«Мы были женаты, но не знакомы»

**На следующий день. Пусан. Дом семьи Пак. 10:00** --- Чимин не спал всю ночь. Сидел на полу своей старой комнаты, окружённый документами. Читал каждую строчку. Каждую подпись. Каждую деталь того, как его семью разрушили. Kim Enterprises. Ким Намджун. Мин Юнги. Чон Чонгук. Но больше всего подписей было одной — Мин Юнги. Финансовый директор. Он курировал всю финансовую сторону проекта. Блокировка кредитов. Давление на банки. Конфискация активов. Всё это было его работой. Чимин смотрел на подпись Юнги и чувствовал, как внутри всё разрывается. Человек, в которого он начинал влюбляться. Человек, который разрушил его семью. Дверь открылась. Мать вошла с чаем. — Сынок, ты должен поесть. Отдохнуть. — Не могу, отец. — Пожалуйста. Ты не спал... — КАК Я МОГУ СПАТЬ?! — Чимин швырнул документы. — Они разрушили нас! И я... я доверял им! Мать присела рядом. Обняла его. — Ты не знал. — Должен был! Должен был спросить! Проверить! — Чимин-а... Телефон зазвонил. Неизвестный номер. Чимин ответил. — Алло? — Чимин-а. Это Юнги. Чимин онемел. Хотел отключиться, но не мог двигаться. — Я знаю, что ты не хочешь меня слышать. Но, пожалуйста, выслушай. — У тебя есть одна минута, — холодно сказал Чимин. — Я в Пусане. У кафе возле вокзала. Пожалуйста, встреться со мной. Мне нужно объяснить. — Объяснить что? Как ты разрушил мою семью? — Да. Именно это. Пожалуйста. Чимин хотел отказать. Но часть его нуждалась в ответах. — Тридцать минут. Если опоздаешь — я уйду. — Я буду там. --- **10:40. Кафе возле вокзала** --- Чимин пришёл раньше. Сел у окна. Заказал кофе, который не собирался пить. Юнги появился ровно через десять минут. Выглядел ужасно — не брит, мешки под глазами, одежда помята. Сел напротив. Молча. — Говори, — Чимин смотрел в окно, не на него. — Три года назад я был финансовым директором Kim Enterprises. Намджун только что стал CEO. Мы были агрессивными. Хотели расширяться быстро. — Продолжай. — Проект в Пусане был важным. Мы нашли партнёра — компанию Пак Констракшн. Твоего отца. — И решили разрушить его. — Не сразу. Сначала всё шло нормально. Но потом появилось более выгодное предложение. От крупного застройщика. Они предложили больше денег. Эксклюзивность. — И вы предали отца. — Мы использовали лазейки в контракте. Создали условия, при которых он не мог выполнить обязательства. А потом расторгли договор. Чимин наконец посмотрел на него. Глаза были полны слёз. — Ты знал, что это разрушит его? Юнги опустил взгляд. — Да. — И всё равно сделал? — Да. — Почему? — Потому что это был бизнес. Потому что мне платили за результат. Потому что я был безжалостным ублюдком, который не думал о последствиях. Тишина. — А теперь? — тихо спросил Чимин. — Ты сожалеешь? — Больше, чем ты можешь представить. — Когда ты узнал? Что это моя семья? Юнги колебался. — Две недели назад. Когда мы с Намджуном проверяли старые проекты. — Две недели, — Чимин засмеялся горько. — Ты знал две недели и не сказал? — Хотел найти правильный способ... — ПРАВИЛЬНЫЙ СПОСОБ?! Есть только один способ — сказать правду! — Я боялся потерять тебя! — И потерял! — Чимин встал. — Ты потерял меня в тот момент, когда решил молчать! Юнги тоже встал. — Чимин-а, пожалуйста... — Нет. Я выслушал. Теперь моя очередь говорить. Он шагнул ближе. Смотрел Юнги прямо в