София не прекрасная

Это был самый обычный день. Хотя нет, наступили весенние каникулы. Моя двоюродная сестра Настя приехала из своей закрытой школы, в которую всегда отправлялась с нереальным рвением, и сейчас мы просто гуляли по городу. Меня зовут Соня, я живу в Краснодаре, у меня карие глаза и каштановые волосы. И все эти черты лица от моей прабабушки Полины. Как и у Насти. Мы с ней на одно лицо. Еще у меня есть троюродная сестра, Анжелика. Ее отец ученный, и она также является нашим близнецом. Только волосы белые. Вообще, это очень интересный случай генетики, но я пока что не сильно разбираюсь. Мне ведь только 11, и я только начинаю изучать биологию. — Так, ты у нас на неделю? — я поворачиваюсь к Насте. — Да, лишь на неделю. И Анжелика тоже к нам присоединиться, но завтра. Она заболела в дороге. Настя и Анжелика учатся в одной школе за границей, в которую меня не пускают. Хотя меня приглашали. Там она какая-то специальная, но мне так и не сказали, чем. — Эх, жаль меня не пустили... Я застываю. На периферии зрения мелькает что-то синее и заставляет меня остановиться. Я поворачиваю голову в сторону храма. Неизвестное чувство заставляет подойти ближе к зданию, к которым я обычно не бежала. — Сонь, ты чего? — я не вижу лица Насти, но могу предположить ее непонимание. — Сонь. Нам идти нужно. — Подожди немного, — говорю я сестре и подхожу к забору. На декоративных камнях в самой отдалённой части территории что-то есть! Я пролажу внутрь через забор — я низкого роста и тощего телосложения, что помогает мне проскользнуть меж прутьев. — Сонь! Ты что творишь?! Моя правильная сестра запаниковала, но я точно знаю, что делаю... Или чувствую. Я подхожу к декорации, камни поставлены небольшим колодцем, внутри которого находится сверток. Я смотрю по сторонам, чтобы найти того, кому он принадлежит. Но вокруг никого. — Соня, пошли. Я сейчас без тебя пойду, — я не обращаю внимания на возмущения сестры, и ведомая неизвестным наитием, я беру сверток. Решив больше не мучить сестру ожиданием, я, все еще ведомая тем же чувством, кладу сверток в рюкзак, с мыслью распаковать дома. — Да иду уже! Ты так нетерпелива. Я возвращаюсь на дорогу к Насте. — Действительно. Ты залезаешь на охраняемую территорию, и я должна быть спокойна, — ее лицо отражает смесь эмоций. Гнев, нетерпение, беспокойство. — Не сильно ты об этом думала, когда мы по заброшке за нечистью гонялись. Да, что я, что Настя, что Анжелика объединены двумя интересами, что сделало нас такой дружной компанией: музыка и мистика. Если с первым все понятно, каждая из нас умела играть на одном инструменте, то с мистикой все не так просто. — Ладно, ты права. Но пошли скорее, каникулы не резиновые, — Настя являлась заводилой в нашей команде. Весь ее вид отражал веселое нетерпение. Идём, идём. Не могу же я лишить тебя радости покататься на аттракционах. Со смехом мы движемся в сторону парка, куда так рвалась моя сестра ради американских горок. *** Я захожу в дом. На улице уже темнеет, и меня за это отчитают. — Соня. Ты почему так поздно? Из зала, смежного с кухней, послышался голос отца. — Я была с Настей, — безэмоционально сказала я, заходя в зал, — она, как всегда, хотела подольше побыть на горках. Ты же ее знаешь. — Как вас пустили? Вы же еще дети, — мамин голос был не менее строг. — Мы были лишь на тех, где позволяло возрастное ограничение, — все тем же тоном говорю я. — Ладно. На сегодня прощаем, ты вышла отличницей в этой четверти. Но не думай, что так будет всегда, — отец сказал это снисходительно, на его лице теперь меньше раздражения. — Благодарю. Могу я идти в свою комнату? — Иди, — и вновь родители ушли в свой диалог, а я ушла в комнату напротив кухонного стола, за которым они сидели. Аккуратно закрыв дверь на замок, чтобы этого не было слышно, я достала свёрток из рюкзака. Бросив еще один взгляд на дверь, чтобы убедиться в том, что меня не слышно, я начала его разворачивать. Едва касаясь шумной бумаги, я наконец увидела содержимое. Это была синяя книга в бархатном переплете, в центре расположен желтый знак. Нахмурив брови, я открыла первую страницу. «Эта книга — собственность правящей семьи Царства Снов (Баку, Пожиратель снов)». Я усмехнулась. Завела себе интригу на пустом месте, а это всего лишь сказки. Имея большой опыт в попытке связаться с потусторонним, я пришла к выводу: мистика приходит не по вызову, не случайно, а лишь когда ей что-то надо. И один раз была ситуация, когда я прикоснулась к миру мёртвых. Но там я реально была необходима, а тут... Я закрыла книгу и убрала ее в ящик. Завтра же отнесу ее на место. Надо было догадаться. Давно пора перестать бегать за тем, что не хочет быть пойманным. Пора заканчивать вызывать духов, ходить по заброшкам, пора взрослеть. Так говорят родители. И может, они правы. Я посмотрела на часы. Я провела в своих мыслях дольше, чем предполагала. Уже 10:32, полчаса, как я