Омега Юньмэн Цзян

Вэй Ин не спал всю ночь. Даже после мастурбации и краткого оцепенения от удовлетворения сон длился не более двух часов. Он ворочался до пяти утра, затем, смирившись, надел белые туники и попросил ученика принести горячую воду для ванны. Слуги быстро выполнили просьбу, удивившись, что Хунлянь-цзюнь просит об этом так рано, но молча ушли, закончив. Вэй Ин добавил в воду травы от Вэнь Нина, создав целебный настой. Вдыхая лекарственный аромат, он медитировал перед выходом. Нос слегка щекотал, но он уловил нотку лотоса. Отголоски вчерашнего? Или Вэнь Нин добавил их в травы? После ванны он надел чёрные туники, завязал волосы в привычный хвост и пошёл к Лань Цижэню, который вёл утренние чтения для младших. Придётся ждать аудиенции. Симптомов цикла не было, так что он был спокоен. — Вэй Усянь, что ты делаешь в такой час? — голос Цзян Чэна заставил его вздрогнуть. — Ничего, проголодался рано. Как твоё похмелье? — они пошли в столовую. — Лёгкая головная боль. А ты? — спросил Цзян Чэн. Вэй Ин самодовольно улыбнулся, развернувшись и идя спиной вперёд. — Я знаю эти тропы наизусть, — пожал он плечами. — А «Улыбка Императора» меня любит, и я её, так что мы не вредим друг другу, — театрально заявил он. Как и следовало ожидать, он споткнулся на спуске с моста. Цзян Чэн молниеносно поймал его за талию, притянув к себе. — Говорил, что упадёшь, — вздохнул он, привыкший к его неуклюжести. — Идём, поедим, потом ещё урок их правил. — Мм, — Вэй Ин чуть не врезался лицом в Цзян Чэна. Их груди соприкасались, передавая тепло. Он уткнулся лбом в его плечо, коснувшись носом туники. *Так хорошо пахнет.* — Точно в порядке? — Да, идём, пока я не передумал про еду. Они продолжили путь, обсуждая, как Цзян Чэн выгнал всех до рассвета. Ли Жуна и Хуа Цяна он оттащил в соседнюю комнату, остальных увели друзья. Ли Жун проснулся с разрисованным лицом и грудью. Цзинь Цзысюань ушёл вскоре после Вэй Ина, так что Цзян Чэн не успел его допросить. — Что сказал павлин? — Ничего. Спросил про технику, что я использовал против тебя. Странно, как настойчиво, — Вэй Ин скрестил руки. — Интересовался омегами Мэйшань Юй. Я ничего не сказал, но понял, что что-то не так. Он не хочет шицзе, но, похоже, встретил кого-то из клана Юй, — Цзян Чэн нахмурился, рыча, как и Вэй Ин вчера. — Я пригрозил, что если он разорвёт помолвку, не обидев шицзе, то пусть. Но если она заплачет… — его окутала тёмная энергия и зловещая улыбка. — Мы знаем, на что способны ради шицзе, правда, А-Чэн? — Даже не спрашивай, Сяньсянь, — саркастично ухмыльнулся Цзян Чэн. Они так любили сестру, что разорвали бы любого, кто её обидит. — Но странно, что он встретил кого-то из Мэйшань Юй вне их земель. — Они не покидают территории матери и отца, только ты охотишься повсюду… Может, он принял тебя за другого омегу? Оба замерли, один возмущённый, другой в отвращении. — Нет, не может быть, — хором сказали они. — Он охотился близ Мэйшань? — спросил Вэй Ин. — Не слышал о Ланьлине рядом с нами. Оба почувствовали неловкость и злость, не желая, чтобы шицзе пострадала от надменного альфы, не ценящего её. Отложив тему, они спокойно позавтракали, сдерживая гримасы от пресной, лекарственной еды. Вэй Ин ощутил лёгкое облегчение — травы, возможно, помогали регулировать его второй пол. На утренние чтения некоторые ученики едва приползли, с зелёными лицами или синяками под глазами. Один был с фингалом