Под черной луной

Лучи солнца, острые как лезвия, разрезали идеально заправленную постель. Марко Диас открыл глаза ровно за две минуты до срабатывания будильника. Он отключил его заранее, вздохнул с чувством выполненного долга и приступил к утреннему ритуалу. Пять минут на контрастный душ. Семь — на чистку зубов и укладку волос. Три — на выбор носков (чёрные, без рисунков, как и положено для вторника). Он спустился на кухню, где его уже ждал ланч в коричневой бумажной сумке: сэндвич с индейкой и авокадо, морковные палочки, бутылка воды и одно яблоко. Всё симметрично, всё по плану. — Марко, солнце, ты не забыл про реферат по истории? — спросила Анхела, его мама, помешивая на сковороде яичницу. — Сдал его досрочно, мама. Неделю назад, — ответил он, аккуратно складывая в рюкзак учебники в порядке следования уроков. — А-а, ну да, конечно, — рассмеялся его отец, Рафаэль, листая газету. — Наш Марко! Знаешь, когда мне было твоих лет, я однажды опоздал на экзамен, потому что сражался с бандой байкеров за честь прекрасной дамы! Правда, в итоге она уехала с их лидером, ха-ха! Марко вежливо улыбнулся. Папины истории становились всё эпичнее с каждым годом. Он проверил последний пункт в своём ментальном чек-листе на день: «15:30 — дополнительная самоподготовка по химии». Идеально. — Всё, я пошёл, — объявил он, надевая рюкзак на оба плеча для равномерного распределения веса. — Удачного дня, сынок! — крикнула ему вслед мама. — Держи ухо востро! — добавил папа с подмигиванием. Марко вышел на крыльцо, вдохнул запах скошенной травы и почувствовал привычное, успокаивающее чувство контроля. Сегодня будет хороший, спокойный, продуктивный день. Он сделал первый шаг по дорожке... БА-БАХ! Звук был не просто громким. Он был физическим. Волна горячего воздуха ударила Марко в спину, заставив его пригнуться. Задрожали стёкла в окнах дома, на соседней лужайке с лаем сорвалась с цепи собака. В небо над старым заброшенным амбаром по соседству взметнулся столб пыли и розоватого дыма. Инстинкт сработал быстрее мысли. Пожар? Взрыв? Газ? Его внутренний алгоритм «Безопасность прежде всего» выдал протокол действий: оценить угрозу, вызвать помощь, эвакуировать пострадавших. Рюкзак с химией и идеальным ланчем полетел на лужайку. Марко побежал к источнику хаоса. — Мама, папа, не выходите! Вызывайте пожарных! — крикнул он через плечо, даже не оборачиваясь. Он подбежал к амбару. Дверь висела на одной петле. Изнутри валил густой, сладковато-палёный дым, странно мерцающий, будто в нём плавали блёстки. Марко зажмурился, собираясь ворваться внутрь, но вдруг услышал... смех. Это был не истерический, не испуганный смех. Это был весёлый, искренний, немного сбитый с толку хохот. Из дыма вышла фигура. Марко замер. Перед ним стояла девушка. Её блондинистые волосы торчали вверх и в стороны, будто её только что ударило током. На ней было что-то среднее между балетной пачкой, бронежилетом и платьем пришельца — комбинация из жёлтой ткани, пурпурного корсета и синих леггинсов. Одна её туфля была синей, другая — красной. Лицо было перепачкано сажей, а в огромных голубых глазах стояли слёзы от смеха. В её правой руке, вытянутой перед собой, она сжимала изумительной красоты жезл: золотой, с раздвоенным концом, на котором сиял огромный рубиново-золотой кристалл в форме звезды. — У-у-ух! — выдохнула она, отряхиваясь. — Вот это я дёрнула! Надо было послушать Глоссерика насчёт калибровки межпространственного резонанса... Она наконец заметила Марко. Её взгляд скользнул по его идеально выглаженной рубашке, аккуратным джинсам и выражению полнейшей, абсолютной, клинической прострации на лице. Она улыбнулась во весь рот. — Привет! — бодро сказала она. — Это Земля, да? Не перепутала? Марко открыл рот. Закрыл. Мозг, отточенный годами логики и планирования, дал сбой. «Взрыв... дым... костюм на Хэллоуин... психбольница... массовый гипноз...» — мысленные версии проносились и разбивались о реальность. — Вы... вы в порядке? — наконец выдавил он. — Что это... что это было? — О, это я! — девушка беззаботно махнула палочкой, и Марко инстинктивно отпрыгнул назад. — Портал немного капризничал. Я — Стар! Стар Батерфляй! А