С любимыми не расставайтесь

Машина Шрама остановилась возле здания что внешне больше напоминало какой-то музей который был заброшен ещё до революции. А теперь его переделали под ресторан «Шлотбург», находящийся под руководством Ворона. Дарина, как только авто остановилось, выскочила и рванула под быстрее туда — внутри, к ней сначала подлетел хостес, но как только за спиной показался Виталий, она сначала улыбнулась а потом девушка ушла за стойку своего рабочего места. — Пошли — мужчина аккуратно подтолкнул Милославскую к лестнице что вела на второй этаж. Вообще Шрамов был что-то вроде старшего брата для Дар, спокойный и душевный для бушующего урагана в виде брюнетки. На втором этаже они сначала увидели Стаса, что стоял как всегда непоколебимо перед проходим на вип-балкон в самом конце где обычно восседал Вениамин Сергеевич. А как только Дарина вошла, увидела что крестный ужинал в компании Олега Михайловича. — О привет, — замечая темноволосую заулыбался Воронов, — К чему такая срочность? Девушка положила перед ним фотографию и подняла глаза. Хмурая и полная решимости. Страх она из себя так легко не выпустит. — Кто это? — Дарина ткнула в девушку посередине а потом сама села на стул, перевела дыхание и снова посмотрела на Ворона, — Мне передали письмо с угрозами, и там была эта фотография. Мне нужно знать кто она такая. Вениамин сначала разглядывал снимок, а потом, отложив приборы, взял фотографию в руки. Было видно что в сметении, но к сожалению на лице имя не появлялось. От чего Дарина снова начала нервничать. — Выйдите — мужчина махнул рукой своему адвокату и Шраму, последний стоял в дверях о чём-то тихо разговаривая со Стасом. Как только они остались наедине, Ворон недолго молчал. Собирался с мыслями. Что было уж очень несвойственно для вечно собранного, активного и строгого крестного. Но теперь Дарина поняла по его реакции: папа не зря с ним общается столько лет, и не зря он её крестный отец. Потому что по Воронову видно с какой теплотой он отзывается о семействе Милославских, отношение к Дарине. И не смотря на такой противоречивый «статус» — у него есть понятие как близкие. — Это Марина Бояринцева, Наташа с ней очень крепко дружила когда Игорь только-только с твоей мамой познакомился — продолжая смотреть на снимок ответил Вениамин Сергеевич, — Я был влюблён в неё... А потом исчезла в никуда. И когда уже ты родилась, Наташка рассказала что Марина замуж вышла за уральского «бизнесмена» вышла. А к чем это фото, не знаю... Не успел Вениамин Сергеевич договорить как на балкон влетел Джокер. Как всегда идеальный, в пальто в вертикальную полоску и темно-синем бадлоне. Волосы как всегда были уложены назад. Чем-то недовольный судя по всему. — Че случится успело? А то по телефону ты ничё не объяснила — Саша смотрел в частности на Дарину, почти испепеляя взглядом. Брюнетка бросила хмурый взгляд на крестного, глазами прося не говорить. Она может справиться и сама. Потому что, тут и дураку понятно — Дар всего лишь посредник чтобы донести это письмо до Ворона. — Можно мне бокал вина? Белого сухого, желательно, — вместо нормального ответа сказала Дарина продолжая мять пальцами край рукава своего свитера. Нервничает. И о том что Милославская как два года в завязке от алкоголя никому не нужно знать, сейчас это не важно. Потому что только вино может помочь хотя бы немного успокоиться, и поможет даже уснуть сегодня ночью. К тому же — за руль она не собирается, поэтому переживать не стоило. А может и стоило. — Ты издеваешься?... — начинал греться Комолов. Милославская сейчас особенно бесила. Обычно такие девушки на него вешались, лишь бы на них обратили внимание, а тут ещё носом воротит чтобы элементарно ответить на вопрос который вытянул его из дома! — Саш не шуми, — попросил Вениамин Сергеевич жестом подзывая официанта, — Принеси девушке вина, какое? — Белое сухое, — коротко отвечает Дарина потирая висок от неприятной боли в голове. — Вы точно издеваетесь! — громко возмутился Александр ударив рукой, обтянутой кожей перчатки, по столу а потом встал уже собираясь уходить. — Джокер подожди! — одернул его Ворон заставляя только одной «просьбой» если точнее приказом, вернуться обратно за стол, — Саш спокойно, понимаю, поздно тебя выдернул но эмоции держи при себе. — Ладно, извини — уже спокойнее, кивнул Комолов а потом бросил взгляд на Дарину, его гнев по большей части был направлен на неё, — Извини. Брюнетка кивнула, а потом провела руками по лицу. Устала. Но одновременно ей было интересно разобраться со всем, пусть может потом и прилететь за самодеятельность. Но Дар уже возрослая девочка, и за неё отвечать не нужно. Она сама всё может. Но Джокер, что продолжал сверлить её взглядом словно сканировал, кажется заметил наличием «проблемы» у девушки. Но в присутствии отчима расспрашивать не стал. Понял за время её присутствия, что даже немного полезть в «личное», Дарина потом тем более ничего не расскажет.