на щеке — что с ним? Вэй Ин еле сдерживал смех. Юньмэнцы и Цинхэ Не выглядели неплохо, хоть и устали, но Цзини и ученики малых сект были больны. Лань Цижэнь уловил запах ликёра у самых очевидных. Вэй Ин невинно захлопал ресницами, пахнущий травами от ванны и лотосами от Цзян Чэна. Он? Пить в Облачных Глубинах? Конечно нет… Даже Лань Чжань не поверил бы, но Вэй Ин умел прятать следы. После урока Цзян Чэн ждал его, но сказал, что у него дела, и он найдёт их позже. — Что-то случилось? — Лань Цижэнь заметил Вэй Ина, заваривающего чай в восточном крыле класса. — Что натворил? — Ничего, просто… — тихо простонал он, прикрыв лицо веером. — Кажется, я… — Что бормочешь? Говори ясно, Вэй Усянь. — Мой цикл, он близко, — опустил он веер, сжимая его, избегая взгляда. — Я отправил шицзунь записку ночью… — Что?! — Лань Цижэнь побледнел, как тогда, когда Вэй Ин окрасил его туники соком свёклы. — Мой цикл… — Когда? — Не знаю, жара нет, но прошло три месяца, и я чувствую себя странно. — Ты брал уроки в таком состоянии?! Немедленно в павильон омег, к лекарю, и возвращайся с отчётом! — Эм… не кричать? — Вэй Ин чуть не поперхнулся от смеха, видя, как Лань Цижэнь покраснел, готовый извергнуть кровь. Ещё не добился этого… — Вэй Усянь, не время для шуток, — он отпил чай, успокаиваясь. Вдохнув, он заметил, что аромат Вэй Ина не силён, чуть слаще, но персики заглушали травы и… — Лотосы, — прошептал он, снова бледнея. — Лотосы? — Вэй Ин не понял, но увидел, как Цижэнь встал. — Мастер Лань? — он поспешил за ним, не бегом, а быстрой ходьбой, к главному входу. Кто-то нарушил границы Облачных Глубин? Друзья попрятались, увидев Цижэня, но Цзян Чэн подошёл, взглядом спрашивая, что стряслось. Вэй Ин пожал плечами. Цижэнь чувствовал неуверенность, видя близость Цзян Чэна к Вэй Ину. Неужели тот не ощущает? Они же предназначенные! Он вспомнил, как Лань Чжань бросился на Вэй Ина из-за аромата Вэнь Нина. Какой самоконтроль у Цзян Чэна? Сичэнь говорил, что тот просил совета о контроле, следуя строгим методам их секты. Но когда? Он же «терял время» с Вэй Ином. — Юй Цзыюань, — вздохнул Цижэнь, увидев альфу с двумя служанками. Он махнул стражам, разрешая вход. — Добро пожаловать, лидер секты Цзян, — сказали альфы, сложив руки в поклоне. — Шицзунь! — Вэй Ин подскочил, кружась вокруг госпожи Юй, приветствуя Цзиньчжу и Иньчжу. Он хотел обнять её, но получил шлепок по голове. — Что ты натворил, Вэй Усянь? — прищурилась она. — Я? С чего ты решила? — он театрально вздохнул. — На этот раз я невиновен, — ухмыльнулся он. — Ага… — Цзян Чэн подошёл, поздоровался с матерью, обнял Вэй Ина за шею и потянул за щёку. — Какое наказание теперь? — Ай! Ничего не сделал! Я был с тобой, — рассмеялся Вэй Ин, щекоча его, чтобы вырваться. Кашель двух взрослых и сдержанный смех служанок заставили их замереть, встав ровно. Вэй Ин шлёпнул Цзян Чэна по ноге, тот ответил по руке, но, увидев холодный взгляд Юй Цзыюань, игравшей с Зидиянь, оба сглотнули и замерли. — Цижэнь. — Пойдёмте, — он поправил рукава, указав на свой кабинет. — Вэй Усянь, прямо на южную гору, к лекарю, вернёшься с отчётом. — Иньчжу, Цзиньчжу, сопроводите его, — служанки кивнули, следуя за омегой и Цзян Чэном, не оставившим его. — Быстро приехали, — начал Цижэнь. — Ночью пришла записка от Вэй Ина об этом деле, я примчалась, — ответила Юй Цзыюань. — Лидер Цзян знает? — Фэнмянь в курсе. Мы готовим для Вэй Ина всё к