Мистический случай в Зайчиково

Снег валил над тайгой, густой, непроглядный. Он не падал, а скорее ебашил люто, застилая горизонт белой пеленой, стирая четкие грани между деревьями и небом. В поселке Зайчиково, приютившемся у самого края этого снежного царства, царила особая, напряженная тишина. Даже скрип снега под ногами редких прохожих казался приглушенным, будто сама природа затаила дыхание. Тучи сгущались над Зайчиково, приобретая зловещий, свинцовый оттенок. Они не были похожи на обычные зимние облака, несущие лишь мороз и снег. Они нависали над покосившимися избами, над дымящими трубами, над замерзшей рекой, будто что-то страшное скоро вот-вот должно произойти. В домах, где еще горел свет, люди чувствовали это предчувствие. Оно проникало сквозь толстые стены, сквозь закрытые окна, оседая в сердцах тревожным холодком. Молодежь, обычно шумная и беззаботная, притихла, прислушиваясь к завыванию ветра, который теперь звучал не как обычная зимняя песня, а как протяжный, тревожный вой. Казалось, сама природа готовится к чему-то грандиозному, к переломному моменту. Тучи над Зайчиково не просто закрывали солнце, они давили, сжимали, словно пытаясь выжать из поселка последние капли спокойствия. В этот вечер никто не ложился спать рано. Люди сидели у окон, прислушивались к каждому шороху, к каждому порыву ветра. В их глазах отражался страх, но и какая-то странная, неведомая сила. Они ещё не знали, что Зайчиково – это не просто поселок, а место, где границы между мирами тонки, и где тайга может показать свой истинный, могучий нрав. Раннее утро окутывало лес густой, непроглядной тьмой. Антон шел по узкой, едва заметной дороге, ведущей к поселку. Снег, выпавший за ночь, покрывал все вокруг пушистым, искрящимся одеялом, заглушая звуки и создавая ощущение нереальности. Ветер, сильный и пронизывающий, завывал в ветвях вековых елей, словно предупреждая о чем-то. Антон плотнее закутался в ворот куртки, пытаясь уберечь лицо от ледяных порывов. Холод пробирал до костей, но он не замедлял шаг. Впереди, в поселке, его ждала Катя. Их обычная утренняя встреча перед школой, ставшая уже такой привычной и такой важной. Мысль о ее теплой улыбке, о ее смехе, о ее жопе… (кхм кхм, простите, что? Последнее уж точно Антон добавил), грела его изнутри, придавая сил. Иногда Антон останавливался, прислушиваясь. Казалось, что где-то в глубине чащи мелькает чья-то тень, или слышится шорох, но это, скорее всего, игра воображения, навеянная темнотой и одиночеством. Он знал этот лес, знал его тропинки, но сегодня, в этой предрассветной мгле, он казался немного другим, более таинственным. Ветер усиливался, бросая в лицо колючие снежинки. Антон ускорил шаг, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Скоро. Еще немного, и он увидит огни поселка, а затем и дом Кати. Он представлял, как она будет стоять, ожидая его, как ее глаза загорятся радостью, когда она увидит его приближающуюся фигуру. А ещё она наверняка даст ему пезды как обычно за просто так. Он шел, погруженный в свои мысли, в предвкушении встречи. Каждый шаг приближал его к теплу, к свету, к Кате. И даже этот пронизывающий ветер, этот заснеженный лес, казались лишь частью их маленького утреннего приключения, которое они переживали вместе, каждый день, начиная свой путь к знаниям. Наконец, сквозь деревья показались первые, тусклые огоньки поселка. Антон почувствовал облегчение. Он почти у цели. Ветер все еще свистел, но теперь он казался менее враждебным, скорее, он был свидетелем его пути, его решимости добраться до любимой. - Я думала тебя там волки съели, - первое, что сказала Катя, когда они встретились, - я вообще-то мёрзну тут стою. Антон поцеловал ее в щёчку и спросил: - А чё в дом не зашла? Катя задумалась, но потом быстро ответила: - Не еби кастрюлю с утра пораньше. Пойдем, а то ветер что-то поднялся. Ветер выл, словно дикий зверь, трепал их одежду, забивался под воротники, заставляя съеживаться. Снег, мелкий и колючий, летел горизонтально, превращая проселочную дорогу в размытую белую полосу. Антон и Катя шли рядом, плечом к плечу, но между ними, казалось, была такая же непроходимая