Фальшивая свадьба BTS-версия

Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо. Лишь годы тренировок не дали ему сорваться. Под конец выступления Юнги чувствовал, как по спине бежит капля пота. Этот придурок! Хотелось прямо в зале схватить задрота за шкирку и встряхнуть. Какого черта этот недоумок не следит за своим циклом?! Они в переполненном альфами зале! Так потрахаться захотелось?! Кипя от злости и беспокойства, Юнги пропустил в заготовленной речи слезливый кусок, где он якобы всегда был влюблен в задрота и оставил лишь сухие факты. Он держался просто отлично. Не наорал на тупого утырка, который задал глупый вопрос — не связана ли скорая свадьба с беременностью Дэку. Нет, не связана. Он не сломал шею кенгурихи, которая спросила его о возвращении в агентство. Он был гребаным примерным мальчиком и женихом, который может смотреть на «любовь всей жизни» без желания отпиздить его. Хотя надо бы. Надо! Этот тупой ботан даже за своим циклом уследить не может! Осознание того, что Чимин возбуждался от одного лишь прикосновения, заставило Юнги знатно перетрухнуть. И он порадовался своей осмотрительности, когда в дверях зала увидел примчавшегося на его зов Чонгука. Пацану хватило и одной фразы «у Дэку течка», чтобы прибежать. Цунами о чем-то переговорил с Ви, стараясь не привлекать внимание. Это немного успокаивало. То, что Цунами позаботится о задроте, что доставит его домой и напоит лекарством, проследит, чтобы тот провел чертову течку не шатаясь по улицам города! Состояние Чимина перекрыло даже шок от сообщений в его телефоне. Как только Юнги понял, что с ботаном явный непорядок, то решил звать на помощь Цунами. Но собственный телефон сел и пришлось взять мобилу Дэку. Юнги казалось, что в этот вечер он проявил до хренища выдержки, стараясь не прославиться психопатом, бросающимся на всех без разбора, и был даже немного благодарен Намджуну, когда тот сообразил быстро закончить конференцию. Недовольные журналисты загалдели, намериваясь пойти по головам друг друга и сунуть им в рот микрофоны, но Намджун дал знак Ви, и охрана сразу пробралась в зал, оттесняя толпу и организуя им проход. — Вставай, — коротко бросил Юнги, желая поднять ботана за шкирку. Чимин послушно встал, начиная пахнуть до одурения соблазнительно. Омега выпускал свой дурманящий запах, и Юнги старался не дышать. Сам Чимин был уже не слишком вменяемым, но старался выглядеть прилично. Журналисты продолжали выкрикивать свои вопросы, но Юнги даже голову не повернул в их сторону. Он стремительно шел вперед, подталкивая Чимина к выходу. Омега вздрагивал от его прикосновений, но молчал. Придурок! Ну вот как можно быть таким легкомысленным?! Как только они выбрались в коридор, Юнги толкнул ботана в руки Чонгука. — Увези его домой. Сейчас же. Чонгук поймал омегу, с беспокойством смотря на трясущегося пацана. Цунами почувствовал его запах. Конечно почувствовал. Только больной не учует. — Что случилось? — вылетел из зала Тэхён. — Нужно уходить. Разберемся потом, — произнес Монстр. — Чонгук, отвези Чимина домой, Тэхён, сопроводи Юнги к дому. — Мне не нужна сраная охрана, — резко бросил Юнги, поднимая глаза на Монстра. Тот даже бровью не повел. Козел! — Нам нужно поговорить. — Высвободившись из рук Чонгука, Чимин развернулся к ним. В его расширенных зрачках светилось волнение и упрямство. — Потом, — отмахнулся Юнги. — Нет. Я должен тебе все объяснить, — кинулся Чимин к нему, хватая за рукав пиджака. — Пожалуйста, выслушай меня! — Я не хочу слушать о том, что у тебя, блять, даже мозгов не хватило рассказать об этих сообщениях хоть кому-то! — сорвался Юнги, бросив в лицо омеги всю свою злость. Он не понимал этого. Не понимал, как можно быть таким… Ему хотелось рычать. — О чем вы? — вмешался Тэхён, но на него никто не обратил внимания. Юнги пожалел о своем тоне сразу, как Чимин вздрогнул и