Sakuraso

— Давным-давно Рикудоо Сэннин создал шиноби. Он мечтал увидеть мир, который они принесут. Созданные, по его подобию, они должны были нести его волю. Но многие ниндзя предпочли путь ненависти. Они отреклись от своего Создателя, собственная сила ослепила их, заставила позабыть о самом главном… Итачи внимательно смотрит на мать, ожидая продолжения. Он не торопит её, подмечает, как на лицо матери упала тень задумчивости, и начинает думать сам. Разве отец не говорил, что быть шиноби — значит быть сильным? Все в клане постоянно тренируются, соревнуются между собой. Сила, значит власть, а власть — это возможность что‑то изменить, защитить близких, вот что слышал Итачи каждый день на тренировках с отцом. Если сила не главное, почему тысячи ниндзя погибают, чтобы доказать кому‑то своё превосходство? Почему каждая страна наращивает военную мощь, не для того ли, чтобы быть сильнее остальных? И когда сила достигает своего пика, она обрушивается на мир, но лишь для того, чтобы начать этот круг заново, преодолеть предел развития. Микото молчит слишком долго, задумавшись о чём-то своём. Её руки рассеяно гладят сына по волосам. Итачи смотрит на неё и хмурится. Ему кажется, что мать слишком мягкая. Может быть, сила и не главное, но будучи слабым в этом мире не выжить. Он уже готов высказать свои аргументы, но Микото ласково улыбается и продолжает: — О любви, сынок. И в мире шиноби, и в любом другом самым главным всегда остается любовь. Поверить в это у Итачи не получается. Ни тогда, когда в три года, сидя у матери на руках он слушал эту историю, ни сейчас, когда младший брат твердит ему что‑то о том, что убьет его. На самом деле, Итачи кажется, что умер он давно. Всё в нём - пустое, чёрное, гнилое. Его клоны рассыпаются на воронов, а сам он рассыпался уже безвозвратно. В этом мире его удерживает только Саске, необходимость позволить ему отомстить. И надежда на то, что хотя бы брат найдёт пресловутое счастье. Итачи внимательно смотрит на запястье младшего брата. Цветок на его коже, который когда-то был нежно-розовым, будто запачкан чернилами. Въедливо чёрными и необъяснимо тусклыми. Но, что удивительно, это только красит его. Будто та ненависть, которой Саске отравил его, лишь заставляет его сиять ярче. Сила любви сакуры на запястье младшего брата поражает. На свой цветок Итачи не смотрит уже давно. Сакурасо не зря растёт ближе к земле. — И тогда Мудрец решил напомнить шиноби о том, что они позабыли. Он рассыпал по миру миллионы цветов, чтобы каждый мог найти свой. С тех пор ни один ниндзя не мог обойтись без уз любви. Цветок на руке шиноби не просто указывает на родственную душу. Этот Цветок — само воплощение любви. Благословление свыше. Нельзя допустить, чтобы он завял или, ещё хуже, стерся. — Цветок на моей руке обозначает “отчаяние”. Микото задумчиво смотрит на сына, нежно проводит пальцем по его запястью. — Вовсе не обязательно. Некоторые верят, что истинное значение этого цветка — вечная любовь. Итачи точно не из их числа. Отчаянием он захлёбывался до краев, а вот любви, пусть даже мимолётной так и не вышло. Возможно, Мудрец ошибся. Или мать неверно пересказала легенду. Цветок не благословение, он проклятие, которые поражает сразу двоих. Это Итачи знает наверняка. Чидори Саске пробивает стену, Итачи держит его запястье и понимает, что тот обречен. Саске никогда не сможет избавиться от ненависти, а Итачи никогда не сможет научить его любить. Но он может помочь ему стать сильнее. Гендзюцу вырывает у Саске крик, а у Итачи тихий вздох. Он поворачивает к напарнице и бросает короткое: — Идем. Они покидают Коноху молча, никто даже не думает им мешать. Юкари смотрит в спину своего суженного и горько ухмыляется. Отчаяние как нельзя лучше описывает их отношения. Когда-то давно, Юкари уже и не смогла бы вспомнить было ли это в этой жизни, бабушка расчёсывала её длинные чёрные волосы и напевала песню. Эта песня всегда вызывала в душе маленькой девочки щемящую нежность и всепоглощающий ужас. Её маленькое сердечко бешено колотилось, а из глаз непрерывно катились слёзы. — Чего ревёшь, дурёха? — бабушка продолжает чесать волосы, скорее по привычке, чем из необходимости. — Песня счастливая, про