это... — она с гордостью подняла жезл, — моя Волшебная Палочка Недряной Воды! Или... Водяных Недр? Короче, она волшебная! «Волшебная. Палочка. Портал. Капризничал». Слова обрушивались на Марко, не складываясь в картину. Он собрал всю свою волю. — Ладно, — сказал он, пытаясь говорить медленно и чётко, как с человеком в состоянии шока. — Стар. Ты получила удар по голове? Тебе нужен врач? Откуда ты? — С Мьюни! — радостно объявила Стар, как будто это объясняло абсолютно всё. — Меня прислали сюда учиться и... э-э... практиковаться! Знаешь, чтобы меньше всего ломать дома. Ну, там, у себя. Тут из глубины дыма послышалось яростное попискивание. Стар нахмурилась. — Ой, кажется, не всё запечаталось... Из дымного облака выкатилось... нечто. Оно было размером с баскетбольный мяч, пушистое и зелёное, с десятком колючек по бокам и парой безумных красных глаз. Существо открыло пасть, полную игольчатых зубов, и с грозным шипом бросилось прямо на Марко. — Вонзи! — скомандовала Стар. Марко даже не успел испугаться. Он увидел, как кристалл на конце её палочки вспыхнул ослепительным светом. Радужный луч, похожий на лазер из дешёвого мультика, вырвался навстречу монстру. Но вместо того чтобы испепелить его, энергия обернулась вокруг, сформировав идеальный, переливающийся всеми цветами пузырь. Монстр оказался в ловушке. Он бешено носился внутри, отскакивая от эластичных стенок с глухими бум-бум-бум. Марко смотрел на пузырь. На монстра. На девушку с волшебной палочкой. Его «Зона Безопасности», его идеальный день, его понимание Вселенной — всё это лежало в руинах, как стены соседского амбара. — Что... — начал он. — Это лобстер-ёжик! — весело пояснила Стар, подойдя к пузырю и постучав по нему палочкой. Монстр в ответ яростно прыгнул на звук. — Они обычно мирные, но этот, видимо, переволновался из-за перехода между измерениями. Ничего, щас я его... — Стой! — выкрикнул Марко, и сила в его голосе заставила Стар остановиться. Он поднял руку. «Дыши, — приказал он себе. — Оцени ситуацию. Как на уроке ОБЖ». Он указал на пузырь. — Он безопасен? — Вполне! Непробиваемый купол! Правда, я в первый раз его такое... большое делаю. — А это... — он махнул рукой в сторону дыма, — повторится? — Нууу... — Стар почесала затылок, оставив на розовых волосах ещё больше сажи. — Надеюсь, что нет? Но я тут впервые. Всё такое странное! — Она с любопытством посмотрела на машину, припаркованную на улице, как будто видела её впервые. Марко закрыл глаза. Где-то вдали уже завывала сирена пожарных. Родители, наверное, в панике. Его репутация образцового сына и соседа висела на волоске. Но посреди этого хаоса в его голове чётко щёлкнул логический вывод: Эта девушка — источник опасности. Но она же — единственный, кто может с ней справиться. И она понятия не имеет о правилах этого мира. Он открыл глаза. Взгляд был твёрдым. — Хорошо. Слушай меня внимательно, Стар Багровская. Она выпрямилась, подчиняясь его тону. — Первое: мы уходим отсюда. Сейчас. Прячем тебя и... этого. — Он кивнул на пузырь. — Куда? — Ко мне. На задний двор. Это ближайшее безопасное место. — Отлично! А второе? — Второе: ты делаешь всё, что я скажу. Без споров. Потому что если ты взорвёшь что-нибудь ещё, сюда приедут не только пожарные, но и люди в чёрном, и тебе, твоей магии и твоему лобстер-ёжику конец. Поняла? Стар задумалась на секунду, затем энергично кивнула. — Поняла! Ты — мой земной гид! Как в тех брошюрах для путешественников! — Я — твой специалист по выживанию, — поправил её Марко. — Теперь идём. Быстро и тихо. Он схватил свой рюкзак с лужайки, жестом велел Стар следовать за ним и повёл её через заднюю калитку в свой ухоженный, безопасный мир. Стар шла за ним, волоча за собой на невидимой нити магии переливающийся пузырь с шипящим монстром внутри. Через десять минут они сидели на старой садовой скамейке за домом Диасов. Пузырь с лобстер-ёжиком был привязан к ветке яблони. Марко уже успел наспех объяснить родителям, что в амбаре «случайно что-то загорелось из-за старых проводов», но он всё потушил, и теперь с ним «новая ученица по обмену», которая немного шокирована. Анхела тут же побежала делать горячий шоколад. — Итак, — сказал