Между страхом и тобой

      За короткий период времени, примерно неделю, фанаты и папарацци успели сделать несколько сотен фотографий новой пары в разное время и разных местах и лихорадочно делились ими. Теперь каждый взгляд, каждая улыбка приобретали новый смысл, складываясь в мозаику тайного романа.       Пользователи сети гадали, когда же именно начались их отношения и почему они так тщательно скрывались.       Официальные представители Таноса хранили молчание, подливая масла в огонь. Лишь Бок Сун, нарушив обет молчания, опубликовала короткое заявление в своём недавно созданном блоге: "Да, это правда. Мы вместе. Прошу уважать нашу личную жизнь.", прикрепив фото, где целует певца в щёку. Выглядел рэпер, кстати, не очень счастливым.       Заявление девушки прогремело, словно гром среди ясного неба. Подтверждение романа с Таносом вызвало бурю эмоций. Одни восхищались смелостью пары, другие негодовали, обвиняя Бок Сун в пиаре самой себя. Фанаты Су разделились: кто-то принял выбор кумира, кто-то до сих пор сомневался в том, являются ли они вообще парой.       Нам Гю, в свою очередь, не стал комментировать ситуацию. Его аккаунт в социальных сетях стал закрытым, а телефон отключён. Поклонники, раньше верящие, что он и в правду встречался с Таносом, задавали ему различные вопросы и гадали, что он чувствует сейчас.       "Скандал" набирал обороты, угрожая затмить все остальные новости, а Нам Гю начал всё больше присутствовать на первых страницах новостей, его стали приглашать на интервью, но от таких предложений он всегда отказывался.       На фоне всеобщего ажиотажа фигура Гю становилась всё более трагичной. Игнорирование ситуации лишь подогревало интерес к его чувствам. Пользователи сети, просматривая старые интервью, репортажи, подкаты и фотографии, пытались найти намеки на истинную природу его отношений с Таносом.       Вскоре молчание Нам Гю было нарушено новым постом в своей социальной сети: фото студии с двумя креслами и различной аппаратурой, камерами и светом с подписью: "Родные! Интервью 04.04"       И этот пост, после долго молчания, лишь усилило напряжение. Журналисты и поклонники замерли в ожидании.

***

– Всем привет! — машет в камеру Нам Гю, улыбаясь. Только что объявили начало прямой трансляции, а значит последующие два часа эфир будет собирать немало зрителей. – Здравствуй, Нам Гю! — ведущий, пожав руку гостю, повернулся к обратно к камере. — И всех приветствую, кто сегодня собрался здесь! Надеюсь, вы припасли на сегодня различную еду и напитки, ведь вечер обещает быть долгим! — с лучезарной улыбкой продолжал парень. — Как я уже сказал, сегодня у нас в гостях человек, покоривший интернет за месяц - Нам Гю!       Рабочие в студии захлопали, создавая эффект реально присутствующих людей в зале. – Спасибо, спасибо! — Нам Гю слегка поклонился, принимая аплодисменты. — Очень рад быть здесь.       Первый час интервью прошёл обыденно: ведущий задавал вопросы о его карьере, увлечениях, планах на будущее. Нам Гю отвечал охотно, но избегал острых углов, касающихся личной жизни. Напряжение росло с каждой минутой. Зрители в чате требовали конкретики.       Наконец, ведущий, получив сигнал от продюсера, решился: – Нам Гю, не могу не спросить о ситуации, взбудоражившей общественность. Что ты можешь сказать о взаимоотношениях Таноса и Бок Сун?       В студии повисла тишина. Нам Гю смотрел на свои колени, перебирая пальцами ткань на штанах. Улыбнувшись, парень глубоко вздохнул, посмотрев прямо в камеру. – Я рад за них, – произнёс он, стараясь сохранить невозмутимый вид. – У меня нет причин как-либо завидовать им. Желаю только счастья.       Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба, развеяв все домыслы и спекуляции. Рейтинги трансляции взлетели до небес.       Ведущий выдохнул с облегчением. Этот простой, но искренний ответ снял напряжение в студии. Зрители ликовали в чате, осыпая Нам Гю комплиментами за его тактичность и сдержанность.       