Каркаде

После работы Эрен двинулся по знакомому маршруту. Задержался в продуктовом, чтобы купить еды на пару дней, и спрятал ее в багажник, надеясь, что не забудет о ней к вечеру. Перекусил холодным веганским роллом, который купил тут же и даже не стал доедать на улице, а влетел с ним в помещение. Ну, во всяком случае, Леви не будет его ругать за то, что он пьет чай на голодный желудок. Его рот был занят, поэтому он помахал Леви рукой, когда зашел — его оповестила музыка ветра, появившаяся над дверью пару дней назад. Леви коротко кивнул ему — в зале были посетители, и он не хотел привлекать их внимание. Эрен сразу направился к «своему» столику, бросил сумку на диванчик и притормозил, когда увидел табличку «резерв». Он вопросительно обернулся, но Леви рукой показал ему, мол, садись. Эрен сел, чуть улыбаясь и смутно предполагая, под кого именно зарезервирован этот столик. Это было приятно. Он принялся за учебу и благодарно промычал, когда на столе появился чайничек, чашка и креманка с десертом. Эрен бросил короткий взгляд в спину уходящего Леви и почувствовал внутри тепло. Когда за столик перед ним сели две девушки, он толком не обратил на них внимания, но невольно слушал их разговор: про раздражающего бывшего, который нашел себе совсем страшненькую новую подружку, и про ревность нынешнего бойфренда, и что у одной мама болеет, а у другой кошку завтра будут стерилизовать. — Он такой горячий, — прошептала девушка, хотя Эрен все равно ее слышал, даже сквозь мысли про лейкоциты. На секунду он подумал, что речь о нем, и бросил короткий взгляд на соседний столик, но девушка смотрела в другую сторону. — Парни в фартуках — отвал всего... — ответила вторая. Тут был только один человек в фартуке, и он правда выглядел потрясно. Эрен перевел взгляд туда, где Леви, стоя под одной из ламп, окутанный белой светящейся дымкой искусственного тумана, протирал одноразовым марлевым полотенцем прозрачную чашку. Челка спадала на глаза, а лицо в белом освещении казалось фарфоровым, точеным, как у куклы. Эрен почему-то вспомнил, как черные брови Леви заламываются вверх, когда он на грани оргазма, а рот приоткрывается, и он тоже похож на куклу, пусть и для взрослых. — Попроси у него номер! — подбивала одна подруга другую. Эрен мысленно хмыкнул: так он и даст им, конечно. А потом догонит и даст еще раз. — Мистер Аккерман, можно вас? — позвала одна из них. Тот кивнул и обошел стойку, чтобы подойти. Эрен немного удивился, что девушки знают, как зовут хозяина чайной, но потом вспомнил, как сам лазил по эстетичной страничке ти-хауза в инстаграме и однажды даже хотел что-то написать Леви там, поскольку не имел других его контактов, и сразу увидел автоматическое уведомление: «Здравствуйте, это чайная "Рассвет". Напишите дату и время, если хотите забронировать столик. Если у вас есть вопросы по меню, задайте их. Поставщиков и составы не разглашаем. С уважением, мистер Аккерман» Тем временем живой мистер Аккерман проследовал к столу, на ходу протирая руки белым накрахмаленным полотенцем. И когда он приблизился, Эрен с девушками затаили дыхание и синхронно сладко выдохнули: Леви деловито перекинул полотенце через плечо. В этом жесте было столько уверенности и сексуальности, что казалось, воздух вокруг них загустел. — Я хотела сказать, что мне очень нравится ваша чайная, — произнесла та, которую так подначивала подруга. Ее голос изменился, стал спокойнее и мягче. — И вы тоже. Не оставите красивой девушке телефончик? Эрену было очень интересно, как он их отошьет. Но Леви лишь заинтересованно приподнял брови, а потом на его лице появилось что-то располагающее, почти улыбка, которую Эрен на его лице... не видел? — Да, конечно, — произнес он. Его голос был глубоким и низким, таким он говорил Эрену, как собирается сегодня трахать его, и парень замер, даже затаил дыхание. — Минутку. И Леви двинулся в сторону стойки, мимо Эрена. Парень не удержался и бросил на него взгляд; Леви тоже смотрел на него. В его спокойных серых глазах-точках плясали едва заметные искры. Он взял на стойке бумагу и ручку, написал что-то и вернулся обратно к девушкам. Эрен опустил голову, нервно кусая нижнюю губу. Что это значит? Зачем? Они, конечно, были не в отношениях, просто любовниками без обязательств, но зачем он так откровенно демонстрирует это при Эрене? Чтобы ткнуть его носом в собственную непривязанность? Хочет посмотреть, как глупый мальчишка ревнует, чтобы посмеяться? — Телефон и инстаграм, — сказал Леви, опуская бумажку на стол. И развернулся, удаляясь к бару. Эрен опустил плечи, уткнувшись взглядом в экран ноута. Понять, что там написано, он даже не пытался. На душе было откровенно неприятно. У него самого не было ссылки на личную инсту Леви. Он не додумался попросить сам, равно как и номер, просто не предположил, что такой странный и скрытный человек мог бы ее вести и так запросто дать. Теперь хотелось просто захлопнуть крышку, встать и выйти, но это было бы... слишком ярко, слишком очевидно он бы дал понять, что его это зацепило. Унизительно. — Инстаграм! — пискнула подруга. — Давай, вводи и посмотри, что там! Надеюсь, у него есть фото без верха... — Девушки увлеченно нырнули в телефон, но тут же разочарованно выругались. — Блин, да это инста чайной... Эрен удивленно нахмурился. Значит, не личная. — А ну ка... — нахмурилась та, что просила номер, и, судя по звукам, быстро ввела цифры. Она включила динамик, так что было слышно гудки. Они продлились недолго. — Здравствуйте! Вы звоните в чайную «Рассвет», которая находится по четырнадцатой линии, номер 25. Если вы хотите забронировать столик, нажмите «1», если вы хотите прослушать основные позиции меню, нажмите «2», если... Эрен вскинул голову, откровенно уставившись на Леви, который вернулся к стойке и протирке бокалов. Эрен видел, что один из уголков его губ приподнялся, когда их взгляды встретились. Леви смеялся над происходящим: и над девушками, и над Эреном. Чертов розыгрыш! От мистера-мать-его-самой-серьезной-задницы-Аккермана! Парень смущенно и громко фыркнул, неопределенно взмахнул рукой — мол, не придумывай себе ничего, мне плевать, — и с легкой душой вернулся к подготовке к экзаменам. Может, Леви и посмеялся над его ревностью, но Эрен сам виноват — ведь это он придумал, что есть к чему ревновать. Он не удержался от ребяческого желания демонстративно поставить книгу сбоку, закрывшись ею от наблюдателя. Он услышал только фырканье Леви и увидел, как оглянулись на него девушки, не уловившие смысл их переглядок. Впрочем, наверное, момент со свободными отношениями проговорить стоит: сегодня ночью они трахались без презерватива, и Эрен не хотел бы подхватить что-нибудь, если Леви вдруг решит сходить на сторону. * * * В пятницу у Эрена был короткий день, и он пришел чуть после трех, взяв тот вкусный сливочный ролл уже с собой, к чаю. Леви, конечно, мог угостить его бутербродом (и Эрен настаивал бы оплатить его), но это еще успеется. — Ты все время столько работаешь? — спросил Леви, присаживаясь напротив. В его руках была новая свеча, и он заменил ею потухшую в подставке на столе. Из кармана фартука он вынул зажигалку и поджег фитиль. — У меня скоро сессия, — Эрен отвлекся от конспекта, только чтобы посмотреть на Леви. Его невысокая крепкая фигура откровенно притягивала взгляд. Не важно, в каких они были отношениях, пусть просто любовниками, без чего-то большего, но Эрен искренне наслаждался тем, что тот был... таким. Не просто обычным, а привлекательным. Интересным. Он видел, как другие посетители тоже заглядывались на Леви, и втайне гордился, что заполучил его в свою постель. — До сессии еще несколько месяцев. Ты ходишь на работу в больнице, а потом приходишь сюда готовиться, — мужчина налил и себе чай. — Ты сидишь тут с полпятого, занимаешься вплоть до закрытия в девять. — Ну да, — Эрен почему-то смутился. Он не считал себя заучкой, но описание его жизни из уст Леви именно так и прозвучало. — Когда посвободнее, я стараюсь немного пробежаться или позаниматься. Ммм... Иногда я хожу вечером куда-то с друзьями. До интернатуры мы собирались хотя бы раз в неделю. Сейчас, конечно, реже... — он отодвинул ноут в сторону, чтобы не говорить через перегородку. — Но в выходные мы приходили сюда, и в воскресенье я играл с ребятами в покер. — Проще говоря, ты практически не отдыхаешь, — сказал Леви. Эрен пожал плечами. — Я не думаю об этом. — А зря, — спокойный голос Леви приобрел строгие нотки. — Твои синяки под глазами будут скоро больше диаметра моих чашек, — он многозначительно проследил пальцем ободок посудины. Эрен чуть улыбнулся. Забота и внимание были приятными, особенно от этого сдержанного человека. — У тебя самого синяки, как блюдца, — улыбнулся Эрен, кивком указывая на его глаза. — Их то совсем нет, то становятся такими темными, что мне страшно. — Я старше, мне можно, — безапелляционно отмахнулся Леви. — У тебя есть планы на вечер? — Эм... Не знаю, думаю что нет... Но мне стоило взять с собой сменную одежду, завтра утром занятия в университете, и мне надо будет ехать от тебя, а в этом... — он указал на свою черную, повидавшую жизнь толстовку с надорваным карманом, и синие потрепаные джинсы, — я не могу, неприлично как-то. — Мы можем остаться у тебя. Хотя, признаться, я не в восторге от общежитий. В этом мало удобства, когда у одного из нас есть дом, — Леви пожал плечами. — Я хотел предложить вместе посмотреть кино. Можем даже сходить в кинотеатр, чтобы ты развеялся и увидел что-то, помимо больницы, своей комнаты и моей чайной. Эрен удивленно моргнул. Кино? Леви не был тем, кто будет прятаться за эвфемизмами. Да и не нужно это после того, что было между ними. — Просто посмотреть кино? — переспросил он. Леви прищурился. Ему не нравилось, когда Эрен переспрашивает. — Это я и сказал. — Вместе. Ты и я. — Эрен, не беси меня, — мужчина поджал губы. — Я просто пытаюсь понять. Мы раньше не смотрели кино. Ну, перед сексом. — Я ничего не говорил про секс, — напомнил Леви. — Я говорил только про кино. Я почти уверен, что когда ты приезжаешь домой, то продолжаешь писать свои билеты. Тебе надо хотя бы на один вечер выключить мозг и отдохнуть, иначе так и до срыва недалеко. Срыва... Эрен задумчиво постучал пальцем по столу. Леви даже не представлял, насколько был близок к истине. В последнее время жизнь и правда стала однообразной, а