Гарри Поттер и Повелители Времени

Интерлюдия: pov Дамблдор Вечер 1 сентября — утро 2 сентября 1992 г. После праздничного пира я задумчиво расхаживал по своему кабинету и думал, что же со всем этим делать. Ладно, этот мальчишка увёл у меня на ТАРДИС Феба с его кузиной Тори, но ведь из-за этого дрянного эльфа теперь о ТАРДИС знает вся школа! Ночь для меня началась так же беспокойно, как и закончился день. Где-то в час ночи 2 сентября разгневанный Гиппократ Смитвик, глава больницы Святого Мунго, через камин ворвался ко мне в кабинет. Он, тяжело дыша, сообщил, что Алиса и Фрэнк Лонгботтомы исчезли из больницы. Я, не мешкая, схватил его за плечо, и мы вдвоём через камин отправились в больницу. Прибыв на место, я тут же приступил к делу. Легилиментируя каждого встречного работника больницы, я шаг за шагом восстанавливал картину произошедшего. В конце концов, среди потока чужих мыслей и воспоминаний, я нашёл то, что искал. К моему негодованию, стало ясно, что исчезновение Лонгботтомов не было случайностью. Из воспоминаний одного из целителей вырисовался образ того самого Феба из Сумерек, который их и забрал. Вернувшись в свой кабинет в Хогвартсе, я крепко задумался. Исцеление Лонгботтомов считалось невозможным, однако Феб их забрал. Значит, он знает способ лечения. Меня резко пробрала дрожь, ведь я вспомнил: их пытали вовсе не Лестрейнджи, а я сам, причём не с целью поиска Волан-де-Морта, а как раз с целью лишить Невилла родных. Эта ужасная правда... она могла разрушить всё, что я так тщательно строил во имя всеобщего блага. Если это выплывет наружу, моей репутации, а главное — моим планам, конец! Конец интерлюдии. 2 сентября 1992 год pov Гарри Наступил первый полноценный учебный день. Как ни в чём не бывало, я проснулся и, встав с кровати, тут же запустил в Рона жалящее заклятие, чтобы он побыстрее взбодрился. Где-то там, в Норе, зарождался очередной геморрой для Дамблдора, который я, похоже, совершенно случайно устроил, всего лишь желая помочь Невиллу. Но я об этом пока не задумывался. После того, как я получил "ответочку" от Рона, мы, сделав все необходимые гигиенические процедуры, отправились на завтрак. Усевшись за стол, я глянул на всякий случай на стол преподавателей и обнаружил, что Дамблдор какой-то невыспавшийся и задумчивый. Я хмыкнул, подумав, что, похоже, он уже узнал о произошедшем. А учитывая, что Феб ночью мне успел наговорить через часы, выходило, что родителей Невилла таки вылечили, и они, похоже, многое рассказали, ведь Феб грозил Дамблдору такими карами, что у меня волосы встали дыбом именно из-за этого. И как только я решил, что задумчивостью Дамблдора всё и ограничится, двери Большого зала распахнулись, и в него ворвалась целая делегация, состоявшая сразу из двух ангелов, как я понял, порядка, и двух девушек-блондинок. Над головой одной из них горел такой же нимб, как и у ангелов порядка. Когда я глянул на неё магическим зрением, на меня дохнуло такой холодной силой, что я зарёкся спорить с ней. И тут раздался такой голос, которого, наверное, никто здесь не слышал. Он буквально пронизывал весь Большой зал: — Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, ты что, совсем охренел? Весь зал замер в гробовой тишине. Все головы, как по команде, повернулись к источнику звука. — Ты напал на Феба, чуть не убив его, ты убил родителей Гарри Поттера, ты запытал и родителей Невилла Лонгботтома, да, бля, ты ко всему прочему, как я сейчас вижу, хранишь омерзительнейшую гадость, которая вызывает желание сровнять это место с лица земли! — продолжал голос. Девушка с нимбом взмахнула рукой, и откуда-то из кармана Драко Малфоя, который сидел в полном шоке за столом Слизерина, вылетела обычная на вид магловская тетрадка. Дамблдор, пытаясь оправдаться, тут же воскликнул: — Но дневник-то был не у меня, а у Малфоя! А он, как мы знаем, сынок Пожирателя Смерти! Но его оправдание только сильнее разгневало девушку с нимбом. Её нимб засветился ещё ярче, а холодная сила, исходящая от неё, словно заморозила сам воздух. — Так, значит, ты знаешь, что это такое, и даже мог бы предотвратить его попадание в