С любимыми не расставайтесь

Прошло полгода.

Идя по улице, тёмные волосы развевает ветер девушка матерится в очередной раз запинаясь на каблуках. У клуба было невозможно поймать такси, поэтому она ушла к дороге. В Москве в такое время в принципе было невозможно уехать. Ночь. Лето. Таксисты ахринели, — такая мысль была в голове Дарины. Конечно, отдохнула хорошо, но как же сейчас хотелось домой. Об этом ещё говорит лёгкая тошнота и слабость в теле. Говорили ей не пить крепкие напитки. Пить же не умеет. Пока Милославская вышагивает по тратуару рядом останавливается чёрный БМВ, окно опускается а внутри показывается парень — с тёмными волосами, кудрявый. Это всё что смогла разглядеть Дарина своим затуманенным взором. — Девушка, вас подвезти? — поинтересовался незнакомец продолжая ехать на аварийке за брюнеткой. — А вы таксист? — резко оборачивается Дар и почти не падает, но во время успевает выровняться. — Ну для такой красивой леди могу и побыть таксистом, — усмехнулся парень и вылез из авто. Он оказался высоким, но почему-то от него веяло теплом, а в глазах девушка увидела добро. Или алкоголь во всём виноват. Он хватает Дарину за ягодицы... Мда. Вот тебе и добро. Прижимая к себе. Но девушка из-за своего состояния не может отстраниться. — Отпустите! — уже кричит девушка в сотый раз проклиная своё короткое платье и высоченные каблуки. — Не ори шлюха, — рыкнул мужчина прямо на улице начиная поднимать подол платья оголяя попу и сразу начиная залезать под кружево, — Ты же сама хочешь... Милославская не может здраво мыслить поэтому не понимает когда её усаживают в машину и почти сразу на неё ложится незнакомец, силком раздвигая бёдра и рвёт пальцами её бельё сбрасывая сразу же его на пол. — Какая сладкая... — его губы скользят по шее а одна его рука закрыла рот чтобы она не орала, а вторая сдерживала руки. Противно. Дарина всеми силами пытается отстраниться, но на глазах появляются слезы. Но неожиданно в машину, в капот влетает нечто, аж авто относит. На пару метром назад. Насильник отстраняется сразу же, хлопнул силком Дарине по бедру и прорычал: — Повезло тебе шлюшка. Вали. Как только незнакомец вылез первым чтобы пойти разбираться а Дарина поправилась и выскочила из машины. Буквально сразу убегая. Такси удалось поймать только через пятнадцать минут, домой она попала вся в слезах. Теперь она жила на квартире, одна. Сразу побежала в душ, пытаться отмыться от грубых чужих рук. Её в последних раз касались полгода назад, утром первого января. И тот, кому она отдала своё сердце. Но и он, не утратил возможности ей сделать больно. От этого Дарине становилось ужасно плохо, теперь в руках у неё оказался блистер с таблетками. Выпила, и легла приходить в состояние, в горячей воде.

***

2 января.