отпустил его пиджак. Но виноватая мордашка и стойкий запах возбуждения сводили с ума! Хотелось схватиться за волосы и заорать. И чтобы исчезли все. Исчезли, мать вашу! — Увези его домой на хрен, — бросил Юнги в сторону Чонгука. — Чимин, поехали. Что бы ни случилось, вы поговорите потом. Сейчас сюда хлынут журналисты. — Чонгук мягко потянул омегу на себя. — Пойдем. Чимин сдался, поник весь, выглядя настолько несчастным, что Юнги был готов побиться головой об стену. Он, наверное, должен был сказать ему другое. Должен был сказать, что тупой задрот не виноват, что какой-то псих решил действовать ему на нервы. «Ом Харин. 16 лет. Она хотела стать айдолом, представляешь? Прелестная девочка. Почему ты не спас ее тоже?» Фотография мертвой девушки с пробитой головой на фоне других фотографий, где эта самая девчонка еще солнечно улыбалась в компании подруг, вызывала мурашки. Как долго Чимин получал эти сообщения? Как долго какой-то ублюдок заставлял его чувствовать вину?! Юнги был так зол, что едва мог держать себя в руках. — Вам всем нужно уходить, пока журналисты не прорвались сюда, — вернул их в реальность Монстр. — Воспользуйтесь наружным лифтом, — бросил он в сторону Юнги с Тэхёном. — Да, сэр. Пойдем. — Тэхён подтолкнул его ко второму лифту. — Грабли убрал. Юнги резко стряхнул чужую ладонь, отворачиваясь от полковника, хотя язык жгло от желания обвинить Монстра во всем. В том, что какой-то псих терроризирует Дэку. В том, что задроту так никто и не вдолбил в голову тот факт, что за циклом течек, блять, надо следить! Как они все могут спускать это Чимину? Почему? Они разве не понимают, что, если он окажется в патруле, это состояние сделает тупого задрота слабее котенка? Юнги пробирало морозом от мысли, что это может произойти. Он был так заведен, что даже наплевал на сопровождение. Тэхён благоразумно молчал и не лез с разговорами, довел его до своей машины. — Гук позаботится о нем, — произнес Ви, садясь в тачку. — Знаю, блять. Езжай уже, — раздраженно бросил Юнги, но взглядом все равно искал машину Чонгука на парковке. — Заканчивай так разговаривать со мной, Шуга, — показал зубы Тэхён. Юнги был не в том состоянии, чтобы с ходу взять себя в руки, и он буквально чувствовал, как у него чешутся руки засадить кулаком в смазливое личико. — Поехали. Пока толпа журналюг не кинулась на твою тачку, — скрипнув зубами, процедил Юнги. Тэхён сжал руль крепче, явно не приходя в восторг от своего навязанного пассажира. Они не разговаривали несколько кварталов, сидя в абсолютной тишине. Юнги пытался совладать с расшатанными нервами. Его бесил задрот! Стоило только вспомнить запах его возбуждения и виноватую мордашку, как внутри все переворачивалось. Придурок! Ну как так можно? От злости хотелось разбить что-нибудь и сжечь, сжечь, сжечь. Дотла поджарить того уебищного психа, который посылал задроту долбаные фотки. — Дэку кто-то преследует, — совладав с эмоциями, произнес Юнги. Тэхён сразу подобрался, насторожился. — Что ты имеешь в виду? — напрягся Ви, бросив на него короткий взгляд. — Я видел в его телефоне. Кто-то присылает ему фотографии и гребаную биографию тех людей, которых он не спас, — выдавил Юнги из себя как можно спокойней и терпимее. — Я увидел с десяток сообщений, наверняка были и другие. Скорее всего, это с последнего дела, когда поезд сошел с рельс. Пару месяцев назад передавали по новостям, что было много погибших. — Если бы Чимин не появился там, погибших было бы в десятки раз больше, — со сдерживаемым гневом произнес Ви. Так, будто Юнги обвинял задрота. — Я это знаю. Но тупой ботан наверняка считает, что должен был спасти всех, сечешь? Кто-то хочет, чтобы он чувствовал вину и совершал ошибки. Все знают, какой он, блин, неженка во всех этих чувствах! Ты должен найти того ублюдка, который шлет ему эти сообщения, понял? — Я тебя услышал, — кивнул Тэхён