С любимыми не расставайтесь

На втором этаже Шрам провёл Дарину в нужную комнату, но в ней никого не избивали. Воропаев сидел привязанный к стулу и бился в агонии, судя по всему это ломка. Наркоман? А парни стояли у стены болтая о всякой своей фигне. Милославская с ходу прошла к Максиму даже не обозначая о своём присутствии мужчинам. Она опустилась перед ним на колени дожидаясь когда он в своём состоянии заметит её. — Это ты... — неожиданно дёрнувшись прохрипел парень, — Сука! Ты виновата со всём! Вы во всём виноваты! Стал громко орать он, от чего Дарина подпрыгнула не ожидая такого исхода событий. — По вашей вине ушел отец, а мама не выдержала такой жизни... — стал бормотать себе под нос Воропаев, но Бар находясь на небольшом расстоянии слышала, — А вы никто не смогли её поддержать! Мрази! Ни дядька, ни друзья... Да какие нахер друзья! Они не разу в её жизни не появились! Теперь Милославская точно убедилась что парнишка не в адеквате. А когда её вниманию предстали зрачки, поняла почему. Слишком узкие. Значит не наркота. У парня просто едет крыша сама по себе. Может наследственное, а может из-за стресса. Не дав Дарине подняться на ноги как в заброшенную каморку влетели ОМОН в компании знакомых им всем Коробицына, Скворцова и Окунева. — Полный набор Николай Степанович, все здесь, — усмехнулся капитан отмечая что происходит в комнатушке. Всех положили на пыльный, холодный пол, а на Воропаева просто направили оружие. Только Дарине позволили встать на ноги. — Ну что же вы, Дарина Игоревна, не сообщили доблестным органам что вы уже всё узнали, так дело могло завершиться мирно и без лишнего шума — заговорил с девушкой майор пока Дар недовольно пилила его взглядом, — Пришлось нам самостоятельно всех пробивать. — А я не люблю мешать доблестным органам, на моей практике это не лучшее решение, — слова Дар звучали горько, едва ощущаемой ненавистью которая жгла начиная от слуха заканчивая воздухом вокруг. Был неудачный опыт общения с офицером в Москве и разошлись с ним как раз по простым причинам. Не смотря на «службу родине» он вёл нечестную игру, но вместо того чтобы спокойно рассказать, Дар попробовала бы понять, но в какой манере ей это преподнесли, вообще не было намёка на продолжение «дружбы». Поэтому такое отношение. — А очень жаль что такое осознанные граждане чем то недовольны, нашей службой — усмехнулся Окунев вешая на Шарапова наручники. — О! Джокер, ты то тут как — спросил Коробицин замечая как Комолов вместе с пацанами отряхиваются от пыли с пола, куда их уложили спецназовцы. — Ветром занесло — фыркнул Джокер встречаясь взглядом с Дариной. Тоже недовольный, но он ещё с привычной долей сарказма. А вот Дар кажется была ещё и расстроена. Только к сожалению в глазах причины не было, и Александр подметил себе: нужно узнать. — Часто тебя ветром в подобные места заносит — саркастическим тоном усмехнулся Окунев, помогая своему напарнику паковать преступника. — Работа у меня такая, с ветром, — бросил Комолов и вышел с заброшенной комнаты спускаясь вниз, не забывая перед уходом посмотреть на Милославскую. Было у Джокера к ней, нечто необъяснимое. Уже на улице его нагнал Шрам, Дарине пришлось остаться там для дачи показаний — давая им возможность поговорить. Конечно в любой другой бы ситуации он не стал признаваться кому в своих чувствах, но сейчас по другому было никак. — Джо, колись, уже все заметили как ты на Милославскую смотришь — спрашивает Шрамов подойдя к начальнику и другу по совместительству, со спины, — Даже менты. Комолов только пожал плечами. — Есть закурить? — резко спросил Джокер, он не курил в принципе, бросил давным-давно, но сейчас очень хотелось. — Ты ж не куришь, — удивлённо вскинул бровями Виталий, — Нет, но могу у пацанов спросить. Ерёма вроде курящий. Но на отказ Шрама Саша теперь отмахнулся. Ещё он ради сигареты по пацанам не бегал перебьётся.