их постоянство с Леви давало позитивные эмоции, но не было похоже на импульсивные решения. Это позволяло Эрену пока продержаться на слабых препаратах. Просмотр кино вдвоем тоже не звучал как что-то яркое, но отдых точно способствовал хорошему самочувствию больше, чем учеба до изнеможения. — Эм... ладно, — улыбка тронула губы Эрена. — Мы идем в кинотеатр. Это... ты зовешь меня на свидание? Леви наклонил голову, устало глядя на Эрена, словно он нес какую-то чушь. — А я сказал что-то о свидании? — Ну, знаешь... Двое людей, которые спят с друг другом, проводят вместе время, ходят в кино... Леви пожал плечами. — Последний раз я ходил в кино с друзьями, и это не было свиданием, — сказал он, и Эрен услышал... что это? Неуверенность? — Ты же не спишь с друзьями. Это не считается. Леви смотрел ему куда-то за спину, и Эрен увидел, что он покусывает губу изнутри. Он словно бы задумался о чем-то, вспомнил, о чем не думал ранее, и это... огорчило его? — Что-то не так? — прямо спросил он. Но Леви качнул головой. — Мне плевать, как люди это называют. Свидание, деловая встреча, просто прогулка — не важно. Я просто хочу, чтобы ты отдохнул, и, может, провести немного времени в обстоятельствах, где мы сможем пообщаться о чем-то без вопросов про меня, — выдохнул Леви. Казалось, произнести это было затруднительно для него. — Ты хочешь провести со мной время? — снова переспросил Эрен. И охнул, когда Леви громко поставил чашку на стол. — Стой! Я просто... мне просто не верится, понятно? Я привык к другим отношениям, когда если вы трахаетесь и делаете это только друг с другом, то это значит, что у вас все серьезно, и вы ходите на свидания... В общем, как у нас. Но у нас не так, и я... — выдал Эрен на одном дыхании и едва не хлопнул себя по губам. Начерта! — Вот и началось... — вздохнул Леви, явно намереваясь встать, но Эрен поспешно сжал его ладонь, лежащую на столе. — Я не говорю, что мне не нравится! Я просто... хочу понять! Правильно понять! Леви встал, но не отошел и оперся бедром о стол. Перед глазами Эрена был его крепкий торс, скрытый рубашкой и фартуком, и ему невыносимо захотелось потрогать рукой, но он не был уверен, что Леви позволит ему. — То, что у нас не может быть отношений, не значит, что мне на тебя плевать. Я хочу проводить с тобой время, что бы это не значило. Я не могу трахать куклу, а потом выкидывать ее за двери. У нас по-другому, потому что я не могу обещать тебе ни любви, ни честности, ни того, что эти отношения не закончатся завтра. Эрен улыбнулся и пожал плечами, все еще сжимая ладонями руку Леви. — Меня устраивает, — сказал он. — Вдруг завтра меня собъет грузовик, и все это станет не важно? Леви скривился и высвободил свою руку из его хватки. — Не шути так, это не смешно. Эрен удивленно моргнул. Он в очередной раз зацепил его чем-то и не знал, чем. — Я посмотрю, что там идет, — бросил Леви, подхватывая пустые чашки, чайнички и направляясь на бар. Эрен проводил его озадаченным взглядом. Оба привычно заканчивали день. Эрен сложил ноут, учебники и тетради в рюкзак, натянул куртку поверх толстовки — сегодня не было сил выглядеть стильно, поэтому Эрен похвалил себя хотя бы за то, что пришел не в домашней одежде. Тут, у Леви, он проводил столько времени, что ему было бы уютно и в таком виде. Леви снял фартук, выключил свет в зале. Его рубашка почти что сверкала белизной. Когда он потянулся к своему пальто, висящему на вешалке, Эрен увидел, как перекатываются мышцы на спине. — Ты не против музыки? — спросил Эрен, когда они сели в машину. Леви пожал плечами, мол, всё равно. Но Эрен знал, что ему нравится легкий рок и хотел настроить Леви на хороший лад, поэтому включил его любимую радиостанцию. Впрочем, он просто не переключал ее на другие. Эрен подключил навигатор, установил его в стойке и съехал на дорогу. Леви молчал и смотрел в окно, сложив руки на груди. — О чем думаешь? — спросил Эрен первое, что пришло в голову, чтобы разбавить тишину. Он уже понял, что Леви может молчать часами, и это его совершенно не напрягает, так что если сам Эрен хочет поговорить, то нужно его «растолкать». — О светофорах, — ответил Леви. Эрен заметил, что его пальцы, лежащие вдоль стекла, бесшумно постукивают в такт песне. — О том, что это так неудобно, что цвета руководят всем дорожным движением. Из-за этого слишком многие не могут позволить себе автомобиль. — О чем ты? — хмурился Эрен, проезжая сложную развязку и чуть притормаживая. — Что не так с цветами? — Как думаешь, почему у меня нет машины? — спросил Леви, повернувшись к нему. Он упирался локтем в дверь, а голову положил на подставленную ладонь. — Ты не умеешь водить? — предположил, казалось бы, очевидную вещь Эрен. Но Леви не выглядел удовлетворенным ответом. — И почему, по-твоему, я не умею водить? Почему до сих пор не научился? — Потому что ты странный, у тебя куча приколов, и я не имею ни малейшего представления, почему у тебя нет прав, — совершенно искренне сказал Эрен, и Леви хмыкнул, чуть ухмыльнулся и отвернулся к окну снова. — Я дальтоник, — объяснил он. — Или, как принято говорить в толерантном мире, человек с нарушением цветовосприятия. — О, — задумчиво выдал Эрен, не зная, что еще добавить. Действительно, неудобно. — Это тоже связано с твоей генетической мутацией? Я про твои зрачки, — Леви кивнул, глядя на дорогу перед ними, и Эрен задумчиво добавил: — Тогда выходит, что подвозить тебя — это даже необходимость... — Мне было приятно, что ты делал это, не зная о моей особенности, — не глядя на него, сказал Леви. — Не в необходимость, а в удовольствие, — улыбнулся Эрен. Они помолчали несколько мгновений, покрываемых кульминационной частью песни, и в конце Леви негромко добавил: — На самом деле, я неплохо управляю машиной. Просто официально не могу получить права. И в городе ездить не безопасно, могу перепутать светофоры. — А где ты научился? — спросил Эрен, чувствуя, что почему-то именно сегодня Леви готов ему немного приоткрыться, поэтому он воспользовался этим, чтобы раскрутить его на больше информации. Но Леви отрицательно качнул головой. — Не скажу. Но там не было светофоров. И Эрену только и оставалось, что вздохнуть и смириться с этим. Что ж, открывшейся информации хватало для размышлений. Леви выбрал кинотеатр неподалеку от общежития Эрена. В прокате было несколько мультиков, ужастик, продолжение распиаренной франшизы боевиков, что-то историческое и триллер с элементами мистики. На последний Леви и взял билеты. — Синий зал, — сказал Леви, глядя на экран телефона, где светились их билеты. — Погоди! — Эрен поймал его, начавшего было идти к залу, за предплечье и потянул в сторону. — Ты забываешь о главном! — О чем? — на лице Леви не отразилось эмоций, но Эрен прочитал в его глазах скрытое удивление. — Попкорн! — улыбнулся Эрен. — В детстве я любил ходить в кино только ради этого. — Я думал, что поесть ходят в кафе, а смотреть фильмы — в кинотеатр, — холодно, но без раздражения произнес Леви, послушно следуя за ним к притягательно пахнущей стойке. — Ты не берешь попкорн в кино? — удивился Эрен. — Да ладно, это же прикольно! — Мне не нравится попкорн, — выдохнул Леви, с равнодушием глядя на разноцветные кукурузные комочки в прозрачных ящиках. — Дай угадаю, ты любитель правильного питания? — хмыкнул Эрен, прикидывая размер ведерка, который слопает. По всему выходило, что надо было брать самое большое. И лучше два. — Ммм... — протянул Леви, и Эрен бросил на него взгляд — отчего-то мужчину озадачил такой простой вопрос. — Вроде того. — А что ты любишь? Из еды? — нарочито легким тоном спросил Эрен, словно бы и не отвлекаясь от выбора газировки в придачу, но на самом деле полностью поглощенный считыванием реакции любовника. Вопрос был с подвохом: слишком просто, чтобы Леви отказался отвечать, и слишком конкретно, чтобы отвертеться. Эрен уже понял, что отношения Леви с едой странные, и в них есть какая-то тайна, но он не мог понять, какая. — Не знаю, — бросил Леви, скользя взглядом по шоколадкам, и прежде, чем Эрен успел удивленно переспросить, спохватился и добавил: — У меня нет любимого. Всё ем. — Кроме попкорна, — хмыкнул Эрен, наконец, делая свой заказ, потому что подошла их очередь. Он лишь обернулся к Леви: — Ты точно не хочешь? — и получив четкое и уверенное «нет», расплатился. Эрен подхватил ведерко, развернулся, собираясь сказать что-то еще про еду, и застыл. — Черт, — выдохнул он, глядя куда-то через плечо Леви. — Я забыл, что... Леви обернулся. За его спиной шла небольшая группа студентов, и он безошибочно узнал светловолосого парня и темноволосую девушку, с которыми Эрен приходил к нему в чайную. Кроме них двоих был еще какой-то дылда с лошадиным лицом, маленькая блондинка, бритоголовый парень чуть выше самого Леви и рыжая девочка с косичкой. Они тоже их узнали. — Эй, Эрен! — первой заметила их блондинка и махнула рукой. — Я забыл... Они звали меня сегодня в кино, но я сказал, что буду занят и отказался. Я забыл об этом напрочь. Черт, как же тупо вышло... — пробормотал Эрен, чтобы только Леви слышал, а потом улыбнулся, весело махнул свободной рукой в ответ. — Привет, ребята! Леви тяжело вздохнул. Он не планировал проводить вечер в компании подростков, даже если среди них будет Эрен. А те уже двинулись в их сторону. Он коротко взглянул на Эрена, но у того было настолько потерянное и виноватое выражение лица, что Леви мгновенно взял себя в руки. Он не собирался усугублять чувство вины этого заучки еще и собственным недовольством. Леви обернулся к компании, которая уже приблизилась к ним. — Эм... привет, это Леви, — представил Эрен своего спутника. — Он уговорил меня сходить в кино. Он работает в чайной, помните, я говорил, что открылось новое классное место? — он улыбался, но Леви не нужно видеть его, чтобы слышать нервозность в голосе. — О, так вот чем ты занят, — протянула Криста, загадочно стрельнув в них глазами. Леви поджал губы, чтобы не скривиться. — Свидание. А мы думали, ты снова свои конспекты листаешь... — У нас не свидание, мы просто... — окончательно смутился Эрен. Леви перехватил взгляд его темноволосой подружки, которая смотрела на него так, словно Леви украл у нее из тарелки целый стейк, а ее саму оставил голодной. Склонив голову, он ответил пристальным и изучающим взглядом, показательно скользнув по ней с головы до ног, словно других