Марко, глядя на Стар, которая с интересом разглядывала садового гнома. — Пересказывай. С самого начала. Что такое Мьюни? Почему ты здесь? И почему у тебя есть... это? — Он указал на палочку. Стар вздохнула, но её глаза горели энтузиазмом. — Ну, Мьюни — это королевство! Моё королевство. Точнее, моих родителей. А я — принцесса. И у нас есть магия! — Она помахала палочкой, и с её кончика посыпались искры. — Но моя магия... она немного... — Взрывоопасна? — предположил Марко. — Динамична! — поправила Стар. — И родители решили, что мне нужно... сменить обстановку. Чтобы учиться ответственности. И они выбрали самое скучное, самое немagичное место во всех измерениях — Землю! И отправили меня сюда, в Эхо-Крик! А палочку... ну, она всегда была со мной. Она — часть меня. Марко переваривал информацию. Принцесса. Королевство. Магия. Это было бредом. Но пузырь с монстром на яблоне был очень, очень реальным. — И что теперь? — спросил он. — Не знаю! — честно ответила Стар. — Мне сказали «иди и живи среди них». Но где жить? Что делать? Как прятать это? — Она жестом обвела себя с головы до ног. — Я даже не знаю, что тут едят! У вас есть танцующие тако? Или хотя бы кричащие буррито? Марко почувствовал, как в висках застучала начинающаяся головная боль. Но вместе с ней пришло и другое чувство — острое, забытое, щекочущее нервы. Чувство проблемы, которую нужно решить. Задачи, которая не вписывается ни в один учебник. — Ты можешь жить там, — сказал он, кивнув в сторону полуразрушенного амбара. — Мы его... отремонтируем. Точнее, я отремонтирую. Ты будешь помогать, не магией, а руками. Учиться. — Серьёзно? — Серьёзно. Но это не просто «жильё». Это будет штаб. — Штаб? — глаза Стар загорелись. — Да. Штаб по изучению Земли, контролю над магией и... — он бросил взгляд на пузырь, — по нейтрализации инцидентов вроде этого. А я буду твоим... консультантом по земным делам. Стар вскочила со скамейки, её лицо сияло. — Да! Идеально! Ты будешь моим лучшим земным другом! Мы будем вместе сражаться со злом, исследовать ваши странные обычаи и есть... что вы тут едите? Пиццу? Я слышала про пиццу! — Один шаг за раз, — сказал Марко, но углы его губ дрогнули, пытаясь сформировать улыбку. — Сначала мы разбираемся с этим. — Он указал на лобстер-ёжика. — Ты можешь отправить его обратно? — Думаю, да! Нужно просто открыть крошечный портал и его вытолкнуть. Но аккуратно, чтобы не засосало твоего гнома. Марко вздохнул. «Аккуратно». Слово, которое, как он чувствовал, скоро станет для него самым желанным и самым несбыточным. — Делай. Но если что-то пойдёт не так, я говорю «стоп», и ты сразу останавливаешься. Договорились? — Договорились, Марко Диас! — Стар энергично тряхнула его руку для рукопожатия, а потом неожиданно обняла. Она пахла дымом, гарью и чем-то сладким, как леденцовая вата. — Спасибо. Я... я думала, тут будет очень одиноко. Марко осторожно высвободился из объятий, слегка покраснев. — Не за что. Просто... давай постараемся, чтобы следующий вход был менее драматичным. — Обещаю! Ну... почти обещаю. Работа по изгнанию лобстер-ёжика заняла ещё полчаса, один сломанный цветочный горшок и едва не приведшую к сердечному приступу у отца Марко вспышку зелёного света. Но в конце концов существо, просигналив недовольным шипом, исчезло в крошечной дыре в пространстве, которая с хлопком закрылась. Стоя в сумерках на своём заднем дворе, Марко смотрел на Стар. Она с восхищением наблюдала, как зажигаются уличные фонари, будто видя это впервые. Его расписание было уничтожено. Его «Зона Безопасности» теперь простиралась на целое другое измерение. Завтра ему предстояло объяснить в школе, почему он пропустил все уроки, и придумать, как скрыть принцессу-мага от любопытных глаз. Он должен был чувствовать ужас. Панику. Желание всё вернуть. Но вместо этого, глядя на восторженное лицо Стар, которое теперь было его проблемой, его обязанностью и его... миссией, Марко Диас почувствовал нечто новое. Ощущение, что его идеально расчерченная, предсказуемая жизнь только что обрела яркие, взрывные, непредсказуемые краски. И, к своему глубочайшему удивлению, он с нетерпением ждал, какой цвет будет следующим.