серьезно. Юнги знал, что тот не отмахнется от угрозы, которая могла кому-то показаться шалостью. В сообщениях не было прямых угроз, но Юнги знал, как близко к сердцу Чимин принимает чужую смерть, как до сих пор страдает оттого, что кого-то не смог спасти. Думая обо всем этом, Юнги ужасался. Почему Чимин молчал? Почему ни с кем не поделился этими сообщениями? Почему так испугался, когда эти сообщения увидел его бывший напарник? Юнги едва мог думать в тот момент, но сейчас поведение Чимина выглядело еще более странно. Ботан словно ожидал, что Юнги обвинит его тоже, обвинит в смерти этих левых людей. Это вообще было стремно. Сколько тараканов в голове пацана стало бегать? — Я не понимаю, — внезапно заговорил Тэхён, продолжая напряженно сжимать руль и давить на газ. — Почему он не сказал нам? Настолько не доверяет команде? Юнги хмыкнул и устало откинул голову назад. — А ты думал, раз он улыбается, то у него все в порядке? Все велись на улыбку омеги, считая, что с такой силой, как у него, жизнь — сплошная малина и никаких проблем. — Нет, но… считал, что мы хотя бы удостоились зваться его друзьями, — произнес Ви. В его голосе не было упрека, лишь сожаление. И Юнги в этот момент понимал пацана. Дэку только с виду мог казаться парнем с душой нараспашку, на деле же к себе он подпускал крайне редко. — Как часто он перед течкой разгуливает? — бросил Юнги вопрос, который тоже его нервировал. — Я не замечал подобного, — напряженно ответил Тэхён, выглядя довольно нервозно в своем обтягивающем костюме. — А как капитан группы, должен был замечать, — не удержался от язвительного замечания Юнги. — Ну прости. Я не знал, что в мои обязанности входит контролировать долбаный омежий цикл течек! — раздраженно рявкнул Ви. Юнги хотелось ответить грубостью на грубость, но в голову внезапно закралась мысль о том, что настанет момент, когда он уйдет, а этот хрен останется рядом с Дэку, будет и дальше его капитаном, возможно, даже гребаным любовником, если тупить перестанет. — У него проблемы с этим, — заставил он себя произнести. — С чем? — сразу сосредоточился Ви. — С омежьей сущностью. Он часто себя не слышит, не слышит свой организм. Все привыкли его видеть всесильным Спасателем, но, как ни крути, ты не должен забывать, что он омега, за которым нужно присматривать, потому что у него самого не хватает мозгов понять, как именно он действует на альф, выпуская свой чертов запах в течку. Ты должен следить за его циклом и бить тревогу, если у него нет течек долгое время. — Почему? — Почему, блять? — раздраженно бросил Юнги вопреки желанию спокойно все объяснить. — Потому что это ни хрена не нормально, если у омеги скачущий цикл. У него омежьий, черт возьми, организм, что тут непонятного? Если у него нет течек, значит, с его гормонами херня творится и нужно посылать его в больничку на осмотр, иначе потом будет такой букет болячек, что разгребать замучаешься. — Ты так много знаешь об этом, — произнес Тэхён себе под нос, задумчиво смотря прямо перед собой. Юнги хохотнул тихо и нервно. Еще бы ему не знать. Первая течка Чимина случилась в тот момент, когда они остались в старшей школе после занятий в качестве дежурных. Юнги тогда сам был к подобному не готов. Он так перетрухнул, как никогда до этого и никогда после. У него едва сердечный приступ не случился, когда ботан вдруг стал таким беззащитным и стонущим от боли и смущения, таким чертовски напуганным. И это Юнги потом, как его капитан, таскал ботана по омежьим кабинетам, следя, чтобы Чимин не свалил от врачей. Это он хватал Дэку за шкирку и тащил домой, когда чувствовал, что течка у омеги уже довольно скоро. Порой это случалось буквально во время задания. Ботан вообще о себе часто не думал. — Спасибо. За то, что поделился этим, — с благодарностью произнес Ви. Пацан явно принимал информацию к сведению и относился к ней серьезно. — Ты