людей в компании не было. — Мы просто решили немного отдохнуть. — Как же, — фыркнул парень с лошадиным лицом, и Леви невыносимо захотелось сделать ему пластическую операцию прямо сейчас, с кулака. — Нас не позвали, хотя знали, что мы идем. Хотели вдвоем, чтобы никто не мешал... — Заткнись, Жан! — с раздражением воскликнул Эрен, и злость его была такой чистой и искренней, что Леви отвел взгляд от Микасы и взглянул на Эрена снизу вверх. — А не тот ли это мужчина, которого ты сбил, а потом снял? — продолжает дразнить Эрена парень, и тот дернулся вперед. Но Леви с Микасой отреагировали одновременно: она встала между Эреном и Жаном, а Леви схватил спутника под локоть, останавливая. Значит, рассказал друзьям. О первом разе так точно. — Тот, — ответил Леви, напоминая, что он тоже здесь, и лошадиная морда наконец-то перевела взгляд на него, взглянула сверху вниз, словно только заметила со своей жирафьей высоты. И как только они встретились взглядом, Жан вздрогнул и отвел свой в сторону. От его слов Эрен замер и посмотрел несколько удивленно, но хотя бы не пытался снова устроить драку. — Жан, когда ты уже научишься быть деликатным, — вздохнул светловолосый парень, Армин, разбивая напряжение, и Леви отпустил локоть Эрена. Жан хмыкнул и отвернулся. — Всё в порядке? — спросила Микаса, бросая на Леви такие взгляды, словно он маньяк и уводит ребёнка в темную подворотню. — Да, — улыбнулся ей Эрен, мягко. — Леви сказал, что я слишком много работаю. Мне это кого-то напоминает, — засмеялся он. — Кстати, Микаса. А ведь вы с Леви однофамильцы. Микаса нахмурилась и снова смотрела на него, а Леви почувствовал, как по его спине ползет холодок. Против воли он ступил вперед к девушке, борясь с желанием дернуть Эрена к себе за спину. — Леви Аккерман, — он протянул ей руку, чтобы как-то объяснить свое движение. В конце концов, это была лучшая подруга Эрена... — Микаса Аккерман, — она коротко ответила на рукопожатие, и Леви не почувствовал опасности. Все резко напрягшиеся мышцы расслабились. Просто однофамильцы. — Ладно, мы пойдем, скоро сеанс, — сказал Эрен друзьям, и Леви почувствовал, как он касается его плеча, явно желая уйти. Леви кивнул им на прощание, не посчитав нужным использовать слова, и сам направился в сторону синего зала. Там уже приглушили свет и включили рекламу. Леви мельком взглянул на билеты и направился вверх. — Последний ряд, ты серьезно? — фыркнул Эрен, глядя на уютные диванчики на двоих. — Здесь никто не будет чихать мне в затылок и сыпать попкорн на голову, — Леви прошел по пустому ряду к их местам в центре. — Места для поцелуев, — Эрен опустился рядом с Леви и поймал его вопросительный взгляд. — Так называют места в последнем ряду. Поэтому здесь и стоят диванчики, чтобы было удобнее сидеть вдвоем. — Ясно... — кивнул Леви и закинул ногу на ногу. Что ж, последний ряд тоже ничего не значит, потому что это не свидание, и Эрен уселся поглубже, прижимая ведерко к груди, и закинул пару зерен себе в рот. Фильм в самом деле был ничего, хотя и раскачивался слишком долго, но напряжение нарастало, и Эрен не замечал, как пустеет ведерко. Он ерзал на своём месте, потому что его задница затекла уже через полчаса, и он поворачивался набок, спиной к Леви, стараясь уместить ноги, но в креслах перед ними тоже никого не было, так что он пинал его без стыда, когда вертелся. Он не догадался поставить ведёрко с остатками не взорвавшихся зерен на пол и при очередной смене позы неловко уронил его, рассыпая их на пол. — Тц, — осуждающе прицокнул Леви, который за это время только один раз двинулся, чтобы переложить ноги по-другому. — Растяпа. У мороженого у тебя тоже шарик падает? — Шарик — съедобный, я за ним тщательнее слежу, — прошептал Эрен в ответ. Леви вздернул бровь. — А это несъедобное? — удивился он, глядя на коричневые зернышки. Эрен кое-как подгреб их рукой и отставил ведерко, чтобы не мешалось. В любом случае, в зале были уборщики. — Нет, — улыбнулся Эрен. — Ты не знал? Леви отвернулся к экрану и неопределенно мычал. Меньше чем через десять минут, Эрен снова искал подходящую позу, и Леви наблюдал за ним. Он занимал лишь треть диванчика, но Эрен всё равно не мог найти себе места на оставшихся двух третях. — У тебя что, глисты? — устало спросил Леви, глядя, как Эрен пытается найти позу, в которой мог бы вытянуть ноги. Парень засмеялся. — Нет, просто... колени затекли. Проход какой-то узкий, мои ноги почти упираются в сиденье напротив, — пожаловался он. Леви смотрел на него, а потом вздохнул, повернулся всем телом и закинул руку на спинку диванчика. — Иди сюда, — сказал он. Эрен не сразу понял, но для тугих Леви свободной рукой указал на свою грудь. И до Эрена дошло. Черт, очень хорошо дошло, и волосы на его шее слегка поднялись дыбом, потому что... да, да! Это не было свиданием, но они сидели на последнем ряду, и Эрен лежал у него на груди. И плевать, какие вообще у них были отношения, сколько у Леви тайн и как долго это продлится, если у него было такое. Эрен улегся по диагонали, и его голова идеально вписалась под подбородок Леви, а ладонь легла ему на грудь. Давление наконец ушло с копчика, и он даже вытянул ноги, в очередной раз пнув бедное ведерко. Когда он, наконец, замер, Леви позволил своей руке соскользнуть со спинки дивана и приобнять его за плечо. И это было просто замечательно. — Я надеюсь, ты вытер руки от попкорна, — пробормотал Леви, но Эрен подозрительно молчал, замерев. — Эрен, какой же ты... сопляк, — вздохнул он, явно заменив этим какое-то ругательное слово. И добавил тихо: — Возьму проценты с твоей задницы. А потом Леви сунул руку в карман и вынул белый платок, небрежно бросая его себе на грудь, в руку Эрену. Парень послушно и торопливо вытер ладонь, раздумывая, что впервые видит мужчину, который носит с собой платок. Его Эрен поспешно спрятал в карман. Они молчали до конца фильма, и, вроде как, ничего. Леви под его головой спокойно дышал, качая его своей грудью на мелких волнах летнего озера, и Эрен чувствовал, что его одолевает сон. К счастью, ему удалось продержаться до самого конца — отключился перед самыми титрами. Эрена разбудил резко включившийся свет и настойчивое поглаживание по плечу. Понимая, что его рот приоткрылся во сне, Эрен с ужасом оглядел грудь Леви в белой рубашке, но, к счастью, на нем не было ни единого пятнышка. Леви забрал их одежду из гардероба, пока Эрен наведывался в уборную. Время близилось к полуночи, когда они спешно заехали в продуктовый, а потом в общежитие Эрена. — У тебя были планы на воскресенье? — спросил Эрен, когда они почти доехали. — Ничего конкретного, — пожал плечами Леви. — Хочешь что-то предложить? Предлагай. — Я не был уверен, что это не будет слишком, но... Я мог бы переночевать не только сегодня, но и завтра, и думаю, мы могли бы провести вместе немного времени в воскресенье? Мне не хотелось бы навязываться. — Правда, сталкер? — хмыкнул Леви, закидывая ногу на ногу и утопая в пассажирском сидении. — Ты не хочешь быть навязчивым? Эрен криво улыбнулся, чувствуя румянец на щеках. — Ну... Я имел в виду другое. — Ммм, другое, — с мнимым пониманием кивнул Леви. — У меня нет планов на воскресенье, кроме уборки в доме. Пока что твое присутствие меня не беспокоит, поэтому я не против. Эрен сделал победное движение локтем, паркуясь под зданием общежития. — Тогда я возьму вещи на две ночи, чтобы завтра не заезжать ко мне. Хорошо? — просиял он, отстегивая ремень. — Хорошо, — кивнул Леви. Эрен весело хохотнул и резко потянулся к нему, чмокая в щеку и выскакивая из машины. И только когда дверь захлопнулась, он понял, что сделал. Вот же черт! Ведет себя как влюбленная девчонка. Леви такими темпами скоро от него просто сбежит. Эрен оглянулся: Леви сидел в машине, подперев голову рукой, и смотрел на него исподлобья без каких-либо эмоций. Ладно, пойдет... Когда Эрен собрал сумку и уже спускался, на ступеньках он столкнулся с друзьями. Конни, Саша и Жан жили этажом выше, а Криста как раз заходила в их коридор. — Хэй, куда это ты? — улыбнулась она, завидев его сумку с вещами. — Едешь ночевать к тому суровому красавчику? Эрен прицокнул, осторожно протискиваясь мимо нее в дверях. — Может быть, — загадочно ответил он. — Увидимся завтра на парах! — А он отпустит тебя на пары? — хитро улыбнулась Криста и ткнула пальцем в его засос, тоналка с которого за день стерлась о воротник. — Выглядит довольно собственнически, знаешь ли. — Мы просто увлеклись, — свободной рукой Эрен прикрыл пятно. — Он не собственник. Мы вообще не встречаемся. — Ну конечно, а к нему ты едешь пазлы складывать, — ухмыльнулся Конни, прислоняясь спиной к стене на лестнице. — Суровая мужская дружба, — завторила ему Саша, и оба заржали. — Вот же любители кости перемыть, — беззлобно бросил Эрен, спускаясь едва ли не через ступеньку. — Пока! Не сотрите письки в фантазиях обо мне! — Вот засранец, — крикнул Жан между лестничными пролетами так, чтобы Эрен услышал. В приподнятом настроении он нырнул обратно в машину и завел двигатель. Леви шевельнулся; кажется, успел немного задремать в полутемном салоне под едва слышную музыку. По пустым полуночным дорогам они быстро добрались до дома Леви, и Эрен привычно припарковался у входа, заглушил мотор и вышел, вынимая с заднего сидения сумку и пакет с продуктами. За спиной знакомо щелкнула зажигалка, и Леви шумно затянулся сигаретой. Как понял Эрен, первой с утреннего открытия чайной. Леви курил не часто, может быть, два или три раза в день, так что его одежда пахла никотином только едва-едва, и Эрен едва ли мог унюхать это за запахом чая. Только вот теперь внутри что-то зудело, и он каждый раз боролся с желанием стрельнуть у Леви сигаретку для себя. Но пока держался. Свободной рукой мужчина пошарил по карманам и вытянул ключи, бросая их Эрену. — Я докурю и зайду, иди первый. Ладно, это было мило. Хоть и практично. Эрен поймал ключи и ловко взбежал по ступенькам на крыльцо, сунул ключ и легко провернул его, а потом прошел в полутемную прихожую, неуверенно нащупывая выключатель. Эрен раздевался, не ожидая Леви. Он знал, где взять чистое полотенце (любовник стирал их каждый день), знал, где вечно пустой холодильник (на дверях только банки с разными наполнителями для чая, которые нельзя было хранить в тумбочках), чтобы поставить покупки. Его халат находился в ванной рядом с халатом Леви, а