Запретная молитва ведьме.

Зима в тот год выдалась свирепее чем обычно, словно само небо решило покарать землю за людские пороки. Ким Хонджун, молодой чтец из монастыря с копной рыжих волос, которые постоянно привлекали к себе внимание, пробирался сквозь огромные сугробы. Неделю назад его перевели из церкви в монастырь что стоял на окраине деревни, рядом с густым и темным лесом, в котором по легенде живет "Черная Фурия". Так местные жители прозвали ведьму что проживала в этой ледяной пустыне, даже сами селяне боялись лишний раз заходить в лез чтобы нарубить древесины. Уже вечерело, поэтому Ким, старался добраться до монастыря как можно скорее. Но лес шептал молитвы, он был словно голодный зверь. Хонджун сбился с тропы, когда метель ослепила его. Ноги замерзли настолько, что он перестал их чувствовать. Молодой чтец прижимал к себе небольшой блокнот в кожанном переплёте. Было у двадцатилетнего чтеца одно хобби, о котором мало кто знал, или мог догадываться. Он любил рисовать. Рисовать лес, природу и животных, и именно по этой причине он оказался в лесу один. Юноша поднял голову вверх, как только услышал треск откуда сверху. Это была ветка которая отяжелела от изобилия снега на ней, от холода он не смог среагировать достаточно быстро, да и огромные сугробы по колено мешали нормальному передвижению, и снег что упал с ветви, приземлился точно на голову парню заставляя его упасть. Метель усилилась, и именно в этот момент, когда пальцы рук не могли даже шевелиться Хонджун подумал что тут он и встретит свой конец. —"Господи, неужели это конец? " – Принеслось в голове рыжеволосого когда снег уже засыпал его тело на половину. И вдруг ветер стих. В нос ударил лёгкий запах каких-то трав с нотой жжёной бумагой, прямо над чтецом раздался нежный и тихий смех. Ким подумао что это сама смерть смеется над ним, но смех прекратился, и сам голос обратился к нему: —Для священнослужителя, ты слишком легко оделся, "Рыжик". – раздался тихий, но все такой же приятный голос. Хонджун поднял голову, и перед собой увидел мужчину, чья красота казалось преступлением. Черные как воронье крыло волосы чуть выше плеч контрастировали с бледной, почти фарфоровой кожей человека напротив. На нем была накидка из тяжелого меха, а в изящных руках он держал фонарь, внутри которого дрожало не пламя, а сгусток сиреневого света. —Ты...ты кто? Ведьма?! – прохрипел Хонджун пытаясь подняться, чтобы спасаться бегством. На его жалкие попытки вырваться из сугроба, человек напротив рассмеялся и хитро улыбнувшись сказал: —Твой единственный шанс не превратиться в ледяную статую к утру, – мужчина протянул ему руку. Пальцы которой были длинными и изящными, а на одном из них сверкал черный камень. Хонджун знал, церковные книги и его наставники предупреждали о лесных духах и ведьмах, что заманивают праведников в свои логова. Но тепло, исходящее от незнакомца было слишком заманчивым. Как только их ладони соприкоснулись, по телу Кима прошла волна жара, от которой его сердце пропустило удар. Сонхва – так звали "ведьму", привел его в небольшую хижину, стоящую в глуши этой ледяной пустыни, спрятанную в корнях старого, но огромного дуба. Мужчина усадил чтеца у камина, помогая стаскивать с ног насквозь мокрые сапоги. Внутри хижины было жарко, пахло дымом и травами. На полках стояли различные склянки, банки с отварами и засушенными травами. Теперь парень точно понял, юноша невероятной красоты, что стоял перед ним.. Действительно был колдуном. —Моя вера не позволяет мне.. – начал было Хонджун, но Сонхва перебил его: —Твоя "вера", не согреет твои кости, – он сказал это мягко, после протягивая ему чашку с отваром. —Пей, это простой настой из хвои. Ким с недоверием посмотрел на парня и не осмелился принимать что-то из рук колдуна. —Я не приму, вдруг ты меня отравишь? – с некой осторожностью произнес священнослужитель. На что колдун рассмеялся и настойчиво вручил чашу в руки Хонджуна. —Ты не хочешь пить настой, потому что я могу тебя отравить.. Но тем не менее пошел со мной в "ведьмино логово"?, – после этого Сонхва очаровательно улыбнулсяулыбнулся и продолжил: —А ты правда чудной! И цвет волос у тебя такой.. Необычный. Будь ты женщиной, горел бы на костре. Хонджун напрягся, он не раз слышал эту фразу от его братьев из церкви. И когда-то его даже считали чадом ведьмы, но его взяла под опеку сама церковь и воспитала его как прилежного раба Божьего, доказав что он не работает на злые силы. —Не сравнивай меня с ведьмами. Я служу Господу, и я совершенно чист перед ним! А в лес я хочу чтобы.. – он осекся. Действительно, зачем ему, рыжеволосому святоше бегать в тайне в лес? —Чтобы рисовать. – утвердительно сказал Сонхва все так же мягко улыбаясь и смотря прямо в глаза рыжеволосого. —Откуда ты знаешь? —Я вижу всё, что происходит в моем лесу. Я давно наблюдаю за тобой. Мне было любопытно, что тут ищет служитель церкви. Уж было думал кто-то снова открыл охоту на ведьм. – поделился колдун беря в руки блокнот в кожанном переплёте, начиная листать страницы рассматривая красивые рисунки углем. —У тебя определенно талант, что же ты тогда забыл в церкви? – он перевел на того хитрый взгляд, он улыбнулся вновь когда поймал на себе испуганный, и одновременно изумленный взгляд чтеца. Хонджун покраснел и отвел взгляд, ему было приятно что его работы похвалили, ибо обычно он слышал лишь о том, что это все ерунда, и что лучше бы он рисовал Бога. —Так ты Ведьма. – это был не вопрос, а признание. —Да. – Сонхва склонил голову в бок. —А ты, святой, что только что ступил в мой круг. В ту ночь метель бушевала снаружи, но внутри хижины время словно остановилось. Хонджун рассказывал о небесах, а Сонхва – о шепоте земли. На секунду Ким подумал о том, что эта "ведьма" на редкость болтливая, не казался ему таким страшным монстром коим их описывали в книгах и легендах. Когда на рассвете небо стало нежно-розовым, Хонджун собрался уходить. У порога он обернулся. —Даже не будешь меня держать? —Нет, – вновь улыбнулся колдун. —И ты не боишься что я расскажу кому-нибудь о тебе? Что не приведу сюда инквизиторов? – настороженно спросил Ким. На это Сонхва лишь тепло посмеялся. —Ты не станешь. – утвердительно ответил колдун и подошел ближе, на что чтец сделал несколько шагов назад, упираясь спиной в дверь. —Я вернусь. —Знаю, – беззаботно улыбнулся Сонхва, в его улыбке было больше божественного, чем во всех иконах, что Хонджун видел в жизни. Ким уходил в деревню, в кармане сжимая блокнот с рисунками что прошлой ночью хвалил колдун.