***

Я долго пялился в одну точку, в голову лезли самые разнообразные мысли которые выходили в одно единственное — желание напиться, и какую нибудь девочку склеить. Но другие женщины вообще в голову не шли, одна там поселилась и переезжать не планировала. Её то я одновременно и материл, и... Похоже любил. Это личико с острыми чертами лица и голубые глаза я не мог выбросить из головы. Милославская имела дар, мне всё равно на каламбур, влюблять в себя людей и не отпускать. А я... Не знал почему так на ней зациклился. Не помню когда я в последний раз любил до этого, ещё в школе наверное. Но тогда эта девочка даже не обращала на него внимание. А потом он переехал, мать вышла замуж за Ворона, и пошёл в другую школу. И там начала набирать обороты репутация его бабника. С того момента я ничего кроме желания к девушкам не проявлял. Бывали случаи когда меня клинило и я искал «судьбу», но последний нападок был совсем недавно, и снова этого точно случится не скоро. Но Дарина... Блять. Она совсем другая. В ней было слишком много загадки, одновременно лёгкости и того самого перца из-за которого мы как только познакомились стали ругаться. А какая она в сексе... У меня буквально сносит крышу когда я вспоминаю, эту кошку в постели. Зажигала какой-то неизвестный огонь во мне. Но нам стоит заканчивать с этим. Иначе потом это скрывать станет невозможно, но я отлично помню слова отчима когда он только-только рассказал о приезде Дарины. Я конечно не сдержал слово. Но... Мне даже в оправдание сказать нечего. Шраму ответить не могу, хотя он один из первых заметил что между нами происходит. Мой взгляд на эту девчонку. Блять, я даже ухаживать за ней не могу.

***

Через десять минут из заброшенного здания появились сотрудники полиции в компании задержанного, а за ними вышла Дарина с телефоном в руках. Печатала что-то. Джокер её пилил внимательным взглядом, пока рядом стоял Шрам, он же наблюдал за Шараповым которого трясло как от ломки, и пытался вырваться, но его крепко держал Скворцов. — Ребят, подвезете? — спросила Милославская подойдя к парням, или «братками». Неизвестно как к ним обращаться. Брюнетка убрала телефон в карман пальто, поджимая губы. Странная. Вроде психа этого задержали, а у неё замешательства в взгляде даже больше. Ерёма и Угол собрались ехать на такси, к счастью оно сюда как оказалось ездит. Поэтому в машине было свободное место. Им всем в одну машину сесть не получится, парни и так изматерились когда ехали в Котёл. Потому что троим широкоплечим мужчинам не очень удобно ехать вместе на заднем ряду было не очень удобно. А Комолов не даст сесть по-другому. — Поехали, — кивнул Шрам пока Джокер молча садился в Гелендваген, его в принципе сейчас мало что волновало помимо собственных мыслей. Дарина и Виталий обменялись хмурыми взглядами, не понимая в чем дело. Конечно, Шрам понимал, а вот Дарина не знала. Брюнетка села на заднее сиденье, прямо за Александром. И уткнулась в мобильный. Переписка была очень важная судя по всему. Она даже не заметила за ним как Вит высадил их возле дома, сам он собирался ехать на машине Джокера — а утром его заберёт. Но как только темноволосая ступила на асфальт к ней подбежала девочка, с тёмными волосами с двумя косичками и в красном спортивном костюмчике и чёрной курточке. — Тётя Дарина! — детским, картавым голоском воскликнула девочка. Дарина была удивительно с ней похожа, но брюнетка даже не смутилась тому что девочка сразу обхватила её за бёдра, до куда дотягивалась. Милославская заулыбалась и подняла малышку на руки. — Ты как здесь, ребёнок? — удивилась брюнетка держа малышку на руках. Было видно что Дар её знает. Машина Шрама уже отъехала из поля зрения оставляя Джокера и Дарину, в компании девчонки стоять на улице. Александр остановился с любопытством рассматривая незнакомую малышку. — А меня Геля к тебе отправила! Сказала посмотреть как ты устроилась — заулыбалась Диана от чего у Дарины едва шары не выпали. Че, у Ангелины крыша поехала? Ребёнка одного отправлять в другой город. Милославская медленно обернулась, в надежде что рядом есть Джокер, и о, как она была рядом заметив не менее удивлённое лицо Комолова. — Мне не послышалось? — Дарина спрашивает уже Сашу. Может правда, со слухом у неё не всё хорошо. Мужчина помотал головой, получая от ребёнка заинтересованный взгляд. Малышка в силу возраста уж очень любопытная, а заметив