Зимние зарисовки

      Забыть свою встречу со странным парнем по имени Чонгук, который называл себя зимним призраком, Юнги так и не смог.       Он помнил, что говорил ему Чонгук насчëт действия волшебства и исполнения желаний. Если повстречать зимнего призрака, то волшебство будет действовать до утра, и лишь в Рождество оно длится дольше. Значит ли это, что и встретить Чонгука можно каждую ночь?       У Юнги было к нему много вопросов. Ему хотелось узнать, почему призраки вообще показываются людям, почему именно его, Юнги, желание было исполнено в ту ночь, как выглядит эта система с повышением от обычного зимнего призрака до рождественского. Юнги хотел знать всë. Он не верил в магию и прочие необъяснимые вещи, но, кажется, он всë-таки не замерз тогда насмерть в сугробе, значит, Чонгук не был простым неадекватным видением.       В поисках очередного ночного разговора Юнги наворачивал круги по тем местам, которые успел посетить до встречи с Чонгуком и после. Юнги стоял около ëлки, вновь загадывал желание, возвращался к реке Хан и оглядывался по сторонам, потому что ему мерещилось чьё-то присутствие. Но никого не было.       И тогда Юнги заговорил сам.       — Я, наверное, сумасшедший, но мне действительно хочется знать, — произнёс он. — И если ты не выйдешь, если не дашь о себе знать, я ведь всë равно додумаю сам. Неужели ты хочешь, чтобы о твоëм мире думали неправильно?       Юнги бродил по берегу реки и сочинял на ходу объяснения для своих вопросов. Он сам создал мир, в котором существовал Чонгук.       А Чонгук, прислонившись к стволу голого дерева неподалёку, с улыбкой слушал. Его предупреждали, что не стоит показываться людям, особенно не стоит говорить им о мире призраков. Это неизбежно приводило к излишнему любопытству со стороны. Но Чонгук был слишком молод и ему казалось, что случайный прохожий и вовсе не станет так сильно задумываться. Однако Юнги задумался, а карьера Чонгука в собственном мире теперь была под угрозой.       — Ладно, хочешь знать ответы? — спросил Чонгук прямо у Юнги за спиной. — Тогда бери меня за руку.       — Ах, так ты всë-таки...       Чонгук нетерпеливо протянул руку. Юнги коснулся еë, она была обжигающе холодной.       — Что мы будем делать дальше? — с подозрением спросил Юнги.       — Да ничего такого, я просто покажу тебе что-то чудесное и верну сюда же к рассвету. Или, хм, если обещаешь до самого Рождества не допускать и мысли обо мне, можем встретиться тут прямо в полночь, в рождественскую ночь. И тогда я смогу рассказать тебе всë и даже больше, и это не повредит мне. Но ты не должен думать обо мне до тех пор. Совсем, — произнёс Чонгук.       — Как же я тогда вспомню о том, что мы должны встретиться? — засомневался Юнги.       — Если чудеса существуют, то вспомнишь.       Юнги не успел дать окончательного ответа. Чонгук решил за него, распавшись снопом снежинок прямо в лицо.