После отсыпного первого числа, брюнетка на утро второго съездила и купила подарок для Джокера. Ей хотелось ему тоже что-нибудь подарить. Колечко на пальце приятно грело душу, а сегодня она ещё и надела серьги. Сегодня ей не захотелось наряжаться, поэтому надела обычные синие джинсы и чёрную кофточку с пустыми рукавами, а поверх натянула свою шубку. На ногах сапоги. В прочем, никаких изысков, просто стильная простота. А волосы просто были собраны в полухвост. С подарочным пакетом она подошла к нужной квартире, где жил сам Комолов. Позвонила в дверь, через пару минут, когда дверь открылась Дарина вздрогнула. На пороге перед ней стояла незнакомая девушка, в полупрозрачном халате и каком-то откровенном белье и безупречным макияжем. — Здрасьте, вам кого? — с пренебрежением сразу подала голос девушка, эскортница скорее всего. Дарина сначала замялось, а внутри всё стало жечь обидой. Вроде бы с одной стороны она сама ему отказала и обижаться сейчас глупо, но так обидно одновременно. — Можете Джокеру отдать? — Милославская решила сместиться в роль "курьера", показывая пакет в своих руках. Незнакомка взяла пакет в руки и даже не заглянув внутрь на прощание бросила: до свидания, сразу захлопывая дверь. А Дарина пошла к лифту, пока в глазах стали скапливаться слезы. Дома её сегодня никто не ждал, по крайней мере сейчас. Папа и малые уехали в гости к крестному, а Ангелина на пару с Дианой поехали в Эрмитаж, который на удивление сегодня работал. Этим же временем Джокер лежал на диване в ожидании своей девочки с которой развлекается уже сутки. Буквально глушил пустоту от отказа Дарины. Вскоре, появилась, Комолов даже не помнил как её зовут, с пакетиком в руках. На лице парня исказилось удивление. — На, девушка какая-то передала — и без зазрения совести уселась ему на колени сразу распахивая халат. Формы и вправду сочные, и кого-то сильно напоминали, поэтому наверное он и не смог удержаться. — Че за девушка? — спросил Саша заглянув в пакет, там лежала коробка, из под дорогих часов. Ему свои, почти три года назад дарил Ворон. Тоже дорогие. И Джокер сразу понял от кого они, и стал злиться. Она увидела на пороге не его. Часы и вправду оказались красивыми, и Александру по душе. Корпус под золото, на циферблате всё отделано какими-то симпатичными символами, а сам ремешок был кожаным тёмно-коричневого цвета. У неё такой же цвет волос. Джокер сам не понимал почему он видит Дарину в проститутке на своих коленях, даже элементарно в часах. Наверное потому что часы от самой Милославской. — Что-то ещё сказала? — спросил Комолов положив руку ей на талию и откровенно говоря заглядываясь на декольте. Его не интересовало лицо. — Не-а — пробормотала она пододвигаясь ближе чтобы её «клиент» прямо заглянул в пышные формы. У неё тоже давно не было души. А Джокер ей денег не пожалеет. Мира, так звали девчонку, слишком давно в этом бизнесе чтобы иметь за душой хоть что-то кроме денег и желания отхватить мужика побогаче. Но с Джокером что-то больше секса ждать не стоит. Это не тот человек.