рядом с «тётей» красивого дядю не может не спросить. — Это твой муж? — во весь голос спросила Диана а от чего у Дарины резко пропал дар речи. — Нет, это мой... Друг, — замялась брюнетка, не зная как назвать положение Комолова в своей жизни, — И меня по прежнему интересует, как ты тут оказалась, мелкая козявка? Девочка морщит носик, а потом слазиет с рук тёти на пол и вытягивает руку в сторону откуда вышла сама, и в этот момент глаза Милославской широко распахнулись. Там, между машинами стоит никто иная как Ангелина с двумя небольшими чемоданами. Её волосы собраны в косичку а сама она стоит в кашемировом костюме бежевого оттенка а поверх наброшено коричневое пальто. Эстетично, но это делало Сивцеву собой. Подруги недолго смотрели друг на друга, как Ангелина оставив чемоданы подбежала первая почти налетая на Дарину. И всё это сопровождалось громкими возгласами радости. — Ты как тут, обезумевшая? — отстранившись спросила Милославская продолжая держать блондинку за плечи. Геля рассмеялась в голос. — Ну ты же звала, а мы лёгкие на подъём! — с лыбой до ушей сказала бывшая Булгакова, — Так что да, а ты не рада нас видеть? Вон вижу, себе молодого человека нашла, наконец-то, — светловолосая бросила взгляд на Джокера что невесть зачем, продолжал стоять сзади, — А она ни разу меня не знакомила ни с кем, разве что в школе, и всё. Да? Недотрога. Дарина ткнула локтем подруге в рёбра. — Мы вообще то просто работаем вместе, — буркнула Милославская недовольно смотря на Сивцеву. Но Ангелина кажется только набирала обороты, но брюнетка видела эту довольную полуулыбку на лице Комолова. Аж захотелось и ему в рёбра дать. — Я Ангелина, хорошая подруга вашей «коллеги» — блондинка, держа руку на плечах у Дарины, протянула свободную ему ладонь в знак знакомства. — Джокер, — по привычке сказал Александр, не желая называя такой энергичной девушке понятие о своём имени. Но руку пожал, не став целовать, потому что рядом стояла уже та... Которой удалось заполучить его внимание. — Интересно, а тут в Питере у всех такие странные имена? — Геля посмотрела на Дарину что молчала, но в воздухе чувствовалось недовольство. — Саш иди, спасибо что подвезли, — вместо ответа подруге сказала Дар посмотрев на парня. — Не за что, до завтра, — бросил Джокер и развернувшись ушёл, напоследок бросив улыбку Дарине, по его взгляду было понятно кому адресовано было. А как только он скрылся в дверях парадной, Ангелина развернулась к Милославской с странным взглядом. — Милая моя, и что «это» было? — спросила Геля с приподнятыми бровями, — Между вами такая химия! Я аж засмотрелась. — Ну какая химия Гель? Мы просто вместе работаем и живём в одном подъезде, — фыркнула Дарина. Кажется в данную минуту эта самая частая эмоция которую она испытывала. — Крестный поручил ему и его парням за мной следить. Видите ли папа рассказал о моей любви к приключениям. Милославская не стала говорить что приехали то они с того самого приключения. Иначе сейчас начнётся. — Да такая! Прямо видно как он на тебя смотрит! — воскликнула подруга от чего Дар неоднократно закатила глаза. — Как он смотрит? — устало вздохнула брюнетка. — Будто ты — самое шикарное дизайнерское платье которое он видел! — с прежним впечатлением говорит Сивцева, — На меня так Глеб в своё время смотрел... Дарина сначала молчала, а потом в прежней тишине погладила бывшую Булгакову по плечу. В целях просто успокоить. Но их отвлекла Диана, что всё это время крутилась вокруг чемоданов не зная чем себя занять. — Просто дядя Джокер любит тётю Дарину вот и всё! — с прежней громкостью в голосе сказала девочка, и как только получила от Ангелины одобрительный а от самой Дарины ошарашенный взгляды, — Мы домой скоро пойдём? — Д-да, пошлите домой! — в прежнем ступоре ответила Дар и потянула девочек в парадную. На одиннадцатый этаж они поднялись быстро. Ангелина и Диана на пару всё болтали о красоте Санкт-Петербурга что они успели увидеть по приезде в город и пока ехали в такси, Дарина же не подавала никаких эмоций и слов кроме улыбки. Что в полной мере передавала радость приезду близких. Да, эти девчонки уже давно были как родные, поэтому и близкие. Открыв дверь Дарина пропустила гостей в квартиру. — Так, проходите, чемоданы пока ставьте здесь, — брюнетка зажгла в прихожей свет и указала на место возле вешалки. Сама она быстренько стянула кроссовки и пальто а потом зашла в ванную и