должна спать. Поэтому я ложусь в постель, накрываю себя одеялом с головой и засыпаю, все еще думая о том, что пора бросать дело с мистикой и взрослеть. *** Я проснулась среди ночи. В окно проникал лунный свет, а в душу — беспокойство. Что-то было не так. В доме было странное свечение. С легким страхом я встала с кровати и медленно открыла дверь в зал. На кухонном столе лежала та самая книга. Я обернулась назад, бросив взгляд на ящик и обратно. Как она здесь оказалась? — Мам? Пап? Никто не откликнулся. Мои родители не могли уехать, не предупредив меня. Может, не проснулись? Но они просыпаются от каждого лишнего шороха. Я осторожно делаю несколько шагов вперед, к книге. И вдруг резко слышу хлопок. Резко вздохнув, я поворачиваюсь на шум и вскрикиваю от испуга. Передо мной стоит женщина в костюме монахини, глаза черные, лицо бледное. Я отбегаю к столу, к книге. Как такое может быть? Это же копия персонажа фильма The Nun! Она не может существовать! Я отвожу взгляд к своей комнате и вскрикиваю вновь. Оттуда выглядывают четыре куклы, тоже из разных фильмов. — Этого не может быть! Это сон! Я сажусь под стол — вокруг появляется все больше и больше разных существ, наводящие на меня ужас. 10, 15, 20!! Их все больше! Они окружили мое укрытие, монахиня тянется к книге, но я набираюсь смелости вылезти из-под стола и забрать ее первой. Не знаю, почему. Наверно, потому что монахиня точно задумала что-то недоброе. Прижав книгу к себе, я вновь прячусь под столом. В этот миг за пределами круга появляется еще одно существо. Он сразу приковывает мой взгляд. Белые короткие волосы, чёрно-белые рога, бледная кожа, чёрные круги вокруг глаз и зашитая широкая улыбка. Он бросает на меня насмешливый взгляд, после чего переводит взгляд на духов. — Эта книга — лишь плод воображения девчонки. А вам запрещено в него вторгаться. Проваливайте поскорее. Голос грубый, слегка демонический, а остальные переглядываются. — Мы еще вернёмся, — сказала монахиня и исчезла первой. За ней остальные. Я опасливо выглядываю из своего укрытия. В зале остались только я и этот дух. Но и он доверия не внушает. — Тебе повезло, — он усмехается, садясь на корточки передо мной, — глупая девчонка. — Ты кто?.. — в отличие от него, я совсем не могу усмехнуться. Мне страшно до чёртиков. — Я? Баку, Пожиратель снов. А тебе пора просыпаться, — дух щёлкает пальцами. — Погоди, что?.. Это всё, что я говорю, прежде чем проснуться на кровати в холодном поту со сбитым дыханием. Я подбегаю к ящику, книга на месте. Я выдыхаю, сама не понимая, за что переживала. Хотя, наверно, стоит. Ведь, как я и говорила, мистика приходит лишь тогда, когда ей что-то нужно. И возможно, этой книге что-то нужно от меня. *** Я выхожу в зал, все так же опасливо оглядываясь, все ещё не отойдя от сна. — Соня, все в порядке? — родители сидят за кухонным столом, а мамин взгляд говорит о хорошем настроении. — Мы сегодня уезжаем в командировку, — отец поднял на меня глаза. Конечно, они рады, что я не буду им мешать во время поездки, — мы приедем через две недели. Где деньги, ты знаешь. Я киваю и снова ухожу в свою комнату. Мои родители часто уезжают, для меня это не новость. И я привыкла справляться в это время самостоятельно. Но в этом есть и плюс: я могу пригласить Настю на всю неделю! Смогу ей рассказать о книге, о новом знакомстве и о том, во что я вляпалась. *** За окном еще было светло, но уже был вечер. Поставив чайник кипятиться, я звоню Насте. Анжелика не очень любит подобные тусовки, поэтому мы перестали ее звать. — Алло, Сонь. Дай угадаю, ты хочешь позвать меня к себе? Я улыбаюсь. Настя — непризнанный гений нашей компании, и очень приятно, что она так легко догадывается. — Я тебе хочу кое-что рассказать, когда ты придёшь? Я не могу разделить хорошее настроение сестры. Ночное происшествие висит камнем на моём сердце. — Уже иду. Три коротких гудка. Вызов сброшен. Я выдыхаю, пытаясь себя успокоить. Я сажусь напротив своей комнаты за кухонный стол. Тревога проникает в сознание, отравляя восприятие происходящего. И вдруг свет начинает мигать. Нет, не перебор напряжения. Она мигала, как вне себя. И в один из моментов в коридоре виднеется фигура. Фигура монахини из сна. Я вскрикиваю и убегаю в свою комнату, закрыв дверь на ключ. Сердце в груди бьет по ребрам, я едва нахожу силы дышать. Проходит одна минута. Вторая. Десять. Всё тихо, пока не раздается стук в окно. Я выдыхаю. Этот стук мне более чем знаком. Отодвинув занавеску, я смотрю в глаза сестры, которая уже успела прийти. Помахав ей в ответ, я с опаской выхожу из комнаты. В комнате никого, но есть следы поисков. Она пыталась найти книгу. — Оу, обычно у тебя здесь прибрано, — Настя, ни о чем не подозревая, заходит в дом, но выражение её лица меняется, когда она видит меня. — Что с тобой? Я смотрю перед собой. До меня доходит осознание того, во что я впуталась, просто подобрав сверток на камнях