зубная щетка была в отдельном стаканчике, и рядом лежала бритва. Эрен предусмотрительно намыл себя во всех местах. Едва он вышел, как Леви, уже без одежды, в одних боксерах и со свежим полотенцем в руках, прошел мимо него. В комнате Эрен раздумывал, переодеваться ли ко сну или остаться в халате. Второе ему нравилось больше, к тому же, его было легко снимать. Он распустил волосы и едва не испугался, когда на запястье не было ниточки-браслета, на который он так привык вешать шпильки, но вовремя вспомнил, что оставил его дома. Эрен взъерошил волосы рукой, сбросил шпильки на тумбочку и растянулся на уже расстеленной постели. Он поставил будильник и листал новости, не замечая, как глаза слипаются, и вскоре телефон упал ему на грудь. Он проснулся от прикосновения к груди — Леви тормошил его за плечо. — Переоденься, если взял что-то для сна, — сказал он. На нем были просторные штаны для сна, а не сексуальный шелковый халат, но Эрену нравилось и так. — Ты поставил будильник? — Ммм, да... — промычал Эрен, перехватил его за пояс и потянул на себя. Леви поддался и приник к его губам. Целовал мягко, но коротко, и Леви сам отстранился. — Спать, Эрен, — сказал он. — Ммм, а как же... — расстроено пробормотал Эрен, обхватывая лицо Леви рукой и приподнимаясь. — Я не буду трахать твое сонное и безвольное тело, уж прости, — хмыкнул Леви и отстранился. — У нас будет еще завтрашний вечер. Эрен хотел спросить, так почему же он сегодня ночует у Леви, если не ради этого, но вовремя прикусил язык. В сумке он нашел свои штаны для сна. На самом деле, жизнь в одном доме с девушкой научила его даже в постели выглядеть прилично, так что он часто надевал пижамы, но за Леви хотелось повторять, и он с удовольствием это делал. Зевая так, что можно было вывихнуть челюсть, Эрен поставил телефон на зарядку, выключил свет и нырнул под одеяло, чуть ежась. Он не видел в темноте, но почувствовал, что Леви приблизился к нему и закинул руку ему на талию. — Спокойной ночи, — сказал Эрен. Леви сначала ничего не ответил, и Эрен думал, что его проигнорируют, и начал засыпать, когда услышал тихое: — Спокойной ночи. Он не знал точно, от чего точно проснулся: от звука будильника или подступающего оргазма. Эрен застонал, не узнавая свой голос, шире раздвинул ноги и толкнулся вверх, глубже в теплую тесноту. Оргазм подступал приливами, тело уже начала сводить приятная судорога, и Леви так хорошо заглотил, позволяя упереться головкой в горло. Пальцы на ногах Эрена поджались, он сжал пальцами простынь и... — У тебя будильник звонит, — сказал Леви, выпуская его член в самый, блять, важный момент, и Эрен зарычал от отчаяния, чувствуя, как капля спермы все же течет по головке, а оргазм, так и не начавшийся, отступает. — Я ему перезвоню, — пробормотал Эрен и тянется руками вниз, зарываясь в волосы Леви, чтобы только насадить его голову обратно, толкнуться еще немного и убрать это болезненное, раздражающее чувство незавершенности. — Выруби его нахрен, пока я не бросил его в стену. Кто вообще научил тебя ставить обряд экзорцизма на будильник? — очевидно, Леви злился, потому что звук в самом деле был эпичный, бил по ушам, но только это способно было «поднять из мертвых» Эрена по утрам. Он застонал и сел, снял телефон с зарядки и быстро провел по экрану, отключая будильник, потому что чувствовал, как Леви ловит каплю спермы своими губами. Да-а-а, вот так хорошо... Леви позволил ему положить руку себе на голову и толкнуться членом в горло наполовину, а потом и на всю длину; Эрен быстро нашел нужный ритм, всхлипнул и почти сошел с ума, глядя вниз, где тонкие губы Леви так плотно обтягивали его, словно он заполнил его рот от края до края. У него, кажется, выступили слезы в уголках глаз, и он ласкал яйца Эрена рукой, чуть гладил дырочку по кругу, и это было так хорошо, так сильно... Эрен приподнялся на одном локте, другой рукой зафиксировал голову Леви и толкнулся несколько раз, сильно, размашисто, так что Леви захрипел и издал те самые влажные звуки горлом, и Эрена унесло в долгожданный, правильный оргазм. Он мгновенно отпустил голову любовника, чтобы тот успел отстраниться, но Леви послушно проглотил, всосал, словно его уретра была трубочкой в молочном коктейле, и голос Эрена с протяжного стона оборвался, ушел в беззвучный вопль, вместе с начавшей нарастать снова пафосной мелодией. Его хватило только на то, чтобы несколько раз цапнуть телефон по экрану, снова отключая будильник, и упасть на подушку головой. — Нахрена оно снова разоралось? — заворчал Леви там, внизу, и его голос был таким хриплым, каким только мог быть у того, кого хорошенько трахнули в самые гланды, и это. просто. обалденно. От этой мысли Эрен мог бы кончить еще раз. — Это второй будильник, — выдохнул Эрен, чувствуя расслабленность в теле. Какие теперь пары, работа или что там еще. Хотелось сгрести Леви в объятия, закинуть на него ногу, натянуть на них повыше одеяло и отключиться еще хотя бы часика на два. — Смени, — скомандовал не разделяющий его энтузиазма Леви и поднялся, явно собираясь уйти. — Потому что я не обещаю, что если проснусь от такого, то это буду я, а не злобная тварь. Эрен хотел пошутить, что Леви и так злобная тварь, но он слишком дорожил своим носом, и зубами, и челюстью, и, тем более, яйцами, так что просто засмеялся и перехватил его за руку, подтянул к себе и приподнялся на встречу для поцелуя. — Ты еще зубы не чистил, — пробормотал Леви, поймал его подбородок рукой и провел большим пальцем по нижней губе, слегка припухшей от того, что Эрен закусил ее во время оргазма. — Ты только что проглотил мою сперму, и это ты будешь говорить, что я не почистил зубы? — засмеялся Эрен, но Леви все-таки выбрался из его объятий. — Вот и не лезь с этим, — парировал он. — Погоди, а ты? — Эрен перехватил руку Леви другой ладонью, когда тому удалось освободиться от первой. — Спрут, — проворчал Леви. — Я в порядке. — Я имею в виду, услуга за услугу, — Эрен указал на его очень заметный под штанами стояк. — Я не проститутка, чтобы услуги оказывать, — Леви, наконец, освободился и шлепнул его сначала по одной руке, а потом по другой. — И минеты из чувства справедливости не жалую. — С какой ноги ты сегодня встал? — хмыкнул Эрен, садясь на постели и подтягивая штаны. — Не вставай с нее больше. Леви поджал губы и больно щелкнул его по носу, прежде чем уйти в ванную. Эрен вздохнул. Леви — это какое-то безумие, смешанное из нежности, вредности, загадочности, прямолинейности, бескорыстности и злобности. Где таких вообще делают? Эрен оторвал бы этому мастеру руки, но сначала расцеловал бы их. Леви снова помылся, хотя уже делал это с утра, и почистил зубы. Делал он это так быстро, что в голову Эрена даже не закралась мысль, что он мог бы успеть там сбросить напряжение. Когда ванная освободилась, Эрен ополоснул член, умылся, почистил зубы и послушно побрился, надеясь за это всё-таки получить свой утренний поцелуй, хоть и с некоторой задержкой. Когда он вышел на кухню, всё еще в домашнем, но выглядя более аппетитно, Леви уже вынул из холодильника его салат и переложил в миску, а себе заварил чай. И никакого завтрака. Эрен подошел к нему со спины, даже не пытаясь подкрасться, и прижался сзади, погладив тазовые косточки. Вдохнул запах волос Леви на макушке, которые, кажется, не пахли ничем, и скользнул ниже, вдоль уха и щеки. Он потерся гладкой щекой о щеку Леви, очевидно напрашиваясь, и намек был понят. Леви чуть повернулся в его руках, их губы встретились, и он поцеловал, как обычно — не глубоко, но с чувством и расстановкой, не просто «слюнявя» чужой рот, а словно разговаривая телом. Эрен сам углубил поцелуй, и Леви ответил, позволив прижать себя спиной к тумбочке и скользнуть рукой под его домашнюю серую футболку — он уже успел переодеться. — Хочу твой член во рту, — прошептал Эрен между поцелуями и поднял руку выше, лаская твердый пресс и грудь, задел пальцами сосок. — У тебя есть салат, не обязательно добывать завтрак такими варварскими методами, — ответил Леви, но в его голосе было уже не так много сарказма — его вытеснила хрипотца желания. — Или ты так компенсируешь необходимый белок? Эрен фыркнул и соскользнул с его губ на шею, поцеловал с силой и Леви шумно выдохнул от удовольствия. — Хочу почувствовать, как ты вжимаешься в мое лицо своими яйцами, как наматываешь волосы на руку и трахаешь так, что я едва успеваю дышать, — прошептал Эрен, уже двумя руками поглаживая его тело под футболкой. Леви запрокинул голову и уперся ладонями в тумбочку, подставляясь под его руки. — А больше ты ничего не хочешь? — вздохнул Леви и чуть застонал, когда Эрен грубо втянул в рот кожу на ключице. — Поставь меня на колени, — попросил Эрен, лаская пальцами его соски и чуть пощипывая. Он оторвался, только чтобы посмотреть ему в затуманенные глаза. Его руки оторвались от тумбочки и легли Эрену на плечи, мягко подталкивая вниз. Одна из рук зарылась в его волосы, ослабляя мягкий пучок, и подтолкнула вниз, по груди и животу, по едва заметной блядской дорожке, надавила сильнее, вжимая лицом в твердый член поверх штанов. Леви толкнулся ему в лицо, проезжая стволом по щеке, и Эрен послушно повернул голову вбок, обхватывая его губами поверх ткани. Рука в волосах направляла, пока другая тянула резинку серых штанов. Член качнулся перед лицом Эрена, освобожденный от ткани. Крайняя плоть сползла, обнажив влажную головку. Эрен приоткрыл рот, позволяя ей упасть себе на язык. Леви замер, придерживая его голову, и наблюдал, как из уретры катится капля секрета, соскальзывает на язык и уходит в горло. Дух перехватило. Он осторожно толкнулся глубже, и Эрен сомкнул губы. Он поднял взгляд вверх, и то, что он увидел, обрадовало и воодушевило его. Зрачки Леви чуть расширились, перестав напоминать точки, веки опустились, губы поджались. В его взгляде читалось нетерпеливое желание и блаженство. — Трахни меня, — попросил Эрен, выпустив его член, чтобы головка мазала по губам с каждым словом. — Так, чтобы выступили слезы, а губы покраснели, и чтобы каждый студент сегодня видел, что я делал этим утром. Эрен говорил искренне, хотя прекрасно знал, какое воздействие должны оказывать его слова. Это афродизиак, лучший стимулятор любого возбуждения. Но вместо животных вспышек желания он увидел, как щеки Леви... порозовели? — Открой рот, — приказал мужчина чуть