школу, — прошипела девушка. — Но нет... Я чувствую в глубинах Хогвартса кое-что ещё! — Она вновь взмахнула рукой, и перед ней в воздухе возникли, а затем упали на пол ещё три предмета, которые она, по всей видимости, вытянула из их тайников: старинный золотой кубок, массивный серебряный медальон с изумрудом и изящная диадема, сверкающая бриллиантами. И тут же произошло то, что всех вообще шокировало. Внезапно меня подхватила неведомая сила, оторвала от скамьи и с невероятной скоростью швырнула прямо на эти предметы. Я летел, как тряпичная кукла, а в голове звучал лишь один вопрос: "Что, чёрт возьми, происходит?!" После этого по Большому залу разнёсся странный, пробирающий до костей, эфирный звон. Над Гарри, прямо в воздухе, расцвёл и завис сверкающий, переливающийся всеми цветами радуги экран, сотканный из чистого света. Его появление было настолько внезапным и полным величия, что даже разгневанная Фиона замерла на месте, а Дамблдор, который только что пытался что-то сказать, побледнел и в ужасе опустил голову. Из радужного сияния раздался голос — негромкий, но звучавший одновременно из каждой точки зала, и в то же время, казалось, прямо в голове у каждого. Это был голос самой реальности, холодно-бесстрастный и абсолютный. «Внимание! Протокол активации! Именем Первоадминов, остановись, Фиона, Повелитель Порядка. Уничтожение Гарри Поттера невозможно. Это приведёт к разрыву континуума третьего порядка». "Я вызываю Феба, пускай он с этой проблемой и разбирается, а я пока разберусь с остальными останками!" — с досадой прошипела Фиона, сверкнув глазами в сторону Дамблдора. Её нимб на мгновение потух, а затем вновь засиял, но уже не яростным, а сосредоточенным светом. Она повернулась к своим спутникам и приказала: — А вы мне поможете. Я не позволю этой скверне существовать ни секунды дольше. И внезапно возле меня появился Феб, который сразу подскочил ко мне, и, схватив меня за руку, подняв, сказал: — Я постараюсь убрать скверну, которую нашла в тебе Фиона, главное — не сопротивляйся! И тут же мы переместились. Первое, что я увидел после перемещения, это холм, который был покрыт лиловой травой, и зелёное небо. С холма уже спускалась девушка, очень похожая цветом волос на мать. Её ярко-зелёные глаза пристально смотрели на меня, и я невольно отметил, что они были точно такого же цвета, как и мои. На ней были белые одежды. И её голос буквально раздавался отовсюду: — Феб, ты правильно поступил, что привёл его сразу ко мне, только Источник сможет уничтожить крестраж Тёмного Лорда в Гарри. Веди его к Источнику, и пока он будет его проходить, мы обсудим эту ситуацию. И вот мы с Фебом, поднявшись на холм, оказались возле вышеназванного Источника. Это было что-то вроде круглого бассейна с мерцающей голубыми искрами водой. По молчаливому приказу Феба я не раздеваясь нырнул в Источник. Единственное, что я снял, — это часы, которые положил на бортик, ибо хоть Феб и сказал, что одежда сгорит в воде, мне её, как и волшебную палочку, было не жалко. Оказавшись в Источнике, я сразу понял, что воду надо вдохнуть. Когда она наполнила меня, я потерял сознание. Очнулся я в крайне необычном месте — это была долина под фиолетовым небом. Ко мне уже подходила видимая ранее женщина в чёрном и сказала: — Сразу представлюсь тебе, меня зовут Хель. Я удивлена, что ты так быстро оказался у Источника, это серьёзно повлияет на твой родной мир, он уже не будет прежним. Обычного прохождения не будет, Источник не знает, что тебе показывать. Безусловно, он вложит в тебя элементарные знания о том, как использовать силу, но постигать их тебе придётся самому. Дамблдор больше тебе не помешает, как и Волан-де-Морт, ведь я уже вижу, что его уничтожает разгневанная Повелительница Порядка. Однако когда Уизли открыли мир для формирующих, они так-же дали доступ к нему и для жителей других миров. Прослушав эту загадочную фразу от Хель, я почувствовал, как меня выдёргивает куда-то вверх, и вот я уже выныриваю из Источника. На бортике вместе с часами лежал комплект одежды, созданный Источником, а Дейдра, теперь я знал кто она такая, так как Источник