должен присматривать за ним, усёк? И с Гуком сотрудничай. Если Дэку в оборону уходит, не дави на него. Передай все Цунами, понял? Малой найдет способ, как достучаться до пацана, — озвучил Юнги перспективы. Он и сам не раз прибегал к этой подушке безопасности. Да и сам Дэку тоже подсылал к нему Чонгука, если не мог достучаться сам. Цунами у них вообще был как огнетушитель. — Я замечал. У них особые отношения, — кивнул Тэхён. — Да, — согласился Юнги, потерев виски. — Ты сам как? — Голова раскалывается капец как. — Выглядишь неважно, — не стал его жалеть Тэхён. Юнги хотел огрызнуться, но не стал. Да и сил уже не было. Эмоциональная встряска вымотала его окончательно. Ему нужно просто выпить и лечь спать. Круглолицая уже должна была уложить малышню спать и уехать. Завидев впереди знакомый район, Юнги вздохнул с облегчением. Его уже тошнило от всего, что связано с агентством. Тэхён подъехал ближе к дому, ему даже не нужно было адрес называть, и Юнги не был удивлен. — Послушай, Шуга. Я понимаю, что это может быть неуместно, но теперь, после того как вы сделали объявление, мы должны присматривать за тобой, — начал Ви, когда остановился. — И? — поторопил его Юнги. В висках ритмично тукало. — Я буду твоим телохранителем, когда рядом не будет Дэку, — заявил Тэхён смело и прямо. Юнги представлял, как они это все обсуждали, как готовились сообщать ему эту унизительную новость. — И мы выставим рядом с твоим домом охрану. Не психуй сразу, хорошо? — А те четыре группы слежения не вы поставили, что ли? — хмыкнул Юнги. — Одна тачка выше по улице, освещение подправили, три камеры установили, — махнул он на столбы, на которых камеры буквально бросались ему в глаза. — Вторая группа въехала в соседний дом. Там уже два месяца никто не жил — и вдруг свет едва ли не в каждом окне? И да, убери вон тех утырков. — Он указал на парней, затесавшихся у парковой зоны. — Они пиздец как палятся. — Ого, — восхищенно присвистнул Тэхён. — Я, конечно, слышал о твоей наблюдательности, но не ожидал, что ты вот так с ходу за десять секунд вычислишь всех. Это круто. Реально круто. — Да ты бы еще больших лохов нашел, — фыркнул Юнги. — Уверен, они зассали мне об этом сказать сами. — Мы боялись, что тебе эта идея не понравится, — улыбнулся Тэхён. — Я не дебил, блин, — раздраженно бросил Юнги. — И не нужно всей этой толпы. Оставь наблюдательную группу выше. — Он махнул в сторону машины, которая довольно неплохо затесалась среди остальных на парковке у дома. — И тех, что в соседнем доме обустроились. Остальных снимай, а то как ёбаные маяки тут светятся. Тэхён рассмеялся. — Хорошо. Спасибо, что понимаешь. Твоя безопасность превыше всего. — Захлопнись. Я же, блять, гражданский теперь, — едко бросил он. — Бывай. Пойду твой дурацкий отчет смотреть. — Он тебе понравится, — пообещал Тэхён. — Уверен, уж ты-то меня сможешь понять. — Ага. — Пока, Шуга. Несмотря ни на что, я рад был с тобой познакомиться, — бросил он ему уже в спину, когда Юнги вышел из машины. Показав ему средний палец, Юнги направился в дом. На улице как-то похолодало. Поежившись, он ускорил шаг. За спиной шаркнули шины тачки Ви, а следом еще одни, ниже по улице. Ха. Все-таки прислушался малец. Юнги почему-то считал, что этот пацан его на хуй пошлет. Сам бы он на его месте так и сделал, потому что чужие команды на дух не переносил. Но оказалось, новый капитан спецгруппы был поумней его. Ввалившись в тихий дом, Юнги стянул дурацкий костюм и переоделся в спортивки, валявшиеся на диване в гостиной. Почувствовав легкий озноб, он направился на кухню с мыслью о бутылке соджу. Ему нужно было выпить, пока напряжение в теле не перешло все рубежи. Нога от незапланированных активностей дня тупо ныла, а по спине продолжали бегать мурашки. Простыл, блин, что ли, опять? Вот ему только не хватало с этим снова слечь! Что за дерьмо творится