Мы не виновны, Окделл

Девушка оказалась в покоях своей новоиспечённой, почти «свекрови». Та молча усадила её за стол со свечкой и отошла. Мирабелла поднесла к столу огромную книгу. Кожаный переплёт, куча пыли и опять ненавистная сырость. Это была родовая книга Окделлов. —Как своей любимой невестке... —Женщина приподняла уголки губ, пытаясь улыбнуться, но выглядело это довольно жутко. —Покажу тебе древо, и ради чего в данный момент борется Ричард. —Эрэа, может быть с утра? Ночью я к сожалению, мало что пойму... —Эмма привствла, упираясь руками в стол, но быстро села из-за сорвавшегося крика. —Сядь! Быстро сядь! —Крик был хриплым, пронзающим и жуть не приятным. Эмме, конечно же стало страшно, да и мысль проскочила, что отказывать женщине на ночь нельзя. Да и нервная она слишком для отказа. Мирабелла положила книгу на стол. Натренированным движением открыла нужную страницу. Вот и четыре главных герба, означающих четыре семьи. —Алва. —Тыкнула дрожащим от злости пальцем женщина. —Главная цель... Главная цель устранить... Лицо Мирабеллы стало жутко меняться. Оно будто опустилось вниз, куча глубоких морщин, которые она заработала слезами... Она кусала не просто нижнюю губу, а уже чуть ли не съедала свой подбородок, на сколько это возможно. Нервное дыхание и ужасная трясучка. С женщиной творилось что-то то страшное, она начала снова говорить. —Устранить Рокэ!...—смогла прокричать та, и ударилась головой об стол. Эмма сглотнула, впервые видя такую картину. Она кинулась к «свекрови», которая спускалась всё ниже и ниже. Она падала на колени, делаясь всё слабее и слабее. Руки её прикрыли плачущее и страдающее лицо. Ногти начинали наверное в сотый, а то и в тысячный раз царапать лицо, нанося не глубокие, но кровоточащие царапинки. —Эрэа, тише, тише... —Эмма начала гладить женщину по голове, по спине, ощущая её чёрное и такое же исцарапанное платье, в надежде успокоить. Снова послышался взвизг, нервное всхлипывание, переходящее в звериный вой. Страдания её не достигли пика, но было уже страшно смотреть. Она скрестила руки на груди и продолжала выть, выть, выть... Филин Ричи подлетел, и сел на голову Мирабелле. Птичка может хотела успокоить, а может просто не понимая в чём дело, очень заинтересовалась. Девушка подняла свои глаза на голову той, которую уже не боялась, а просто знала, что хоть она и сумасшедшая, но вроде пока безобидная. Большие и жёлтые глаза филина посмотрели в ответ. Ричи несколько раз, как то тупо моргнул, перемялся с лапки на лапку, слегка впился когтями, и когда Мирабелла остановилась от крика, переводя дух, филин решил, что ему есть что сказать. —Ууу!... У... У! —Ричи! —Шёпотом сказала девушка и замахала на него руками, отгоняя. —Ворон Алва! Колдун! Он здесь! Эмма, Эмма! —Женщина одной рукой взяла нож, а другой взяла в охапку невестку. Она начала глядеть своими прозорливыми глазами, где же самый главный враг Окделлов, хотя по факту, он был под боком. —Это филин! Филин Ричи. Успокойтесь... Мирабелла с недопониманием посмотрела на Эмму, и вообще ни капли не раздумывая рубанула ножом ей по ладони, а затем подставила нож к своему сердцу. Такая разбросанность и неясность действий, вызвало ступор и шок. Как только она смогла перескочить с одного на другое? Чем она вообще руководились? Какова её логика? Девушка формулировал все эти вопросы в голове, пытаясь понять, что делать уже ей. —Обещай! Обещай мне, что поможешь Ричарду уничтожить Алва! Он убьёт его, а ты убьёшь его дочь! —Нож уже почти входил в неё. Ещё бы толчок, и она была мертва. Эмма застала на месте. Всё окуталось белой пеленой. Мирабелла... Мирабелла стояла перед ней, с ребёнком. —Девочка... Моя милая Айрис... —Матушка, это не Айрис, это Эйра. —Сказал Ричард, походя к своей матери. На его лице была улыбка. Такая тёплая, что радость, которая переполняла его грудь, заставила его будто сиять изнутри. Он сам излучал невозможное тепло, отдающиеся и матери, которая была уже не сумасшедшей, а выглядела более менее. Вдруг появилась третья фигура, женская. Уже с большим животом, видимо девятый месяц, и срок вот вот уже подходит. Лица её, девушка не успела разглядеть. Когда она вернулась в реальность из странного виденья, в комнате уже стоял Ричард. Эмма была абсолютно спокойна, хоть кровь с руки текла ручьём, Мирабелла вот-вот заколит себя, так по мимо этого, она ещё и что-то кричит со всех сил, да такое, что не разберёшься. Слух к ней пока не вернулся, но она видела, как и Ричард, что то произносит и машет головой, почему то отрицательно. —Что?! —Обесплкоено и затуманено спросила она. —Обещай!... —Прозвучал расплывчатый звук. —Обещай! —Вдруг громко и ясно донёсся звук. —Да, обещаю! —Произнесла девушка, смотря, то на свекровь, то на жениха. Глаза Ричарда стали круглыми, почти как у Ричи, он продолжал вновь мотать головой, а затем просто отвернулся. Мирабелла опустила нож. Медленно, но стремительно, руки её кинули нож, женщина подбежала к Эмме и начала расцеловывать её, пока та не пришла в себя. Отныне, Эмма пообещала на крови, убить своего отца. А тем временем, подготовка к свадьбе шла немедленно. Наступил же, следущий вечер, назовем это, «вечер предсвадебной кампании»