зиме. Моя дочь уже занялась поручением. — Вэй Усянь в возрасте для помолвки. Лидеры малых сект и другие будут свататься, — Цижэнь поставил чайник. — Ещё до его брачного возраста шли эти надоедливые письма, подарки, альфы с родителями за разрешением, — искры Зидиянь показали Цижэню, что встречи были бурными. — Помолвка — не проблема. — Вы уже устроили его помолвку с сыном, — подтвердил он, подавая ей чай. — Конечно, но этот сорванец не носит помолвочный ошейник, сделал другой, — прищурилась она. — Говорил в письмах, что предпочитает ошейник Ланей. Надеюсь, ты ничего не замышляешь, Цижэнь. — Не волнуйтесь. Мои племянники очень привязаны к Вэй Усяню, между ними братская любовь, особенно у Ванцзи, — вздохнул он. — Сначала я думал, что помолвка с одним из них укрепит род, но они сами сказали, что не видят младшего брата в таком свете. — У Лань Ванцзи есть предназначенный омега, — вспомнила она Вэнь Нина и Вэнь Цин. — Лань Сичэнь, ровесник моей дочери, не ищет пару. — Лани верят, что найдут предназначенного. — Вы разделяете омег и альф, — отметила она. — Это древние правила — разделять учеников по полу и второму полу. Встречи для поиска пары редки, мало кто находит. — Тебе повезло, что мой ученик нашёл предназначенного твоему младшему племяннику, иначе тот умер бы без любви. Он слишком серьёзен, пугая омег, — подколола Юй Цзыюань. — Вэй Усянь принял бы Ванцзи, не будь у них предназначенных, — обиделся Цижэнь за племянника, зная его сдержанность. — Но Вэй Усянь ещё не принял своего альфу, — победно улыбнулся он. — Не бросай мне вызов, Цижэнь, — Зидиянь заискрилась, а её опасная улыбка заставила задрожать ученика у двери. — Что? — спросил Цижэнь, видя его страх. — Снова… Вэй-гунцзы. Цижэнь вздохнул, надеясь, что не придётся изгонять очередного наглого альфу или что Цзян Чэн уже защитил омегу. Что могло случиться под присмотром служанок Юй Цзыюань? Надо выяснить, что натворил этот магнит для проблем. — Что Вэй Ин опять учудил? — Юй Цзыюань встала, следуя за спокойным шагом Цижэня. — Наверное, поставил кого-то на место.

***

Вэй Ин не спал всю ночь. Даже после мастурбации и краткого оцепенения от удовлетворения сон длился не более двух часов. Он ворочался до пяти утра, затем, смирившись, надел белые туники и попросил ученика принести горячую воду для ванны. Слуги быстро исполнили просьбу, удивившись, что Хунлянь-цзюнь просит так рано, но молча ушли, закончив. Вэй Ин добавил в воду травы от Вэнь Нина, создав целебный настой. Вдыхая лекарственный аромат, он медитировал перед выходом. Нос щекотал, но он уловил нотку лотоса. Отголоски вчера? Или Вэнь Нин добавил их? После ванны он надел чёрные туники, завязал волосы в хвост и пошёл к Лань Цижэню, который вёл чтения для младших. Придётся ждать аудиенции. Симптомов цикла не было, он был спокоен. — Вэй Усянь, что ты делаешь в такой час? — голос Цзян Чэна заставил его вздрогнуть. — Ничего, проголодался рано. Как похмелье? — они пошли в столовую. — Лёгкая головная боль. А ты? — спросил Цзян Чэн. Вэй Ин самодовольно улыбнулся, развернувшись спиной вперёд. — Я знаю тропы наизусть, — пожал он плечами. — А «Улыбка Императора» меня любит, и я её, мы не вредим друг другу, — театрально заявил он. Как и ожидалось, он споткнулся на спуске с моста. Цзян Чэн поймал его за талию, притянув к себе. — Говорил, упадёшь, — вздохнул он. — Идём, поедим, потом урок их правил. — Мм, — их груди соприкасались, передавая тепло. Вэй Ин уткнулся лбом в плечо Цзян Чэна, коснувшись носом туники. *Так хорошо пахнет.