Видеть цель не видеть препятствий

Майкл всегда хотел детей. С возрастом он всё яснее понимал, что ребёнка недостаточно просто родить — его нужно вырастить, воспитать, быть рядом. У него были партнёры, были долгие отношения, но до детей дело так и не доходило. Однажды такая возможность у него уже была. Когда Майкл только стал ординатором, он встречался со своей сокурсницей — омегой. Она забеременела. Майкл говорил с ней, убеждал, обещал поддержку. Но она сделала свой выбор. Она говорила, что ей нужно строить карьеру, что ребёнок будет мешать, усложнит всё, а она к этому не готова. Майкл не стал давить. Он не имел права заставлять её хотеть ребёнка. Позже они всё равно расстались. Иногда он позволял себе мечтать. Совсем немного. Представлять, как было бы здорово, если бы у них с Деннисом был ребёнок. Светлые глаза, кудри — как у Денниса. Он тут же одёргивал себя. Деннис всегда говорил, что хочет сначала построить карьеру. Позже Робби будет слишком стар, чтобы заниматься подгузниками и садиком. Поэтому эта мысль оставалась далёкой мечтой — почти запретной. И после того, что Майкл увидел сегодня, он не мог перестать думать. Знал ли Деннис? Что он собирался делать? Срок уже был большим. Аборт возможен только по медицинским показаниям. И главный вопрос — чего хочет его омега. Майклу было невыносимо ждать, пока Деннис очнётся. ____________________________________ — Что случилось?.. Почему я в палате?.. Деннис открыл глаза и увидел перед собой Лану — женщину-бету из гинекологии. Сердце резко сжалось. — Боже… что-то случилось с детьми? — Доктор Уитекер, успокойтесь, — мягко сказала она. — Всё в порядке. Вы упали в обморок и ударились головой. Доктор Робинович принёс вас сюда и вызвал меня. У вас ушиб, ничего серьёзного. — Доктор Робинович знает? — Да. Это он определил срок и попросил меня всё проверить. У меня больше компетенции в этом. Мы дали вам лекарство от которого будем сонливость . Поспите немного. Деннис провалился в сон. Когда он снова открыл глаза, в палате был Майкл. Он стоял спиной, разговаривая с ординаторами. Заметив, что Деннис очнулся, Майкл коротко отправил их работать и закрыл штору. — Эй, — тихо сказал он. — Всё хорошо. Голова не кружится? Как ты себя чувствуешь? — В горле пересохло от лекарств. — Сейчас… — Майкл сразу подал воду, помог приподняться, аккуратно напоил его. — Лана приходила? — спросил Деннис. — Что она сказала? Анализы нормальные? С детьми всё хорошо? — Да, всё хорошо, — ответил Майкл. Он помолчал и посмотрел прямо на него. — Скажи мне честно. Ты знал? И как давно? Деннис опустил глаза. — Майкл… прости. Я узнал на позапрошлой неделе. Я не знал, как тебе сказать. Хотел поговорить дома, на выходных. Не хотел говорить об этом на работе. Глаза наполнились слезами. — Деннис, — голос Майкла стал строже. — Ты понимаешь, насколько это опасно? Работать по двенадцать часов на ногах. Второй триместр. И ещё близнецы. Ты должен был сказать сразу. — Прости… — тихо сказал Деннис. — Мне было сложно. Я не знал, как ты отреагируешь. Это не один ребёнок, а сразу двое. Он глубоко вдохнул. — Робби, я хочу оставить детей. И на таком сроке аборт уже не делают. Если ты не хочешь — я не буду держать тебя. Но избавляться от них я не собираюсь. — Уитекер, — резко сказал Майкл. Голос был уже не голосом любящего альфы, а голосом босса, который отчитывает за серьёзную ошибку. Потом он выдохнул и заставил себя успокоиться. — Как ты мог подумать, что я предложу тебе такое? Он сделал шаг ближе. — Я люблю тебя. И я давно хотел детей. Да, мы никогда не говорили об этом. Ты сказал, что хочешь строить карьеру, и я решил, что сейчас не время. А потом я подумал, что буду слишком стар , чтобы нянчиться с младенцами. Он посмотрел мягче. — Я рад, что ты хочешь их оставить. Я буду рядом. Я не оставлю тебя с этим. Деннис ничего не ответил. Он просто потянул Майкла к себе, крепко обнял и начал целовать. — Я тоже тебя люблю. Я думаю, ты будешь замечательным отцом. Он целовал его лицо, прижимался сильнее, ему хотелось быть как можно ближе. Они вздрогнули и резко отстранились. В палату вошла врач из другой смены, за ней — два ординатора. — Боже… доктор Робинович, простите… — смущённо пробормотала она. — Я… я не хотела… Она запнулась и единственное, что смогла сделать — так же резко закрыть штору. Слухи в больнице разлетелись очень быстро. Целых две недели больница гудела: о докторе Майкле Робиновиче, о его отношениях с доктором Уитекером и о том, что они ждут близнецов.