Омега Юньмэн Цзян

Путь из Юньмэна в ГуСу был спокойным. Первая остановка — Илин, на границе секты Лотоса и Солнца. Там Вэй Ин захныкал, что Вэнь Нин не поедет в Облачные Глубины, продолжая учёбу, чтобы стать врачом, как сестра. Смирившись, побратимы попрощались с Вэнями и продолжили путь. Вэй Ин, как обычно, болтал без умолку. Лань Ванцзи отвечал односложно или короткими фразами. Другой счёл бы его холодным, но для Вэй Ина это была его манера общения. — Лань Чжань, будь посмелее с А-Нином, он стеснительный, — посоветовал он, когда вошли в Юньшэнь. — Знаю, ты неразговорчив, но приветствие и приглашение прогуляться помогут растопить лёд. — Я тоже стеснительный, — тихо сказал Лань Чжань, скрывая смущение. — Лань Чжань! — Вэй Ин чуть не сбил их с мечей, повиснув на руке альфы. — Прости! Но ты можешь, я помогу, — они спустились к каменной арке входа. — Ещё идут уроки, да? — Лань Чжань кивнул, проходя защиту. — Надо доложить о прибытии. — Конечно, дядя Цижэнь не хочет, чтобы я носился по округе, — вздохнул Вэй Ин. — Что не так? — Так заметно? — Бесстыжий Вэй Усянь нервно теребил серебряный колокольчик Цзянов, щёки слегка порозовели. Лань Чжань знал причину: после первого жара аромат Вэй Ина изменился. Запах Цзянов всё ещё окружал его, но детская молочная нотка исчезла, сменившись сладким ароматом персиковых цветов — зрелого, плодовитого омеги, готового к потомству. Мысль о том, что его будут запугивать альфы, раздражала Лань Чжаня. Его брат-омега — не инкубатор. Инстинктивно он окружил Вэй Ина своими феромонами, заявляя другим альфам, что тот под защитой. — Мм, — покачал он головой. — Я позабочусь. — Спасибо, Эр-гэ, — нежно улыбнулся Вэй Ин. — Но твой аромат щекочет нос, — чихнул он. — А-Нину не понравится, что ты меня окутываешь, — Лань Чжань покачал головой, доставая из туники что-то. — Забота о Вэй Ине, — он вручил чёрную сумочку с вышитыми кроликами. — Мне? — удивился Вэй Ин, узнав работу Вэнь Нина. Ощутив аромат сандала, корицы и трав, он расслабился. — А-Нин такой милый, правда? Он тихо рассмеялся, видя, как Лань Чжань кивает с покрасневшими ушами. Они привычно шли по каменным тропам ГуСу бок о бок. Ученики и старейшины знали их дружбу: всегда вместе, Вэй Ин болтает и смеётся, Лань Чжань фыркает, когда его «задирают». Никто не обращал внимания на их смех и поддразнивания, пока они шли к библиотеке, тренировочным полям или павильону Лань Цижэня, куда направлялись сейчас. Но для новых учеников это было сюрпризом. Альфы Цзиней раздражались, чувствуя защитные феромоны второго Нефрита над омегой. Ние забавлялись, предвкушая веселье с Вэй Усянем, которого Хуайсан называл идеальным спутником. Ученики Цзянов переглянулись, боясь сообщить новость: их Вэй-шимей с Ханьгуан-цзюнем! Хуайсан, наблюдая издалека, прикрыл улыбку веером. — Хуайсан? — он вздрогнул, обернувшись к альфе в пурпуре. — Цзян-сян, думал, ты пьёшь чай с братом Сичэнем, — остановил он Цзян Чэна. Аромат Вэй Ина сюда не доходил, но Хуайсан знал, что тот почувствует его даже через гору. — Да, обсуждали ночную охоту. Все в строю, разделимся на два отряда. — О, интересно, — Хуайсан уже планировал сбежать, чтобы не пачкать тунику в лесу. — Но он сказал, что должен встретить неожиданных гостей. Надеюсь, ничего серьёзного. — Сомневаюсь, если бы это были враги, все бы мчались к воротам, — заверил Хуайсан. — Пойдём, помоги с классификацией яо, завтра экзамен, не хочу снова провалиться, — захныкал он, цепляясь за руку. — Ты ещё не выучил?! Вэй Ин оставил тебе свои заметки… Ох… — Хуайсан показал тетрадь с каракулями и смешными рисунками яо, пожирающих Лань Цижэня или Цзинь Цзысюаня. — Этот идиот, как он не завалился, если только играет? Шевелись! — Они пошли к спальням альф. В пути Цзян Чэн размышлял о своей «реакции» в Ханьши. Он спокойно говорил с Лань Сичэнем, пока инстинктивно не втянул воздух, ища аромат. Ничего не было, но руки закололо. Лань Сичэнь, взглянув на нефритовый кулон на его поясе, извинился и ушёл. Теперь, идя к комнате, Цзян Чэн уловил лёгкий аромат юньмэнских озёр и персиковых цветов из садов матери, но он смешивался с другим, вызывая раздражение.

