Неожиданные отцы

Сириус замер, его рука всё ещё оставалась в брюках Северуса, а голова была уткнута в шею бывшего возлюбленного. Северус вздохнул и крепче обнял Сириуса. Свободной рукой он провёл по собственным волосам, прежде чем схватить запястье Сириуса, вытащить его ладонь, поцеловать и прижать к своей груди. — Нам нужно одеться, — прошептал Северус гриффиндорцу. Сириус кивнул. — Тебе вообще не следовало быть полуголым, papà. Минимальный контроль, которым обладала Виктория, рухнул от шёпота отца Сириусу, и она начала кричать. — Ma che cazzo pensavi di fare, con sto stronzo, nel mio letto per di più. Ma che cacchio, ti si è dato di volta il cervello? — Я не знаю, что она говорит, но она права, — вмешался Гарри. — Сириус, как ты мог просто… — Гарри указал на двух лежащих волшебников. — Я понимаю, когда вы были детьми, но вы ненавидите друг друга. Драко хихикнул над последним замечанием. Лучано вошёл в комнату прежде, чем крики возобновились. Он оглядел помещение. Ситуацию понять было нетрудно. Сириус и Северус всё ещё лежали на постели, гриффиндорец наполовину накрывал слизеринца. Два бокала вина и бутылка стояли на прикроватной тумбочке. Фотоальбомы валялись на полу. Виктория выглядела готовой наложить на них обоих проклятие. — Хватит кричать всем. Лучано обвёл комнату взглядом, убеждаясь, что все слушают. — Вы двое знаете, где ваша комната. Предлагаю отправиться туда, — сказал он Гарри и Драко, которые быстро выполнили не слишком завуалированный приказ. — Сириус, Северус, вставайте. Сейчас же. Он подождал мгновение, чтобы убедиться, что они следуют указанию, затем повернулся к племяннице. — Я не позволю тебе расстраивать тётю. Иди спать, Вики, утром разберёмся. Девушка кивнула, но было очевидно, что она расстроена и готова снова наброситься на отца. Она закусила нижнюю губу от гнева и досады. Северус подошёл к ней и поцеловал в лоб. — Прости, Вики. Она отвернулась и отказалась на него смотреть. — Северус, пойдём. Лучано мягко подтолкнул младшего волшебника к двери. Он заметил, что Люпин всё ещё в комнате. — Где вы планировали ночевать, мистер Люпин? — В своей спальне, возможно? Ремус ответил, не в силах скрыть румянца. — Отличный выбор. Лучано дождался, пока все трое волшебников покинут спальню, и только тогда вышел сам. — Спокойной ночи, Вики. Гарри и Драко сидели на своих кроватях в комнате, которую делили. — Не могу поверить, что он это сделал. Гарри вскочил с постели и начал расхаживать по комнате. — На этот раз я вынужден с тобой согласиться, Поттер. Это было довольно глупо. Они могли бы использовать одну из своих комнат, и никто бы ничего не заподозрил. Драко лежал на кровати, разглядывая ногти. — Я имел в виду не это, Малфой. Они терпеть друг друга не могут. Они презирают друг друга, а теперь они… — Они пытались заняться сексом, Гарри. В этом нет ничего плохого. Они молоды, привлекательны и испытывают друг к другу чувства. Мне просто жаль, что Вики пришлось увидеть, как её родители целуются в её комнате. — Это ужасно. Гарри сел на кровать Драко, одну ногу поставив на матрас, другую — на пол. — Полагаю, Сириус хотел заняться отсасыванием. Драко хихикнул над собственной шуткой. — Прекрати! Пожалуйста. Я имею в виду Снейпа и Сириуса, это просто так… так… — Нормально, — предложил Драко. — Каждый раз, когда они рядом, видно, как между ними искры, и воздух наполняется напряжением. — У нас тоже так происходит. Гарри прикусил язык, едва слова вырвались. — Опять ты прав, Гарри. И когда возникает такая ситуация, двое либо проклинают друг друга до смерти, либо трахаются до смерти. Что бы ты предпочёл? Драко взял лицо Гарри в ладони и поцеловал его. Позже, пересказывая эту историю, Гарри будет клясться, что именно шок заставил его открыть рот и просунуть язык в тёплый рот Драко, облизывая мягкие губы, касаясь острых зубов и вступая в танец языков. Драко было всё равно, что происходит в голове гриффиндорца. Он знал только, что Гарри отвечает на поцелуй с такой же страстью. Гриффиндорец требовал подчинения, и Драко не собирался его