на мгновение сковав её движения богохульными словами, которые он у неё украл. В присутствии Червя Времени Паллеза артефакт Пути Вора оказался куда более послушным, чем он ожидал. Затем сошёл второй луч божественного света. Но женщина освободилась от богохульства быстрее, чем предполагалось: её голова взорвалась словно из ниоткуда, обугленные осколки и плоть разлетелись во все стороны, а тело врезалось в Фрая, как пушечное ядро. [Дознаватель. Психологический допрос.] Мегос замерла. Поднятый ею костяной нож застыл в воздухе, а щупальца, похожие на звёздную пыль, вновь стремительно обвились вокруг неё, пытаясь полностью подчинить её себе. Прежде чем обрушился третий луч Святого Света, плач младенца, пронзительный и отчаянный, словно стрела, вонзился в разум каждого. Леонард оцепенел, его сознание погрузилось в хаос. Тонкие чёрные нити, окружавшие Мегос, будто испугавшись, начали отступать. По мере того как плач усиливался, нити постепенно слабели, а сама Мегос словно съёживалась, почти втягиваясь в урну Святой Селены. Нет. Леонарда пронзила ясная и пугающая мысль: если Мегос освободится — им всем конец. [Судьба.] — раздался голос Шута. Почти одновременно Данн Смит разжал пять пальцев и глубоко вонзил их в левую сторону своей груди. Он вырвал всё ещё сокращающееся, пульсирующее живое сердце и без колебаний поместил его в урну Святой Селены. Бесчисленные чёрные линии рванулись наружу, поглощая Мегос и заглушая даже плач младенца. Хотя Святой Свет, выпущенный из Ползучего Голода, был немного слабее заклинания «Солнечное пламя», у него имелось одно решающее преимущество: пока духовная энергия Леонарда не была полностью исчерпана, этот свет не имел предела. Сдерживая жгучую боль истощения, Леонард выпустил в эту точку три последовательных луча Святого Света.