хрипло и низко, — сделай губами букву «о». Держи их так, не расслабляй. Головка уперлась в губы, уже смазанная слюной, и Леви толкнулся, легко застонав. Эрен сдавил сильнее. Он знал, что так быстро устанет, но старался. Леви вышел из кольца причмокнувших губ и толкнулся снова, на одну лишь головку, и обратно. Скоро он приноровился трахать неглубоко, свободной рукой придерживая себя у основания. Эрен не опускал взгляд, и Леви смотрел в ответ, не моргая, позволяя увидеть все чувства на своем лице, всю гамму удовольствия. Своими серыми грозовыми глазами и ласковым прикосновением ладони к щеке Леви напомнил, что это не игра в одни ворота, даже если удовольствие получает только он, напомнил, что он думает именно о том, кого, собственно, трахает. — Примешь глубже? — спросил Леви, и Эрен согласно замычал, не размыкая начавшие затекать губы. Леви снова протолкнул через кольцо губ головку, но теперь двинулся глубже, до самых гланд, и, почувствовав сопротивление, обратно. Чмокающие звуки сменились другими, горловыми. Леви подбирал глубину осторожно, выверено, высчитывая, где начинается рвотный рефлекс, и задавал темп, трахая так, чтобы Эрен не давился и мог дышать. Слезы все равно выступили в уголках глаз от напряжения, и губы расслабились, неспособные больше держать форму, но Леви не останавливался, прощая ему это, и пальцем стер слезу со щеки. — Я хочу, чтобы ты принял меня на всю длину. Похлопай по бедру, если перебор, — предупредил Леви и толкнулся глубже. Руки Эрена оказались свободны, и он приспустил штаны, надрачивая снова твердый член. Он уже не видел лица Леви, все застелила влага, слюни текли по его подбородку, и даже на шею, и он смахнул их рукой, чтобы использовать как смазку для себя. Леви сверху застонал — низко, протяжно, рычаще. Эрен не был уверен, что проглотит не подавившись, и от этого было немного страшно. Адреналин ударил в кровь, и рука на члене ускорилась. Он думал про сперму, которой будет давиться, и чувствовал, как быстро настигал его собственный оргазм; и когда Леви вбился с силой и замер, вжимая его носом в свой лобок и не позволяя вдохнуть, Эрен отстранился. Горло сокращалось, голова кружилась... В ту же секунду Леви резко сдернул его голову с себя — член выскользнул изо рта, по лицу Эрена мазнула салфетка, которой мужчина зажал головку своего члена, спуская. В ушах Эрена звенело, и он смутно видел искривленное от удовольствия лицо. Его волосы все еще сжимала стальная хватка руки, так что он не смел даже пошевельнуться, застыв тряпичной куклой. Ему казалось, что если Леви отпустит его голову, он упадет на пол, лицом в лужу собственной спермы. Леви медленно выдохнул, убрал на тумбочку салфетку, взял чистую и вытер с себя остатки слюны и смазки. Затем он снова взял чистую салфетку и очень бережно стер с лица Эрена слезы, промокнул глаза, убрал слюни с подбородка и следы на подпухших губах. Наклонился близко-близко и заглянул в его сияющие глаза. Цвет их он не знал, не мог определить, но видел лучики более темного оттенка на светлом, и это было прекрасно. — Ты в порядке? — спросил Леви, и его хватка стала не такой жесткой. — Да, — сипло ответил Эрен, не узнавая собственного голоса. — Ну что ж, твое желание точно сбылось, — хмыкнул Леви, обводя большим пальцем его губу. — Какое? — прошептал Эрен. — Ты выглядишь так блядски оттраханым, что мне даже не хочется выпускать тебя из дома. У тебя буквально на лице написано «меня выебали в рот этим утром». Эрен чуть улыбнулся, губы плохо поддавались какому-либо напряжению. — Тебе нравится? — выдохнул он. Леви хмыкнул и провел большим пальцем по его скуле. — Очень, — ответил он. — Мне нравится, что ты такой из-за меня, — и наклонился вперед, осторожно коснувшись губами губ Эрена. Парень попытался ответить, но получилось плохо, и Леви не настаивал, снова делая всё сам. Свободной рукой Леви подхватил Эрена под руку и потянул на ноги. — Осторожно, — пробормотал Эрен, поднимаясь, — там грязно. Леви оторвался от него и посмотрел вниз, на мягкий член Эрена и лужу на полу. — Кончил от того, что тебя трахнули в рот? — покачал головой Леви, кажется, выглядя смущенным и удивленным. — Испорченный мальчишка. Эрен покачнулся и уперся лбом в плечо Леви. Поцеловал там, где оказались его губы. — Мне было так хорошо, — прошептал он. Леви не отпустил его волосы, прижимая к своему плечу, а другой рукой обнял за плечи. Эрен застонал и всхлипнул от того, как уместна была эта ласка. — Боже, что у тебя в голове, — потерянно рассмеялся Леви, качая его в своих объятиях. Эрен не ответил — ему было слишком хорошо. Он ел, неторопливо пережевывая, потому что челюсть плохо слушалась. Леви сидел с ним за столом, неизменно с чашкой чая, разложив вокруг какие-то документы по чайной. Он вроде бы сказал, что это накладные, но Эрен в этом совершенно не разбирался. Леви что-то писал время от времени и хмурился. Его почерк был неровным, буквы прыгали, но все же оставались разборчивыми. Эрен наблюдал за ним, за складкой морщин на лбу — у Леви их было удивительно мало для его 39 лет, словно жизнь была совершенно безмятежной. Он смотрел на красивые мужские руки с крупными, но изящными пальцами, которым так подошло бы тонкое кольцо с камнем. Собирался он уже торопясь, потому что вот-вот мог опоздать. Леви провожал его в прихожей, прислонившись боком к стене. Эрен улыбнулся ему, открывая дверь, и махнул рукой на прощание. — Пока! Он всё еще чувствовал себя неловко, уходя так, словно не имел права коснуться этого мужчины, хотя еще двадцать минут назад заглатывал его член по самые яйца. — Подожди, — одним словом остановил его Леви. Эрен удивленно обернулся, его рука оставалась на ручке чуть приоткрытой двери, и холод просачивался по ногам. — А? — Ты хотел что-то сделать. Эрен прикусил нижнюю губу, чувствуя себя еще более неловко, чем пару секунд назад. Он перенес вес обратно, на мгновение отступив в дом, и не понимал, чего именно ждет от него Леви. — Я думал, что тебе не нравится... — начал он, вежливо протягивая руку. Леви вдруг фыркнул с насмешкой, шлепнул его по тыльной стороне ладони, оттолкнув ее, но сам сделал шаг вперед, обхватил его за талию и коротко, поверхностно поцеловал в губы. Тем не менее, назвать этот поцелуй целомудренным было нельзя. — До встречи! — низко произнес Леви прямо в его губы и подтолкнул растерянного, воспрявшего, эмоционального Эрена к дверям. Сам он захлопнул дверь за ним почти грубо, но совершенно не обидно. Эрен на мгновение задержался, глядя на закрытую дверь, а затем спустился по ступеням. Сердце в груди заходилось в стаккато, и он чувствовал столько всего, что не мог сделать глубокий вдох. На глаза почему-то навернулись слезы, а по лицу расползлась дурацкая улыбка. Ему было так хорошо, что больно, радостно до тошноты и так легко, что мир вокруг перестал быть осязаемым. Он знал, почему ему было больно от собственного счастья, но хуже было не это. Эрен сел в машину, завел мотор и отъехал, думая, что худшее — это влюбиться в человека, который не сможет ответить тебе взаимностью, но подарит ее иллюзию. Занятия заканчивались в четыре, но Эрену пришлось задержаться из-за будущей диссертации. Не ему одному; так что он, Микаса, Армин, Криста, Жан, Марко и еще несколько ребят, с которыми они тусили все предыдущие годы на парах, отправились обедать. Осознав, что так и не знает телефона Леви, Эрен написал в инстаграм чайной, что задерживается, надеясь, что читает его только один человек. По лаконичному «ок» он понял, что не ошибся. После им пришлось долго ждать под кабинетом опаздывающего руководителя и потратить несколько часов на все вопросы. Когда они закончили, уже вечерело. Армин, как обычно, прихватил с собой Микасу — еще до того, как она смогла бы узнать, куда направляется Эрен. Друзья по общежитию, конечно, сдали неугомонной подружке, что ночь он провел у того хмурого парня, Леви. К счастью, те же друзья шумом и шутками спасли Эрена от детальных расспросов. Он открыл инстаграм, чтобы спросить у Леви, где он, но ему уже пришло смс: «Буду ждать тебя дома». Было почти девять, когда Эрен привычно припарковался у дома Леви и поднялся по ступенькам на крыльцо. Сил, чтобы с энтузиазмом скакать по ним вприпрыжку, не было. Сил вообще ни на что не было, и Эрен надеялся, что сможет по-быстрому сделать себе ужин (на Леви он даже не рассчитывал), уронить голову на плечо любовника, посмотреть какое-то кино и отключиться. Впрочем, перед сном он был бы не против заняться еще кое-чем, но прямо сейчас он хотел выключить мозги и напихать чего-нибудь в желудок помимо хлеба с сыром. Эрен нажал на звонок, и буквально через несколько секунд дверь открылась. Леви встретил его всё в том же домашнем виде, словно он и не провел весь день, работая в чайной. То, что он недавно вернулся, выдавали только влажные волосы и уставший взгляд с темными кругами под глазами. — Привет, — сказал он, отступая в сторону и пропуская Эрена внутрь, после чего закрыл за ним дверь. — Раздевайся и приходи, — добавил Леви, направляясь в гостиную. Его голос был спокойным и беззлобным, несколько уставшим, но эта холодность уже стала привычной. Эрен, сам того не замечая, научился различать оттенки спокойствия Леви: раздраженное, любопытное, задумчивое, хмурое, усталое, возбужденное и нежное. Эрен сбросил обувь, поставив ее носок к носку там, куда ее пододвигал Леви, повесил на плечики пальто, помыл руки и направился в гостиную. Там его ждала забавная картина. Леви лежал на диване, на спине. Его ноги были закинуты на спинку, а голова свисала с края, и в перевернутом виде он смотрел новости. — Это что-то новенькое, — улыбнулся Эрен и приблизился, позволив себе нагло сграбастать щиколотку Леви ладонью. Его ступни, как и он весь, были небольшими. Светлые короткие носки были идеально чистыми, хотя Леви ходил без обуви. — Ты хоть руки мыл? — Леви приподнял голову, глядя на него снизу вверх. — Да, — Эрен позволил руке забраться под штанину. Ему очень хотелось коснуться косточки губами, но он держался, не уверенный, что это не будет слишком. — Если смотреть FoxNews вверх ногами, становится интереснее? — улыбнулся он. — Эрен, я работаю по девять часов на ногах, не приседая, уже вторую неделю. Мои ноги гудят так, будто их танком переехало. Я просто хочу, чтобы спал отек, — ответил Леви. Эрен задумчиво промычал. Скользнул рукой