оспаривать, опасаясь, что Гарри передумает. Когда они наконец разъединились, Гарри в изумлении уставился на блондина. — Что, чёрт возьми, мы делаем? — Берём пример с наших учителей, — протянул Драко с твёрдой ухмылкой. Гарри задумался над сказанным и над ситуацией, а затем ухмыльнулся. — На этот раз, думаю, я не против делать домашнюю работу. Ремус последовал за Сириусом в его комнату. Если анимаг ожидал утешения от друга, его ждало жестокое разочарование. — Что, чёрт возьми, ты думал, Падфут? Это было довольно бездумно даже для тебя. — Мы не планировали, чтобы так вышло, Луни. Мы собирались только посмотреть альбомы Вики. — Конечно! И между «посмотри, какая милая была Вики» и «она была такой красивой девочкой» ты решил устроить Северусу ручную работу. Сириус пнул стену. Поскольку итальянские дома строят из бетона, результатом стал не повреждённый камень, а сильная боль, которую он выместил криком. — Я же сказал, что не планировал. Я не думал, что вы вчетвером войдёте и застанете нас. — Точно так же, как ты не думал, что я мог убить Северуса, когда отправил его ко мне, — спокойно ответил Ремус. — Я надеялся, что ты повзрослел, — с грустью добавил оборотень. — Слушай, Луни. Я сожалею о том, что сделал тогда. Я был обижен и хотел отомстить. Это не оправдывает моих поступков. Мне жаль, что тебе пришлось увидеть то, что произошло сегодня вечером, но я не позволю избалованной девчонке встать между мной и Северусом. Ремус покачал головой. — Ты готов потерять дочь ради интрижки? Не могу в это поверить, Сириус. — Я не теряю Викторию из-за интрижки. Во-первых, она не моя — по крайней мере, не в значимом смысле. Она меня ненавидит. Что бы я ни сделал, она всегда будет меня ненавидеть. Максимум, на что я могу надеяться, — это что она со временем будет терпеть меня, потому что я с её отцом. Во-вторых, это не интрижка. Я не ищу быстрого секса с Северусом. Я хочу быть с ним. Сириус сел в кресло и спрятал лицо в ладонях. — Сириус, подумай хоть минуту. Ты действительно ожидаешь, что Северус останется с тобой, если это вызовет разрыв между ним и Вики? Ты видел, насколько они близки? Даже если он согласится пойти против её желания, это будет недолговечно. Он начнёт винить тебя в их проблемах. Ремус положил руку на плечо анимага. — Подумай хорошенько, Падфут, иначе потеряешь их обоих. Ремус оставил Сириуса наедине с его мыслями. Лучано не хотел оставлять Северуса одного. Он мягко повёл младшего волшебника к его комнате. Войдя внутрь, Лучано сел на кровать рядом с мастером зелий. — Это пройдёт, Северус. Просто дай ей время. — Вы действительно так думаете? Я не могу. Виктория ненавидит Сириуса, и я не думаю, что она простит меня за то, что произошло. — Конечно, простит. Она твоя дочь. Но удовлетвори моё любопытство и расскажи точно, что случилось. — Не так уж много. Были фотографии меня во время беременности. Мы пили и разговаривали. Северус опустил голову на руки. — Мы просто начали целоваться, как те озабоченные студенты, которых я наказываю ежедневно. Лучано усмехнулся. — Вино и ностальгия могут странно влиять на либидо. Старший волшебник посерьёзнел. — Ты понимаешь, что это не может продолжаться. Не до тех пор, пока она не примет Сириуса. — Какое открытие! Сарказм был густым и бархатистым, как мёд. — Вся моя жизнь определялась нуждами Хогвартса, Волдеморта и Виктории. Когда я наконец смогу сделать что-то, чего хочу я, чего мне нужно? Последние слова прозвучали шёпотом. Лучано вздохнул и обнял его. — Ты всегда вёл себя как мудрый старик, даже будучи подростком. Иногда я забываю, что ты всё ещё так молод. Лучано крепче прижал к себе молодого волшебника. — Она поймёт, Северус. Дай ей время. Я не говорю тебе вычеркнуть Сириуса из жизни, просто сбавь темп, пока она не будет готова. Северус кивнул в объятиях. Он не мог посмотреть на старшего мужчину. Слишком много эмоций бушевало внутри. Увидеть сострадание и жалость, которые он знал, найдёт в глазах Лучано, сломало бы его. Гарри и Драко лежали на кровати блондина, тела переплетены. Одежда была сброшена, оставив