Судьба волшебного мира.

Магикс был создан чтобы учить детей наследников разных государств магического мира, однако со временем колличество студентов в разы увеличилось и три школы объединились в один институт.

Элис стояла у врат школы, наблюдая как Стелла, улыбаясь протянула руку вперёд. Она выглядела такой уверенной и сияющей, не зря она называла себя феей солнца и луны. — pulvis solaris. — Уверенно произнесла фея и из её рук посыпались яркие золотые искры, словно тысячи звёзд. — Институт имеет самый сильный барьер, он был создан первыми основателями и хранителями древней магии. У учителей стоит датчик на магическую реакцию, во время учебы до комендантского часа, барьер глушат, чтобы ученики могли гулять, но сейчас не учебный процесс, поэтому мы немного грубо нарушим их покой. — она говорила это с таким самодовольством, словно была и рада пощекотать нервы учителям без каких-либо для себя последствий. Точно кошка золотистого окраса. Не успев сказать что-либо, рыжеволосая заметила как рядом с ними появилась женщина весьма строгого взгляда и довольно мягкой мужчина. — Здравствуйте, профессор Эвермэп, профессор Толли, я вернулась с задания с отчётом и маленькой проблемой. — игриво произнесла фея, осматривая мужчину. — Это Элис Питерс, Элис это Профессор Гризельда Эвермэп, а это профессор Полладиум Толли. — краткое знакомство с таким чувством важности, что кажется будто тут этикет имеет чуть ли не самое важное значение. Да и сама девушка выглядела не иначе чем принцесса, хотя точно, она фея, а всё происходящее не сон Элис. — Мисс Францисс, я надеюсь у вас будет хорошее объяснение для директрисы. — строго произнесла Гризельда. — Профессор Толли, я разберусь с этим, можете отдыхать. — после чего она кивнула Стелле и Элис, чтобы те шли за ней. Они шли весьма долго, минуя высокие и каменистые коридоры. Институт был похож на дворец, где почти в каждом проходе были статуи и картины с изображением мифических существ и фей. Казалось, место походило на церковь, где поклонялись феям и эльфам. Белые стены, заросшие плющом вызывали восхищение у художественной натуры мисс Питерс и девушка заворожено смотрела на институт, иногда отставая от профессора и новой знакомой, что пригласила её в новый для Элис мир. — Мы сейчас в здании факультета Алфеи, здесь учатся феи, плюс ты видела башню, окутанную туманом и здание с фонтанами. Так вот, башня — это облачная башня, факультет ведьм, а там где фонтаны это корпус красного фонтана — там специалисты. Из всех трех направлений только специалисты не владеют магией или владеют, но слишком слабо до уровня, фей, магов и ведьм. — Пока они шли объясняла Стелла. Ей было лишь в радость поговорить с Элис и рассказать ей об устройстве этого мира. Кажется такая разница между ними ничуть не напрягала Францисс, что находилась на хорошем счету у преподавателей, что ещё сильнее восхищало Элис. А можете Стелле просто нравилось с каким восхищением она смотрит на неё. До ужаса невинное очарование, которое трудно найти в их мире и солнечная фея ничуть не жалеет о том, что её выкинуло в мир слепых. Наконец перед ними выросла огромная дверь, украшенная золотом, имеющая странный замок, похожий на руны и Гризельда открыла им дверь немым заклинанием. — Прошу, леди. — произнесла она и пропустила вперёд юных фей, зайдя за ними и закрыв дверь. Перед глазами было огромное скопление книг и рабочее место. — Добро пожаловать, принцесса Солярии, как ваше здоровье? Король Радиус, ваш отец, изъявил желание, чтобы на этот учебный год вы жили с другими феями, под присмотром, потому я с радостью удовлетворила его просьбу. В вашем случае это будет хорошей возможностью найти новых подруг. — голос этой женщины был мягче, как теплый плед, обволакивающий по вечерам. Он был чуть тише голоса Ванессы, но такой же приятный. Элис слабо улыбается, понимая, что возможно эта женщина будет мягче Гризельды. — Благодарю, мисс Фарагонда. — взгляд Стеллы стал чуть мягче, в нём появилось уважение. Она стояла перед ней, как ученица перед наставницей, что складывалось ощущение, Стелле плевать что скажут другие учителя, главное что говорит она. — Элис, это директриса Алфеи, Поллада Фарагонда. — представила её девушка. — Мисс Фарагонда, это Элис Питерс. Когда я забирала лунные камни с капища Домино, на меня напали и к сожалению выкинули в мир слепых...