Эфир продолжился в более непринуждённой обстановке. Гю рассказывал о новых проектах, делился творческими планами и даже пошутил пару раз, вызвав дружный смех аудитории. – Гю, я же могу обращаться к тебе так? — получив в ответ кивок, продолжил. — Ты смотрел когда-нибудь нашу программу? — начал подводить ведущий. – На самом деле нет, простите! Я пытался, но она меня никогда не цепляла. — смущённо говорил парень. — Но я уважаю ваш труд в любом случае. – Ничего страшного, мы понимаем. Даже люди, создававшие данный проект, не смотрят его. — подмигнул ведущий, от чего чат раздался смехом. — Так вот, за тридцать минут до конца эфира у нас начинается интерактив со зрителями: по определенному хэштегу, в нашем случае "#ВопросНамГю", фанаты задают вопросы, на которые нужно отвечать максимально честно. Ты готов? – Бежать мне некуда, поэтому давай попробуем! — охотно согласился Гю.       Ведущий довольно кивнул и жестом показал команде готовиться к следующему этапу. Экран позади них ожил, отображая ленту сообщений с заветным хэштегом. Вопросы сыпались градом, от смешных до провокационных. – Ого, их тут тысячи! – воскликнул Нам Гю, глядя на мелькающие строчки. – Выбирайте, что вам понравится, я готов.       Первые вопросы касались его любимого цвета и марки кофе, любимого песни, мнения о новом альбоме Таноса и типажа в девушках. На последний вопрос он лишь загадочно молчал, прищурившись в камеру. Вопросы мелькали на экране, требуя мгновенной реакции.       Затем пошли более личные. "Как ты справляешься с хейтом?", "Что вдохновляет тебя на творчество?". Нам Гю отвечал искренне и развернуто, стараясь не уходить от темы.       Но вот появился вопрос, заставивший его на мгновение замолчать. – Пользователь "ЯнаСолях" спрашивает: "Что ты чувствовал, когда узнал о романе Таноса и Бок Сун?" — озвучил ведущий, внимательно смотря на гостя.       Нам Гю глубоко вздохнул, глядя прямо в камеру. – Честно? – спросил он, и в его голосе послышалась лёгкая грусть. — Мне было всё равно. Пусть Танос веселится, пока есть время. Мы потом наверстаем упущенное, надеюсь. У него впереди, как я знаю, много концертов. Не волнуйтесь, вы сможете встретить меня там! – Отличный ответ! Итак, следующий вопрос... — ведущий бегал взглядом по бегающим и постоянно сменяющимися вопросами, зацепившись за один. — Пользователь "Sonya354" спрашивает: "Если бы у тебя был шанс всё изменить, ты бы что-нибудь сделал по-другому?"       Парень замолчал, глядя в камеру, словно заглядывая в душу каждого зрителя. – Я бы никогда не хотел съезжаться с Таносом. – Вы вместе живёте?! — ошарашенно воскликнул ведущий.       Наступила тишина. Даже чат на мгновение перестал двигаться. Никто ничего не писал. Не было слышно даже дыхания людей. – Ну.. — начал Гю, пытаясь придумать отговорку. — Не для кого не секрет, что я постоянно присутствую на его концертах. Я помогаю с различными вещами. И, чтобы было удобнее, было принято решение съехаться. Но сейчас я живу не с ним из-за Бок Сун. — нагло врёт. – Простите за бестактный вопрос, но вы спать раньше в одной кровати? — поинтересовался с ухмылкой на лице ведущий. Чат вновь залился смехом, скрины краснеющее лицо Гю. – Нет-нет! — замахал руками парень, вспоминая все те ночи, когда оба из-за недосыпа и усталости засыпали вместе на кровати Су Бонга. — В квартире две кровати в разных комнатах. – Хахаха! — продолжал смеяться ведущий, иногда посматривая на Гю. — Ладно-ладно, хорошо.. — успокоившись, продолжил. — Давайте последний вопрос и мы заканчиваем. Как вам идея? — повернувшись в камеру, как бы к всем зрителям, задаёт вопрос ведущий. – Что, не хотите? Ну простите ребята, наши тридцать минут скоро выйдут! — показывая на часы, продолжает мужчина. – Если у вас есть какие-либо ещё вопросы, вы всегда можете написать мне в личку в социальной сети! — рекламирует Гю, пока ведущий ищет подходящий вопрос. – Ого, Нам Гю! — интригует ведущий, выводя на экран фотографии гостя с певцом. — Мы о тебе чего-то не знаем? Пользователь "Bok_Queen_forever" спрашивает: "Что ты можешь сказать по поводу данных фотографий? Фанаты часто замечали тебя вместе с Таносом в ситуациях, предназначенных явно не для друзей. Также прокомментируй, пожалуйста, ситуацию на последнем концерте Таноса, когда ты его "приревновал" к незнакомым девушкам!" – Это что, написала Бок Сун?       