***

В ресторане они пробыли около часа. Ужинали. Точнее мужчины ели а Милославская под бокал красного просто составляла им компанию. Параллельно в голове состоялся мозговой штурм, и себе специально в заметки записала полное ФИО этой самой Марины. Больше чем уверена Дарина, что дело как раз в ней. Не зря же на снимке участь коснулась только её, к тому же был вопрос, куда она делась? И вообще в чем было дело. Короче, вопросов больше чем ответов. Из ресторана Дар вышла в компании двух мужчин — Джокера и Шрама. Последний сел за руль Гелендвагена, пока Комолов пытался уговорить брюнетку поехать с ними. Девушка упорно хотела вызвать такси. — Дарин, я тебе говорю, поехали с нами — настаивал Александр сверля взглядом её милое личико, — Прекращай ломаться а. — А я не проститутка чтобы «ломаться», в конце концов, я свободный человек и могу уехать отдельно от вас. Ты кажется и вовсе не рад моему присутствию был, а сейчас что успело поменяться? — Милославская сама даже не понимала, почему же ей так сейчас хочется поругаться с Джокером. Но помотать нервов требовалось экстренно. — Тормози, свободный человек, ты думаешь никто не в курсе что было помимо фотографии в письме? — саркастически улыбнулся Джокер а девушка едва не задохнулась от возмущения, — Нашлись люди которым не всё равно на такую дуру как ты. И не стоит Дарине в таком состоянии говорить что сдал её Рыжов, который слишком наблюдательно отнёсся к этому красивому недоразумению. Не зря в своё время опером был. А когда Шрам приехал, догадался что девочка отношение к Ворону имеет. И Джокеру сказал. Маше дали кашу об этом узнал Вася и рассказал Саше. Старый добрый замкнутый круг. Причём иронично что как и в реальности цепочка закончилась на Саше. — Это я дура? Ты охренел? — фыркнула Дар а потом развернувшись пошла в совсем другую сторону от Джокера и машины, что светила фарами в противоположном направлении. Но не успела брюнетка сделать и пару шагов как за локоть её вернули обратно. — Значит так, Дариночка Игоревна, либо ты начинаешь слушаться иначе... — строго стал говорить Александр в надежде повлиять на вспыльчивость девушки. Ох как трудно Комолову с ней найти общий язык... А проблема в чем? В том что и сам Джо вспыльчивый, это работа только делает из него «психа». А темперамент у них горячий. А таким людям сложно приходить к общему целому. — Иначе что!? Что ты мне сделаешь!? — непонятно, толи вино так влияет, толи стресс. Но Дарина сейчас хотела его убить. — Меня зовут Дарина, но никак не Дариночка. Брюнетка перекривляла его произношение. Не любила когда её называют подобными уменьшительно ласкательными. «Дариночка» — больше для секретутки в офисе подходит, и с «боевым» амплуа никак не пишется. — А я сделаю то, о чем меня изначально просили, — Александр резко схватил брюнетку за шею притягивая запредельно близко, — Будешь круглосуточно со мной находится. Надо будет — в башню закрою. Поняла? Оказавшись так близко сердце темноволосой ёкнуло, а внутри всё опустилось. Дар даже словила на мысли что у него очень вкусный парфюм, которым пропахло всё, начиная от салона автомобиля и заканчивая помещением где он находился дольше пяти минут. И лицо красивое. Милославская смотрела в его горящие голубые глаза с вызовом, словно жгла своими лазурными глазками. — А ты не думаешь что «круглосуточно», в прекрасный момент мы поубиваем друг друга? Да и я сбежать могу. Меня в юношестве даже отцовская охрана словить не могла — продолжая находится на близкой дистанции говорит Дарина, только голос стал предательски сбивчивым. — Не переживай, от меня не сбежишь — усмехнулся Джокер возвращаясь в «рабочую» личность. Жестокий, циничный и напористый. А потом опустился прямо к девичьему уху, — Малыш, сбавь обороты в конце концов. — Малыш, прекрати мне указывать — язвительно ответила Дар делая шаг назад обозначая границу. — Поехали, а то люди смотрят — продолжая держать девушку за локоть Александр повёл её в машину. На них откровенно говоря палились люди что выходили из ресторана. Мужчина усадил брюнетку на задние сиденья а сам запрыгнул на переднее пассажирское параллельно Шраму, что всё это время спокойно ждал пока они ссорились. Но был очень интересный нюанс — живут то они в одном подъезде. И судя по расслабленности Комолова ему никуда не нужно, значит зайдут вместе. Всю дорогу Милославская сидела с надутыми губами и сложив руки под грудью. Хотелось по скорее оказаться дома, подальше от этого грёбанного мира. Но что-то подсказывало что случится это нескоро. Ехали недолго, и через пятнадцать минут Гелендваген остановился перед подъездом нужной высотки. — Заедешь завтра за мной — попросил Шрама Александр, на что помощник кивнул. И Дар вышла первая сразу шагая к подъезду, но сзади быстро появился Джокер. Что пока брюнетка рылась в карманах куртки в поисках ключей, но ей на плечо легла тёплая даже сквозь перчатки рука оборачивая девушку лицом к нему. — Поговорить нужно, срочно, — просит Джокер смотря в светлые глазки темноволосой. — Ты добить меня хочешь? Нет извините, ты и так сегодня мне нервов потрепал — дёргается Дарина выпутывая руку из его хватки, но попытка останется тщетна — Отпусти меня! — Успокойся, я по нормальному прошу — Саша убирает руки показывая ладони в знак капитуляции, — Прекрати кусаться, красивая, я же по хорошему к тебе. — Ладно, говори — хмурится брюнетка сложив руки на груди и «затравленным» взглядом смотрит на него. Не травил её никто, но Дарина так не хотела его слышать. Джокер на секунду улыбнулся, словно обрадовался что она его согласилась выслушать. — В общем, тебе, пока мы не разберёмся с этим письмом, придётся побыть под нашим наблюдением. Пока ты дома - со мной, а когда я занят - с кем-нибудь из парней. В целях безопасности, понимаешь? — не отрываясь от милого личика говорит Джокер, а потом хмыкает замечая как Дар морщится. — Ты смеёшься!? Я если я не хочу? — фыркает Милославская, — Вы ведь не можете находиться со мной двадцать четыре на семь! — А постоянно, я думаю, и не придётся. Просто в целях безопасности, побудешь на людях с нами, — Саша и так долго боролся, но потом в итоге аккуратно заправил выпавшую из копны прядку тёмных волос за ухо. Дарина поднимает голову на него, смотрит внимательно, хмуро, словно пытаясь понять происходящее. То Комолов кричит на неё, то хватает, а теперь ещё и такие выкидоны? От таких качелей одновременно хотелось ему по лицу дать, либо поцеловать. Но целоваться спустя неделю знакомства не в её стиле. Она девочка «правильная», и на первом свидании целоваться не станет. Шутка конечно, но так быстро подпускать к себе Джокера не собиралась. Но кажется она не успела понять происходящего, как мужчина крепко поцеловал незаметно уменьшая дистанцию. Целовал крепко, мягко зарыв руку в темной шевелюре не давай отстраниться. Дарина даже ответила, поцелуй был долгим. Сладким и опьяняющим до дрожи в руках, от чего Милославская даже на секунду выпала из мира абстрагируясь от всего мира, останавливаясь лишь на мягких губах. Через несколько минут девушка отстранилась, неловко облизывая губы от остатков блеска. А Комолов стоял улыбаясь, как ни в чем не бывало. — Это ничего не значит, понял? — после паузы тихо сказала Дарина, радуясь что это никто не видел. В такой поздний час, на