Взрослые люди

«Саш? Але! Короче, го снова встретимся? Давно уже не виделись, я уже забыл, как к тебе подкатывать.» Смешок в конце заставил даже поверить в то, что Рома смутился от долгой разлуки. Прислал несколько голосовых, где рассказывал, как и где живет, что приехал в город к Саше на работу и заодно решил заскочить. Карьера ютуберов закончилась, оба разъехались по разным городам ради своих работ и как-то потеряли лички друг друга среди коллег и новых друзей. По телу прошлась приятная ностальгия о былых временах, когда они друг друга называли по никам в майнкрафте, что-то бегали, дурачились… И выросли. Похоже, все-таки выросли. Красочные моды и родные пиксели сменились ежедневной рутиной, слишком быстро ставшей привычкой. И эта серость на удивление не пугала. Она была страшно умиротворенной и заманчивой. Почему? Странно… В любом случае Рома остался в сердце где-то в глубине и, внезапно появившись через долгое время, снова заставил чувствовать себя… живым, что ли. — Да, давай, давно не общались. Ща адрес напишу, можешь прям сегодня вечером приехать. Угощу жареной картошкой, — «крошка-картошка», «дружочек-картошка»… Глупо и по-детски, но мило и приятно. Саша даже забыл, что Рома его так называл. Если б не эта картошка, возможно, он бы окончательно повзрослел умственно. Точнее, умственно он так и так повзрослел, но только детское веселье не дает людям стать ебаными душнилами. Как же глупо было иногда вдруг вспоминать о подкатах Ромы. Да, сложно было в такие моменты объяснить свое хихиканье на рабочем заседании после витаний в облаках… Он положил телефон на соседнее сидение, взялся второй рукой за руль и поехал дальше по дороге. День только начался, до вечера работать и работать, а мысль о встрече уже грызет мозги и соблазняет уехать нахрен.

