Омега Юньмэн Цзян

Лето в ГуСу смягчило холодные горные ветра, и Вэй Ин не страдал от стужи. Сегодня его наказали за рисование вместо конспектирования лекции. Он валялся на полу библиотеки, пока Лань Чжань читал книгу о музыке. Тот должен был следить за наказанием, но, как обычно, они закончили раньше и теперь убивали время до урока фехтования. — Лань Чжань~ — захныкал Вэй Ин. — Мм, — отозвался Лань Чжань, давая понять, что слушает, но ожидая очередной ерунды или плана от скуки. — Почему дядя Цижэнь не женат? Вопрос ошеломил Лань Чжаня. Он опустил книгу, взглянул на друга, всё ещё лежащего на полу, и покачал головой, показывая, что не знает. — Дядя Цижэнь — альфа, его аромат зелёного чая и книг приятный. Уверен, какой-нибудь омега захотел бы его, — продолжил Вэй Ин. — Вэй Ин, — Лань Чжань вздохнул, недоумевая, как тот пришёл к такому выводу. — Что делаете? — вошёл Лань Сичэнь, увидев любимых младших братьев в библиотеке. — Лань Да-гэ, знаешь, почему дядя не женат? — вопрос застал первого Нефрита врасплох. — Я сказал Лань Чжаню, что у него приятный аромат… Может, из-за характера и одержимости правилами? Сичэнь и Ванцзи не знали, что ответить, не успевая за болтовнёй омеги. — Не думаю, — сам себе ответил Вэй Ин. — Тут много таких альф, включая Лань Чжаня, и они женаты, помолвлены или, как Лань Эр-гэ, в процессе ухаживания, — он восторженно хлопнул, а Ванцзи молчал, краснея ушами. — Ну… хорошо, — Сичэнь прервал омегу, пытаясь унять его воодушевление. — Дядя — великий альфа, один из трёх лучших в своём поколении, но после смерти наших родителей, — его грустная улыбка заставила Вэй Ина перестать тыкать Ванцзи в щёку и взять его за руку в знак поддержки, зная, как эта тема тяжела, особенно для Ванцзи, — дядя воспитывал нас и вёл секту, пока я не стану лидером. — Бедный дядя Цижэнь, — вздохнул Вэй Ин, представляя его одиноким, читающим три тысячи правил при тусклой лампе с горьким чаем. Но грусть длилась миг. — Надо помочь ему найти жену! — воодушевился он. — Нет, — тут же отрезал Ванцзи. — Думаю, Ванцзи… — Сичэнь попытался объяснить, но Вэй Ин понял по-своему. — Лань Чжань, знаю, ты не хочешь, чтобы я лез в дела дяди с его малым терпением, но чуть-чуть поможем. Позовём его в город или на охоту, вдруг он встретит кого-то, — восторгался он, воображая сцену из романов Хуайсана: благородный альфа встречает омегу из низов, их запретная любовь преодолевает преграды с помощью друзей, венчаясь пышной свадьбой и кучей детей. — Да, счастливый финал! — Успокойся, А-Сянь, дядя не торопится. Каждый встречает родственную душу по-своему, — Сичэнь пытался унять его. — Ванцзи нашёл своего, а мы с тобой — нет. — Точно, — Вэй Ин скрестил руки, задумчиво глядя на Нефритов. — Лань Чжань — везунчик. — У Вэй Ина есть предназначенный, — сказал Ванцзи, удивив обоих. — Ванцзи, ты уверен? — Сичэнь встревожился, боясь, что Вэй Ин связан с недостойным. — А-Сянь? — У меня есть предназначенный? — удивился Вэй Ин, показывая, что сам не в курсе. Как тогда знает Ванцзи? — Мм, — кивнул тот. — Возможно. Вэй Ин расхохотался, решив, что Ванцзи шутит, учась у него. Сичэнь облегчённо вздохнул, желая сохранить невинность Вэй Ина до своего лидерства, чтобы защищать его.

***

Спустя пару ночей после того разговора Вэй Ин, возможно, с небольшой подсказкой от Ние Хуайсана и Ли Жуна, пришёл к выводу, что старый мастер Лань не привлекает омег или симпатичных бет из-за своей ужасной козлиной бороды, которую он гладил, будто кошку. Этой ночью он решил использовать свои навыки скрытности, чтобы сделать дядю привлекательнее. «Только чуть подстричь», — подумал он, доставая бритву из чёрной туники. Удивительно, но он прокрался в комнату Лань Цижэня, никем не замеченный. В темноте, не повреждая лицо альфы, он сделал аккуратные срезы, чтобы тот ничего не почувствовал. При слабом свете звёзд он плохо видел, но, проведя пальцем по подбородку дяди, ощутил гладкую кожу. Удовлетворённо улыбнувшись, Вэй Ин бесшумно выскользнул и вернулся спать, предвкушая утреннюю реакцию. Дядя точно будет благодарен, как и многие, за его «услугу».

***

Едва минуло пять утра, как оглушительный крик сотряс Облачные Глубины. Птицы разлетелись, насекомые попрятались, а Вэй Ин свалился с кровати, ударившись лицом. Предательская слеза скатилась по щеке. Крик был неузнаваем — в ГуСу правило «не кричать» соблюдалось строго. В Юньмэне Вэй Ин сразу бы понял, чей это голос или что это гнев Юй Цзыюань за его шалость. Полусонный, он выбрался из постели. Как обычно, Лань Чжань пришёл будить его, чтобы тот не проспал утренние чтения. Половина попыток Вэй Ина заканчивалась побегом, чтобы спрятаться, в другой половине он засыпал за столом. Сегодня он собирался дремать на уроке, но, заметив суматоху в главном павильоне, остановился. Лань Чжань замер, словно дрожа. Любопытный Вэй Ин выглянул из-за его спины, встав на цыпочки. Перед ними стоял элегантный, зрелый альфа с утончённым, привлекательным лицом. Щёки Вэй Ина вспыхнули. — Вэй У-сянь, — прорычал альфа, чеканя каждый слог, заставив омегу вздрогнуть и подавить смех. — Ма… мастер Лань, — Вэй Ин поклонился, едва сдерживая улыбку. — Что ты сделал?! — Эм… услугу? — он видел, как пульсирует вена на лбу дяди. Может, чуть переборщил? Но тот выглядел моложе, привлекательнее, не как старики из совета. — Вэй Ин! — рявкнул Лань Цижэнь. — Наказан! Месяц переписывать все книги библиотеки, раздел музыки, и медитация в изоляции! — Эм… хорошо, — отступил Вэй Ин и, оказавшись на безопасном расстоянии, крикнул: — Дядя Лань, теперь вы найдёте жену с этим красавцем-лицом! Все замерли от дерзости. Лицо Цижэня побледнело, покраснело, затем потемнело. Лань Сичэнь, поняв затею Вэй Ина, улыбнулся, соглашаясь: без бороды дядя выглядел моложе и привлекательнее. Лань Чжань вздохнул и пошёл за омегой, чтобы тот не натворил нового. Цижэнь чувствовал, что состарится раньше времени из-за этого омеги-сорванца.