улице людей оказалось минимум. А и те не особо хотели вмешиваться в то, где был сам Джокер. — Не значит, да? Ну раз так... — Александр притянул девушку для нового поцелуя едва не припечатывая к своему телу даже не спрашивая согласия, — Раз ничего не значит, то хорошо проведём хорошо время и снова вернёмся к нашим прошлым «отношениям». Дар не успела согласиться, едва открыла губы как ее снова поцеловали. Только на этот раз сильнее. Без особых проблем решили что путь будет лежать в квартиру Милославской, пока ехали в лифте продолжали целоваться. Даже успели поссориться между этим. Но уже подходя к квартире позабыли о конфликте. В прихожей, брюнетка успела сбросить куртку на пуфик что стоял рядом с тумбочкой для обуви, как мужчина поднял её на эту самую тумбу. И встал между бёдер, наконец-то находясь на одной высоте удобной для поцелуев. — Целуешься так себе — усмехается Комолов вешая пальто на вешалку над пуфиком и сбрасывая на тумбу кобуру с пистолетом что девушка помогала ему снять. А потом получил в полную силу толчок в рёбра. — Так себе? Ты сейчас договоришься, и останешься без секса — хмыкает Дар стягивая свой свитер, освобождая ему доступ к своей груди и шее. — Не-не, мы так не договаривались — Джокер стягивает брюнетку с тумбочки и тянет девушку в глубь квартиры, — Где у тебя спальня? — Вон там — Милославская показывает на дверь находящуюся от них справа. Но у Комолова кажется потерялось терпение, поэтому он начинает её раздевать прямо в зале. Пристроившись сзади приспустил джинсы девушки до бёдер и рука ныряет под бельё между ног. Принимаются массировать чувствительный комочек нервов от чего по стройному телу начинают бежать мурашки а с губ слетают неосознанные стоны от приятных ощущений. Доставлять удовольствие он умеет, это чувствовалось в отточенности движений. Попой она вжимается в его бёдра ярко чувствуя возбуждённый орган, и начинает как покачиваять бёдрами ещё больше дразня. И перед самым пиком убирает руку от чего Дар недовольно стонет и пытается свести ноги. — Ну малыш, не всё сразу, — смеётся Александр а потом расстёгивает бюстгальтер и бросает его на диван, а потом сразу уводит брюнетку в спальне. Дарина ахает когда чувствует спиной холодную простынь, помогает Джокеру сбросить бадлон от неряшливости действий его идеальная причёска растрепалась. Но это никак его не испортило, наоборот, заставило девушку прикусить губу. Следом на пол уходят её джинсы вместе с бельём. Комолов сгибает её ноги в коленях и разводит на небольшое расстояние чтобы без проблем лечь между них, а потом сбрасывает свои брюки и ложиться между женских ножек. — Саш... Не тяни... — просит Дар находясь на совсем крошечной дистанции лиц. — Хочешь? Отвечай честно — усмехается Александр нарочито нежно целуя тонкую шею. Она впервые нормально обратилась к нему нормально по имени. — Отвечай, иначе остановимся. Дар недовольно хнычет. — Хочу, — тихо шепчет Дарина признаваясь по большей части себе. — Умница, — смазано чмокнул в щеку Саша пока надевал презерватив, а потом пристроился между ног медленно заходя. Темноволосая прошипела. Да, она не девственница, но долгое отсутствие нормального секса давало о себе знать. Поэтому так резко начинать не стоило. И Джокер это понял. Поэтому дал время привыкнуть, и через пару минут стал двигаться. Теперь было приятно. И стонов удовольствия долго ждать не пришлось. Сейчас было хорошо. И не хотелось думать о том что потом им вместе работать, и эту ночь так легко вычеркнуть не получится. Как минимум Дарине, про Комолова она не знала. Но ей хотелось хотя бы на одну ночь почувствовать хоть что-то а не давнюю глыбу льда.