от щиколотки к пальцам и несильно сжал. Леви издал какой-то неопределенный звук, но Эрен не смог трактовать его как протест. Второй рукой он сжал пятку и слегка покрутил ступню, прошелся большим пальцем по впадинке вверх. Леви одобрительно замычал. — Можно я сниму носок? — спросил Эрен, не уверенный, что одобрение означает полную свободу действий. — Что тебе до моих ступней? Хочешь сделать мне массаж? — спросил Леви. — У тебя красивые ступни, я хочу их потрогать. К тому же, я врач. Я мог бы их... осмотреть, — хитро улыбнулся Эрен, и Леви фыркнул в ответ. — Ты же психиатр! — И тем не менее... Может быть, мне нравится осматривать людей. Особенно некоторых. — Это не обязательно, — Леви чуть хмурится. — Но можно? — Эрен нажал на впадинку между пальцами и потянул за ткань, снимая ее. То же самое он сделал и со второй ногой. — Можно, — выдохнул Леви. Эрен обошел диван и присел рядом. — Ложись нормально и клади ноги мне на колени. Тебя не тошнит от того, что ты вверх ногами лежишь? — поинтересовался он, помогая Леви уложить ступни на себя. — Нет. У меня тренированный вестибулярный аппарат, — ответил Леви, расслабляясь на диване. Он был настолько небольшим, что место оставалось и сбоку от Эрена, и над его головой. — Хорошо, — Эрен взял ту же ступню и провел сразу двумя пальцами по подошве, растирая, чем вырвал из Леви откровенный стон. — Нравится? Мужчина кивнул, прикрыв глаза. Эрен неторопливо растер его и вправду слегка отекшую стопу от середины вверх, по кругу разгладил кожу на костяшках пальцев, сами пальцы, а потом, круговыми движениями, всю лодыжку. Леви лежал на спине, отвернув лицо, словно бы по телевизору показывали что-то действительно интересное; Эрен уже знал, что он ненавидит рекламу, но сейчас почему-то не переключал. Вторая нога Леви сползла и уперлась Эрену в бедро, не отталкивая, а словно давая себе опору. Лишь иногда, когда прикосновения были особенно приятными, Леви вздыхал. Сухая кожа туго скользила под пальцами. Скорее даже не скользила вовсе, и это было самую малость затруднительно. — У тебя нет какого-то масла? — Крем. Хотя обычно, если плохо скользит, я пользуюсь лубрикантом, — сказал Леви, лишь чуть повернув лицо к нему. Эрен весело хмыкнул. — Крем бы тоже подошел, — кивнул Эрен. Леви начал было садиться на постели, но он придержал его. — Я сам схожу. Где? — В ванной, — махнул рукой мужчина. — Возьми любой. В ванной стояло несколько «скромных» баночек крема: для рук, лица, тела и ног. Эрен подозревал, что Леви использует их и для своих травяных смесей. И, конечно, там была коллекция солнцезащитных средств. — У тебя столько кремов от солнца, — Эрен сел обратно на диван. Лево перевернулся набок, подложив под голову локоть и поджав под себя одну ногу, а другую вытянул и положил парню на колени. — Я думаю, ты — вампир. Леви перевел на него ничего не выражающий взгляд. — Почему ты так думаешь? Эрен, не ожидавший, что Леви поддержит его шуточное заявление, а не пошлет к черту, удивился, но продолжил. — Вампиры боятся солнца. У тебя аллергия или что-то типа того? — Эрен выдавил немного крема себе на руки, растер и добавил ещё, размазывая по ступне. — Нет, я просто вампир, — вздохнул Леви. Когда Эрен засмеялся, продолжил: — Аллергия, да, очень сильная. Летом я стараюсь не выходить на улицу днем, и даже дома приходится мазаться кремом. Раздражает. А если проигнорировать, обгораю меньше, чем за час, а потом начинаю покрываться волдырями. И они долго заживают. — Неприятно, — согласился Эрен. С кремом дело пошло лучше: пальцы скользили проворнее, сильнее. Эрен провел по центру ступни, и с губ Леви сорвался негромкий высокий стон. По позвоночнику побежали мурашки — он подумал, что такой стон Леви мог бы издавать, когда сам был снизу. К несчастью, Эрен мало что помнил из того страстного ночного секса, чтобы быть уверенным. — Красивый голос, — ухмыльнулся он. — Давай еще раз, — и провел в другом месте, ближе к пальцам. Леви всхлипнул сквозь стиснутые зубы и послал ему недовольный взгляд — теперь ни за что звука не издаст. Эрен продолжил массировать ногу, чувствуя, как мышцы постепенно становятся податливыми, а Леви расслабляется. Эрен с легкостью читал за напускным равнодушием, прекрасно осознавая, что на самом деле все внимание мужчины сейчас приковано к его рукам, пусть он на них даже и не смотрит. С подсыхающими после душа волосами, в до хруста чистой одежде, чуть пахнущий чаем (или мылом с запахом чая?), такой... простой и открытый, Леви откровенно восхищал его. Тот Леви, в рубашке и брюках, в черном фартуке тоже восхищал его, но иначе — строгий, сдержанный, неприступный. Леви, позволяющий массировать свои ступни, расслабленный и смущенный звуками собственного удовольствия, выглядел так, что Эрену хотелось приковать его к дивану, к себе и больше никуда не отпускать, чтобы он — мягкий, доступный, неприкрытый — принадлежал только ему. Эрен глубоко вдохнул, отгоняя эти мысли. Потому что Леви не принадлежал ему ни на йоту, и даже то, что они сидели вот так на диване, было верхом мечтаний. Кто они друг другу? Случайные любовники, по счастью задержавшиеся рядом, даже не друзья. Эти мысли упали в грудь тяжелым камнем, перекрывая дыхание, в желудке стало слишком тяжело, а влага поползла к глазам. Эрен попытался отмахнуться от этих чувств, но они, словно осы на сладкое, цеплялись за него и летели следом, не забывая попеременно жалить. Он сделал глубокий вдох, мысленно говоря себе, что реагирует слишком остро. — Как прошел день? — спросил Леви, так внезапно прерывая их молчание, что осы застыли. — Как обычно, пары, ничего особенного. Конни притворился вирусом и рассказывал о механизме заражения с точки зрения вируса. К концу рассказа у меня болел живот от смеха, — улыбнулся Эрен. Осы осыпались пеплом на задворках сознания. — В столовой после пар Микаса собиралась ругаться с поварами, что у них нет вегетарианских блюд и это нарушение прав человека, но Армин сказал, что взял мне порцию салата и тушеных овощей, так что она сразу успокоилась, — хмыкнул Эрен и взял другую ступню Леви, так что ему пришлось снова лечь на спину. Мужчина прикрыл глаза, даже не притворяясь, что слушает телевизор. — Она очень опекает тебя, да? — Да. Она моя подруга, и даже, в какой-то мере, сестра. Мои родители удочерили Микасу, когда ее родители погибли. — И она решила, что смысл её жизни в заботе о тебе? — хмыкнул Леви. — Хорошо устроился. — Ха... Мы половину обеда шутили, что ее критерий мировой справедливости — это мое благополучие. Она настучала нам ложкой по голове, — пожаловался он. — А потом... Он рассказывал и рассказывал, а Леви слушал, лишь изредка вставляя комментарии или вопросы. Он припомнил что-то с прошлого курса, какие-то шутки из жизни в общежитии, танцы с университетским скелетом и чей-то реалистичный фаллоимитатор, который поставили среди пластиковых препаратов, и он стоял там, кажется, целый год, пока его не заметил кто-то из администрации и не поднял шум. В итоге, по многочисленным просьбам преподавателей и студентов, фаллоимитатор оставили и даже выделили ему свою полку. Ещё через год кто-то надел на него презерватив. Он говорил и говорил, погружаясь в воспоминания, не чувствуя усталости в руках. Словно изливал душу и не мог остановиться, хотя до настоящего «излияния» было далеко — он не затрагивал никаких серьезных тем, сплошные шутки. Когда Эрен исчерпал себя и замолк, тишина наступила так резко, словно кто-то заткнул пробку и выкачал весь воздух, создав вакуум. Он взглянул на телевизор и понял, что тот давно работает без звука — Леви выключил его, чтобы не мешал слушать. — А ты можешь размять голень? — попросил Леви низко, но без хрипотцы. — Если руки не устали. — Могу, — улыбнулся Эрен. Он подтянул под себя ногу, потом вторую и встал на колени. Под удивленное мычание Леви закинул его ступню себе на плечо, а ладонями спустил штанину, открывая крепкую голень с темными, но не длинными волосками. Добавил крема — его пальцы заскользили по уставшей мышце, и Леви тихо благодарно вздохнул, глядя на него снизу. Эрен сглотнул: ему нравился вид Леви под ним, с закинутой ему на плечо ступней. Его ноги были раздвинуты, и Эрен мог хоть сейчас лечь сверху, накрывая его тело своим. Мог бы даже протолкнуть руки под поясницу, схватить за резинку домашних штанов и стянуть, обнажая ягодицы, и, не раздеваясь, толкнуться бедрами... Леви, конечно, не позволил бы ему. Потому что Эрен еще не был в душе. Он чуть улыбнулся этой мысли. — Никакого секса до душа и ужина, — словно прочитав его мысли, строго сказал Леви. — У тебя на лице написано, что ты грезишь о моей заднице. Эрен с выдохом улыбнулся, перевел взгляд на свои руки, пойманный на горячем. — Ужин надо сделать, — вздохнул Эрен, вроде как не соглашаясь с требованием, но все же не настаивая. И с удивлением взглянул на Леви, который скользнул второй ступней по его груди поверх толстовки и тоже закинул ему на плечо. И для удобства приподнялся, придвигая бедра ближе, чтобы его ноги расслаблено согнулись. Эрен сглотнул, осознавая, что буквально навис сверху. Он не понимал, провокация это или что... — Я запек овощи, которые ты купил. Надеюсь, ты не против такого блюда? — спросил Леви, и Эрен срочно отвернулся, понимая, что еще мгновение, и он в самом деле сделает то, о чем думал. — Ты приготовил поесть? — удивился Эрен. — Не думал, что ты умеешь... Ты говорил, что ты не ешь дома. — Не ем, — согласился Леви. — Но я знал, что ты приедешь, а в моем холодильнике были продукты. Было бы странно работать в чайной и не уметь готовить, не находишь? — И правда, — потерянно улыбнулся Эрен, снова добавляя крема и касаясь уже второй голени. Леви раскинул руки над головой, наслаждаясь касаниями. Эрену открылся вид на его грудь, обтянутую футболкой, с почему-то затвердевшими сосками. Желание наклониться и потрогать его, желательно ртом, втянуть каждую бусину и ощутить, как напрягаются грудные мышцы, стало просто невыносимым. Эрен почувствовал, как выделяется слюна. — Ты специально лег так, чтобы выглядеть настолько охрененно? — спросил Эрен, стараясь не смотреть не смотреть не смотреть. — Просто отсюда вид красивый, — не смутившись отозвался Леви. — Ты, на коленях, между моих ног. На что еще прикажешь смотреть? Эрен фыркнул — ладно, не он один тут кайфовал. То, что Леви смотрит на него, любуется им, было