***

— А-Сянь! — Лань Сичэнь вошёл в кабинет дяди и тепло обнял омегу, который радостно ответил. — Рад, что ты вернулся! — Лёгкий кашель заставил их отстраниться и сесть. — Я тоже счастлив видеть тебя, Да-гэ, — рассмеялся Вэй Ин, наливая чай. Цижэнь одобрительно кивнул на его элегантный жест. — Уехал на пару месяцев, а мои братья стали такими красавцами! — Спасибо, — засмеялся Сичэнь. — Бесстыжий, — хором сказали Ванцзи и Цижэнь, вызвав ещё больше смеха у омеги и будущего лидера Ланей. Визит к старому Ланю был не только формальностью, Вэй Ин знал это и не хотел раскрывать своё состояние — слишком стыдно. Перед входом в секту он с трудом снял проклятый ошейник, спрятав его в одежде. Лань Ванцзи не возражал, готовый защищать его, но надеялся, что слова дяди убедят Вэй Ина носить ошейник от Юй Цзыюань или подаренный Цижэнем. — Что-то не так, А-Сянь, Ванцзи? — спросил Сичэнь после рассказа Вэй Ина о тренировках в Юньмэне. Лёгкое изменение их ароматов намекало на что-то неприятное, из-за чего Ванцзи стал сверхзащитным. Они переглянулись: Ванцзи серьёзный, Вэй Ин слегка грустный. Лань Чжань вздохнул, понимая, что омега молчит, но ради его безопасности надо рассказать. — У Вэй Ина был первый жар. — Не говори так! — покраснел Вэй Ин, схватив Ванцзи за тунику и встряхнув. Тот сохранил бесстрастное лицо, не сдвинувшись. — А-Сянь… — Сичэнь обеспокоенно посмотрел на дядю. — Пора перевести твою комнату в павильон омег, — начал Цижэнь. — Не хочу! — нахмурился Вэй Ин, но тут же замолчал под строгим взглядом. — То есть… учитель Лань, правда, не хочу. Моя комната далеко от других, под вашей и Ванцзи защитой. Не хочу опаздывать на уроки, — Цижэнь скептически посмотрел. — Ну… не больше обычного, — нервно рассмеялся он. — Ошейник, — Цижэнь кивнул Ванцзи, который достал белую ленту, показанную в Юньмэне. — Носи всегда, без оправданий. — Шицзунь дала мне один, но он слишком вычурный и тяжёлый, — Вэй Ин вытащил пурпурный ошейник с сапфиром. — Может, хранить его и носить этот? — указал он на белый. Цижэнь чуть не подавился. Эта Юй Цзыюань! Он не ожидал, что она так нагло объявит помолвку сына с омегой. Вэй Усянь явно не знал, раз «демонстрировал» оба ошейника, спрашивая, какой незаметнее. — Носи любой, — погладил он бороду, успокаиваясь. Он хотел, чтобы Вэй Ин дал шанс Сичэню как жениху, раз Ванцзи занят с Вэнь Нином. Вэни ему не нравились, но мальчик оказался хорошей партией, да ещё братом Вэнь Цин.