выматерилась, на стиральной машине лежала рубашка Джокера. После последней ночи Дарина вернулась в ней домой. Брюнетка даже забыла о её существовании у себя дома, потому что утром уж очень быстро собиралась. Услышала шорох в прихожей, словно кто-то шёл к ней, поэтому экстренно забросила чёрную рубашку в стирку. — Дариш, Дианка спать хочет, куда её можно уложить? — поинтересовалась Геля заглянув в следующий момент в ванную, — Стоп! Блондинка с подозрительным взглядом прошла к подруге что стояла спиной к ней, мыла руки, её ладони немного дрожали. — Мать, нам походу нужно поговорить, — Геля положила Милославской голову на плечо. Теперь взгляд Булгаковой поменялся. Прежнее озорство сменилось на тоску. Которая Дарине была непонятна. — Пошли покажу, — вытерев наспех руки сказала брюнетка и вышла из уборной. Ей бы самой разобраться со своими тараканами, а потом уже кому то выговаривать. Сивцева кивнула и сполоснув свои ладони быстро вышла следом — Диана уже хихикала с какого-то рассказа Милославской, пока сама растелала диван чтобы потом уложить на него девочек. Когда малышка уже спала, девушки сели на кухне — с чаем вместо всем привычного вина. — Дар, короче мне нужно кое-что тебе рассказать, — после неловкой паузы первая заговорила Ангелина. — Если честно, мне тоже, — поджав губы согласилась Милославская. Девушки снова замолкли, висел вопрос: кто первый начнёт. Но Геля, как первая поднявшая эту тему начала свой рассказ. — Я разошлась с Сивцевым, — от такого резкого признания у Дарины сначала чуть глаза не выкатились, но потом кивнула, — Знаю твоё отношение к нему, но ты оказалась права... Он мне изменил, со своей помощницей. — Честно, ожидаемо, но не думала что так быстро — как говорится, зато честно, отозвалась Дарина, — И что делать думаешь? Развод? — Да, мы уже почти месяц живём раздельно — кивнула Булгакова, — Я теперь с Дианой, Антонина Сергеевна в больнице лежит, у неё операция скоро. А ты знаешь Дианку, не справляется она уже с ней. Эту старушку Дарина знает очень давно, с момента знакомства с Настей, покойной мамой Дианы. Добрая, милая женщина с самого начала относилась к подругам дочери с теплом. И была очень благодарна что малышку они не бросили. — А Дима что? Он же вроде как в Москве недавно был, — спросила Милославская посмотрев на на плюшевого зайца что сидел у стены рядом с корзинкой фруктов, на столе, — Дочкой не интересуется? — Она ему изначально нахер не нужна была, — пожала плечами Геля, — А что делать дальше, не знаю. Ну разведемся. А мне что делать? У меня же ни гроша на нормальную жизнь, а как я ребёнка буду поднимать? — Переезжай ко мне, — резко выдала Дарина поднимая от части пустые глаза на подругу, — Хотя... У меня тут тоже не ладится, всё через одно место. — А у тебя то что? Ты же такая вдохновлённая этим Питером была, — хмурится Сивцева поднимая голову, внимательно рассматривая бывшую одноклассницу. — Я запуталась, очень, — грустно хмыкнула она, — Джокер этот... У меня вся голова им занята, но я не понимаю что это... — Влюбилась что-ли? — светловолосая откинулась на спинку стула, — По нему видно что он при деньгах, и тебя похоже любит. Хороший выбор. — Нам вместе быть никак, он пасынок моего крестного, и никто не будет рад нашему союзу... А я не знаю что делать. В этом городе буквально за две недели было столько проблем, я в Москве себя ни разу так ужасно и одновременно счастливой не чувствовала, — Дарина так и не притронулась к своему чаю, продолжая пилить его взглядом. Геля с жалостью посмотрела на Милославскую. Но эта не та жалость которой все боятся, это сочувствие от которого на душе становилось тепло. — Ой блин... — Сивцева хлопнула себя по лбу. На лице Дарины проступили слезы. Она впервые почувствовала себя такой запутанной. У неё ни разу не было такого, да что говорить. Милославская впервые кажется серьёзно влюбилась в парня, а эти чувства вызывают только боль внутри. Джокер это тоже лучший вариант в кого можно было влюбиться. До Милославской уже дошла его репутация «бабника» и она отлично понимает — такие люди просто не меняются. Геля встала с своего места и подошла сзади чтобы обнять, брюнетка когда почувствовала хватку подруги на своих плечах слезы потекли ещё сильнее. Ужасная запутанность сковывала её — вечно уверенную и моментами стервозную Дарину, для которой это абсолютно не свойственно. Это не свойственно для них обоих...