смущающе, хотя и до жути приятно. Мужчина вдруг приподнялся, упираясь в диван локтем. Его размассированная нога мягко оперлась о плечо Эрена, и он протянул руку, заправляя выбившуюся прядь волос ему за ухо. — Офигеть, и как еще ты можешь сложиться? — выдохнул Эрен, подхватывая его рукой под поясницу и заставляя замереть в таком положени. — Ты можешь притянуть колени к лицу? А закинуть ступни за голову? Я имею в виду, я бы, конечно, помог... Леви фыркнул и запустил руку ему в волосы, кажется, особо не нуждаясь в поддерживающей руке на спине. — Сходишь в душ и проверишь. Не люблю спойлерить. И потянул голову Эрена на себя, вынуждая наклониться так, чтобы Леви мог поцеловать его. Как обычно — без языка, без страсти, рассказывая что-то свое мягким, но уверенным сминанием губ. Эрен не понимал его речь, но старательно учился — слушал в движениях губ что-то о благодарности, немного про усталость, и еще — про спокойное довольство от происходящего. Леви нравилось, что Эрен тут, и сердце едва ли не выпрыгивало из груди от радости. Леви рад ему, Леви хочет его, Леви даже приготовил ему ужин, Леви позволил сидеть между своих раздвинутых ног и смотреть сверху, Леви-Леви-Леви... В нем было что-то еще, разное, непонятное, что-то в том, как он двигал пальцами в волосах Эрена, и в том, как не позволял углубить поцелуй, в том, как не касался языка, лишь позволяя вылизывать свои губы, и это было так чертовски... необходимо... узнать... — Ужин. Душ, — напомнил Леви, разрывая их поцелуй и слегка оттягивая Эрена от себя за волосы. Тот протестующе замычал и прикрыл глаза, откровенно наслаждаясь легкой болью, которую приносила рука на затылке. — Боже, как ты от этого тащишься, — хмыкнул Леви, — маленький мазохист. — Что плохого в легкой сексуальной боли? — хмыкнул Эрен, под давлением чуть прогибаясь назад, откидывая голову и позволяя насладиться видом открытой шеи и вздрагивающего кадыка. — Ты просто слишком ванилька. — Я ванилька?! — возмутился Леви. И не успел Эрен опомниться, как нога на его груди пружинисто выровнялась, отбрасывая его назад и с дивана. Рука, поддерживающая его голову, в ту же секунду пропала, как и любая опора, — чтобы не упасть на пол совсем, Эрен уперся руками в столик. Леви, быстро подтянув ноги, свесил их с дивана и, не мешкая, припечатал Эрену по оттопыренной заднице всей пятерней. — Марш ужинать! — рыкнул он, поднимаясь, но Эрен не слышал в его голосе злости, одно лишь смущенное возмущение. — Ванилька, блядь... — процедил Леви напоследок, первым направляясь к кухонному островку. Эрен услышал его удаляющееся шипение: — Я покажу тебе ванильку... Смеясь, парень тоже встал на ноги, потирая в самом деле больно шлепнутую ягодицу, и с небольшой долей смущения почувствовал, что вот теперь-то у него встал. Леви достал из медленно остывающей духовки противень с тушеными овощами и принялся накладывать их в тарелку. Всего одну. — Я не нашел ни мяса, ни ветчины среди твоих продуктов, так что пришлось готовить из того, что было, — сообщил Леви то ли упрекая, то ли просто сообщая. — Спасибо, — улыбнулся Эрен, — я не ем мясо. Леви бросил на него короткий, ничего не выражающий взгляд поверх плеча. — Ты вегетарианец? — уточнил он. Эрен мысленно напрягся. Он не кричал об этом на каждом углу, считая это исключительно своей жизненной позицией, равно как и ориентацию, выбор профессии и прочее, прочее. Не сказать, что он скрывал, но... Все же Эрен предпочитал, чтобы это, как и ориентация, оставалось чем-то личным. Но, безусловно, каждый, кто общался с ним достаточно долго, узнавал об этом. Не все вели себя адекватно и толерантно; Эрен уже устал выслушивать о вреде такой диеты, об умственной деградации из-за салата латук и потере хищнических повадок. Некоторые, как его отец, шли дальше, вплоть до попыток заставить его съесть мясо насилием или хитростью. В такие моменты Эрен был искренне благодарен друзьям, и особенно Микасе, которая буквально обрушивалась карой небесной на нерадивых. И вот теперь ему нужно было встретить реакцию Леви, раз уж тот, похоже, взялся его периодически кормить. — Ясно, — только и сказал Леви. — Хорошо, что я по случайности не добавил мясо. Веган или вегетарианец? Эрен чуть улыбнулся, доставая себе из шкафчика одну из немногочисленных вилок и присаживаясь за стол. — Вегетарианец, — ответил он, чувствуя теплоту внутри. Реакция Леви была одна из самых адекватных, словно Эрен сообщил ему, что не любит, скажем, арахис. «Так и должно быть», — голосом Микасы прозвучало в голове. — Очевидно, ты же берешь сливочные десерты, — сам себе кивнул Леви и поставил перед ним тарелку теплых овощей. Приправленные маслом и специями, они пахли очень приятно. — А ты не будешь? — спросил Эрен, накалывая длинную дольку морковки. — Я уже поел. Не думал же ты, что я просто так стал бы это готовить? — фыркнул он, взяв в руки чайник. Эрен не поверил ему ни на мгновение, но понимающе кивнул. Леви заварил чай и присел на диванчик. Уткнулся в телефон, листая ленту какой-то соцсети. Овощи были вкусными, и голодный Эрен прикончил их, казалось, в мгновение. Встал, чтобы ополоснуть тарелку, а потом тоже налил себе чай (вот же пристрастился!). — Чем займёмся завтра? — спросил Леви. — Или будем дома сидеть? — Не знаю, — пожал плечами Эрен, взяв свой телефон и открывая инстаграм. — Можем и дома посидеть. — Тебе не будет скучно? — Леви бросил на него взгляд поверх телефона. — Нет, почему? — удивился Эрен. — Тебе двадцать четыре, ты молод. Разве ты не должен по выходным искать приключения на задницу, веселиться и... я не знаю, чем еще занимается молодежь? Эрен бы пошутил, но только мысленно напрягся. Он, может, и хотел бы веселиться с ребятами, ходить в воскресенье в клуб, чтобы отдохнуть от работы и пар, и, может, целоваться с кем-то на танцполе в отблесках цветомузыки, пить вкусные коктейли, но... Ему это было строго противопоказано. Покер на кухне, пачка чипсов раз в месяц (иначе он только ими и будет питаться) — вот и все веселье. — Пойдем в ресторан, — вдруг предложил Эрен. Это входило в список дозволенного времяпровождения, которое не могло стать плохой привычкой. Или, во всяком случае, он не знал, что могло. — А ты все никак не можешь оставить попытки меня накормить... — вздохнул Леви. Прицокнул и добавил: — Давай попробуем по-другому. Я не ем при посторонних. В смысле, вообще ни при ком. Эрен задумчиво покачал головой, как будто был собачкой с пружинкой. Он мысленно проглотил очередной пунктик своего странного любовника без какого-либо труда. Значит, не ест при других. Очевидно. Звучит, как РПП, но не то чтобы Леви просил ставить себе диагнозы. Ладно... И все же, было до жути любопытно почему. Идея придумать занятие на завтра, которое подошло им обоим, сменилось на желание узнать побольше. — А в бар? — и больше глаза устремляются напрямую в душу Леви, прибивая его к месту. — Я видел, что при мне ты пьешь. — Чай пью. — В чайной ты и так бываешь, — взгляд Эрена был пугающе цепким; он не собирался сдаваться без боя. Леви отвернулся, криво поджал губы, явно не желая устраивать сцену из ничего, но и другого выхода не находил. — Пойдем, — выдохнул Леви, заранее жалея о своем решении. Это было так явно написано у него на лице, что Эрен подозрительно прищурился. — И ты выпьешь со мной? Пиво, вино, коктейль? — Пиво, вино, коктейль, — безрадостно повторил Леви. — Выпью. С тобой. И Эрен мысленно ударил себя по лбу. Попытка спровоцировать Леви на открытость с треском провалила задачу «подошло им обоим». Но Леви не выглядел как человек, который позволит ему пить слишком много, клеить других посетителей или купить у кого-нибудь «колеса». Эрен подумал, что стоит предупредить Леви, что ему самому ни в коем случае нельзя пить алкоголь, и что он будет только танцевать. А еще Леви ни при каких обстоятельствах нельзя оставлять его одного в баре. И, возможно, стоит написать Микасе, чтобы она вечером убедилась, что Эрен вернулся домой. — Ты как-то легко согласился... — пробормотал он, растерянный собственным решением. — Бар выбираю я, — выставил свои условия Леви. — Это будет что-то недалеко от дома, и ты, конечно, потом не сядешь за руль, а пойдешь ночевать ко мне. У меня с постели хороший вид на небо в алмазах. Эрен откровенно рассмеялся. Леви бросил на него взгляд поверх чашки, словно это не он только что пошутил, а Эрен идиот, который смеется на пустом месте. — Ура! — постановил Эрен. — Только мне пить нельзя, так что за руль я смогу сесть. Условия Эрену были более чем по душе: так он точно остался бы под присмотром, Леви не дал бы ему напиться, и не пришлось бы тревожить Микасу, которая непременно попыталась бы не только позвонить, но и самолично все проверить. — Почему? — на лице Леви мелькнул лишь легкий оттенок удивления. — Ам... — Эрен на секунду потерялся, вспоминая, что ему не стоит говорить о своей склонности пить до рвоты. Леви точно скривился бы и отказался куда-либо идти. — У меня проблемы с желудком, — соврал он. — Потом неделю болеть будет. Я буду что-нибудь безалкогольное. Или ты против? — Нет, не против, — согласился Леви. — Даже наоборот. Не хотел бы трахать пьяное тело, которое хочет меня обблевать. Эрен фыркнул в чашку от такой прямолинейности, но кивнул. Ладно, это было в духе Леви. Особенно учитывая его любовь к чистоте и эстетичности процесса. — Отлично, — щелкнул он пальцами и залпом допил чай. — Я в душ. — Анальный душ в прозрачной упаковке на полке. Одноразовый, можешь выбросить, — не моргая, произнес Леви, и Эрен в мгновение стал пунцовым. Куда уж намек очевиднее. — Я думал, сегодня ты снизу, — смущенно произнес он, глядя на пустую чашку. — Может быть, — пространно ответил Леви. — Я всегда готовлюсь перед сексом, независимо от того, в какой позиции планирую быть. Потому что планы могут поменяться, а прерываться на то, чтобы пойти в душ снова, глупо и портит всю атмосферу. Эрен не закусил — до боли зажевал нижнюю губу, чтобы отвлечься от мысли, что в тот момент, когда Леви лежал под ним, раздвинув ноги, весь такой свежий и чистый, еще немного влажный после душа, с этими мягкими пяточками в креме, он был... такой же чистенький и внутри? Влажный, немного растянутый... И Эрен правда мог сдернуть с него штаны и просто... просто войти? Эрен сполоснул чашку, чувствуя, как горят щеки, немного подрагивают руки и стояк упирается в