Формы любви

      Возвращаясь из очередной вылазки, Эвна устало волочила ноги. Голова болела и неприятно гудела — на землях Язвы пришлось задержаться, так что порча Бездны ощутимо давила на разум и тело, и ни очистительные микстуры, ни защитные ритуалы, ни ангельская аура не помогали отгородиться от неё полностью. Благо хоть последняя стоянка лагеря была недалеко от Дрезена, и командор с отрядом вернулась в город без приключений. А здесь можно было отдохнуть и очиститься от вредоносного влияния, чтобы с новыми силами зачищать окрестности от демонической скверны.       Солнце уверенно катилось к горизонту, и опускался вечер, когда командор вошла в город. Поднималась по улицам, двигаясь к цитадели, мечтая о тёплой воде и беспробудном сне. Это была долгая неделя странствий, и теперь Эвне предстояло погрузиться в решение насущных дел войска и обеспечения. Небольшой отдых, пока войска расчистят дороги дальше, захватывая форты и укрепляя позиции и опорные точки.       Эвна устало зажмурилась, потерев глаза. Она была в самом начале пути, и многое ещё предстояло сделать. Конечно, первые шаги по укреплению связей и управления уже были предприняты, и зона влияния тоже расширилась, но этого было мало, и демоны по-прежнему вылазили из ниоткуда, пытаясь отбивать форты и даже дерзко рассчитывая напасть на Дрезен. Бесполезные чаяния, но они были, и они вызывали тревогу. Как всё успевать, тоже по-прежнему было не до конца понятно, но к счастью, у Эвны были надёжные и грамотные соратники, очень помогающие ей.       Погрузившись в мысли о делах, размышляя о походе, о войсках и ещё не исследованных локациях, Эвна дошла до внутреннего двора цитадели. Почти пересекла его, как темнеющее небо рассекла зарница, и яркий столб согревающего света ударил в землю, привлекая внимание всех горожан. Командор на мгновение зажмурилась, прикрыв глаза рукой, но стоило ей её отнять от лица, как взгляд тут же зацепился за могучую величественную фигуру ангела в полных золотых доспехах. Он расправил могучие белоснежные крылья, и уставшее лицо Эвны мгновенно просветлело. — О Защитница! — знакомый голос, по которому она на самом деле так скучала, нарушил мимолётное молчание. — Большая радость и честь видеть тебя в добром здравии во главе праведного войска! — Пресветлый герольд! — Эвна едва ли не подбежала к нему, широко улыбаясь. — Мы давно не виделись, я рада тебе и твоему прибытию. Отправила ли тебя с поручением богиня, или же ты пришёл с иной целью? — она пытливо наклонила голову, замечая, как из цитадели вышли Ирабет с Аневией, а к плацу подтянулись соратники, солдаты и любопытные граждане. Не каждый день они видели снисхождение ангела, уж тем более герольда самой Иомедай. — Прибыл я по собственной воле, когда узнал, что ты, моя добрая верная подруга, пробудила в душе дар моей госпожи, окутанная ангельским благословением. Считаю своим долгом и искренним желанием сердца наставить тебя на этом пути и помочь всем, чем смогу, — в его голосе послышалась улыбка, и он добавил с теплотой: — Я вспоминал тебя и думал о тебе. Душа моя тосковала по нашим беседам и времени вместе. Теперь же я рад возможности вновь быть рядом с тобой и идти в бой рука об руку, сокрушая демоническую скверну.       Эвна искренне просияла, не замечая отразившегося на лицах союзников удивления, а у некоторых — благоговения. Конечно, ни для кого не было секретом, что командор принимала участие в крестоносном движении, в частности в Четвёртом походе, но едва ли кто-то ожидал, что она окажется близко и дружески знакома с самим герольдом Иомедай. В конце концов, он не был одним из множества ангелов, возвестник воли Наследницы, и то, что он так тепло отзывался о командоре, многое означало, отчего её авторитет и уважение лишь укрепились.       Но в моменте Эвне это было неважно. Её согрела и окрылила мысль, что светозарный ангел думал и вспоминал о ней, простой незначительной смертной. Тоже скучал и прибыл теперь на подмогу, но и как к другу — для Эвны это было бесценно. Ведь ещё с дней своей пылкой юности во времена Четвёртого похода она что-то чувствовала, и разлука и годы не притупили вспыхнувшей симпатии, и она мягко горела внутри, приятно грея надеждой на новую встречу. Пылкость притупилась, но искренность осталась, и светлый небожитель по-прежнему вызывал лишь радость и что-то большое, очень тёплое и растущее. — Я бесконечно рада, что смогу обучаться под твоим крылом, и что мы вновь станем соратниками по мечу, — Эвна улыбнулась искренне. — Но ещё больше меня радует возможность снова вести с тобой беседы и проводить вечера, а может быть и дни за ними. Я скучала по ним.       Аура вокруг Длани Наследницы ощутимо смягчилось, и хотя его лицо было полностью скрыто шлемом, почему-то Эвне почудилось, что он тепло улыбнулся ей в ответ. Сделал широкий шаг навстречу — и оба они ступили на долгую и тернистую дорогу. Как друг с другом, так и друг к другу.