Формы любви

      Это не было спонтанным порывом, хотя со стороны могло показаться именно так. О детях Рафаэль думал уже давно, даже ещё до того, как стал командором и возглавил крестовый поход. Часто вёл беременности и принимал роды, так что через его руки прошло много младенцев. Лечил малышей разных возрастов наравне со взрослыми и втайне мечтал о собственной семье и детях. Но куда ему было, странствующему жрецу и лекарю, ещё и вечно одинокому неприкаянному скитальцу. А потом крестовый поход и борьба с демонами, и мысли о детях тем более отошли куда-то на второй план, компенсируя нехватку заботой о подростках-вольных крестоносцах.       Но теперь война закончилась, и Рафаэль, вроде как, даже осел. Женился, и вместе с ним был любимый муж. Настали спокойные мирные дни, и он снова возвращался мыслями к детям. Особенно теперь, когда Эльвара родила, и он помогал ей, принимая роды и держа на руках маленькую голосистую девочку. И что-то внутри в тот момент сжалось, и Рафаэль не мог не думать о том, как будет держать на руках собственное дитя. Пусть даже не родное по крови. — Ты какой день задумчивый и рассеянный, — Ровус проницательно заглянул в лицо супруга, мягко сжав плечо. — Тебя что-то беспокоит? — Можно и так сказать, — Рафаэль вздохнул, сжав пальцы мужа и поднеся их к губам, целуя. — Я хочу ребёнка. На самом деле, не одного, я бы хотел много детей, четверо или пятеро, но начать можно и с одного, — улыбнулся тепло, поймав пробежавшее по чужому лицу удивление. — Это тебя Эльвара с Рекартом так вдохновили? — Ровус вздохнул, опустившись на софу рядом с супругом, позволяя обнять себя за талию. — Скорее напомнили о давнем мечтании, — Рафаэль откликнулся меланхолично. — Я ещё с позднего подросткового возраста хотел ребёнка, но жизнь как-то не располагала возможностями поставить его на ноги, — признался чуть стыдливо. — А теперь, вроде как, все звёзды сошлись. Мы бы могли стать папами? — посмотрел с надеждой, несмело улыбнувшись. — Усыновить сироту, забрать какого-нибудь малыша. Может быть, тифлинга? Подарить ему счастливое и любящее детство, хотя бы одному такому ребёнку. — Ох, ты застал меня врасплох, мой дорогой, — честно признался Ровус. — Я никогда не думал о детях. Хотя ладно, справедливости ради, я и о том, что у меня появится такой чудесный муж, никогда не думал. Не представляю, какой из меня будет родитель... — Заботливый, — Рафаэль опустил ему на плечо голову, мягко переплетя пальцы. — Ответственный. Ты будешь защитником и опорой, научишь разным полезным трюкам и будешь рассказывать самые интересные истории. Любимый папа, к которому можно прийти за советом и помощью. — Звучит здорово, — Ровус усмехнулся, покачав головой. — Я всё ещё в этом сомневаюсь, и мне нужно немного времени, чтобы хорошо обдумать твои слова. Но наверно... с тобой я был бы не против попробовать, — он тепло посмотрел на Рафаэля, видя, как супруг просиял искренней радостью и надеждой.       Да, вопрос появления ребёнка был ответственным и не простым, к нему следовало подготовиться и подойти здраво. Поэтому Рафаэль не торопил любимого с окончательным ответом, давая время и возможность всё обдумать. Прийти к решению — и в один из дней вдвоём отправиться в сиротинец, забирая оттуда новорожденного малыша-тифлинга, которого они вдвоём назовут своим сыном.