с его жизнью, вообще? Открыв холодильник, он едва не завыл. «Я все вылила. И ту, что под раковиной, тоже. Не благодари. Поешь, Юнги-я». Джейн. Стиснув дверку холодильника, Юнги почувствовал, как закипает по новой. Ему всего-то и нужно было сделать глоток! Какого хрена эта сука вечно лезет?! Захлопнув дверцу холодильника так, что та едва не отвалилась, Юнги тяжело задышал и отошел подальше от всего этого. Сучка чертова! Он был так зол, что его затрясло. Руки ходуном ходили от клокотавшей ярости. Он собирался позвонить ей и высказать все, что думал по поводу самодеятельности, но мобильник требовал зарядки. Юнги почувствовал себя так, будто весь гребаный мир против него. Всё так наваливалось одно к одному, и Юнги вдруг понял, что подошел опасно близко к последней черте. Лишь мысли о том, что наверху пацаны мелкие спят, останавливала поток черных мыслей. Быть еще одной долбаной травмой для них он не хотел. Поэтому выпил воды прямо из-под крана и отправился обратно в гостиную. В ушах зашумело. То ли от нервотрепки, то ли от давления, хрен пойми. Доковыляв до дивана, Юнги рухнул на него и застонал от боли во всем теле. Он точно заболел. Интересно, в ванной комнате есть жаропонижающее? Юнги накрылся пледом, пытаясь согреться. Надо было бы встать и выпить таблетку, но шевелиться стало внезапно тяжело. Его словно плитой придавило. В голове почему-то снова всплыл запах Чимина. Возбужденный запах! Тупой задрот пах чертовски хорошо. В этот запах хотелось зарыться носом, хотелось потереться о шею омеги и укусить, чтобы знать — никуда не уйдет, не сбежит больше. Юнги чувствовал, как мысли начали путаться, а жар усиливаться. Его тело стало таким чертовски слабым, и от этого было тошно охренеть как. Прикрыв глаза на мгновение, Юнги провалился в темноту, в свой личный ад, который не давал ему выбраться. Там снова огонь, распадающиеся на молекулы люди, смех Дьявола. Прощальная улыбка отца. Там снова голос, который сообщал, что он больше никогда не сможет воспользоваться своей силой. Там Дэку и его слезы. Его рыдания, от которых еще хуже. И снова огонь, настолько горячий и обжигающий, что плавилась земля. — Ты думаешь, что победил, Мин Юнги? — перекошенный, сожженный рот Дьявола шептал слова, которые вонзались в тело раскаленными прутьями. Он проснулся от собственного крика, чувствуя, как бешено колотится сердце, как его сжигает заживо. Горячо. Так горячо. Его трясло. Перед глазами все еще стояло изуродованное огнем лицо Дьявола. И все еще хотелось кричать. Да! Да, он победил! Он выжил! Выжил! Черт возьми! Выжил, блять. На губах чувствовалось что-то соленое, горячее. Охуеть вообще. Он что, ревел опять? — Хён! Заставив взгляд сфокусироваться, Юнги увидел перед собой две взволнованные и испуганные мордашки. У Дэни уже глаза были на мокром месте, а Мино хоть и храбрился, но вцепился в его плечо со всей силы. — Ты мне сейчас плечо сломаешь. Пусти, — тихо бросил Юнги, чувствуя туман в голове. Мино отпрянул, но далеко не ушел. — Ты кричал. Мы не могли тебя разбудить, — отчитался пацан. — Ага, — хрипло выдал Юнги, принимая сидячее положение. Сделать это оказалось не то чтобы легко. Перед глазами все пиздец как поплыло, а боль прострелила такая, что дыхание перехватило. Охренеть. — Кажется, пресловутый стакан воды мне потребуется уже сейчас, — простонал он. — Сгоняйте, а. — Я принесу! — вызвался Дэни, помчавшись на кухню так, будто Юнги на грани жизни и смерти находился. Ну, судя по тому, какой жар разливался по телу, может, он и в самом деле на этой грани. В затуманенном мозгу пронеслась пугающая мысль: «Ни хрена это не простуда». Он не мог пошевелить ногами. Собственное тело не слушалось. И это пугало до усрачки. Юнги старался успокоиться и понять, что с ним, блять, такое. Это чья-то сила? На него кто-то воздействовал, пока он спал? Это ни хрена не естественный жар. — У