любовь, дарованную всем нам. Юкари в это не верит. Счастливая песня не заставляет руки дрожать, не заполняет мысли одним единственным словом. Тем, что клялась не произносить, искренне и по-детски веря, что если не сказать вслух — не сбудется. — Этот цветок меня погубит, бабушка, я знаю, чувствую… Старуха дергает её за волосы, что‑то гневно объясняет, но Юкари знает - бесполезно. Цветок сакурасо, совсем недавно появившийся на запястье, вселяет в девочку такой ужас, что немеет язык. — Глупая девчонка! От такого дара не отказываются, его берегут, лелеют… Стоя на могиле бабушки, Юкари понимает, что сберечь не сможет даже себя. Слово, которое годами пыталась стереть из памяти, стучит в каждой частичке её души. Издевательски извивается по венам и находит выход в цветке на запястье. Юкари падает на колени, хватается за голову, но не может заглушить: СмертьсмертьсмертьСМЕРТЬ — Ты ошибаешься насчёт Саске. Она начинает разговор, но тут же жалеет об этом. Забывает, что бежать из воспоминаний в реальность — затея гиблая. Её выцветшие глаза пронзают спину Итачи, но никакой ненависти Юкари не чувствует. Она вся - изношенное, стёртое до дыр кимоно, выкинутое за ненадобностью. Идёт за ним, зная, что ведут на плаху. — Я не просил советов. Итачи отвечает скорее из чувства от долга, чем по собственному желанию. Он уже давно не ощущает вину, не он выбрал разрушить её жизнь. Так решила судьба. Судьба, клан Учиха и старейшины Конохи. Воля огня, желание спасти невинных, невозможность поступить иначе - её приговор. Итачи никогда не жалеет о своём выборе, он поступал бы так снова и снова, сжигая самого себя, ради жизней других. Он ненавидит смерть и, насмешкою судьбы, сам становится ею. Когда Юкари увидела его, измазанного кровью, с горящими красными глазами, то просто смиренно опустила голову. То, от чего она бежала долгие годы настигло её. Гул в голове замирает, невидимые часы над головой умолкают, само понятие существования размывается. — Это судьба, — улыбнулась бы бабушка. — Это рок, — мягко поправила бы Юкари. Когда Итачи увидел её, то удивился тому, насколько она красива. Казалось невозможным отмечать её осанку, ровный цвет кожи, когда на собственных руках ещё не остыла кровь матери. Но он отмечает. Её глаза, как грозовое небо, а он уже так давно не может выбраться из шторма. Они останавливаются на ночь в маленькой деревушке, берут один номер и молча раздеваются. Юкари чувствует себя потерянной без плаща Акацки, Итачи думает, что он бы не заметил, если бы с него содрали кожу. Он целует её из необходимости, она отвечает от безысходности. Говорить о любви уже довольно поздно, но что‑то дёргается каждый раз, когда он медленно входит в неё, замирая на несколько секунд, позволяя привыкнуть. Итачи не нежен и не груб. Он двигается, продлевая им обоим жизнь. Смотрит, как её слегка приоткрытые губы вздрагивают от первого толчка, видит, как дыхание сбивается после третьего. Он двигается, пытаясь обмануть судьбу, заставить её поверить, что любовь между ними возможна. Глаза Юкари подкатываются, но она не издаёт ни звука. Итачи кончает в неё, чтобы убить его мог Саске, а не завядший цветок. Юкари чувствует себя пустой даже когда он в ней. Она — фарфоровая кукла, в которой ни капли жизни. Всё, что было, она уже отдала ему. Когда он опускается рядом, Юкари прижимается ближе. Она думает о том, что может гордится им. На самом деле, он герой. Но она не гордится. Потому что в жертву он принес и её. — Я люблю Саске. Говорит он ей, прежде чем отправится на их общую смерть. — Я могу погрузить тебя в иллюзию… Пытается предложить счастливый конец. Юкари отшатывается, смотрит сквозь него. Кивает головой на выход. Итачи отмечает, что её осанка по-прежнему идеальна. После этого он отворачивается, уходит, оставляя своё вечное отчаяние навсегда. — Юкари, милая, мы дома. Девочка, совсем малышка, бежит к порогу. Родители обнимают её, как и всегда после долгих миссий, дольше обычного. Отец сажает её на плечи, а она заливисто хохочет. Мама смотрит на них и улыбается. — Ты знала, что твоё имя переводится как “спасти”? Всё потому, что ты каждый день спасаешь нас от грусти! Девочка снова смеётся и обещает, что спасёт каждого, кто будет грустить.