стена, как и вокруг них – стена ветра и снега. - Как настроение? Выспалась?, - крикнул Антон, стараясь перекричать буйство стихии. Его голос звучал глухо, почти теряясь в свисте. Катя лишь кивнула, прикрывая лицо шарфом. Ее глаза, обычно такие живые и выразительные, сейчас были прищурены, пытаясь разглядеть что-то сквозь пелену снега. Она попыталась ответить, но слова застряли в горле, унесенные порывом ветра. - Знала бы какая погода сегодня, лучше б спала дальше! Они шли уже давно. Дорога казалась бесконечной, а дома по обочинам – лишь темными, призрачными силуэтами, склонившимися под натиском непогоды. Каждый шаг давался с трудом, ноги проваливались в рыхлый снег, а холод пробирал до костей, несмотря на теплую одежду. Антон протянул руку, и Катя тут же вложила свою. Их пальцы сплелись, и это простое прикосновение стало якорем в этом бушующем мире. Тепло их рук, казалось, было единственным, что могло противостоять всеобщему холоду. - Как дела?, - снова попытался Антон, но его слова утонули в очередном яростном порыве ветра. Он посмотрел на Катю, и в ее глазах увидел то же самое - желание сказать, поделиться, но невозможность. - Что?, - крикнула она, - как елда? - Нет!, - пытаясь перекричать ветер говорил Антон, - из-за ветра плохо слышно. - Не слышу ни слова, громче! - Готова к сегодняшним урокам!?, - снова спросил Петров. Катя недоуменно глянула на него. - Да громче говори, не слышу нихуя, - сказала она. - Да соси вялого, мандавошка глухая. - Ахуел штоль? Я тебе в школе такого вялого покажу. - То есть это ты услышала? Отлично! Они шли дальше, молча. И вот наконец показалось здание школы. Быстро забежав, парочка расслаблено выдохнула. Раздевшись в гардеробе, Антон и Катя пошли к кабинету русского. - Ну и ветерок, - произнес Антон, - я пока шел до тебя, подумал что меня вот-вот унесёт в изумрудный город. Интересно, а почему учебу не отменили из-за такой погоды? Ставлю жопу Бяши, что деректор забил хуй и сам не приехал на работу. - Как будто он до этого приезжал, - сказала Екатерина. Антон прислонился к прохладной стене, его взгляд скользил по узорам на линолеуме. Рядом с ним, чуть склонив голову, стояла Катя, перебирая пальцами ремешок своей сумки. Воздух в коридоре был наполнен приглушенным гулом голосов, смехом и шелестом учебников - обычная предвкушение урока, которое всегда витало перед кабинетом русского языка. - Ну где все?, - пробормотала Катя, поднимая глаза на часы. Стрелки неумолимо приближались к началу урока. Антон пожал плечами. - Рома, Бяша... они всегда опаздывают. А Полина с Алиной, скорее всего, с ними. Да они как обычно: сначала покурить, потом обсудить какую-нибудь хуету. Он знал, что это их обычная компания. Вместе они составляли некий неформальный центр притяжения в своём классе. - Я уже начала думать, что мы одни такие, кто решил пойти на уроки, - Катя слегка нахмурилась. Она не любила пропускать уроки, особенно если их пропускают её друзья. А она нет. Антон и Катя были как два магнита, которые, казалось бы, должны отталкиваться, но вместо этого притягивались с невероятной силой. Их отношения были бурными. Они могли часами обкладывать друг друга хуями, а через полчаса уже оскорблять кого-нибудь другого, забыв обо всем на свете. Антон, с его вечной ироничной улыбкой и склонностью к сарказму, часто подтрунивал над Катиной импульсивностью и ее склонностью к драматизации. Катя же, в свою очередь, не упускала случая подколоть Антона за его педантичность и вечное стремление все разложить по полочкам. Их ссоры были легендарными. Они могли начаться из-за какой-нибудь хуеты, но быстро перерастали в настоящие словесные баталии. В пылу страстей могли прозвучать обидные слова, на которые само собой никто не обижался. Их шутки были такими же острыми, как и их ссоры, но всегда были пропитаны любовью. Они знали, как задеть друг друга, но еще лучше знали, как рассмешить. Их друзья часто удивлялись, как им удается так долго быть вместе, постоянно находясь в состоянии легкого конфликта. Но Антон и Катя знали свой секрет. Они научились ценить эти контрасты, потому что именно они делали их отношения такими живыми. Их любовь