О зависти, ненависти и о чем-то еще

Ярина совершенно не понимала, что здесь делает? Какой бал по случаю открытия ещё одного сиротского приюта? Зачем она здесь? С одной стороны конечно это не ее дело, с другой, Панталонэ, Дотторе и Аякс тоже здесь. Присутствие Арлекино хотя бы объяснимо, это ее инициатива, потому что одного девушке показалось мало. Банкир тоже логичен, возможно он спонсор. Но вот доктор, Тарталья и она что забыли на этом празднике жизни? Девушка старалась максимально не приближаться ни к кому из гостей, потому что кругом были сплошь знакомые лица по прошлой жизни, до попадания в Фатуи. После того, как она оказалась в организации, Ярина напрочь пропала с радаров светского общества и если честно, ни капли об этом не жалела. Потому что ярмарка лицемерия и лжи превосходила любимые разумные рамки, ведь чиновники, бароны, маркизы и виконты готовы станцевать мазурку на твоих костях, если увидят хотя бы минимальную выгоду. А самое ужасное в этих раутах, что если тебя пригласили на танец, то право отказаться имеешь только в том случае, если замужем или официально помолвлена. Отец и матушка часто пользовались тем, что она достигла брачного возраста, подсовывая ее в пару к какому-нибудь сынку барона или графа, чтобы наладить финансовые отношения. А ещё ее бесили эти дурацкие платья с кринолином и пышными юбками, не говоря о корсетах, в которых дышать было невозможно. Она так отвыкла от всего это мракобесия, что находясь на вечеринке ещё не больше двух часов, уже с нетерпением ждала возвращения в мрачные стены штаба, чтобы вновь иметь возможность ходить в штанах и рубашке. Арлекино, конечно, постаралась на славу, подобрав ей невообразимо красивое, но тяжёлое платье из черного бархата, приталенное, с золотой вышивкой по краю подола, с разрезом от бедра, с открытыми руками и горловиной под челюсть. Платье выглядело элегантно, но Ярина такое наносить не привыкла. Когда девушка шла, ее единственным желанием было зашить разрез к чертям собачьим, потому что под чужими взглядами несчастная нога покрывалась мурашками. Ну хотя бы туфли ей позволили выбрать самой. Потому она без зазрения совести носила сейчас черные лаковые балетки с ремешком на щиколотке. Но теперь из-за аномалии в теле, руки при посторонних приходилось прятать за длинными перчатками. «Когда это уже закончится?» — грустно подумала девушка, опустив голову и уперевшись рукой в стену около окна. — Разрешите? — сказал чей-то мужской голос, Ярина вздрогнула и шарахнулась в сторону, когда коснулись ее плеча, — Извините, я не хотел напугать. — Ничего страшно, — выдохнула девчонка, чувствуя, как заполошно бьётся сердце и обернувшись взглянула на статного высокого юношу, произнося, — Вы что-то хотели? — Потанцуете со мной? — спросил парень. Ярина посмотрела на него с сомнением, но в принципе была не против, поскольку молодой человек был на удивление приятным внешне, до этого к ней подходили только мужчины глубоко за шестьдесят или близкие к этому. Да они были галантны и вполне милы, но со сверстниками или близкими к ее возрасту людьми как-то повеселее. — Она не танцует, — послышалось сзади, а потом ей в руки через плечо была вложена маленькая симпатичная тарелочка с лимонным тартом и десертной трезубой вилкой, — Попробуй, тебе должно понравиться. — Почему вы решаете за нее? — недовольно произнес юноша, глядя на Девятого Предвестника исподлобья. Он был решительно настроен пригласить понравившуюся ему леди на танец. — Потому что я ее партнёр, — спокойно произнес Панталонэ и улыбнулся, мягко, но натянуто. Юноша стушевался и предпочел ретироваться, нежели и дальше наживать себе врага в лице Девятого. После услышанного Ярина вспыхнула, отчаянно смотря вслед удирающему пареньку. Слова банкира могли быть поняты превратно и тогда не только по штабу, а по всей Снежной поползут слухи. Слишком двусмысленно это прозвучало. За свою репутацию девушка не переживала, она и так была ниже плинтуса, другое дело мужчина, у него имидж официального дипломатического лица, представляющего интересы Фатуи. — А вам вреда потом не будет от такого заявления? — спросила Ярина, искоса взглянув на Предвестника, беря в руки вилку и отламывая кусочек от десерта. Она обожала сладкое, но если начинала есть, то останавливалась только тогда, когда начинался диатез. Мать из-за этого разрешала ей есть сладости только на банкетах, и то не больше двух фруктовых тарталеток, так что многое в сладостях она упускала. — С чего вдруг? — усмехнулся мужчина, наблюдая за тем, как десерт попадает девушке в рот и она на