***

— Ты скажи ему! — Нет, спасибо! Я ещё хочу жить. — Я в прошлый раз сказал, что Вэй-сян флиртовал с тем стариком, чтобы мы сбежали с дынного поля! Они вздрогнули, вспоминая, как Вэй Усянь убедил их вломиться на огород старика У за дыней. Все разбежались, чтобы их не заметили. Вэй Ин остался следить за домом старика, а Ли Жун отвлекал собаку. Старик вышел раньше, и Вэй Ин, зная, что он самый очаровательный ученик, заговорил с ним, хлопая ресницами, делая милые жесты и пухтясь, «не понимая». Одинокий старик чуть не пригласил его в дом, но, заметив колокольчик лотоса и пурпурную форму, вспомнил, что альфы, тронувшие мальчика, кончали плохо. Прежде чем он отступил, угрожающий рык раздался сзади. Лицо Вэй Ина озарилось, он бросился в объятия наследника Цзяна. Старик, в холодном поту, подарил им жареный тофу и выпроводил. Цзян Чэн отругал всех за проделку, а Вэй Ина — за риск, который тот не понял. — Тшш, тише, — голос пухлого альфы вернул их в реальность. — Нас могут услышать, — Ли Жун был на нервах, собрав всех в своей комнате обсудить проблему. — Хуа-сян… — захныкал он, ища помощи у альфы, спокойно лежащего на кровати. — Почему Хуа-сян так спокоен?! Если юный Цзян узнает! — не договорил он, лица всех потемнели. — Замолчите, — вздохнул Хуа Цян. — Ваньинь не должен знать, ясно? — Все кивнули. — Вэй Ин не променяет Ваньиня на другого альфу… — Но это Ханьгуан-цзюнь, — сказал юный бета. — И что? — Ли Жун не понял их тревоги. — Он красивый, что? — Все странно посмотрели, и он покраснел, как помидор. — Я к тому, что женщины и омеги так говорят! Про холодного и статного Ханьгуан-цзюня! — Вэй Ин не смотрит на внешность, — вздохнул Ли Жун. — А слухи? — все глянули на бету. — Говорят, Ханьгуан-цзюнь и Вэй-сян близки с его учёбы здесь. Мы видели, как они флиртовали! — Кто флиртовал? — Большинство взвизгнули, когда Цзян Чэн распахнул дверь. Хуа Цян и Ли Жун незаметно придвинулись к окну. — Хватит сплетничать, готовьтесь к ночной охоте. — Да… да! — Все разбежались, Ли Жун остался с соседом, глядя, как уходят Хуа Цян и Цзян Чэн. В пути Цзян Чэн украдкой посмотрел на друга. Он не стал спрашивать о подслушанном. Вэй Ин и Лань Ванцзи флиртуют? От Вэй Ина не удивительно — он кокетлив, часто выманивая поблажки у Цзян Чэна. Но Лань Ванцзи? Этот каменный парень? Сарказм. — Хуа Цян, — он заметил, как тот вздрогнул, готовя меч и талисманы. — Да, Ваньинь? — Хуа Цян скрывал нервный аромат. — Вэй Ин не писал? — тот растерялся. — Две недели без писем. И где моя туника с белой каймой? «Одежда Ваньиня», — холодный пот стек по спине Хуа Цяна, вызвав дрожь, которую он надеялся скрыть. — Не забыл? — Цзян Чэн приподнял бровь. — Упаковал? Мы носим туники Ланей для уроков… — Забудь, — вздохнул Цзян Чэн. Он знал друзей: Ли Жун потел и ел от стресса, а Хуа Цян болтал без умолку. — Поторопимся, Лань Сичэнь просил собрать вас, и надо проследить, чтобы Хуайсан не натворил дел. — Думал, мы не с Цзинями, — шли они к комнате Ние. — Эти зазнайки, — Цзян Чэн потёр лоб. — Ладно, собираемся, если Хуайсана не будет, утром сломаю ему ноги, — они направились к входу, где ждал Цзэу-цзюнь. Хуа Цян тихо рассмеялся. Цзян Чэн гадал, почему согласился на «просьбу» Вэй Ина перед отъездом. А, точно. Тот весь день висел на его спине, требуя присматривать за Хуайсаном, чтобы тот не опозорил их, как друзей. И, конечно, он не хотел терять лицо из-за неуклюжего альфы. К тому же Вэй Ин испытывал его терпение. Его персиковый аромат окутывал, тёплое дыхание касалось шеи, вызывая мурашки, он тёрся щекой, играл с его волосами или лентой. Только к вечеру Цзян Чэн согласился, лишь бы Вэй Ин не спал с ним — его гормоны могли выдать его. Ведь Вэй Ин всё ещё невинен, правда? Он и сестра держали его «чистым», нет? Он отогнал мысль, что кто-то мог «осквернить» Вэй Ина.