тебя температура высокая, — произнес Мино, нервно прикусывая кончик пальца. — Скорее всего, Шерлок. — Ты умрешь? — внезапно спросил Мино. Юнги поднял на него озадаченный взгляд. Все настолько плохо? — Не сегодня, — заверил он пацана, не желая пугать его раньше времени. Но нужно было что-то делать. Юнги хотел подняться, но у него не получилось. Мино подскочил к нему снова, не дав завалиться на бок. Та-ак. Без паники. — Может, тебе нужен доктор? — забеспокоился пацан. — Ты горячий. Очень. И… — Норм. Дай мне секунду. Юнги пытался справиться с дыханием и накатывающей паникой. Ему в самом деле было дерьмово. Сердце продолжало тарабанить, грозя выскочить из груди. — Я принес воды! — прибежал Дэни. Юнги взял у него большой стакан, но руки внезапно задрожали так сильно, что он едва смог донести воду до рта. Мелкие смотрели на него с еще большим беспокойством. Юнги бы списал все на похмелье, но он не пил накануне! С ним явно творилась какая-то неестественная хрень. Юнги здраво оценивал свое состояние, понимая, что одному не справиться. Да и скорая вряд ли поможет. Если это воздействие какой-то силы, то дело совсем дрянь. — Мино, эй, — обратился Юнги к омежке, который всегда отличался более стойким характером. Мелкий замаячил перед ним, внимая каждому слову, несмотря на собственную панику. Говорить было тяжело, язык становился каким-то неповоротливым, и это было жуть как стремно. — Сейчас сбегаешь к соседям, тем, что справа, там, где никто не жил раньше, понял? — Стараясь не терять сознание, Юнги стремился сказать главное. — Чонгука. Скажи, чтобы они позвали к нам Чон Чонгука. Запомнил? — Да, — закивал Мино. Кажется, он был чертовски напуган. — Отлично. Беги, пацан, — выдохнул Юнги. Мино пулей выбежал из дома. В воцарившейся тишине жалобные всхлипывания второго малыша резали по живому. — Не ной, иди сюда, — позвал Юнги омежку, не в силах выносить этих слез. Тот рванул к нему так, будто только этого и ждал. Забрался на диван, прижался к боку. Юнги хотел обнять пацана и успокоить его, хотел сказать, что все в порядке, но мысли путались в огненной лаве. Он пытался думать здраво, без паники и эмоций, но его будто накачали дерьмовой наркотой, и думать вообще не получалось. — Все нормально, — выдавил он из себя, концентрируясь лишь на том, чтобы оставаться в сознании и успокоить мелкого. — Все нормально. — Ты кричал. Так сильно! Мы хотели тебя разбудить, но не получалось… ты такой горячий, хён… — Эй, да все в порядке, — отмахнулся Юнги. В голове мутнело. Приснившийся кошмар продолжал терзать его будто из темноты, лишая здравого смысла. — Ни хуя страшного. Юнги надеялся, что это так. — Ты ведь не умрешь, правда? Ведь правда? — зачастил нервно Дэни, вцепившись в его футболку. — Мино сказал, что из-за жара не умирают. — Не хороните меня раньше времени, пиздюки, — хрипло выдохнул Юнги. Он не понимал, что ему делать. В чем дело, вообще? Что с ним, на хрен, такое? — У тебя торчит, — всхлипывая, указал Дэни на его промежность. Юнги опустил мутный взгляд. Смотреть на то, что его член едва штаны не рвет, было настолько смехотворно в данной ситуации, что он не удержался от истеричных смешков. Круто. Ну чё. Его член нашел самое подходящее время, чтобы воспрянуть и вернуться к жизни. — Значит, я еще живчик, — объяснил он ребенку. — Да? — Да. Если бы я был при смерти, у меня бы не стояло, — сообщил Юнги. Дэни даже на мгновение перестал всхлипывать, озадаченный его словами. Юнги его понимал. У него у самого уже крыша сейчас поедет. Это, конечно, все пиздец как странно, но почему-то Юнги радовало то, что у него член фурычит, а то, казалось, тот вовсе отсох уже. Мысли путались, и все происходящее было похожим на какой-то дурацкий сон. Может, он и правда спит еще? — Воспитательница говорит, что у тебя большой хер и она была бы рада его объездить, — выдал неожиданно Дэни, придя