В зале раздался хохот. – Почему именно она? — посмотрел на Гю ведущий. – С самого начала у нас с ней отношения не задались. Не то, чтобы я к ней предвзято отношусь.. — "Я её ненавижу" - пронеслось в голове Нам Гю. — Мы просто не ладим, вот и всё. – Ха, как и со всеми девушками! — шутит ведущий, но улыбка с лица гостя пропадает, что засекает камера. — Среди фанатов ходят слухи, что ты гей, знал? – Да, я часто вижу такие видео и комментарии под моими постами. Не знаю, почему они так решили. – Ну так давай же посмотрим на экран! — мужчина указывает рукой на фотографии, приложенные к вопросу. — Что ты можешь сказать о них? — ведущий положил свою голову на руки, выжидая ответа. – Послушайте, мне никогда мальчики не нравились. На данный фотографиях вряд ли запечатлён я. А особенно на второй. — указывая на фотографию, где на скамье сидят два парня, довольно похожие на Гю и Су Бонга. Нам Гю помнил этот момент. Его рука обвивала плечи друга, прижимая к себе. — По поводу...       Вдруг у темноволосого раздаётся звонок телефона. И, как ни странно, на звонке стояла песня из нового альбома Таноса. – Кто звонит? — спрашивает ведущий, дождавшись, пока гость достанет свой телефон. – Танос. — робко отвечает, замечая задорный взгляд на себе. — Поставить на громкую связь? – Конечно!       Отвечая на звонок, Гю сразу же включает громкую связь. Из динамиков раздаётся весёлое: – Нам Гю, ты что творишь? Почему не предупредил, что будешь рассказывать про наши старые деньки?! — послышался возмущенный голос Таноса. — И почему ты врёшь, что у нас разные комнаты? Все фанаты знают, что ты вечно ко мне в кровать лезешь!       Ведущий и команда в студии замерли, не зная, как реагировать на такой поворот. Зрители в чате взрывались от восторга и удивления. Нам Гю, покраснев от смущения, попытался оправдаться. – Танос, хватит нести чушь! – выпалил он, глядя на ведущего, который едва сдерживал смех. – Да ладно тебе, Гю! Все и так все поняли! – продолжал Танос. – Передавай привет всем фанатам и скажи, что мы скоро выпустим совместный трек!       Ведущий, не теряя времени, подхватил: – Танос, здравствуйте! Мы тут как раз обсуждаем ваши совместные фотографии с Нам Гю. Может, проясните ситуацию? – Фотографии? С Нам Гю? — задумался Танос. — Смотрю сейчас вашу трансляцию, покажите экран! — рабочие немедленно перевели камеру на экран с фотками. — Не, ребята, мы просто друзья. Очень близкие друзья. А что касается концерта… Не ревнуйте его ко мне, всем достанется!       В зале вновь раздался смех. Лишь Нам Гю сидел хмурым. Это был их первый нормальный разговор за всё время с момента подтверждений отношений. – Кстати, а почему меня никто не пригласил? Мы бы тут с Гю отлично провели время! — кокетливо продолжал Танос. – А девушка твоя против то не будет? — с насмешкой спросил Нам. – Братан, ты для меня всегда на первом месте, забыл? – Ой, отвали. – Жду тебя дома, я покушать приготовил! — последнее, что успел протараторить Танос, догадываясь, что сейчас его звонок будет завершён. – О боже, не верьте ему. Думаю, он пьян.       В студии воцарилось молчание, которое прервал взрыв аплодисментов. Ведущий, оправившись от шока, улыбнулся Гю. – Что ж, вот это был финал! Нам Гю, спасибо за честность и откровенность! — напоследок подав руку гостю, мужчина вновь повернулся к камере. — А всем зрителям – до новых встреч!       Эфир завершился на позитивной ноте, оставив не только зрителей в предвкушении новых подробностей о взаимоотношениях двух звёзд.        – Нам Гю, можно вопрос между нами? — вставая со своего кресла, тихо спрашивает ведущий, пока все рабочие отвлекаются на свои дела и разговоры. – Да, конечно. Какой именно? — также тихо отвечает Гю, будто находятся сейчас в библиотеке.       