***

После улаживания возвращения в ГуСу Вэй Ина уведомили о ночной охоте. Лань Сичэнь знал, что не стоит спрашивать о участии своих младших братьев. Омега любил сражаться с трупами и тварями по ночам, демонстрируя мастерство, а альфа следовал за ним, чтобы защитить или уберечь от неприятностей. Вэй Ин быстро шагал к своей комнате, удерживаемый Лань Ванцзи за пояс, чтобы не побежал. — Лань Чжань, Лань Чжань, надену форму Юньмэна… — Белую. — Что?! Но я её испачкаю, а она нужна для завтрашних уроков в павильоне омег, — надулся он, входя в комнату. Альфа остался у порога. — Мы не участвуем напрямую, будем оценивать. — Ничего не завалим? — Только если нужно, — холодно ответил Лань Ванцзи, вручая белый ошейник от Цижэня. — Практика для них, мы поможем брату оценивать учеников. — Ладно, — Вэй Ин взял ошейник, пухтясь. — Тогда готовлюсь. — Мм. Встретимся у второго входа. — Второго? — растерянно посмотрел он. Они всегда шли к главному входу следить за старшими учениками. — Мм. Цинхэ Не и Балин Оуян под нашим присмотром. Брат с Юньмэн Цзянами и Ланьлин Цзинями. — О, ясно. Тогда до обычного времени, — Вэй Ин попрощался и закрыл дверь. Лань Ванцзи пометил коридор феромонами. Проходившие ученики пугались его холодного взгляда. С лёгким вздохом он надеялся, что Вэнь Нин прав, и Вэй Ин будет в порядке, если следовать режиму Вэнь Цин, чтобы стабилизировать жар и контролировать аромат. Ему хотелось окружить Вэй Ина феромонами, но тот чувствовал себя некомфортно, что ранило Лань Чжаня. Его уши покраснели от мысли о Вэнь Нине как о «невесте» и воспоминаний, как в Юньмэне он окутывал его феромонами, получая в ответ сладкий аромат свежей корицы. Бесстыдство! Это не для холостых, но Вэй Ин сказал, что иначе кто-то украдёт его «ролл корицы». Он хотел защитить и Вэй Ина, но Вэнь Нин велел ограничиться, чтобы не нарушить цикл жара из-за чужого аромата.

***

Вэй Ин поспешил надеть белую с голубым тунику секты ГуСу Лань. Три слоя верхних одежд защищали от ночного холода, плотные штаны, голубой пояс, нефритовый кулон и колокольчик лотоса с девятью лепестками на поясе. Он завязал волосы в привычный хвост красной лентой, взглянув на ошейник на туалетном столике. Лань Цижэнь дал его после клятвы побратимства с Ванцзи, рядом лежал элегантный ошейник от шицзунь. Он не собирался его надевать — мог порвать на охоте. Оставил его в лакированной шкатулке, подаренной Сичэнем. Взгляд упал на белый защитный ошейник с вышитыми облаками. Он видел, как омеги с другой горы носят их с гордостью. Для него они были котятами с ленточками на шее… Он не кот! Но выбор был между ним и вычурным ошейником от Юй Цзыюань. Тот был удобнее, но слишком дорогой, чтобы рисковать. Лучше сохранить его и стать «котиком» на ночь. Потом разберётся. Привязав Суйбянь к поясу, спрятав веер и талисманы в одежде, он вышел из комнаты, которую Сичэнь назвал *Таоцзы* (Персик). Лёгкой походкой он направился ко второму входу, по пути здороваясь с учениками, с которыми играл. Некоторые провожали его, спрашивая об отсутствии с приходом новичков, обсуждая таланты одних и недостатки других. Лани не сплетничали за спинами. На вопросы об отсутствии он ответил, что был занят с шицзунь Юй, и упоминание грозной альфы пресекало расспросы. У входа он увидел учеников Цинхэ Не, которых организовывал юный главный ученик, приглядывавший за Хуайсаном. — Минчжоу-сян, — Вэй Ин поздоровался, и Не ответили вежливо. — Где Хуайсан? — Вэй-гунцзы, второй господин нездоров, — смущённо сказал ученик, оправдывая новую отговорку Хуайсана. — У него… сильная боль в животе. — Ох… — Вэй Ин сохранил бесстрастное лицо, явно не веря. — Ладно, принесу ему лекарство, ждите. Ханьгуан-цзюнь скоро придёт, скажите, я присоединюсь. Не дав юноше возразить, чтобы не опозорить секту, он ушёл. Вскоре появился Лань Ванцзи с двумя бетами Ланей и остальными учениками обеих сект.