к каким-то своим выводам. Юнги бы прихуел, если бы ему и так не было плохо. — Она обсуждает с тобой мой хер? — недоуменно спросил он. Все было похоже на пьяный бред, галлюцинацию. Юнги бы не удивился, если бы сейчас перед ним появились розовые зайцы. Он тряхнул головой, пытаясь прийти в себя и понять, реально ли происходящее. — Я слышал, как она разговаривала с госпожой Кван. А что значит «объездить»? — спросил Дэни. — Тебе станет лучше от этого? — Не уверен. — Но ты ведь не умрешь, правда? — дрожащими губами снова прошептал малыш. У Юнги мурашки пробежали по спине. Он ни хрена не понимал, что с ним такое. У него голова кружилась, перед глазами то и дело плыло. И у него стояло. Так крепко, как и в юности не стояло. Какая-то мысль продолжала крутиться на задворках сознания, но Юнги не мог никак сосредоточиться. — От этого не умирают, блин, — выдохнул Юнги, чувствуя, как сознание начинает ускользать. Ему показалось, он отключился всего на пару секунд под новый испуганный крик мелкого «хён!», но уже в следующее мгновение сквозь туман увидел, как в дом вбежал Чонгук. Вспыхнул свет. Чонгук что-то говорил ему. Во всяком случае, губы у него шевелились, а вот звука не было. Может быть, из-за того, что в ушах звенело. Юнги снова закрыл глаза, проваливаясь в темноту, из которой его резко снова выдернули, всадив в бедро шприц. Захотелось оторвать голову уроду, но получилось только поднять потяжелевшие веки. Но лучше бы он этого не делал. В его гостиной толпились какие-то незнакомые люди, двое из которых колдовали над чемоданчиком. Юнги, нервно выдохнув, осмотрел комнату и запаниковал еще сильней, когда не увидел мелких. Едва проталкивая воздух в легкие, он сосредоточился на толпе, теперь топтавшейся в его доме. Чонгук с кем-то резко говорил по телефону. Где дети? — Гук, — выдохнул он сипло, пытаясь собраться и начать действовать. Цунами услышал его хриплый шепот и, оборвав разговор, подскочил к нему. — Эй, Шуга, ты как? — присев перед ним на корточки, обеспокоенно спросил Чонгук. — Где дети? Желая схватить альфу за шкирку и заставить его немедленно отвечать, Юнги с трудом совладал с нахлынувшими эмоциями. Где они? Где мелкие, черт возьми?! — Успокойся. С ними все хорошо. — Чонгук не дал ему подняться, надавил на плечо, заставляя вернуться обратно на диван. — Где, блять, дети, я тебя спрашиваю? — прорычал он на пределе сил. — Они начали плакать и кричать. Я не знал, что делать, — начал оправдываться Чонгук, выглядя таким всклокоченным, нервным, растерянным. У Юнги сердце ухнуло в пятки от страха за детей. — Я позвонил Хосоку, он приехал и сейчас сидит с ними в фургоне снаружи. От облегчения Юнги и сам готов был позорно всхлипнуть. Дерьмо. Юнги вцепился в плечо Цунами, пытаясь переварить информацию. То, что мелкие с Хосоком, — это хорошо. Хорошо, что Чонгук догадался позвонить Хоупу. Тот не даст их в обиду, позаботится о мелких. Дети наверняка и так напуганы всем происходящим, еще и эта толпа незнакомых людей вокруг. Что они все тут делают, вообще? Два мордоворота шатались в коридоре, еще двое маячили в комнате. Плюс белые халаты. Не до хрена ли людей для него одного? — Что со мной? — снова сосредоточившись на лице Чонгука, спросил Юнги. Пацан замялся на мгновение, нервно отвел взгляд, но все же ответил. Выдохнул одно имя, которое расставляло все по местам: — Похоть. Юнги хотелось рассмеяться, а потом оторвать на хрен голову ублюдку Минсу. Теперь все становилось понятным и простым. И этот жар, который не находил выхода, и стояк в штанах, и сумбур в мыслях. Похоть и его долбаная сила, которая связывала двух людей, сводя их с ума от возбуждения. Если бы ему не было так плохо, Юнги бы посмеялся и сказал «я же говорил». Да и довольно скоро ему станет не до смеха. Потому что дурацкая сила Похоти реально могла свести с ума. Он из-за утренней стычки, что