***

С того момента как и говорилось ранее, прошло уже полгода. Настало лето. А Дарина уехала. Да, на удивление быстро, но уехала. До февраля она была в Санкт-Петербурге а потом укатила обратно в столицу, оставляя в той квартире жить Ангелину и Диану — у Гели там кажется наклевывался ухажёр, но в подробности подруга не хотела вдаваться. Поэтому Дар пыталась жить в Москве, вела образ жизни гулящего человека. Словно вторая юность настала. Гуляла по клубам, тусовалась, пила и общалась с парнями на один раз. Но дальше флирта ничего никогда не заходило. Потому что Милославская параллельно была в терапии, возвратив свои походы к психиатру. Ещё после смерти мамы у неё стали возникать проблемы с головой, но тогда вовремя всё удалось купировать. Но конечно стресс делал своё дело, и «крыша» снова поехала. Дарина знала о своих проблемах, поэтому всегда носила с собой таблетки, — с пометками. Как она однажды рассказывала. Только после попытки изнасилования ей прибавились ещё и панические атаки, при любом контакте с незнакомыми мужчинами. Работала она в головном офисе семейного банка — одним из штатных программистов, по обычным делам нормального киберспециалиста. В общем стала обычным офисным планктоном. Про Джокера она даже слышать ничего не хотела. Надоел. А от вопросов подруги отмахивалась. Иначе она его до десятого колена проклянет. Геля может. В один из дней, Дарина спокойно шла по парку. Да, в том году всё тоже начиналось с обычной прогулки по парку. Было даже лёгкое дежавю. И главное Милославская не знает почему перед больницей решила погулять. Сегодня у неё один из контрольных приёмов где нужно уже решать с врачом — вводить транквилизаторы или можно остаться с совсем лёгкими антидепрессантами. Конечно, Дар бы очень хотела не менять своей программы. Она и так в последнее время стала чувствовать себя больной. Но раздаётся звонок телефона в кармане, темноволосая выматерилась пока доставала. Ещё одна дурная привычка. Набивать карманы каким-то хламом. — Алло! — Дар недовольно приложила трубку к уху даже не взглянув кто же ей звонит. — Удивлён что ты трубку сразу взяла, — с того конца послышался слишком хорошо знакомый голос. Крестный. Его не узнать было в принципе тяжело, даже голос сеял авторитет. — Только сразу не бросай. Поговорить нужно. Дарина зажмурилась пытаясь унять дрожь. Одновременно злится. Но ему нельзя отказывать. Когда Милославская уезжала, она не объяснила причин, поэтому с Вороновым связь немного потерялась. Потому что Дар не хотела травить себе душу хоть какими-то воспоминаниями о Саше. — Здравствуйте Вениамин Сергеевич, только быстро, — брюнетка посмотрела на время, до приёма оставалось меньше получаса, а ещё нужно вернуться к больнице. От Ворона послышался смешок. — Занятая стала, — хмыкнул авторитет, — Ладно, мне нужна твоя помощь. Как программиста и прекрасной девушки. Дарина что цокала небольшими каблучками на своих сланцах, резко остановилась. Ей это не нравилось. Это не предвещает ничего хорошего, к тому же зная крестного. Вообще не нравилось. — И что от меня требуется? — недовольно поджав губы спросила Дарина поправив на плече ремешок сумки. Она в светлой футболке с вышитой надписью на груди, чёрных брючных шортах и сланцах, а на плече висит обычная женская сумка чёрного цвета. Стояла перед крыльцом больницы напряжённо крутясь. Дарина даже сразу же отказываться не стала. Ну может там действительно что-то серьёзное? — В общем, у меня проблема появилась, нужна именно твоя помощь, — отвечает Воронов от чего по коже брюнетки побежали мурашки, — И если это дело не решится, начнутся проблемы с полицией. У меня, и моих парней. Я не знаю что произошло у тебя и Джокера, почему ты так срочно уехала. И не принуждаю тебя нам помогать, но очень надеюсь что ты согласишься... Милославская в целом впервые услышала такую манеру у крестного. Даже не возмутилась как он понял что всё дело в Джокере. Но её поджимало время, выгодно давая возможность подумать. — Давайте я вечером вам перезвоню? Мне нужно идти, — продолжая кусать свои губы предлагает Дарина. — Понял, — согласился Воронов. Распрощавшись с крестным Дар зашла в клинику, сразу подходя к регистратуре. До приёма оставалось десять минут — это время брюнетка просто сидела в коридоре, в своих мыслях что буквально занимали всю голову. И в голову закралось мысль которой Дарина по-настоящему боялась: она соскучилась по опасной работе. По Петербургу. А про людей говорить она не хотела, слишком больная тема на пока. В это же время Воронов сидел в ресторане, в окружении Горского, парней Джокера, и конечно Стаса. Самого Джокера среди них не наблюдалось — Комолов ещё на прошлой неделе уехал в Москву по поручению отчима. — Она согласилась, но Джокеру не слова, — строго произнёс Воронов откладывая мобильный экраном вниз. Парни закивали. Александр был следующим по авторитету после самого Вениамина Сергеевича, но в его отсутствие они обязаны послушаться. Как говорится — иначе голова с плеч. Нужно было решить пару дел по поводу одной фирмы в столице, сам Ворон уехать не смог, поэтому пришлось уехать Саше. Комолов с момента как уехала Дарина вообще стал непонятным, точнее всё началось с Нового года — оба вышли какими-то странными. Точнее, работа была всё той же, а вот сами люди... Саша не кололся, да и не заведено у них так. А Дарина, Дарина бы не сказала. Уж такой была Милославская, в отца. Вениамин в принципе не был любопытным человеком, но что же произошло между крестницей и пасынком — было интересно.