Жена инспектора Тиа Тха

После свадьбы Мангкорн был переведен на постоянную службу в полицейское управление города Чиангмай. Сначала он планировал завершить все дела в Чианграе, чтобы ничего не оставлять незавершенным. Но его муж, Тиа Тха, не мог смириться с разлукой. Не прошло и трех дней, как инспектор, полный решимости и изобретательности, отправился за ним, приводя тысячу причин, чтобы убедить любимого переехать в Чиангмай как можно скорее. Причина первая: «Я не смогу жить, если не буду видеть тебя каждый день». Причина вторая: «Если я не смогу приехать в Чианграй, разве я не умру от тоски?» Причина третья: «Я хочу обнимать тебя каждую ночь, и точка!» Мангкорн, хоть и серьезный полицейский, не мог устоять перед капризами своего мужа. Кто бы мог подумать, что суровый Тиа Тха, которому уже тридцать четыре, станет таким романтичным супругом? – Можно мне сегодня вечером пойти погулять с Канином и ребятами? – спросил Тиа Тха, глядя на Мангкорна с надеждой. – Конечно, можно. Я ведь не запрещаю, – ответил тот с улыбкой. – Спасибо, жена разрешила. Но я вернусь не позже полуночи, – пообещал инспектор, нежно касаясь щеки мужа. – Только не флиртуй с девушками, ладно? – Ни за что. В прошлом я был бабником, но теперь я знаю, что у меня есть ты, и мне больше никто не нужен. – Я доверяю тебе, Пи Тиа, – сказал Мангкорн, ведь со дня свадьбы его муж ни разу не дал повода для сомнений. – Тогда я пойду. Но если что, я готов отчитываться за каждый шаг. – Не нужно настолько, – рассмеялся Мангкорн. Вечером Тиа Тха отправился в популярный ресторан в районе Нимман. Веселая музыка заполняла зал, за столом собрались его друзья. Инспектор выглядел непринужденно, смеялся и разговаривал, но мысли его были только о том, кто ждал его дома. – Тиа, ты после свадьбы как будто другим человеком стал, – заметил Канин. – Раньше вокруг тебя девушки толпами ходили. – Женись, и сам поймешь, – усмехнулся Тиа Тха. – Пхувин, наверное, тоже счастлив, – добавил он, намекая на их общего друга. – А я счастлив быть холостяком, – отмахнулся Канин. – Жизнь без брака – это свобода! – Правда? И тебе все равно, с кем быть – с женщинами или мужчинами? – Ну, не совсем. Но женщины мне ближе. – А как насчет Надона? – Не упоминай его, ладно? Между нами ничего нет, – резко оборвал Канин, бросив взгляд в сторону. – Ну, как знаешь, – Тиа Тха улыбнулся, но в его глазах мелькнула искорка. В мыслях он уже представлял, как вернется домой к своему Мангкорну, предвкушая теплый вечер. Друзья привыкли не лезть в личное пространство друг друга, поэтому Тиа Тха, словно отмахнувшись от темы, снова сосредоточился на бокале перед ним. Когда-то он был заядлым любителем выпивки, но теперь даже половина бокала оставалась нетронутой. Вскоре девушки с соседнего столика начали бросать на него взгляды. Его уверенная осанка и привлекательное лицо притягивали внимание, как магнит. Одна из них, с бокалом вина в руке, решилась подойти. – Могу я пригласить вас поднять бокал? – её голос звучал мягко, но в нем сквозила решительность. Тиа Тха улыбнулся, поднимая руку, чтобы показать кольцо на безымянном пальце. – Извините, но я уже женат. Канин, сидевший рядом, прищурился, не ожидая такой прямолинейности. Девушка растерялась, кивнула и, смущенно улыбнувшись, вернулась к своему столику. Однако её неловкость вызвала новый взрыв смеха среди друзей инспектора. Тиа Тха, словно ничего не произошло, достал телефон и начал проверять сообщения. Затем набрал номер. – Почему он не отвечает? – пробормотал он себе под нос. Попробовал еще раз, но снова тишина. – Что за ситуация? Вместо того чтобы жена звонила мужу, ты сам звонишь своей жене! – поддразнил Канин, не упустив шанса пошутить. – И что с того? Я скучаю по своей жене! – с улыбкой ответил Тиа Тха, но в его голосе слышалась искренняя тоска. – Скучаешь, а зачем тогда вышел? Странный ты какой-то. – Если бы не вышел, вы бы сказали, что я слишком привязан к нему. Тиа Тха положил телефон на стол, но взгляд его то и дело возвращался к экрану. Прошло уже тридцать минут, а ответа всё не было. Беспокойство накатывало, как волна. Он снова взял мобильный и проверил сообщения – всё ещё «Не прочитано». – Может, он обиделся? – пробормотал он, пытаясь вспомнить, не совершил ли он какой-то ошибки. После