была не идеальной, но она была настоящей. Катя, хоть и ругались и шутили друг над другом, но всегда любили друг друга очень сильно. И вот, наконец-то. - Пришли ебать, - сказала Катя, - вы чего так долго? - Да потому что Бяша собирается как девочка, - ответил Рома, - то одно забудет, то второе забудет, то жопу свою забудет. Кароче, мы пока там втроём у него в коридоре стояли, чуть не чокнулись от духоты. - Не гони, на, - противился Бяша, - это вы рано пришли. Тем более, вы сами ко мне напросились, на. - Нуу, вообще-то нет, - сказала Полина, - ты сам сначала Алину впустил, а меня и Рому только тогда, когда тебе Ромка всю дверь обхаркал и грозился вынести стену. Так что тебя никто не заставлял. - Ты чё, мне дверь обхаркал, на!? - А ты хотел, чтобы мы там холода дух испустили?, - спросил Пятифанов, - надо было тебя обхаркать дурака, и батю твоего тоже. И вообще соси бибу. - Если честно, я думала что уроки сегодня отменят, - произнесла Алина, поглаживая злого Бяшу, - лучше расскажите готовы ли вы к учёбе после новогодних каникул? Девятый класс всё-таки, скоро экзамены. - Мне мама рассказала, что с нового года ввели какой-то единый экзамен, - говорила Катя, - подзабыла название только... - Я знаю название, тест на петуха называется, - подсказал Ромка и сам посмеялся в тишине. - Вот ты будешь сдавать тест на петуха, - произнесла Смирнова, - и не сдашь его, сто процентов даю. Там в том экзамене в названии три буквы, на "Г" начинается. - ГИБДД?, - предположила Полина. - Нет! Другое. - ГосНаркоКонтроль?, - гадал Антон. - Да причем тут это? Ладно, в пизду, у нас все равно его проводить не будут, потому что всем похуй, - ответила Катя, - в общем, на счёт экзаменов париться не стоит. - Кстати, у меня есть сюрприз, - заинтриговала все Алина, - только не знаю насколько это "сюрприз", но думаю вам понравится. - Опа, интересно, - сказал Рома, - а этот сюрприз съедобный? - Нет, это скорее новость, - пояснила Алина разочарованному Роме. - Дай угадаю, Бяша в коем то веке сделал тебе комплимент, - попытал удачу Антон, за что наградил себя недовольным взглядом Игоря. - Нет бля, - ответил он, - ваще не это, на! Прозвенел звонок на хренов урок и все стали расходиться. Ну как все, только Алина ушла, а остальные прошли в класс занимать свои места. Кстати, произошло небольшое изменение. Так как Антон была парнем Кати, Лилия Павловна теперь заботилась и о его знаниях тоже, так что ему пришлось переехать на вторую парту и расположиться рядом с Катей. Конечно теперь не полежать, но было в этом и свои плюсы. Только Рома с Бяшей радовались, что сейчас можно просить списывать не только у Смирновой, но и у Антона тоже. - Я не хочу тут сидеть, меня Лилия Павловна жёстко палит здесь, - шепнул Петров своим друзьям, - слушай, Кать, а давай лучше ты ко мне за последнюю парту переедешь? - Нормально все будет, не умрёшь, - ответила она, - тем более мне не разрешат за последнюю парту сесть, экзамены ведь скоро. Да я и сама не хочу. - Ясно, предатель выявлен, - с грустью произнес Антон. - Чего? Тут посидишь пол-года, может за ум возьмёшься. А то там в очке класса уже мхом покрылся, - говорила Катя, попутно записывая за учительницей, - даже Ромка с Бяшей за третьей партой сидят, а ты как изгой общества угнал в самый конец. - А я чо виноват, что это место единственное было свободным?, - спросил Антон, - есть конечно место рядом с Бабуриным, но сама понимаешь. Кто вообще в здравом уме садится на первую или вторую парту? Ты то понятно, а вот Полина? Я бы на месте нее, уже бы разбежался и об стену... И попал бы на платформу девять и три четверти, ха-ха. - Петров!, - прозвучала на весь класс голос Лилии Павловны, - я тебя посадила на вторую парту не для того, чтобы ты там забавлялся. Внимание на доску. - Хорошо, - ответил Антон и повернулся к Кате. Та, со словами "дебил ненормальный" ударила его по плечу и чуть ли не уткнула его носом в тетрадь. Тут в класс вошёл директор, который оказывается был в школе, но по лицу было видно, что он очень рад (нет) тут находиться. - Прошу внимание!, - начал свою речь директор, - прошу прощения, что потревожил. У нас новость. С этого