* — Точно в порядке? — Да, идём, пока не передумал про еду. Они продолжили, обсуждая, как Цзян Чэн выгнал всех до рассвета. Ли Жуна и Хуа Цяна оттащили в соседнюю комнату, остальных увели друзья. Ли Жун проснулся с разрисованным лицом и грудью. Цзинь Цзысюань ушёл вскоре после Вэй Ина, и Цзян Чэн не успел его допросить. — Что сказал павлин? — Ничего. Спросил про технику против тебя. Странно, как настойчиво, — Вэй Ин скрестил руки. — Интересовался омегами Мэйшань Юй. Я ничего не сказал, но понял, что что-то не так. Сказал, что не хочет шицзе, но встретил кого-то из клана Юй, — Цзян Чэн нахмурился, рыча, как Вэй Ин вчера. — Я пригрозил, что если он разорвёт помолвку, не обидев шицзе, то пусть. Но если она заплачет… — его окутала тёмная энергия и зловещая улыбка. — Мы знаем, на что способны ради шицзе, правда, А-Чэн? — Даже не спрашивай, Сяньсянь, — саркастично ухмыльнулся Цзян Чэн. Они так любили сестру, что разорвали бы обидчика. — Но странно, что он встретил кого-то из Мэйшань Юй вне их земель. — Они не покидают территории матери и отца, только ты охотишься повсюду… Может, он принял тебя за другого омегу? Оба замерли, один возмущённый, другой в отвращении. — Нет, не может быть, — хором сказали они. — Он охотился близ Мэйшань? — спросил Вэй Ин. — Не слышал о Ланьлине рядом с нами. Оба почувствовали неловкость и злость, не желая, чтобы шицзе пострадала от альфы, не ценящего её. Отложив тему, они позавтракали, сдерживая гримасы от пресной еды. Вэй Ин ощутил облегчение — травы помогали регулировать его второй пол. На чтениях некоторые еле приползли, с зелёными лицами или синяками под глазами. Один был с фингалом — что с ним? Вэй Ин сдерживал смех. Юньмэнцы и Цинхэ Не выглядели неплохо, хоть и устали, но Цзини и ученики малых сект были больны. Лань Цижэнь уловил запах ликёра. Вэй Ин невинно захлопал ресницами, пахнущий травами и лотосами от Цзян Чэна. Пить в Облачных Глубинах? Конечно нет… Даже Лань Чжань не поверил бы, но Вэй Ин умел прятать следы. После урока Цзян Чэн ждал, но сказал, что у него дела, и он найдёт их позже. — Что-то случилось? — Лань Цижэнь заметил Вэй Ина, заваривающего чай в восточном крыле. — Что натворил? — Ничего, просто… — тихо простонал он, прикрыв лицо веером. — Кажется, я… — Что бормочешь? Говори ясно, Вэй Усянь. — Мой цикл, он близко, — опустил он веер, сжимая его, избегая взгляда. — Я отправил шицзунь записку ночью… — Что?! — Лань Цижэнь побледнел, как при истории с розовыми туниками от свёклы. — Мой цикл… — Когда? — Не знаю, жара нет, но прошло три месяца, и я чувствую себя странно. — Ты брал уроки в таком состоянии?! Немедленно в павильон омег, к лекарю, с отчётом! — Эм… не кричать? — Вэй Ин чуть не поперхнулся от смеха, видя, как Цижэнь покраснел, готовый извергнуть кровь. — Вэй Усянь, не время для шуток, — он отпил чай, успокаиваясь. Вдохнув, заметил, что аромат Вэй Ина чуть слаще, но персики заглушали травы и… — Лотосы, — прошептал он, бледнея. — Лотосы? — Вэй Ин не понял, но увидел, как Цижэнь встал. — Мастер Лань? — он поспешил за ним быстрой ходьбой к входу. Кто-то нарушил границы? Друзья попрятались, увидев Цижэня, но Цзян Чэн подошёл, взглядом спрашивая, что стряслось. Вэй Ин пожал плечами. Цижэнь чувствовал неуверенность, видя близость Цзян Чэна. Неужели тот не