Формы любви

— Расскажи мне, — негромкий голос Адара нарушил ненавязчивое молчание, и Ренат повернул к нему голову, глядя с тенью вопроса. Командор смущённо улыбнулся и взволнованно придвинулся ближе, в излюбленном бессознательном жесте обвив хвостом чужое запястье. — Ты взял себе совсем другое, смертное, имя, но как тебя звали, когда ты, ну, появился? Ты упоминал своего первого мастера... Это он призвал тебя? — О, — озадаченность отразилась на красивом лице ангела, но ей на смену почти сразу пришла печаль. Тем не менее он вздохнул, и прежде чем Адар, конечно, заметил смену настроения, засуетился, ответив: — Я... не помню того времени, когда был призван. Точнее, я не помню, что я был и был ли вообще. Я просто появился в какой-то момент в свите моего господина, могучего благородного светозарного лорда Рагасиэля. Праведного воина, несущего возмездие, — тоска послышалась в его голосе, прежде чем Ренат продолжил: — Мой господин дал мне имя, назвав Дланью Возмездия, и я следовал пути, что он определил для меня. Сражался вместе с ним в первых рядах, сокрушая орды хаоса и зла. Я служил ему и не знал ничего, кроме служения, не представляя, как я могу быть иначе, ведь мой господин вложил в меня лишь такой смысл. Сражаться, бороться со злом и уничтожать скверну — быть Дланью Возмездия.       На несколько мгновений ангел замолчал, погрузившись в себя, и Адар взволнованно заглянул в его лицо, уже не радый своему интересу. Но это не было праздным любопытством, он хотел лучше познать и узнать своего возлюбленного. Разделить его боль и скорбь — по коротким упоминаниям и воспоминаниям, звучавшим раньше, Адару показалось, что прошлое любимого полнится сожалениями, которые ему не с кем разделить. Которые отягощают усталый дух ещё больше, и Адар по-настоящему хотел разделить это тяжёлое бремя вместе с ним. — Свой главный бой я проиграл, так и не начав его, — Ренат тягуче вздохнул после долгого молчания. — Я опоздал и не сумел защитить своего господина. Он был убит, и его смерть стала большим горем для всех Небес*. Большим позором для его свиты, ведь мы оказались слабы и недостаточно хороши, чтобы предотвратить падение нашего мастера. Мы разбрелись каждый своей дорогой, и я остался один, потерянный и не знающий, что делать дальше. Ведь я умел лишь сражаться и служить. И тогда госпожа моя Иомедай обратила на меня свой взор. Взяла в свою свиту и нарекла своей Дланью. Сделала меня герольдом, оказывая великое доверие. С ней я начал познавать новые и непонятные для меня стороны существования, ведь я стал гораздо больше общаться со смертными не только как ведущий их в бой генерал. Они наполнили меня смыслом, а затем появился ты, мой Защитник, и моя жизнь изменилась окончательно. Но и вас я подвёл, и теперь я не то чтобы знаю, кто я. Я всё ещё чувствую связь со своей госпожой, но она не ищет меня. Она признаёт, что я всё ещё жив и существую, но кажется, она отвернулась от меня. Разочарована ли она? — как бы там ни было, я думаю, что я заслужил всё это.       Трогательное сострадание отразилось на лице Адара, прежде чем он, всхлипнув, придвинулся вплотную, в доверчивом уязвимом жесте обвив руками твёрдую фигуру ангела. Тот удивлённо моргнул, отгоняя пелену, и улыбнулся одновременно печально, но с великой нежностью. Тепло ответил на объятие, наклонившись к Защитнику, и негромко произнёс: — Я больше не Длань Наследницы. Не герольд и не воитель. Я не справился с тем, для чего был создан. Но ты подарил мне шанс на искупление. Ты подарил мне новую жизнь. Поэтому я взял себе смертное имя и теперь могу называться только им. Я хочу найти себя, я хочу познать смертных. Я хочу быть с тобой, моё сердце. — Я покажу тебе весь мир, — от переизбытка эмоций, Адар всхлипнул, пряча слёзы на широкой груди ангела. — Ты нужен не только чтобы сражаться. Ты прекрасен, и я люблю тебя так сильно. Мне так жаль, что пережил столько боли. — Теперь у меня есть ты, — Ренат ласково поцеловал Защитника в тёмную макушку. — С тобой я впервые познаю, что значит быть счастливым. С тобой у меня есть то, чего никогда не было, о чём я не мечтал никогда. И ради тебя я готов преодолевать последствия своих ошибок и нести тяжёлое бремя искупления за них. Потерять себя и найти вновь — ты дал мне надежду, которая помогла найти цель и наполнить смыслом. И никогда я не чувствовал себя более живым и настоящим, чем с тобой.       Адар прижался ближе, и Ренат заботливо укрыл его своими объятиями. Выпустил крылья, скрывая за их тёплым коконом. Он больше не мог быть чьей-то Дланью, ведь Длань Возмездия ушёл в забвение, наказанный за гибель господина, а Длань Наследницы погиб в плену лорда демонов. Теперь же был просто Ренат — пытающийся познать и понять смертных странник. Помогать им и защищать их, именно в этом находя, наконец-то, своё настоящее призвание. Находя бесценное сокровище, своего прекрасного возлюбленного, с которым он с большим желанием и радостью разделит этот долгий путь.