«Наруто спасает мир, Нацука — терпит и осуждает»

Прошло пять лет. Им уже по двенадцать. Детство тихо отвалилось, как старая кожа, и вот — распределение по командам. Кто попадёт к кому — решит или Хирузен, или автор. А может, и оба, в сговоре, смеются где-то за кулисами. Дом. Живём втроём. Были ссоры. Сломанные кружки, драмы на кухне, бойкот по расписанию. День рождения — втроём, с самодельным тортом и свечами из старого воска. Иногда злились, иногда молчали, иногда понимали. Не семья. Не друзья. Но свои. Проверенные. Без витрин. Утро. Шум. — Что опять не поделили, идиоты?.. — Сдохните, оба, — буркнула я, зарывшись в подушку. Без эффекта. Внизу кто-то что-то грохнул — судя по звуку, табурет, или кости. — Я тебе сказал, не трогай мою куртку, идиот! — Да ты сам её на мой диван кинул, умник! Ну да, диван. Квартира у нас размером с коробку от рамена — один диван, одно кресло, один Наруто и один Саске. Уживаются хуже, чем кошка с зеркалом. Я закатила глаза. Подушка — не бронежилет, но сойдёт. На пару секунд. Поднялась. Поплелась умываться. Зеркало встретило меня правдой. Всё та же. Красные волосы до пояса, с лёгкой волной на концах. Синие глаза — глубокие, как омут, с отливом холодного металла. Форма глаз — нечто между моим отцом и… ну, лисой. Чёткие линии щёк, и полосуи на них — как у Наруто, но тоньше и изогнутей. Рисунок — врождённый, подарок демона внутри. Или проклятье. Раньше скрывала. Сейчас — нет. Пусть видят. Сначала все в академии таращились, будто я цирковая уродина. Потом привыкли. Словно так и должно быть. Как будто я — канон. А они — побочные квесты. Шкаф. Один на троих. Саске — тьма, пафос, молнии и взгляды из-под лба. Наруто — солнышко на спидах, всё яркое, будто кричит «заметь меня». Я — хаос. Стиль по настроению. А сегодня — настроение: убийца в отпуске. Долго копила. Очень долго. Заказала у местного крафтера. Всё — под меня. Всё — моё. Сначала — верх. Фиолетовое облегающее кимоно с шелковистым матовым блеском. Лёгкое, но плотное. Орнамент паучьей лилии, расползающийся по ткани, будто шевелится при каждом шаге. Внутри — каркас на плечах и спине. Ворот с красной подкладкой — едва заметен. Капюшон при желании становится плотной шапкой. Да, я гений. Потом — чёрные боевые брюки. Эластичные, как кожа. Пояс с пряжкой в форме цветка, внутри — сюрикены и немного жвачки. Сандалии — с отсеком под иглы. Обмотки на запястьях с чакровыми нитями. Перчатки без пальцев, усиленные ладони. В рукавах — ножи. В волосах — резинка с потайными иглами они и в рукавах есть. Сумка на бедре. Свиток на поясе. Серёжки-связь. Готова. Глянула на себя. — Боже, будто иду кого-то убивать, — хмыкнула. Хотя, может, иду. Кто знает, как пойдёт распределение. Вышла. Саске и Наруто всё ещё шумели. — Если вы сейчас же не заткнётесь, мы опоздаем, и я сдам вас в утиль, — мрачно бросила я, проходя мимо. Подействовало. На целых полторы минуты. Они пошли переодеваться. Саске снова в своём чёрном образе «угрюмая молния». Наруто — ярко-оранжевый, будто бежит рекламировать рассвет. Мне норм. Они уже поели. Моя очередь. Сэндвич с зеленью и сыром. Чай. Медленно. Смотрю на них, как на зоопарк. Даже не раздражают. Почти. После — волосы. Расчёска скользит легко. В прошлой жизни была война — колтуны, злость, крики, ножницы. Теперь — гладкие, послушные. Радуюсь каждый раз. Может, даже… улыбаюсь. Но только внутри. Они затихли. Шум ушёл. В комнате повисло странное спокойствие. Сегодня — важный день. Сегодня всё изменится. Команды, будущее, миссии. Но пока… Я доела сэндвич. И приготовилась встретить судьбу. С ухмылкой. Они вышли. Саске был в тёмно-синей рубашке с высоким воротником, белых шортах и с эмблемой Учиха на спине. Всё по канону — опрятно, строго, скучно. Наруто — в ярко-оранжевом спортивном костюме с синими вставками и молнией до подбородка. Всё ещё не угомонился с цветами. Я на них посмотрела. — Саске, сделай косички. У тебя лучше выходит. — Хвостик опять запутается, — буркнул он, но взялся. — А ты, Наруто, на хвостике потренируйся, — добавила. — Резинку затянул не как мясо в бульоне. Пока один плёл, второй возмущался, но в итоге уложили всё как надо. Глянула в зеркало: выглядела странно мирно. — Ну, теперь точно куноичи, — пробормотала и кивнула себе. — Вперёд. Академия не сама к нам придёт. И мы вышли.