глаза. — Ты знаешь, что самое страшное? Не то, что ты разрушил компанию отца. Не то, что мы потеряли дом. Даже не то, что ты молчал. — Тогда что? — То, что ты подошёл ко мне. В том баре. Пригласил на свидание. Флиртовал. Делал вид, что заинтересован. — Я БЫЛ заинтересован! — Когда ты уже знал! — Чимин толкнул его в грудь. — Ты знал, что разрушил мою семью, и всё равно сближался! Это было из вины? Жалости? — Нет! Это было... — ЧТО?! Способ облегчить совесть?! — Это было... — Юнги осёкся. — Что? Говори! — Сначала... сначала это был расчёт. Чимин замер. — Что ты сказал? — Когда я узнал, что ты сын Пака Чонхо... я подошёл к тебе специально. Мир Чимина рухнул. — Ты... специально? — Намджун беспокоился. Что семья Пака может подать в суд. Искать лазейки. Я должен был... сблизиться с тобой. Узнать, знаешь ли ты что-то. Планирует ли твоя семья действовать. Чимин отступил. Как будто его ударили. — Всё это время... ты использовал меня? — Сначала да! Но потом... — ПОТОМ ЧТО?! — Чимин схватил его за воротник. — Потом что, Юнги?! Влюбился по-настоящему?! Передумал?! — Да! Я не ожидал! Ты был... ты не был тем, кого я ожидал увидеть! — И что я был? — Чимин толкнул его. — Лёгкой целью? Наивным идиотом?! — Нет! Ты был добрым! Честным! Настоящим! Я не мог не влюбиться! — Не смей! — Чимин плакал. — Не смей говорить о любви! Ты шпионил за мной! Использовал меня! — Потому что боялся именно этого! — Юнги указал между ними. — Этого момента! Когда ты смотришь на меня, как на чудовище! — Ты чудовище! Ты разрушил мою семью! — Я знаю! И проклинаю себя каждый день! Но то, что я чувствую к тебе — это реально! Чимин покачал головой. — Даже если это правда... этого недостаточно. — Чимин-а... — Моя мама больна. Знал ли ты? У неё рак. Лечение дорогое. Мы влезли в долги. А потом потеряли дом. Некуда было идти. Юнги побледнел. — Я... я не знал... — Конечно не знал. Потому что для тебя мы были просто цифрами в отчёте. "Компания Пак Констракшн — ликвидирована. Миссия выполнена." — Это не так! — ТАК! — Чимин схватил документы из сумки. Швырнул их в Юнги. — Вот твоя подпись! На каждой странице! Ты лично блокировал наши кредиты! Лично давил на банки! Лично разрушал нас! Юнги смотрел на документы, разбросанные на полу. Его подписи. Его решения. Доказательства того, что он сделал. — Я исправлю это, — прошептал он. — Как угодно. Я верну деньги. Выкуплю дом обратно. Оплачу лечение матери. Всё. — Думаешь, деньги всё исправят? — Нет. Но это начало. — Начало чего? Искупления вины? — Начало того, чтобы заслужить твоё прощение. Чимин посмотрел на него долго. Потом тихо сказал: — Я никогда не прощу тебя. Юнги почувствовал, как внутри всё рухнуло. — Чимин-а... — Даже если ты вернёшь всё. Даже если потратишь миллионы. Ты не вернёшь три года жизни моей семьи. Ночи, когда отец плакал. Когда мать не могла купить лекарства. Когда я работал на трёх работах, чтобы оплатить университет. — Я знаю... — Нет, не знаешь. Ты никогда не узнаешь. Потому что ты был на другой стороне. Той, что разрушает. Чимин развернулся к выходу. — Подожди! — Юнги схватил его за руку. Чимин оглянулся. Холодно. — Отпусти. — Пожалуйста. Дай мне шанс. Один шанс доказать... — Ты хочешь шанс? — Чимин вырвал руку. — Хорошо. Вот что ты сделаешь. — Что угодно. — Исчезни из моей жизни. Навсегда. Не звони. Не пиши. Не