Видеть цель не видеть препятствий

Деннис молча закрыл штору, отсекая палату от коридора, и заставил себя собраться. Сейчас он был не сыном, не беглым омегой из прошлого — он был врачом. И должен был выполнять свою работу. Родители сидели, словно окаменев. Ни слова, ни движения. Только напряжённые взгляды, в которых мешались шок и недоверие. Конечно, — подумал Деннис с горечью. Наверное, они давно решили, что он где-то спился, пропал, скатился на дно, как это «обычно бывает» с омегами, сбежавшими в большой город. Уж точно они не ожидали увидеть своего сына врачом, работающим в больнице. Он и правда изменился. Больше не зажатый подросток — взрослый, уверенный, красивый омега. И живот… большой, округлый, слишком заметный, чтобы его можно было игнорировать. — Так, Сэм, — спокойно сказал Деннис, обращаясь к мальчику. — Расскажи, что именно болит, как давно и насколько сильно. От одного до десяти. — У меня животик болит… вот тут, — Сэм показал на бок. — Денис… это правда ты? — хрипло подал голос отец. — Пап, ты знаешь моего доктора? — удивлённо спросил Сэм, переводя взгляд с родителей на Денниса. — Давай сначала разберёмся, что именно с тобой, — мягко, но твёрдо сказал Деннис. Женщина-омега нервно сцепила пальцы. — Мы приехали в город на спектакль, Сэм очень просил… решили остаться на несколько дней погулять. Но два дня назад у него начал болеть живот. Я дала ему таблетку, но боль не прошла, потом появилась тошнота… — Напишите, пожалуйста, какие именно препараты и в какой дозировке вы ему давали, — сказал Деннис, протягивая планшет. Она быстро записала названия лекарств. — Сэм, ты не против, если я тебя осмотрю? — Хорошо, — мальчик тут же закивал. — Здесь больно? — Нет. — А тут? — Тут… да. Сэм вдруг внимательно посмотрел на Денниса. — У вас такой большой живот… Там ребёночек? Или вы просто много едите? Деннис тихо рассмеялся. — Там действительно ребёнок . Даже не один, а сразу двое. Поэтому живот такой большой. Краем глаза он заметил, как родители резко напряглись. Он не знает, — понял Деннис. — Они ему ничего не сказали. — Круто! — загорелся Сэм. — А можно потрогать? — Можно, — улыбнулся Деннис. — Но тогда ты разрешишь мне сделать маленькую проверку — УЗИ. Я нанесу гель на твой живот, и мы посмотрим, что может болеть. — Уколов не будет? — губа маленького альфы дрогнула. — Нет, это совсем не больно. — Тогда я согласен. Сэм осторожно положил ладонь на живот Денниса. — Он твёрдый… В этот момент что-то внутри шевельнулось. — Боже! — Сэм отдёрнул руку. — Сэм, не упоминай Господа нашего всуе, — строго сказал отец. — Извини папа — пробормотал мальчик. Он совсем не изменился, — с грустной улыбкой подумал Деннис. — Не пугайся, — мягко сказал он. — Это малыши пошевелились. Так бывает. — Как… чужие? — удивился Сэм. — Типа того, — улыбнулся Деннис. — А теперь давай посмотрим твой живот. Он настроил аппарат и начал исследование. Через несколько минут Деннис выключил датчик. — Всё, мы закончили. — Сэм, ты не против, если я ненадолго выйду поговорить с твоими родителями? — Не против! — энергично закивал мальчик. В коридоре Деннис заговорил первым: — У него аппендицит. Хорошо, что вы приехали сейчас. Если бы подождали ещё несколько дней — могло бы быть осложнение. Понадобится операция. Женщина побледнела. — Я отведу вас к медсестре, она поможет оформить документы. Потом возьмут анализы. Простите, мне нужно идти. — Денис, подожди, — остановила его мать. — Мы не виделись столько лет… ты ничего не хочешь нам сказать? — Извините, — тихо сказал он. — Мне нужно работать. Он развернулся и ушёл. — Что ты от него хотела? — резко сказал отец. — Я же говорил: у меня один сын. И это Сэм. Денис для меня давно мёртв. Даже если стал доктором — видно, какой образ жизни ведёт. Ты видела его живот? Ни метки, ни кольца. Забеременел от кого попало. Как я и говорил — стал шлюхой. Альфа отвернулся. Женщина осталась стоять одна. Сердце сжималось так сильно, что было трудно дышать.