Парни отправляются в гримёрку ведущего, дабы их точно никто не смог подслушать. – Я заметил, что со звонком от Таноса ты прям расцвёл. — делает необычный комплимент ведущий. — Но меня, как профессионального психолога, интересуют ваши реальные взаимоотношения. Я никому не буду рассказывать правду. — давая клятву, продолжает мужчина. – Я не знаю что между нами и что он чувствует ко мне, но он мне давно нравится, и он вроде не любит таких людей, знаешь.. — опустив взгляд вниз, продолжает Гю. — Но мы правда не спим вместе. — начинает улыбаться и хихикать парень. – А ему правда нравится Бок Сун? — заглядывает в глаза ведущий. — Мне кажется, я её часто видел с другими мужчинами. – Нет, ты прав, они не встречаются. — вздыхает Нам. — Там ситуация одна неприятная произошла, не могу рассказать. Но из-за неё она поставила Таносу ультиматум. Меня в это не посвящали. Ты же знаешь, она - репортёр, с журналистикой связана. Таносу нельзя терять карьеру, дорожит ей очень сильно, буквально добивался такого всю жизнь! – Ох, ясно. Не пробовал поговорить с ним о своих чувствах? – Ему не нравятся геи. — Гю начинает теребить в руках ткань от одежды. – Откуда тебе знать? Как по мне, Танос - самый латентный гей из всех таких же. – Да там в детстве было. — вспоминает Гю. — Вкратце, он задирой был и они компанией своей избивали таких "неправильных". – Тебя тоже? — с удивлением спрашивает ведущий. – Друзей не трогают. — улыбается парень. — Хотя, я ему тогда так и не рассказал об этом.       Вновь раздаётся звонок телефона. И снова эта песня. – Алло? Что-то случилось? — говорит Нам в трубку. – Ты скоро домой? Поговорить надо. — громко слышится голос из динамиков телефона.       Нам Гю смотрит на ведущего шоу, в ожидании его реакции. Получив в ответ кивок на освобождение, Гю забирает свою маленькую сумку с самыми нужными вещами. Гю торопливо попрощался с ведущим, поблагодарив за откровенный разговор и вышел из гримёрки. В голове роились мысли, сердце бешено колотилось. "Поговорить надо…" Что это значит? Неужели у Бонг что-то узнал? Или просто хочет обсудить какой-нибудь рабочий проект? Нам отгонял навязчивые мысли, стараясь настроиться на позитивный лад. – Уже такси собираюсь заказывать. О чём нам говорить? — прислонив телефон к уху, устало продолжает темноволосый. — Ты меня на трансляции вогнал в краску. Я запомнюсь фанатам именно таким, боже... – Да, я видел, ты там как чайник сидел! — раздаётся хохот из трубки. Как же он бесит. — Ты правда это шоу никогда не смотрел? – Нет, а что? — с опаской спрашивает Гю, отодвигая свой телефон от уха всё дальше и дальше. – Они никогда не завершают эфир после прощальных слов.       Нам Гю замер на месте, словно его окатили ледяной водой. Сердце пропустило удар, а затем заколотилось с удвоенной силой. – В смысле? — истерично спросил Нам Гю. – В прямом. Они обычно делают вид, что всё кончилось и задают не знающим напоследок какой-нибудь каверзный вопрос, чтобы рейтинг поднять. Ты ведь не думал, что всё закончилось так просто? – в голосе Бонга сквозила неприкрытая насмешка. — Я был на этом шоу! Этот ведущий всегда говорит, что он - профессиональный психолог. А у него даже образования нет!       Нам Гю почувствовал, как кровь отлила от лица. Он судорожно сглотнул, закрыв глаза и пытаясь восстановить сбившееся дыхание. – Ладно, не паникуй, держи себя в руках, — продолжал Бонг. — И да, поторопись. Разговор у нас серьёзный. Не забудь снять микрофон с кофты!       Нам Гю бросил быстрый взгляд на экран телефона, надеясь увидеть хоть что угодно успокаивающее, но там было только фото Су с подписью "вызов завершён". Он тяжело вздохнул, снял с одежды петличку, кинув её на пол с такой силы, что она аж разлетелась на кусочки, и, собравшись с силами, вызвал такси и поехал домой, гадая, что же его ждёт.       В голове лишь крутились жестокие планы убийства ведущего и всей его команды.       Всю дорогу Нам Гю провел в состоянии оцепенения. Он машинально отвечал на вопросы таксиста, смотрел в окно, не видя ничего, кроме собственных мыслей, и чувствовал, как внутри нарастает ком тревоги и злости. Предстоящий разговор с Таносом казался ему сейчас неминуемой катастрофой.