секунду замирает в удивлении, чтобы сразу же отломить ещё кусочек. — Это так вкусно, — чуть ли не плача от счастья, промолвила Ярина, съедая ещё вилочку пирога. Лимонный тарт оказался очень нежным, не приторным, с приятной кислинкой, бархатной сливочной текстурой крем-сыра на тонком пропитанном песочном тесте с прослойкой из лимонного джема. Очень освежающий и ласкающий вкус. Это было похоже на рай. — Рад, что не прогадал. Ярина усердно закивала, потому что от вкусняшки была оторваться не в силах. Она очень хотела поблагодарить за угощение, поэтому пришлось отложить десерт. — Спасибо, правда, я давно не ела чего-то столь вкусного. Ярина так искренне ему улыбнулась, на совершенно обычный жест, что Панталонэ понял, ещё немного и он не сможет контролировать свою жадность. Девчонку захотелось запереть подальше от всех, чтобы она больше не смогла никому дарить такие улыбки, кроме него. Удержаться было очень сложно, рука сама собой потянулась к нежному девичьему лицу, чтобы убрать за ухо непокорную прядь волос, что пыталась загородить Ярине обзор и скрыть ее прекрасные изумрудные глаза, что сияли потусторонним огнем каждый раз, когда Панталонэ к ней прикасался. — Что вы делаете? — прошептала девушка, смотря в полуприкрытые глаза банкира, что медленно вел пальцами по ее щеке. Руки невольно сжали тарелку, а тело пронзила дрожь, и понимание, что они на людях, не делало лучше, наоборот… Она трепетала от осознания, что Предвестника совершенно не волнует, что о нем подумают в обществе. Он чувствовал себя свободно в проявлении своего интереса. — Предъявляю права или ты против? — Нет, но тут слишком много лишних глаз, — забывая как дышать, ответила Ярина. Сопротивляться собственному желанию прижаться к ласкающей руке было очень сложно. — Тем лучше, — порочная улыбка растянула губы Панталонэ. — Ребята, ну вы бы хоть уединились, — смешливо раздалось в двух шагах от них, — А то дамы скоро от зависти съедят собственные чепчики, ведь такой мужчина теперь для них недоступен, какая жалость. Дотторе очень странно улыбался, наблюдая за тем, как Панталонэ борется с собственническим инстинктом и проигрывает. Алые глаза следили за каждым движением руки Девятого, горя диким животным огнем. — Меня это должно волновать? — приподняв бровь, спросил банкир, медленно убирая руку от лица девушки, лишь за тем, чтобы провести по голому плечу, алеющему от смущения. — Нет, — усмехнувшись, ответил Второй, взгляд его глаз вновь стал безразличным, — Но стоило хоть немного переживать, ведь среди инвесторов много знатных дам, что питали надежду быть рядом с тобой в обмен на кругленькую инвестицию, даже если не в одной постели. Когда Ярину наконец перестали мучать неоднозначными прикосновениями, она накинулась на пирог, как на единственное спасение от яростных эмоций, что бурей разносились внутри. — Кстати, я же не просто так подошёл, — сказал Дотторе, подходя ближе, перед этим бросив странный взгляд в зал, полный разного высокопоставленного сброда. — И зачем же? — полюбопытствовал Панталонэ, становясь вновь безупречным дипломатом и вставая рядом с доктором. Ярина осторожно приблизилась к мужчинам, бескультурно облизывая вилку, чтобы не упустить разговор, но при этом сохранить приличествующую дистанцию, ведь взгляды собравшихся, хоть и не всех, пытались забраться ей под кожу. — У меня довольно отвратительные новости. По неизвестной мне причине, Пульчинелла мне с утра нашептал на ушко, что к нам приставят надзор. Ну как надзор, тебе помощника с бухгалтерией, а мне ассистента. Я спросил можно ли пустить их под нож, на что мне сказали можно, но вскоре появятся ещё. Точно! Вот о чем Панталонэ забыл?! Слежка, он же хотел поговорить об этом с Яриной, до того, как «эти» начнут действовать, чтобы избежать проблем, но во-первых, упустил свой шанс, во-вторых, «они» среагировали чересчур быстро. Да и каким-то образом теперь и доктор с ними в одной лодке?! Черт! Слишком рано, он ещё ничего не успел подготовить. Банкир вздохнул, массируя точку между бровей. Теперь и Второму ещё объяснять какой самодеятельностью они занимались до того, как он их раскрыл. — Час от часу не легче, — Панталонэ показал Дотторе жест из кулака, трёх пальцев и постучал по мочке уха. Это был их специальный шифр, когда говорить совсем нет возможности. У каждого из нумерованных он свой, если они ведут общие дела. — Действительно, — кивнул доктор, тоже показывая сжатый кулак, раскрытую ладонь и четыре пальца на запястье. Ярина переводила взгляд с одного на другого, совершенно ничего не понимая в этой