короткого раздумья он снова набрал номер. – Не отвечает, – сказал он чуть громче, чем планировал. Канин, наблюдая за другом, усмехнулся. – Обычно твоя жена не ревнует. Это ты тут всегда волнуешься по пустякам. Но почему ты сейчас так переживаешь? – Если бы он обиделся, то не позволил бы мне уйти, – задумчиво произнес инспектор, но в его голосе звучала тревога. Он тяжело вздохнул, оставив телефон на столе. Однако его мысли были далеко отсюда, где-то рядом с тем, кто сейчас не отвечал. Беспокойство, словно тень, не отпускало его. Инспектор больше не мог наслаждаться вечерним времяпрепровождением. Чем позже становилось, тем сильнее росла тревога. Тиа Тха резко поднялся из-за стола, игнорируя оклики друзей. – Эй, Тиа, ты куда? – Домой. К жене. Всего несколько слов — и всё стало ясно. Даже если его потом будут дразнить, что он боится жену, ему было всё равно. Потому что страх был настоящим. На дорогом автомобиле он добрался до дома за десять минут, но каждая секунда пути казалась вечностью. Волнение захватывало его разум, не оставляя места ни для чего другого. Как только машина остановилась в гараже, Тиа Тха стремительно кинулся в спальню. Дверь распахнулась, и его взгляд тут же нашёл его. Мангкорн мирно спал на кровати, а телефон рядом с ним беззвучно вибрировал и показывал пропущенные звонки. Сердце инспектора замерло, но вскоре он почувствовал облегчение. – Он просто спал… – Я, наверное, схожу с ума. Тихий смешок сорвался с его губ. Он смеялся над своей нелепой тревогой. Любимый был дома, никуда не исчезал. Но его беспокойство превратило обычную мелочь в огромную проблему. Муж медленно опустился на кровать, его крепкие руки обвили стройную талию жены, который мирно спал. Его дыхание было ровным, лицо, спрятанное в подушку, слегка повернуто, открывая длинные ресницы, что казались почти нереальными. Тиа Тха смотрел на любимого, его губы тронула слабая улыбка, а в груди разлилось странное, но приятное чувство – смесь тепла и глубокого удовлетворения. Большая рука осторожно провела по мягким волосам, словно боясь потревожить сон младшего. – Я люблю тебя, Мангкорн, – прошептал он, голос был тихим, но наполненным искренней нежностью. – Хм?.. – раздался слабый, едва слышный ответ. Тиа Тха, не дожидаясь его полного пробуждения, прижался носом к ароматной щеке, украдкой касаясь губами. Но его маленькая шалость не осталась незамеченной – Мангкорн слегка пошевелился, его ресницы дрогнули, а затем начали медленно подниматься, открывая сонные, но всё же внимательные глаза. – Когда ты вернулся, Пи Тиа? – хотя голос был тихим, почти шёпот, но звучал так, словно он ждал его всю жизнь. – Только что. Ты так сладко спал, что я не хотел тебя будить, – ответил инспектор, мягко касаясь его носа большим пальцем. – Я звонил тебе, но ты не отвечал. Я уже начал беспокоится. – Прости, Пи Тиа. Не стоило так торопиться возвращаться, – пробормотал он, потирая глаза и выглядел настолько мило, что Тиа Тха не удержался и оставил лёгкий поцелуй на его лбу. – Я не злился, просто скучал по тебе, – слова прозвучали так просто, но так искренне, что Мангкорн почувствовал, как его щеки начинают гореть. Младший отвел взгляд, стараясь избежать его любящего взгляда, и тихо пробормотал: – Я всё ещё хочу спать... – Хорошо, – мягко сказал инспектор, притягивая его ближе, – тогда спи. Я просто хочу держать тебя вот так. – Пи Тиа, ты когда-нибудь перестанешь быть таким влюблённым? – голос Мангкорна звучал почти игриво, но в нём чувствовалась искренняя нежность. – Только если ты этого захочешь, – ответил он, не отрывая взгляда от его лица. – Нет, – прошептал он, улыбнувшись, – я хочу, чтобы это продолжалось вечно. Мангкорн чувствовал, как тепло его любви окутывает его каждый день. Этот человек никогда не причинял ему боли, проявляя только заботу и доброту. Он пообещал себе, что будет для него лучшей женой, какой только сможет быть. – Тогда давай спать, ладно? – его голос был тихим, почти убаюкивающим. Мангкорн ничего не ответил, лишь кивнул и снова устроился на широкой груди мужа, позволяя себе погрузиться в сон. Этой ночью Тиа Тха ещё раз напомнил себе, что нет ничего важнее, чем человек в его объятиях. Ловкий хищник, каким он когда-то был, теперь превратился в приручённого тигра, обретшего своё счастье.