***

      Войдя в квартиру, Нам Гю замер в дверях. Бонг сидел в кресле, в полумраке гостиной, и смотрел прямо на него. Взгляд его был тяжёлым, но в них виднелось некое понимание. – Я всё слышал, — начал Су Бонг, не давая Гю даже раздеться. Голос его был спокойным, но в этом спокойствии чувствовалась сталь. – Всё, что ты наговорил этому ведущему. Обо мне. Нашей дружбе. – Думаешь, я правда не посмотрел ни одного выпуска этой программы до интервью? — нагло врёт Гю, улыбаясь. — Я специально так сказал им в конце, чтобы взбудоражить зрителей и поднять рейтинги. – Ты весь трясёшься. — замечает издалека крашенный, вставая с кресла и двигаясь к другу. — Ничего не можешь без своих таблеток? — грозно проговаривает Су. – Я жду объяснения. – Ладно, это всё правда. Ты мне нравишься, делай что хочешь. — на одном дыхании выпалил Гю, смотря прямо на Таноса. Он был одет в уличную одежду, странно.       Су Бонг слушал молча, с непроницаемым лицом. В комнате повисла гнетущая тишина.       Танос остановился в паре шагов от Нам Гю. Тишина давила, казалось, можно было услышать, как бьётся сердце каждого из них. Взгляд Бонга не смягчился, он словно оценивал каждое слово, каждое движение Гю, но он проникал в самую душу, выискивая там правду. Нам не отводил глаз, стараясь казаться спокойным, но внутри всё сжималось от страха. Он не знал, чего ожидать от друга, от человека, которого он так долго и безнадежно любил. – Ты мог просто сказать, — наконец произнёс Су, нарушая тишину. — Зачем было устраивать этот цирк на телевидении?       Гю почувствовал, как слабеют ноги. Он ожидал злости, упрёков, даже отвращения, но только не этих простых слов. "Сказать? Просто сказать?" – пронеслось у него в голове.       Он годами носил это в себе, строя вокруг своих чувств неприступные стены из страха и сомнений. – Тебе разве не неприятны такие? – прошептал он, опуская взгляд. – Я боялся. Боялся потерять тебя. Нашу дружбу.       Су Бонг подошёл ближе и коснулся его щеки. Лёгкое прикосновение обожгло его, словно электрический разряд. Он поднял глаза и увидел в глазах Таноса нежность, которую редко замечал раньше. – Silly, – тихо сказал Су. – Ты думаешь, я бы перестал с тобой дружить из-за этого? Ты ведь тоже для меня больше, чем просто друг.       Нам Гю почувствовал, как по щекам текут слёзы. Слёзы облегчения, надежды, и невероятного счастья. Он прижался к Су Бонгу, утопая в его объятиях, чувствуя, как все страхи и сомнения отступают перед этой новой реальностью. Объятия Су Бона были крепкими и надёжными. Нам Гю вдыхал его запах, знакомый и успокаивающий, и понимал, что все его страхи были напрасны. Он чувствовал себя дома, в безопасности, и впервые за долгое время – по-настоящему счастливым.       Су Бонг нежно вытер слёзы с лица Нам Гю и улыбнулся. В его улыбке было столько любви и нежности, что у Гю перехватило дыхание.       Темноволосый, решив, что они всё уладили, потянулся за долгожданным поцелуем, прикрыв свои глаза. Но его остановили, подставив указательный палец к губам. – Я не могу, Гю.       Нам отпрянул, словно обжёгся. Непонимание и боль отразились в его глазах. Он почувствовал, как возвращается прежняя неуверенность, как сомнения вновь обступают его со всех сторон. – Почему? Я что-то сделал не так? — разочаровано спрашивал парень. – Это неправильно. – Что? — в недоумении спрашивал Нам Гю. — Почему нет? – I wish you were a girl.       