***

Ритмичный и игривый стук в дверь вывел из мыслей. После работы уставать уже привычка. Сидеть, вдуплять пять минут в стену, думать о ерунде или мелких драмах в жизни. Саша подошёл к двери, открыл и увидел лыбящегося Ромку. Время его как будто не затронуло. Такой же весёлый и активный. — Здаров, — рукопожатие заметно дольше и крепче, чем когда-то. Они реально так давно не виделись. Может времени прошло относительно немного, но за такую вечность было слишком много переосмыслений, отсутствия какого-либо контакта и прочее. — Привет. Переночевать в новом городе негде и ты ко мне завалился? — Саша оживает, неосознанно улыбаясь в ответ, а потом они хлопают друг друга по спине и проходят в гостиную. — Да, сла-день-кий, — по телу прошлись мурашки. Это заезжанное прозвище, ставшее вторым именем Саши, чуть не затерялось в архивах мозга окончательно. — Не называй меня так, — естественно он просто отшутился. Смущение давно прошло и было уже слоно детским каким-то, подростковым. Саша бы не отказался, чтобы Рома прошелся по всему списку прозвощ и подкатов, лишь бы утонуть в ностальгии и вспомнить те самые времена. — Время идёт, а ты все не привыкнешь? — Ну, между прочим, кроме тебя меня никто так больше не называл, — он идёт ставить чайник, пока Рома садится на диван, реально чувствуя себя как дома и морально, и физически: ноги с одной стороны, башка с другой. Вверх тормашками смотрит, как на кухне хозяйничает Саша. — Не нашел ещё девушку? Емае, а я думал я один не смогу ничем похвастаться перед тобой. — Говоришь так, как будто она мне в подарок к квартире должна была идти или по окончанию универа. Рома усмехнулся, вытягиваясь как кот. Вкусный чай дополнил беседу о жизни, потом о всякой ерунде. Обсуждали ютуб, что было и стало, что кто планирует. Покрысятничали и договорились никому не говорить, поржали. В принципе, их разговоры и не изменились с тех пор. Душевно и атмосферно. Стоило снова заговорить про майнкрафт, как оба вспомнили, что с компов никто ничего не удалял, не менял, решили снова поиграть как-нибудь. Вспомнилось и шипперство, как рисовали кривые фанарты, наивные фанфики и донатили временами с этими дурацкими вопросами и запросами. Снова не сдержалась улыбка. — Забавно кстати, но я чуть ли не реально был влюблен. Как-то раз даже почти решился написать типа го встречаться, — Рома хмыкнул и, словно просто рассказал анекдот, спокойно поставил пустую чашку на стол. — Неожиданно. Сейчас, что ли, все? Ушла любовь, завяли помидоры? — Саша попытался мгновенно переварить информацию и свести тему на нет, но напряжение уже было в воздухе. Подкралось незаметно и стало необратимым, внезапно поменяв атмосферу с такой домашней на какую-то драму. В голову не лезли мысли о чем ещё можно поговорить, поэтому, лишь бы не молчать, пришлось говорить то, что было на уме. — Я, так-то, тоже. Как идиоты, наверное, стеснялись друг друга, — открыться ему можно было в чем угодно, но не в этом, а пришлось. И вроде можно было уже замолчать, забыть то, что давно прошло, продолжить о ютубе, но Рома улыбаться перестал. На секунду замолчал, а потом снова усмехнулся и опустил взгляд в пол. — Че, больше не ведёшь канал? У меня просто слетели данные, я новый аккаунт создал, — сделать вид, что Саша не заметил этой мимолетной реакции, получилось, но игнорировать это потом было сложно. Рома друг и всегда им являлся, хотя иногда получалось так, что он был роднее матери. Поддерживал, помогал, смеялись вместе над чем-то, ходили в гости и геройствовали, приезжая в другой город только ради друг друга. Может и были какие-то шаловливые мысли на ночь, но такое слушать не стоит, мозг в два ночи всегда брехню несёт. За окном совсем стемнело, но Рома уверял, что если Саше завтра рано вставать, то лучше он уйдет сейчас, чем утром будет вставать раньше петухов, чтобы выйти и потом не париться с оставленным ключами под ковриком или вовсе незакрытой квартирой. — Да не то чтобы прям рано. Так, проснуться раньше обеда. Думаю, ты успеешь проснуться перед моим уходом, — Саша потянулся. Чай давно допит, уже третий пакетик, и организм согрелся и решил, что девять часов очень подходят для сна. Завтра работа, домашняя рутина, работа. Настолько засиделся с Ромой, что и забыл, какая у него теперь жизнь. Другая. Стало как-то паршиво. — М, ясно. Не волнуйся, если меня разбудят отсосом, я встану моментально, — чай Саша, конечно, допил, но все равно поперхнулся и закашлялся, уже совсем забыв об особом юморе Ромы. Либо он до сих пор не привык, либо уже отвык. Впрочем не важно, все равно по итогу фигеет с его выкидонов. — Сосу только по любви, но уже увы, — шутка на шутку, все, конечно, весело, но как будто снова о том, о чем бы не хотелось. — А что, у тебя совсем ничего не осталось ко мне? — Рома улыбается и смеётся, сонно протирая глаза и тоже зевая. Вопрос ребром, и Саша даже удивился, почему не может сходу ответить на него, поэтому решил тоже продолжить потягиваться, отдаляя колкий момент. Даже если и осталось, слишком хардкорно говорить о чем-то. А вдруг невзаимно? Вдруг осталось что-то только у Саши? Дружбу обрывать не хочется, ведь после вдруг невзаимных признаний продолжить будет сложно, а они и так давно не общались. Столько ещё рассказать охота… — Ну если ты со мной своей любовью поделишься, может что-то и возродится, — перекладывание ответственности штука грязная, но так не придется придумывать неловкие отмазки и шутки, мол, уже всё… Не всё ведь. Прошло ещё не всё, не завяли эти помидоры, но уверенности в таком же «урожае» от Ромы не было. В любом случае, отвечать первым Саша не был готов. Взрослость взрослостью, но в груди стало волнительно как в первом классе у доски. Он тоже не ответил сразу. Какая, однако, острая игра. Ходить по лезвию опасно и азартно, как будто всю жизнь поставил. — Ну может и осталось. Капельки хватит, дружочек-пирожочек? — он улыбнулся, улегся на диван и одной рукой закрыл лицо подушкой от света, похоже, уже готовясь спать. Ну и хорошо, можно не беспокоиться, что Рома увидит волнение на лице. Можно тихо выдохнуть, бегло осмотреть его волосы, одежду… всего. Всего хотелось осмотреть. Вот его не было, вот он появился. Пришел, оживил и напомнил, почему Саша скучает по этому привычному смущению. И вроде человек родной, тот самый, которого ищешь, годами растишь и растешь вместе с ним, а потом понимаешь, что можешь доверить ему как самую сокровенную тайну, так и самое постыдное, что было в твоей жизни. Вообщем тот, кого ты пустил в уголок разума, куда самому заходить тошно и неприятно. Сиамский человек. Но страшно. Давно такого не было... Тишина затягивалась. Неловко хмыкнув, Саша встал и пошел за пледом и подушкой. Нет, этот разговор надо закапывать. Сейчас пройдет минуты две и никто о ней даже не вспомнит, а завтра и подавно. Надо только сменить тему... - Саш, че как семиклашка? Любишь меня или мне как в фанфиках придется ханахаки болеть? Саша вздрогнул, а потом как то на удивление спокойно повернулся к Роме. Он так легко признался в любви? Ну, это же прямой намек, да? И ведь реально, что это Саша как ребенок? Давно пора бы перерасти это идиотское волнение и решать вопросы прямо, говорить без увиливаний и двойных смыслов. Как взрослые люди, которыми они давно должны являться. - Ну... Пока мозг медленно осознавал, что надо реально перестать тупить и успокоиться, сердце колотилось как бешеное... А хотя... Какая разница, кто там кого любит-не любит, если оба все равно продолжат общаться. Это же Рома, родной человек. Да и... Чего волноваться, если Саша тоже любит. Усмехнувшись себе под нос от собственного идиотизма он расслабленно посмотрел на разгельдяя на диване и расплылся в улыбке. - Ну конечно да.