вложил мне в голову всю необходимую информацию, вплоть до того, кто такая Бренда, и почему Феб помогает сейчас хозяйке Источника. А ещё я стал понимать, что для Источника мой родной мир — это решение глобальной демографической проблемы всего мироздания. Но я также увидел и то, чего не ожидал увидеть. Вместо волшебной палочки, которая, видимо, сгорела в Источнике, на бортике лежал странный предмет, который слегка отблескивал металлом. Когда я на него взглянул пристальнее, то перед глазами появилась следующая надпись: "Платиновый ключ первоадмина. Это самый высокий уровень свободно распространяемых ключей." Под этой надписью было примечание, в котором говорилось, что данный ключ принадлежит Гарри Поттеру. Когда же я подумал, за что мне такая честь, ключ, который выглядел как жезл, влетел мне в руку, а перед глазами появилось окно радужного цвета. Внимание! Причина выдачи первоадминского ключа одна: после открытия общего доступа к миру шанс дестабилизации континуума резко увеличился, и Совет решил, что для баланса необходимо наличие в данном мире хотя бы одного первоадмина. Теомир сразу отказался, и вот мы решили отдать ключ тебе. Феб, подойдя ко мне, сказал: — Поздравляю, теперь ты адепт Источника, как и я. А Дейдра с грустью сказала: — И ещё один, чёрт возьми, закрытый. Я же, держа ключ, ответил ей: — Дейдра, меня закрыл не Источник, боюсь, что по статусу сейчас я выше тебя. Она, посмотрев на меня с насмешкой, ответила: — Ага, выше, — и, усмехнувшись, добавила. — Примерно как слон и мышь. Причём мышь здесь это я. Подойдя к Фебу, я сказал: — Возвращаемся в Хогвартс, нам ещё надо многое сделать, да и смущать хозяйку моим присутствием не стоит. После этих слов Феб положил мне руку на плечо, и мы прыгнули к Бренде в Хогвартс, за которую Феб зацепился. Когда мы вновь оказались в Большом зале, ничего не изменилось, что и понятно, ведь мы были в безвременье. И тут со своего места поднялся Дамблдор и сказал: — Мистер Поттер, как я вижу, у вас больше нет шрама на лбу, и поэтому минус 50 очков с Гриффиндора за появление в Хогвартсе не на поезде. Феба это, естественно, разозлило. Он подошёл к Фионе и спросил её: — И что ты на этот беспредел скажешь? — Сейчас уничтожим эту мерзость и займёмся Дамблдором, — ответила Фиона. И тут я впервые вмешался: — А чего с ней нянчиться и думать? Открыть горнило и туда свалить. С ехидным видом Фиона сказала: — Ну, открой, хах, а я гляну. Над головой Фионы по-прежнему висел нимб знака Янь. Я подошёл и без сомнений коснулся его ключом. В углу поля зрения возникла надпись: «Образец принят». После этого я направил в ключ свою магию, и когда над ним загорелся маленький знак Порядка, прочертил им большой круг в воздухе. Когда круг был завершён, он протаял вглубь и моментально заполнился белым холодным пламенем Порядка, которое, однако, не выходило за пределы. Первое, что я сделал после этого, — взял дневник Тома Реддла и просто сунул его туда. Раздался душераздирающий крик, и дневник просто стал обычной тетрадкой. Так же я поступил и с кубком, диадемой и медальоном. И тут молчащая до этого Бренда сказала: — Ладненько, я тебе помогу кое с чем, — она просто взмахнула рукой, и из небытия появились кольцо, какой-то упирающийся дух чёрного цвета, ну и какая-то крупная змея. И всё это полетело в горнило. Хоть дух Волан-де-Морта и сопротивлялся, однако судьба остальных его крестражей его не миновала. Внезапно вслед за кольцом в горнило ухнули и мантия-невидимка, которая почему-то появилась в Большом зале, а также палочка Дамблдора. На это Фиона сказала с улыбкой: — Это были, как видимо, не самые сбалансированные артефакты. Увидев потерю своей палочки, видимо, пытаясь её отыскать, Дамблдор сиганул прямо в горнило, на что Феб с грустью сказал: — Думаю, мы его больше не увидим. И я понял, что Феб имел в виду, ведь только адепт Источника может без вреда для себя пройти стезёй Порядка. Внезапно ключ слегка замерцал, и перед глазами появилась надпись: «Доступно задание: Спасти безумца! Снимите Дамблдора со стези Порядка и отправьте на экватор в Сумерки Дианы, там им займутся. Награда: 100 XP».