Гю застыл, словно его ударили. Слова Су Бонга эхом отдавались в голове, разрывая на части только что обретенное счастье, словно приговор. "Девушкой?" Как же он ненавидел девушек. Мысли метались, не находя ответа. Все надежды, что только-только начали расцветать в его сердце, мгновенно увяли, оставив после себя лишь горечь и разочарование. Он не мог поверить, что все его чувства, его признание, вся эта буря эмоций привела лишь к этому. – Что ты имеешь в виду? — тихо спросил он, боясь услышать ответ. – Ты мне нравишься. Очень. Но я не могу быть с парнем. Это противно - люди не поймут.       Гю отвернулся, пытаясь сдержать новые слезы. Он чувствовал себя таким глупым, таким наивным. Как он мог подумать, что его любовь может быть взаимной? Он всегда знал, что они разные, что между ними пропасть. Но всё равно надеялся, верил в чудо. И теперь это чудо разбилось вдребезги, оставив после себя лишь осколки разбитых надежд. – Ты серьёзно сейчас? – прошептал он, чувствуя, как мир вокруг начинает расплываться.       Су Бонг виновато опустил взгляд. Он не хотел причинять Нам Гю боль, но не мог поступить иначе. В его голове всегда были четкие рамки представления о том, как должно быть. И чувства к другому мужчине в эти рамки никак не вписывались. – Мне очень жаль, Гю, — тихо произнёс он. — Я не хотел, чтобы так получилось. Ты мне дорог, но… я не могу быть с тобой таким образом.       Тишина повисла в квартире, нарушаемая лишь прерывистым дыханием Нам Гю. Он ощущал, как внутри нарастает холод, сковывая всё его существо. Каждое слово Су Бонга отдавалось эхом в его голове, напоминая о его поражении. Он хотел убежать, исчезнуть, лишь бы не видеть этого сочувствующего взгляда, этой виноватой позы. – Я понимаю, — пробормотал Гю, хотя на самом деле ничего не понимал. Как можно понять, когда твоё сердце разрывают на части? Как можно принять то, что твои самые сокровенные чувства отвергают?       Су Бонг попытался прикоснуться к нему, но Нам Гю отшатнулся. Он не хотел никакого сочувствия, никакой жалости. Ему нужно было время, чтобы переварить это, чтобы осознать, что его мир перевернулся с ног на голову. – Не прикасайся ко мне, — попросил Гю, не глядя на Су Бонга. Сложив свои руки на груди и слегка сгорбившись, Нам направился в свою комнату - квартира была большая, что позволяла даже обустроить отдельные комнатки для двух парней. – Оставь меня. — он закрыл за собой дверь, не намереваясь больше выходить из комнаты ни завтра, ни послезавтра, и в принципе никогда.       Нам Гю рухнул на кровать, сил и эмоций больше не было. Парень не мог позволить себе плакать, сам не знал причину этому. Он чувствовал себя преданным, обманутым, словно его чувства растоптали и выкинули на помойку. Как он мог быть таким доверчивым? Как мог поверить в то, что Су Бонг может ответить ему взаимностью? Он всегда знал, чем это кончится.       Боль была невыносимой. Она разъедала его изнутри, заставляя сомневаться во всём: в себе, в своих чувствах, в самой возможности любить. Он чувствовал себя сломанным, опустошённым, и не видел выхода из этой тьмы.       В квартире воцарилась тишина, прерываемая лишь всхлипами Гю. За дверью его комнаты стоял Су Бонг, терзаемый чувством вины. Он не знал, как поступить правильно, как облегчить боль друга. Он понимал, что его слова нанесли ему глубокую рану. Он хотел бы изменить в себе всё: свои убеждения, самого себя, но не мог. Он себя ненавидел только за это. Су хотел помочь, но боялся сделать только хуже.       