ощущает? Они же предназначенные! Он вспомнил, как Лань Чжань бросился на Вэй Ина из-за аромата Вэнь Нина. Какой самоконтроль у Цзян Чэна? Сичэнь говорил, что тот просил совета о контроле, следуя их методам. Но когда? Он же «терял время» с Вэй Ином. — Юй Цзыюань, — вздохнул Цижэнь, увидев альфу с двумя служанками. Он махнул стражам, разрешая вход. — Добро пожаловать, лидер секты Цзян, — сказали альфы, сложив руки в поклоне. — Шицзунь! — Вэй Ин подскочил, кружась вокруг госпожи Юй, приветствуя Цзиньчжу и Иньчжу. Он хотел обнять её, но получил шлепок по голове. — Что натворил, Вэй Усянь? — прищурилась она. — Я? С чего ты решила? — он театрально вздохнул. — На этот раз невиновен, — ухмыльнулся он. — Ага… — Цзян Чэн подошёл, поздоровался с матерью, обнял Вэй Ина за шею и потянул за щёку. — Какое наказание теперь? — Ай! Ничего не сделал! Я был с тобой, — рассмеялся Вэй Ин, щекоча его, чтобы вырваться. Кашель двух взрослых и смех служанок заставили их замереть. Вэй Ин шлёпнул Цзян Чэна по ноге, тот ответил по руке, но, увидев холодный взгляд Юй Цзыюань, игравшей с Зидиянь, оба сглотнули и замерли. — Цижэнь. — Пойдёмте, — он поправил рукава, указав на кабинет. — Вэй Усянь, прямо на южную гору, к лекарю, вернёшься с отчётом. — Иньчжу, Цзиньчжу, сопроводите его, — служанки кивнули, следуя за омегой и Цзян Чэном. — Быстро приехали, — начал Цижэнь. — Ночью пришла записка от Вэй Ина об этом деле, я примчалась, — ответила Юй Цзыюань. — Лидер Цзян знает? — Фэнмянь в курсе. Мы готовим для Вэй Ина всё к зиме. Моя дочь занялась поручением. — Вэй Усянь в возрасте для помолвки. Лидеры малых сект будут свататься, — Цижэнь поставил чайник. — Ещё до брачного возраста шли письма, подарки, альфы с родителями за разрешением, — искры Зидиянь показали Цижэню, что встречи были бурными. — Помолвка — не проблема. — Вы устроили его помолвку с сыном, — подтвердил он, подавая чай. — Конечно, но этот сорванец не носит помолвочный ошейник, сделал другой, — прищурилась она. — Писал, что предпочитает ошейник Ланей. Надеюсь, ты ничего не замышляешь, Цижэнь. — Не волнуйтесь. Мои племянники привязаны к Вэй Усяню, между ними братская любовь, особенно у Ванцзи, — вздохнул он. — Сначала я думал, что помолвка с одним из них укрепит род, но они не видят младшего брата в таком свете. — У Лань Ванцзи есть предназначенный омега, — вспомнила она Вэнь Нина и Вэнь Цин. — Лань Сичэнь, ровесник моей дочери, не ищет пару. — Лани верят, что найдут предназначенного. — Вы разделяете омег и альф, — отметила она. — Древние правила разделять учеников по полу и второму полу. Встречи для поиска пары редки, мало кто находит. — Тебе повезло, что мой ученик нашёл предназначенного твоему племяннику, иначе тот умер бы без любви. Он слишком серьёзен, пугая омег, — подколола Юй Цзыюань. — Вэй Усянь принял бы Ванцзи, не будь у них предназначенных, — обиделся Цижэнь. — Но Вэй Усянь ещё не принял своего альфу, — победно улыбнулся он. — Не бросай мне вызов, Цижэнь, — Зидиянь заискрилась, её улыбка заставила задрожать ученика у двери. — Что? — спросил Цижэнь, видя его страх. — Снова… Вэй-гунцзы. Цижэнь вздохнул, надеясь, что не придётся изгонять наглого альфу или что Цзян Чэн защитил омегу. Что могло случиться под присмотром служанок? Надо выяснить, что натворил этот магнит для проблем. — Что Вэй Ин опять учудил? — Юй Цзыюань встала, следуя за Цижэнем. — Наверное, поставил кого-то на место.