— начала было объясняться фея, но её перебил голос Гризельды. — И вы решили привести к нам очевидца? Очень умно. — произнесла Эвермэп своим звонким и строгим голосом, словно специально натренированный для замечаний и наказаний, из-за чего Стелла скривилась, как от дурного запаха. Будучи принцессой, она говорила чётко, медленно и не повышая голос, как подобает деве её положения, а значит не терпела, когда её перебивают. — Я не договорила. В одной из атак, Элис отразила удар и отзеркалила его. А это... — В свою очередь доступно лишь хранителям древней не адаптированной магии. Благодарю, Стелла, ваш вклад очень важен. — Внимание женщины перешло на Элис. — В первую очередь, милая, я вынуждена извинится, мне не ясно что ты испытала в тот момент, проявление магии без контроля обычно болезненно. — Начала Поллада, поправляя свои светлые волосы, на которых кажется была россыпь звёзд. —Полагаю тебя воспитывали слепые. Думаю, Алфея может предоставить место для сироты с древней и не адаптированной магией. Тем более. — слова Поллады были на вкус сладкими, так, что Элис впервые улыбнулась и кивнула. Кажется перед ней стояла та самая фея крестная, что подарит ей платье и туфельки на бал. — Стелла, скажите, на что была похожа магия? — Это скорее всего огненное зеркало. Но без заклинания. — Значит Пирос. Что ж, тогда это не так удивительно. Вы, Элис, не единственная, кто остался без семьи, однако феи из мира слепых сейчас очень и очень редко встречаются, хотя около десяти фей на нашем контроле ещё есть. Мы предлагаем вам подготовку к учебе, приедете через неделю и будете восполнять пробелы в знаниях. Соответственно проживание, обучение и питание бесплатно. — влезла в диалог Гризельда. — Всё верно. Мы оформим вас как фею, что была потеряна после крушения огненных государств. Последнее слово за вами, Элис. — Фарагонда смотрела на девушку с некой надеждой, хотя внутри неё возникло странное предчувствие, словно она недостающая шестерёнка в механизме. — Я согласна... ••• Три существа сидели за круглым столом и обсуждали насущные дела. Среди мужчины и женщины в белых одеяниях, выделялась особа в темном с очками на кончике носа. — Лунные камни с капища нашла Стелла, что дальше? Огонь дракона ещё не найден, без него мир упадет во тьму. — её темные тонкие волосы, были убраны в причёску, а на изящной фигуре красовался красно черный костюм. — Наша задача отыскать меч Оритела и передать его наследнику. Огонь дракона не покинул нас, феи всё ещё сильны, а значит мы должны дождаться наследника Оритела и сохранить для него меч. — произнес Мужчина и осмотрел женщину. — Эйвелин Лиллис Гриффин, лучше скажи нам вот что, на какой стадии созревания темный феникс? Сколько у нас времени? — его голос дрожал от тяжести лет, сын Саладина Кнауса был одним из первых специалистов, будучи неспособным к полноценной магии природы, как и внук его. Эйвелин ударила по столу с такой силой, что дрогнули статуэтки и подпрыгнули камни. Казалось, примени она магию и всё бы покрылось трещинами ярости ведьмы. — То что я в команде света опять не вызывает доверие?! Я потеряла связь и метку Даркара, я больше не служу ему, а служу порядку! — металлический голос раздражённой женщины разорвался по всему помещению. Эйвелин всегда была импульсивна, но нашла в себе силы отказаться от тьмы ради порядка или чего-то более важного. Рука Поллады коснулась звезд, образовав защитную сферу над камнями. Сколько было жертв ради мира и сколько ещё будет? — Я прошу вас успокоиться. Саладин, вы же знаете, ни одна ведьма вам не ответит на этот вопрос, иначе вы бы узнали это от вашей супруги, верно? — Мирный тон светловолосой феи заставил его чуть стыдливо прикрыть глаза. Единственная боль его была Ила, ведьма природы, которая была слишком мягкой, не смогла пойти против слова родителей и стала ведьмой, хоть и могла быть феей. — Да, прошу прощения, мы все как на иголках. Оритела и Марион больше нет с нами, а Самара не может наследовать огонь дракона. — Что ж, эти звёзды мы искали целый год, они укажут нам судьбу этого мира. — Фарагонда встала с места и вскинула руки. — Vis stellae die, nocte lunari, et mane sereno formatur. Mundus noster in manibus tuis est, in potestate tua, oculos nostros aperi. — Звезды образовали круг, где была изображена фея, а на ней клеймо Подафф. Эта фея кажется соединилась с тенью Даркара и образовала мир.

« Когда светлое примет тёмное, а тёмное примет светлое, случится должное...»