пантомиме, то что они общались не только вербально девушка знала, а вот о чем — нет, и вряд ли бы стало яснее, даже если бы ей объяснили. *** Вечер закончился довольно поздно, в штаб они прибыли заполночь, уставшие и вымотанные. Дотторе был задумчив как никогда и старался лишнего не говорить, только обмолвился, что эксперименты придется на время приостановить. В эту простую фразу входил не только сам факт прекращения опыта, но и сокрытие материала, результатов, документации, смет и других вещей, которые могли скомпрометировать его или их. Это конечно не касалось той работы, что на него возлагала организация, но приятного тоже мало. Второму в прямом смысле пытались перекрыть кислород. Предвестник кипел внутри, но добраться до верхушки прямо сейчас и уничтожить до основания было не в их возможности. Панталонэ тоже предпочел говорить только на отвлеченные темы, делая вид, что ничего не изменилось, чтобы не вызвать подозрения. Ярина же решила просто молчать, да и в сущности не зная полного контекста, сказать девушке было нечего. Уже в штабе, пожелав друг другу приятного отдыха, они разошлись по комнатам. А где-то часа в три – в четвертом, Ярина проснулась от того, что кто-то настойчиво тормошил ее за плечо. Она резко села и обомлела, потому что была не в своей комнате, даже не в лаборатории или штабе, а в каком-то деревянном доме. Успокаивало только то, что рядом сидели Предвестники, а чуть дальше стоял срез доктора, правда узнать их не при параде было сложно. Дотторе был переодет в форму рядового дипломата, с типичной их маской на глазах, с хвостиком и без любимой серьги, Панталонэ был в одежде пиро-агента, в углу в полутьме стоял черноволосый Дзэта в сером пальто. Глубоко вздохнув, чтоб вернуть потерянное самообладание, девушка спросила: — Есть ли смысл в этом цирке? — Да, — осклабился Дотторе, приподнимая с глаз маску и подмигивая, — Я решил, что наилучшим из возможных решений будет уехать из штаба на пару недель, план придумывался на ходу, так что выглядим мы весьма странно, но по документам рядовая группа сопровождающая торговца и дипломата в порт, боевые единицы вы с Панталонэ, то есть пиро-агент и маг электро-цицинов. — А ничего что Панталонэ и вас нет на месте, нет? — Ярина была в недоумении, во всем этом столько дыр, что не хватит и двух катушек ниток. — Ничего, вместо себя я оставил Омегу, а Девятого сыграет Сигма, в плане перевоплощений идеальнее его нет никого. — Вы сумасшедший. — Тут я с ней согласен, — подал голос Дзэта, перестав изображать из себя предмет интерьера. — А что вы от меня хотели, я терпеть не могу, когда ограничивают мою свободу и мне при этом ещё и убивать нельзя? — развел руками Дотторе, — Да расслабьтесь вы, все будет отлично. Дом зарегистрирован на мое старое имя, тут и лаборатория хорошая, а главное, что никто нас здесь не услышит и не найдет. Он правда немного пыльный, не был тут лет десять. — Надеюсь это одноразовая акция, потому что ещё раз я это не надену, — вздохнул Панталонэ, чувствуя дискомфорт в чересчур жаркой одежде агента, которая к тому была мала ему в плечах и бедрах, слишком сильно натягиваясь на спине, руках и ляжках. — Я тоже надеюсь, вы меня чуть до смерти не довели, как вам вообще удалось вывезти меня так, чтоб я не проснулась? — Он подсыпал тебе на банкете медленно действующее, но сильное снотворное, — сдал с потрохами доктора Девятый, — План в его сумасшедшую голову пришел уже тогда. — Вы про это? — Ярина показала жесты, что ей запомнились. — Да. — Хм, у тебя прекрасная память, — наблюдая за шифром, что Ярина творила руками с помощью четких движений, сказал Второй, — Пока будем здесь тебе стоит ему научиться, потому что все время прибегать к помощи моих клонов не особо хороший вариант, хоть и рабочий. Ярина это понимала, банкир тоже, а вот Дзэта кажется совсем не был заинтересован в их собрании. Он даже не слушал. — А теперь хотелось бы услышать все с самого начала, а то вы же такие скрытные, — оскалиашись сказал доктор, снимая плащ рядового, даже под него он все равно надел свою любимую портупею поверх теперь не синей, а белой рубашки. — Ну, — Ярина неловко отвела взгляд и почесала висок. Она не знала с какого момента стоит начать рассказ. Панталонэ пришел на выручку, начав с того, что за ним решили следить ровно с того момента, как он получил способности, хотя никто их кроме него на тот момент не видел. Это уже вызвало у Дотторе подозрения и вопросы. Мужчина спрашивал, уточнял и ещё раз спрашивал, все больше мрачнея с каждой узнанной деталью. Так они проболтали до глубокой ночи.