Су Бонг медленно приоткрыл дверь, заглядывая внутрь. Понимал, что нарушение личных границ, но он хотел помочь. Гю сидел на кровати, обхватив голову руками. Его плечи вздрагивали. Танос тихо вошёл в комнату и присел рядом с другом. Он не пытался его обнять или сказать что-то утешительное. Он просто был рядом, был молчаливой отстойной поддержкой.       Минуты тянулись мучительно долго. Тишину нарушали только всхлипы Гю. Наконец, он поднял голову, и Су Бонг увидел в его глазах боль и разочарование. " – Почему? — прошептал Нам, его голос дрожал. — Почему ты так думаешь?       Су Бонг опустил взгляд. – Я не знаю, — ответил он честно. — Я просто… Я всегда так думал. — крашенный вздохнул. — В школе таких людей задирали. Не хотел стать одним из них. – Боже, чувак, тебя буквально вся средняя школа боялась. Если бы ты признался в своей ориентации - тебе и вякнуть ничего лишнего не посмели бы. — Гю опрокинул свою голову на плечо Таноса. — Ты такой идиот. – Но сейчас карьера, эта репортёрша, — тихо продолжал Су. — Да и я не думаю, что, повторюсь, я достоин тебя. – Дело не в карьере и не в той сучке, — сказал Гю, вытирая слезы. — Дело в тебе. В том, что ты думаешь обо мне, о себе. Ты считаешь себя недостойным? Ты прикалываешься?       Су Бонг молчал, не зная, что ответить. Он чувствовал себя маленьким и ничтожным, глядя в полные разочарования глаза Гю. – Я не понимаю, почему ты так себя обесцениваешь, — продолжил Гю. — Ты талантливый, умный, красивый. По тебе текут чуть ли не все девочки в стране. Ты буквально эталон красоты. Тебя все обожают. Если уж и говорить, кто кого не достоин, то явно я — обычный наркоман с десятилетним стажем — тебя.       Су Бонг поднял глаза и встретился с взглядом Гю. В его глазах читалась растерянность и искреннее непонимание. – Я просто боюсь общественного мнения, боюсь потерять всё, чего я достиг, — признался Танос. Гю отстранился от него и сел прямо. – Су Бонг, — сказал он твёрдо, беря чужую руку в свою и начиная переплетать пальцы. — Если ты позволишь страху определять твою жизнь, ты никогда не будешь счастлив. И если тебе так важна карьера, то я не буду стоять у тебя на пути. — Гю заглянул в глаза другого. – Послушай, мне плевать, что там было в школе, что думает эта репортёрша, и как это повлияет на твою карьеру. Мне важен только ты. – Ты правда так думаешь? – Да, – твёрдо ответил Гю. – И если ты не перестанешь нести чушь, я тебя ударю.       Су Бонг слабо улыбнулся и притянул Гю в объятия. – Я люблю тебя, Су Бонг, — тихо произнёс Гю, всё ещё глядя ему прямо в глаза. – И мне больно видеть, как ты мучаешь себя и меня. Если тебе нужно время, чтобы разобраться в себе, я подожду. Но я не позволю тебе отказываться от себя из-за страха. – Я не хочу терять тебя, – прошептал Су, его голос дрожал от переполнявших его чувств. – Я не хочу жить в страхе, но и не знаю, как переступить через себя.       Гю нежно улыбнулся, его глаза наполнились сочувствием. Он знал, что страхи Су Бона глубоко укоренились, и для их преодоления потребуется время и немалые усилия. – Тогда давай бояться вместе, – ответил Гю, крепче сжимая его руку. – Я буду рядом, пока ты будешь готов идти вперед. А если нет, я всегда буду твоим другом.       Слёзы подступали всё больше и больше. – Я ненавижу тебя любить. — тихо произнёс Нам с улыбкой на лице, перед тем, как отключиться в сон.