ли, обозлился до такой степени? — Я убью суку, — простонал Юнги. Вот найдет его, заставит разорвать связку — и убьет. — Минсу мертв, — мрачно сообщил Чонгук. — Его тело нашли полчаса назад. Минсу утопили в собственной ванной. Юнги издал нервный смешок. Еще утром он бы даже не расстроился от такой новости, но сейчас смерть ублюдка меняла все кардинально, загоняя в тупик. Теперь у него и у второго «связанного» остается не больше трех часов на то, чтобы перепихнуться и не спалить свои мозги к чертовой матери. — С кем меня повязали? — выдавил Юнги из себя. Чонгук молчал, явно не решаясь назвать имя. А Юнги вяло пытался найти ответ сам. Это явно случилось в столовой, то есть связка должна быть с кем-то из тех людей, кто был поблизости. А там было до хрена людей. Вспомнился Шан. — Только не говори, что эта сука связала меня с Шаном, — простонал Юнги, желая уже убиться самому от очередного спазма в животе. Он должен был чувствовать возбуждение, но ничего такого его тело не испытывало. У него просто стоял член, не давая никаких сигналов в мозг. Это было капец как странно. — Нет, это не Шан. Шуга, ты ведь понимаешь, что тебе нужно сделать? Нужен секс. Только так сила Минсу отпустит вас. Нужен секс с тем человеком, с которым тебя связали, ты понимаешь это? — зачастил Чонгук. — Просто назови, блять, имя, — перебил его Юнги. Он не дебил. Знал, как работает сила Похоти. Он не любил эту силу раньше, считая ее подлой и трусливой. И еще больше она ему не нравилась теперь, когда он сам попал под нее, как под каток. — Дэку. Это Чимин, Шуга. Тот, с кем Похоть тебя связал, — произнес Чонгук. Ха. Юнги, наверное, нужно было догадаться сразу. Если уж удача отворачивалась от него, то не везло по-крупному. — Значит, не течка? — выдал он единственную связную мысль в вопящем разуме, где фоном верещало лишь «нет-нет-нет». — Увы. И его и тебя осмотрели наши врачи. Это сила Похоти. Мне жаль, — произнес Чонгук поникшим тоном. Ха. Теперь понятно, почему ботан так смотрел на него и липнул к нему. — На тебя сила не сразу подействовала, потому что ты… — начал Чонгук и осекся. — Пустой, да. — Чимина сейчас привезут сюда, — произнес Чонгук виновато, а у Юнги едва последние предохранители не выбило от этой новости. — Нет. Он слабо завозился, намереваясь всех прогнать на хрен и спокойно, вернее мучительно, сдохнуть. — Хён, успокойся. — Чонгук попытался вернуть его на место, но Юнги предпринял еще одну слабую попытку высвободиться. — Вы оба свихнетесь, если не сделаете этого. Пожалуйста, не усугубляй. Чимину сейчас не легче, поверь. — Нет. Я не буду его трахать, — заявил Юнги. — Шуга, от этого зависят ваши жизни. Не время для твоей неприязни. — Да пошел ты! Юнги попытался оттолкнуть парня и свалить. На хрен. Он и пальцем не прикоснется к ботану. Ни за что. — Шуга, прошу, — взмолился Чонгук. — Вы умрете, если будете сопротивляться. Прошу тебя… — Я лучше сдохну, слышишь? — схватив парня за грудки, зло бросил Юнги ему в лицо. Он даже мысли подобной не мог допустить. Только не Чимин. Нет. Определенно нет. — Не смей так поступать с нами, — запаниковал Юнги, когда в руке Чонгука появился шприц. — Что ты… что ты делаешь? — Прости, хён. Юнги хотелось зарычать, но он ничего не смог сделать, когда шприц вонзился ему в шею. — Я убью тебя, — прохрипел он, начиная быстро терять сознание. Но перед тем, как провалиться в темноту, Юнги увидел, как Монстр на руках внес Чимина в комнату. Омега был в отключке. Юнги, теряя крупицы сознания, оцепенело смотрел на Намджуна. Он понимал. Все, блять, понимал. Они не могли рисковать Дэку. Только не из-за того пустяка. Чихать они хотели на условности и на то, насколько мерзко это выглядело. Они просто принесли пацана ему, как жертвенного ягненка, зная, что связь не позволит Юнги держаться в стороне. Отличное, мать его, решение. Юнги понимал, что проиграл. Снова.