жесткую молнию штанов. Леви и сейчас такой же, чистенький везде, даже в паху пахнущий этим мылом с зеленым чаем, такой, что его кожу хочется попробовать на вкус, и боже, Эрен даже не побрезговал бы засунуть язык в его узенькую дырочку. Пальцы на ногах поджались, а в паху пульсировало так, словно он не дрочил уже две недели. Леви, что же ты творишь одним своим присутствием. Эрен вымылся так быстро, как только мог. Одноразовой бритвой прошелся по лобку и яйцам, даже раскорячился, чтобы добраться до волос на заднице. Леви, конечно, ничего не сказал ни в первый, ни второй раз — может быть, потому что у них не было много времени на подготовку, — но у него самого было тщательно выбрито всё. Эрен вполне логично полагал, что безволосая задница Леви понравится больше. Тем более, что у Эрена она была с ровным загаром и чистой, а не бледной и обкиданной прыщами, как у большинства парней, которых он трахал. Из душа Эрен вышел свежий и хрустящий, как накрахмаленный платок, и увидел, что в гостиной свет уже не горит, но зато льется из гостевой. Он сглотнул, чувствуя, как возвращается возбуждение. Он прошел мимо комнаты Леви, дверь которой была приоткрыта, и увидел его самого на балконе, поджигающего сигарету. Эрен не был уверен, можно ли ему войти или хотя бы остановиться в проходе и заглянуть туда, но он все равно остался, постучал по косяку и громко окликнул любовника. Леви обернулся, а потом махнул рукой, призывая Эрена присоединиться. Он выдохнул, и сизый дым унесло ветром куда-то в сторону. Эрен осторожно вышел на балкон, боком, помня о многочисленных вазонах, а Леви оперся локтями на оградку, склонился и посмотрел на него. Вскоре он выпрямился и потянул Эрена за локоть немного вниз, чтобы тот наклонился. Эрен уже приготовился к поцелую, но Леви вдруг уткнулся носом ему в шею и шумно вдохнул. — Как же ты пахнешь. Я чувствую эту карамель даже через мыло. Тебя мой не мой, а все равно пахнешь, как кондитерская. И прежде чем Эрен успел хоть что-то сказать, Леви провел языком по его шее. Это был не поцелуй, не засос — Леви буквально лизнул его, словно кожа Эрена имела вкус, который ему нравился. — Так бы и съел, — добавил он низким голосом, выдающим его возбуждение, и отстранился, затянувшись так, словно хотел вдохнуть всю сигарету разом и сжечь свои вкусовые рецепторы. — У меня нет ничего карамельного — ни шампуня, ни геля, ни дезика. А ты все равно говоришь, что я так пахну. Откуда? Леви покачал головой и пожал плечами. — Кушаешь много сладкого? Сладкий. Эрен хмыкнул, уловив, как неоднозначно прозвучало это слово; обращение для влюбленной парочки, из уст Леви оно звучало слишком саркастично. — Называй меня как хочешь, только трахай посильнее, — Эрен обхватил его за пояс, сам прижимаясь ближе так, чтобы Леви почувствовал его возбуждение через халат. Леви посмотрел на него через плечо и медленно выдохнул дым через нос. Эрену было даже смотреть на это больно. — Не нравится, как я трахаю? — прищурился Леви и снова затянулся. — Нравится, — прошептал Эрен, забираясь рукой под его футболку. — Мне просто мало тебя. Постоянно мало. Чувствую себя конченым извращенцем, когда сижу в чайной и думаю о том, что хотел бы, чтобы ты трахнул меня прямо на барной стойке. Леви фыркнул, отвернулся, но Эрен заметил, как кончики его ушей покраснели. Они оба были остры на язык и словно участвовали в конкурсе «кто кого сильнее смутит». И оба постоянно проигрывали. — Ты и есть извращенец, Эрен, — хмыкнул он и потушил почти докуренную сигарету, когда рука Эрена опустилась на ягодицу и смяла почти грубо, а пальцы скользнули по расселине до самых яиц. Он развернулся в руках Эрена, бросая окурок под ноги, ровно в пепельницу, и толкнул его прочь с балкона. Эрен послушно отступил, но ему пришлось повернуться к дверям лицом, чтобы не упасть. Леви запер балкон, и Эрен хотел было что-то спросить, но неожиданно крепкая пятерня снова припечатала его зад. Эрен громко ахнул, а потом застонал, чувствуя, как резко дернулся под халатом член. Леви не убрал руку, и она, теплая, ощущалась на его заднице просто прекрасно. — Иди, буду трахать, — с усмешкой произнес Леви, — посильнее. Эрен чувствовал странную смесь возбуждения и неловкости — между ними искрило, но Леви будто держал дистанцию, которую Эрен не мог переступить и не понимал, как это сделать. В этом разрыве булькала непривычная правильность, уверенность и размеренность зрелого человека, которому давно наскучил небрежный трах в подворотне. Рядом с ним Эрен тоже чувствовал себя правильным. Леви стянул футболку по дороге и бросил ее на диван, как только они вошли в гостевую. А потом вдруг развернул Эрена к себе лицом и толкнул на кровать, заставив сесть. Наклонился, запустил руку в волосы, и это, кажется, стало их общим кинком, потому что Эрен почувствовал, что из члена предвкушающе потекло. Леви замер напротив его лица, и когда Эрен потянулся наконец за поцелуем, не отпустил, удержал его на месте. Боль была настолько приятной, что стон вырвался сам собой. Леви смотрел ему в глаза. Казалось, он искал там, на дне больших глаз Эрена, что-то важное. — Что с тобой не так? — вдруг надломленно спросил он. Глаза Эрена удивленно распахнулись, губы приоткрылись для вопроса, но он не успел его задать — Леви вжался в него своими губами, поцеловал. Эрен снова не понимал язык его поцелуев, хотя казалось, будто все лежит на поверхности. Только где найти словарь? Что значило это резкое углубление, эта внезапная страсть, с которой он вжимался всем лицом, сталкиваясь носами? Как понять эту жадность, с которой он кусал его нижнюю губу, одновременно дергая халат в сторону? Леви сел на его колени, упираясь в постель своими, и без промедлений обхватил член прохладной с улицы рукой. Эрен вздрогнул — от прикосновения и от прохлады, поежился, но не мог прервать поцелуй — рука в волосах не пускала. Леви гладил его слабо, на сухую, только размазывал пальцами преякулят по головке. Эрен застонал от едва ощутимой, такой дразнящей ласки, и запустил руки Леви в домашние штаны. У него тоже стоял, влажно и крепко. Эрен резко вздохнул, когда его толкнули в плечи, и он упал на постель. Леви потянулся к тумбочке, вынул смазку и презервативы. Бутылочку бросил Эрену, а себе оторвал один квадратик. — Ты растянул себя? — спросил он, и Эрен понятливо вылил лубрикант в руку. Он был жидким, на силиконовой основе, словно масло, и Эрен легко скользнул рукой по своей промежности от ануса до головки и обратно. — Да, немного, — ответил Эрен, сходу проталкивая в себя пальцы, наблюдая, как Леви приспустил штаны и надел презерватив. — На два пальца. — Сможешь расслабиться, чтобы я вошел? — спросил он и подхватил бедра Эрена, подтягивая чуть выше — и откуда только силы у такого коротышки? — а пока тот пытался отползти, Леви ловко схватил его за ногу и закинул себе на плечо. — Да, только если медленно, — выдохнул Эрен, вынимая из себя пальцы, и Леви перехватил запястье, положил ладонь себе на член. Эрен понимающе приласкал его, смазывая, а Леви прикрыл глаза, чуть закусывая губу, и задышал тяжелее. Эрен сам направил его в себя, и Леви плавно надавил. Это было немного больно, и Эрен пальцами перебирал мошонку, отвлекаясь от ощущений. Член он не трогал, ведь мышцы имеют свойство сжиматься от удовольствия. Это не было похоже на того Леви, который прошлый раз тянул его пальцами до оргазма, но эта осторожность, когда он чуть раскачивался, преодолевая сопротивление сфинктера, было знакомо в своей бережливости. Эрен подумал: может, Леви просто устал его обхаживать и решил взять то, ради чего пригласил его к себе? От этой мысли на душе почему-то стало неприятно. — Больно? — спросил Леви, замирая внутри, хотя не вошла еще даже вся головка. — Нет, просто немного неприятно. — У меня сейчас яйца лопнут, — выдохнул Леви шепотом, стискивая руками его ноги. — Подумал, что если сейчас не войду в тебя, крышей двинусь или просто откушу от тебя кусок, — он наклонился ниже и прижался к колену Эрена щекой. Эрен смотрел на него сквозь полуприкрытые веки. Так вот она, страсть Леви? Такая у Леви? Сдержанная, без выражения, с быстро надетым презервативом и без растяжки? Эрен хмыкнул — вслух. Это казалось логичным: Леви слишком сдержанный и контролирующий всё, чтобы позволить себе открытое выражение желания. Свободной рукой Эрен потянулся вверх и сжал его плечо. Другой скользнул между их телами и обхватил яйца Леви ладонью. Перекатил. Тот резко распахнул глаза, вздыхая и толкаясь чуть глубже, так что Эрен болезненно нахмурился. — И правда, такие твердые, — сказал он, осторожно сжимая, и Леви свел брови, приоткрыв рот. — Убери руки, пацан, — прохрипел он. Переведя дыхание, добавил: — Эрен, правда, убери пальцы нахрен, я же блять и так держусь из последних сил, — выругался он, и это было самое чувственное, самое несдержанное, что Эрен слышал от него. Он послушно убрал руку, чтобы приласкать твердый живот и грудь Леви, зацепиться за его сосок и немного сжать. Мужчина вошел немного глубже, и Эрен почувствовал, что от дискомфорта его возбуждение спало, но ему все равно нравилось чувствовать, какое напряженное тело Леви над ним, как ему трудно контролировать мелкие толчки и как он вздыхает на каждом. Головка прошла, и это уже легче, но Леви двигался не наружу, чтобы несколькими толчками подготовить его, а глубже, пока не уперся головкой в простату. Эрен вздохнул от приятного ощущения и обхватил себя рукой, возвращая возбуждение. Леви двигался некоторое время так, до половины, постепенно наращивая темп, и Эрену началось казаться, что у него чешется где-то внутри позвоночника, потому что удовольствие было тонкое, щекочущее, недостаточное. Но вот Леви вошел немного глубже, в несколько толчков — на всю длину. Леви над ним прикрыл глаза, будто бы сосредоточенный только на проникновении, но Эрен чувствовал его щеку на собственном колене. Эрен улыбнулся, погладил пальцами выступающую жилку на его шее и приподнял бедра, подмахивая. Осознание приближающегося оргазма было внезапным, и Эрен сжал член, подстраиваясь под ритм Леви внутри, и почувствовал, как тот дрожит. Эрен кончал медленно, содрогаясь всем телом, и это было так сильно, что он чувствовал каждую сжавшуюся и распрямившуюся клеточку тела. Он чувствовал, какой Леви твердый, когда тот продолжал трахать его до финала, жмурясь и тихо постанывая.