***

— Ты! — Вэй Ин ворвался в спальни альф, легко найдя Хуайсана по его аромату цитрусов и новой бумаги. Резко открыв дверь, он застал друга на кровати. Тот от испуга швырнул книгу и рухнул на пол. — Что ты делаешь? — Вэй Ин скрестил руки. — Пять секунд, чтобы убедить меня не идти на охоту… Раз… — У меня живот болит. — Два… — Лодыжку подвернул. — Три… — Завтра экзамен, надо учить, — Хуайсан вспотел под взглядом Вэй Ина, доставшего Суйбянь. Этот омега затащит его на охоту силой! — Четыре… — У меня новый том эротического искусства! — Пя… Что? — растерялся Вэй Ин. — Твои романтические книжки? — Не, это лучше, — Хуайсан хотел показать книгу из-под простыней, подойдя к омеге. Но Вэй Ин выхватил книгу, ухмыльнувшись: «Конфисковано». Схватив его за ворот, он поднял его в воздух. Хуайсан умолял отдать саблю, чтобы лететь самому. Предательство! Друг унизительно нёс его в формацию двух сект под холодным взглядом Лань Ванцзи. Хуайсан летел на сабле за Вэй Ином, боясь альфы и злясь, что книгу не вернули. Плохая идея — дружба с Ханьгуан-цзюнем. — Вэй-сян, — Хуайсан посмотрел на него с улыбкой. — Встретил Цзян-сяна? — Ещё нет, — Вэй Ин летел рядом с Лань Ванцзи, Хуайсан с наследником Оуяна за ними. — Прибыл недавно, Сичэнь Да-гэ пригласил на охоту с Ванцзи Эр-гэ. Сказал, нужен надзор, — он хихикнул, видя нервозность Хуайсана. В охотничьей зоне — широкой поляне среди гор — луна вот-вот должна была взойти, звёзды сияли, холодный ветер намекал на смену сезона, вдали журчал ручей. Вэй Усянь и Лань Ванцзи встали перед учениками, их белые туники делали их похожими на юных бессмертных. Лань Ванцзи молчал, и Вэй Ин дал указания. Фермеры видели странные тени и слышали ужасающие звуки. Ночные путники пропадали, возвращаясь через две ночи без конечности. Их задача — выяснить, свирепый труп или демоническая тварь. Вэй Ин велел не геройствовать и использовать сигналы помощи. Но многие отвлекались, разглядывая белый ошейник с голубыми облаками на шее Вэй Ина. Защитный ошейник! Омеги Ланей гордо носили их, символ целомудрия и зрелости. Ткань походила на ленты Ланей: чисто белые — для внутренних учеников, с облаками — для семьи. Значит… Вэй Усянь — официально Лань?! Невеста Цзэу-цзюня или Ханьгуан-цзюня?! Скорее, Ханьгуан-цзюня… — Поняли?! — крикнул Вэй Ин. Все сглотнули, избегая нюхать его аромат или разглядывать фигуру, скрытую слоями туник. Хором подтвердив, они разошлись, включая Хуайсана, которому Вэй Ин отказал в совместной охоте — это его испытание. — Больше не буду за тебя охотиться, — ущипнул он его за щёку. — В прошлый раз чуть кость не сломал, когда ты бегал, как девица, от низших яо. Иди, или пну. — Ранен? — Лань Ванцзи посмотрел на омегу, когда они остались одни, обходя зону. — Да, Хуайсан приезжал в Пристань Лотоса, и мы с Цзян Чэном позвали его на охоту. Дядя Цзян сказал, что это легко — мелкие паучьи яо у деревни ремесленников. Мы с Цзян Чэном зачистили кучу, но потеряли Хуайсана. Нашли его бегущим, как от смерти, — он забрался на высокий дуб, за ним Лань Чжань. — Он врезался в меня, и мы полетели в овраг. Я остановил падение веером, но приземление было жёстким — грязь, листья, что-то мерзкое, — поёжился он, вспоминая липкую красно-зелёную гадость. — Упали в гнездо паучихи. Хуайсан прятался за мной, пока я сдерживал тварь. Цзян Чэн подоспел и помог убить её, — громко рассмеялся он. — Он хотел переломать Хуайсану кости за каждую мою царапину. Видел бы ты его лицо, Лань Чжань! Как обычно, Вэй Ин рассказывал о приключениях в Юньмэне или Мэйшань Юй, пока они следили за охотой. Всё шло гладко, ученики держались группами, иногда присоединяясь к другим. Но Вэй Ин заметил, что Цзяны и Цзини забрели в их сектор, что было странно — Сичэнь говорил, что будет восточнее. Прежде чем он сказал Лань Чжаню, небо озарилось сигналами помощи из четырёх секторов. Они с Лань Чжанем не сильно уступали другим по культивации, но из-за множества сигналов старшие задерживались. — Собирай, — Лань Чжань дал ему особую сигнальную ракету и побежал на запад. — Понял! — Спрятав ракету в тунику, Вэй Ин помчался на северо-запад, где бежали ученики. На Суйбяне он быстро догнал их, увидев раненых из Балин Оуяна, поддерживаемых Не или Цзинями. Остальные мчались туда же. — Быстро, уводите раненых вниз, там медики! — Вэй Ин собрал пострадавших и повернулся к остальным. — Что стряслось?! — Появилась демоническая тварь, — ученик Не указал направление.