обоих мальчиков лишь в трусах. Их внешний вид был поразительно схож: растрёпанные волосы, припухшие губы и глаза, полные желания. — Стоп, Драко. Блондин вопросительно посмотрел на гриффиндорца. — Мы слишком торопимся. Я не думаю, что смогу… Гарри попытался объяснить, но провалился с треском. Драко рассмеялся. — Я же не просил тебя ничего делать. Ты всегда предполагаешь, что у меня какой-то злодейский план? Гарри ухмыльнулся. — Не знаю, злодейский ли он, но у меня довольно хорошее представление о том, что у тебя на уме. — Ты ошибаешься, — серьёзно сказал Драко. — Не думай, что я ищу только секс. Последние несколько недель были приятными. Я так много времени провожу в одиночестве, что… что приятно, когда рядом кто-то есть. — Я чувствую то же самое. Гарри прижался ближе к бывшему сопернику. Драко прикусил его мочку уха, и гриффиндорец издал удовлетворённый вздох. — Похоже, все гриффиндорцы уже нашли себе пару, кроме меня. К тому же я не думаю, что они действительно понимают, каково это — быть настолько знаменитым. Драко повернулся так, чтобы Гарри оказался прижат к нему ложкой. — Имя, деньги и слава — вещи, которых все хотят. Они не знают, насколько одинокой становится жизнь, когда они у тебя есть. — Да. Рад, что ты понимаешь, — прошептал Гарри. — Можно мне поспать с тобой? На эту ночь? Я имею в виду просто спать. У меня никогда не было никого, кто бы меня обнимал. Драко поцеловал Мальчика-Который-Выжил в шею. — Можешь оставаться сколько захочешь. — Ты спишь? Ремус тихо вошёл в комнату Виктории. Ведьма улыбнулась, хотя оборотень не мог её видеть в темноте. — Нет, Ремус. Я ещё не сплю. Ремус осторожно подошёл к кровати и лёг рядом со своей девушкой. — Я хотел убедиться, что с тобой всё в порядке. Виктория фыркнула. — Я всегда мечтала увидеть, как мой papà получает ручную работу от человека, которого я презираю. Ремус не смог сдержать смех. — Вики, я даже не собираюсь обсуждать твои отношения с Сириусом, но подумай о Северусе. Разве он не заслуживает счастья? — Он может быть счастлив и без Блэка. Он молод, умён и красив. Я не понимаю, почему papà должен застрять с ним. Даже Ремус не мог убедить её, что Блэк способен сделать Северуса счастливым. — Послушай меня, Вики. Ты знаешь, как быстро распространяются сплетни в Хогвартсе. Оборотень скорее почувствовал, чем увидел, как Виктория кивнула, прижавшись к нему. — Никогда не было ни единого слуха о твоём отце. Ни следа долгосрочных отношений. — Это из-за Волдеморта. Он не подпускал никого близко, но теперь он может выбирать кого угодно. — Именно об этом я и говорю, Вики. Не кажется ли тебе значимым, что спустя двадцать лет первым человеком, к которому он приблизился, стал Сириус? То же самое верно и для Падфута. Очевидно, между ними есть нечто, чего мы не видим и не понимаем. — Я всё равно не думаю, что Блэк подходит papà, но я подумаю над твоими словами. А теперь поцелуй меня. Ремус с радостью подчинился. — Войдите. Сириус робко вошёл в спальню Северуса. — Я видел, как Лучано ушёл, и… — Сириус провёл пальцами по волосам. — Не знаю. Полагаю, хотел поговорить с тобой. Хотел извиниться за то, что произошло. Северус искренне улыбнулся. — На этот раз это не твоя вина. Мы ничего плохого не сделали, Сириус. — Знаю, но я поговорил с Луни и понял, что не хочу разрушать твою жизнь больше, чем уже разрушил. Я не встану между тобой и дочерью. — Нашей дочерью. Виктория — наша. Сириус скривился. — Физически — да, но она меня ненавидит. Она никогда не примет меня как отца. В любом случае, я хотел, чтобы ты знал: я сделаю всё, что ты сочтёшь наилучшим, даже если это будет означать держаться от тебя подальше. — Возможно, нам стоит немного сбавить темп, не проводить столько времени вместе. Северус тщательно подбирал слова. Впервые он растерялся. Он хотел снова держать Сириуса в объятиях, но если сделает это, никогда его не отпустит. — Верно, сбавить темп. Сириус боролся со всеми эмоциями, грозившими захлестнуть его. Вместо этого он поднялся и направился к двери. — Спокойной ночи, Северус. — Спокойной ночи, Сириус.