дня в вашем классе будет учиться новый ученик, а точнее ученица. Под радостный визг Бяши в класс вошла Алина. Разумеется, все были рады. Кроме Антона. Лилия Павловна отправила Алину за... за ту парту, где раньше сидел Петров. Горечи Антона не было предела. - Ёкарныйбабай, её на мое место посадили, - негодовал он, пока Рома с Бяшей и Катя тихо смеялись, - ну реально подстава! Почему Алину сразу не привели сюда? Так бы она с тобой села, а я бы сидел за последней партой. - Видимо, надо было сначала тебя оттуда выгнать, а уж потом Алину сюда приглашать, на, - сказал Бяша, подмигивая Алине. - Смотри не помри от такой радости! Урок закончился и всем не терпелось спросит у Алины про её "сюрприз". - Слушай, это же круто!, - говорила Катя, - теперь мы все вместе в одном классе. Хоть какое-то разнообразие за девять лет! - Эээ, - выразил свое недовольство Антон, - а то что я в шестом классе к вам пришел, типа похуй? - Да, всем похуй, - коротко ответила она, - только на одного умпылумпы больше стало. А тут у нас появилась умная и красивая девочка! - Да идите вы в пизду! Все сегодня против меня! Но не совсем против него. На следующем уроке географии произошло то, что очень сильно развеселило Антона. И не только его. Разумеется, Алина не сидела бы, в отличие от Антона, одинокая и покинутая в конце класса. Бяша предложил ей переехать к ней за парту, на что она и согласилась. - А Рома не будет против?, - спросила Алина, - мне кажется, ему не понравится. - Не беспокойся за этого отбитого, я с ним договорился, на, - спокойно ответил Бяша, - так что все окЭй. В класс вошли Антон и Рома. Пятифанов завидев очередные перемены, встал около Бяши и начал ругаться. - Мая твая не панимать, - сказал Рома разводя руками, - Алина, ты конечно наша подруга и все такое, но это мое место. - Мы же с тобой договорились, на, - произнёс Бяша, встав на защиту своей дамы. - Каво? Я первый раз такое слышу, ну-ка освобождайте место. - Ром, иди с Полиной сядь, - весело предложил ему Антон, - как видишь, сегодня у нас день переезда от одного места, в другое. Я не удивлюсь, если Бяша к концу дня в коридоре будет учиться. - Вы чё, хотите чтобы я за первой партой сидел!?, - возмутился Ромик, - я там не выживу. Но ругаться было бесполезно. Все решили, что лучше будет если Алина будет сидеть с Бяшей, а не как бедный родственник за последней партой. Если Антон сидел там как родной, потому что он там чуть ли не родился, а вот девушке Бяши там точно не место. А вот Рома со скорбным видом уселся за первую парту под смех Антона. - Несите фотоаппарат, надо это зафиксировать, - шутил Петров, за что получал от Ромы по голове. Чувствовал себя Пятифанов уж точно некомфортно. Главное теперь ему в обморок не упасть от этих перемен. На лице Ромы читалось явное разочарование. Он уселся за первую парту, и всем своим видом показывал, как ему это не нравится. Он ерзал на стуле, бросал недовольные взгляды по сторонам. Но рядом с ним, словно маленький островок спокойствия, сидела Полина. Она наклонилась к нему, что-то шептала, нежно касалась его плеча, пытаясь смягчить его обиду и вернуть ему хорошее настроение. После уроков, были слышны только маты и ругательства Пятифанова. Алина из-за этого чувствовала себя неловко, но и Бяша, и Антон, и девочки уверяли её, что все хорошо. Хорошо всем, но не Роме. - Я того рот ибала эту погоду, - говорила Катя, выглядывая в окно, - когда уже лето? - Кать, - обратился к ней Антон, - а давай я тебе дома жаркое лето устрою? Ха-ха. - Озабоченный, - буркнула Смирнова, получше укутываясь в ворот шарфа. Всей толпой они вышли из школы, но задерживаться на улице не стали, так как злоебучий ветер продолжал дуть как бешеный. Из-за того, что халупа Петрова находилась в очке мира, получалось, что он всегда провожал всех, а уже потом шел домой. Один. Так оно и случилось сейчас. Пройдя через речку Ольшанку, Антон глянул на дом и остановился. Чей-то странный силуэт шатался около его дома. Какой ёбаный будет около его дома круги наяривать? Антон подошёл поближе. Силуэт остановился, а потом будто растворился в воздухе. - Ебать, - сказал себе Антон, - ну уж то полтергейст?