появляйся. Забудь, что я существую. — Нет... — Это единственное, что ты можешь для меня сделать. Оставить меня в покое. — Чимин-а, я люблю тебя... — Если любишь — уйдёшь. Юнги смотрел на него. На слёзы на его лице. На боль в глазах. Боль, которую он причинил. — Хорошо, — прошептал он. — Если это то, чего ты хочешь. — Это то, что мне нужно. Чимин ушёл. Не оглядываясь. Юнги стоял в пустом кафе, окружённый документами на полу. Доказательствами его преступлений. Его грехов. Он опустился на стул. Закрыл лицо руками. И впервые за много лет позволил себе заплакать. --- **14:00. Дом семьи Пак** --- Чимин вернулся домой. Отец и мать ждали его. — Ты встречался с ним? — спросил отец. — Да. — И? — Он признался. Во всём. Сказал, что хочет исправить. — Деньгами? — Да. Отец вздохнул. — Чимин-а, я не хочу их денег. Не хочу ничего от них. — Я знаю, аппа. И я сказал ему уйти. Навсегда. Отец обнял его. — Хороший мальчик. Гордость важнее денег. Чимин прижался к отцу. Плакал. Мать присоединилась к объятиям. Они стояли втроём. Семья. Разрушенная, но всё ещё вместе. Телефон Чимина завибрировал. Сообщение от Юнги: **"Я ухожу. Как ты просил. Но знай — я буду исправлять то, что сделал. Не для прощения. Просто потому что это правильно. Прости меня. За всё. Я любил тебя. По-настоящему. - Юнги"** Чимин прочитал. Удалил сообщение. Заблокировал номер. Всё кончено. --- **18:00. Поезд Пусан-Сеул** --- Юнги сидел у окна. Смотрел на проплывающий пейзаж. Телефон звонил. Намджун. В десятый раз. Он наконец ответил. — Где ты? Мы должны были встретиться с Чимином вместе! — Я уже встретился. Один. — И? — И всё кончено. Он не хочет меня видеть. Никогда. — Юнги-я... — Я облажался, Намджун. Сильнее, чем когда-либо. — Мы все облажались. — Нет. Я. Я разрушил его семью. И влюбился в него. И солгал. Всё это я. Намджун молчал. — Что ты будешь делать? — Исправлю то, что могу. Выкуплю дом обратно. Оплачу долги. Позабочусь о лечении матери. — Он просил об этом? — Нет. Он просил меня исчезнуть. Но я не могу просто исчезнуть, ничего не сделав. — А потом? — Потом отпущу его. Навсегда. Юнги отключился. Смотрел на своё отражение в окне. Не узнавал себя. Когда он стал тем, кто разрушает семьи ради прибыли? Когда перестал быть человеком? Он не знал. Но знал одно — пути назад нет. Чимин был прав. Некоторые вещи не прощаются. Даже любовью. --- **В это же время. Сеул. Особняк в Каннаме** --- Сокджин и Тэхён сидели в гостиной, когда пришло сообщение от Чимина: **"Встретился с Юнги. Всё кончено. Не хочу его больше видеть. Вернусь в Сеул послезавтра. Спасибо, что были рядом."** Тэхён посмотрел на Сокджина. — Юнги и Чимин расстались. — Я знаю. — Думаешь, они когда-нибудь помирятся? Сокджин покачал головой. — Не знаю. Но после того, что случилось... не думаю. Его телефон зазвонил. Намджун. Он не ответил. Уже неделю не отвечал. — Ты всё ещё не разговариваешь с ним? — спросил Тэхён. — Не могу. Каждый раз, когда вижу его имя, вспоминаю лицо Чимина. Его боль. — Но Намджун не виноват напрямую... — Он босс. Он дал приказ. Он несёт ответственность. Тэхён кивнул. — А я... я всё ещё люблю Чонгука. Даже после всего. — Знаю. — Это делает меня плохим другом? — Нет. Это делает тебя человеком. Они сидели в тишине. Три пары разрушены. Три сердца разбиты. И никто не знал, можно ли это исправить.