Ночное дрочево

      — Ты нарочно?! — громко шептал Саша, прижимая Ярика в одной единственной каюте яхты, на которой проводилось в этот вечер мероприятие. Ярик метался, стрелял глазами. Да, он специально, но Саша не выглядел безобидно, норовил порвать воротник и без того сшитого на отвали топа. — Аккуратнее. — Командовать в другой раз будешь. Играет он или серьёзно обиделся? Вот вопрос, который мучил Ярика. Саша ревнивый, Саша требовательный, он постоянно хочет внимания и обижается, если оно уделяется не ему. А вот Ярику дразнить нравилось всегда. И сегодня он, раз взявшись за руку с соведущим, смутился, но потом понял, что ситуацией можно воспользоваться. Всего пара минут, а Ярик успел и глазки построить, и рукой задеть, а в импровизированной гримёрке вообще юбку коллеге задрал.       — Да Саш, успокойся. — Всё нормально у тебя? С головой в порядке? — прошипел Саша прямо на ухо, — Меня не смог нарядить в ЭТО, — он одёрнул на Ярике юбку, — и нашёл замену? — Да я шутил… Саша пропустил мимо попытку оправдаться, с внезапной ухмылкой быстро цапнул за задницу через бельё: — Ты в этом прикиде похож на аниме тянку, не хватает ещё ушей и хвоста. Ярик вспыхнул, но отшутился, получив за это смачный шлепок. Нет, Сашу ни капли не задело, что Ярик в шутку пристаёт к кому-то (как будто это первый раз), просто сегодняшний образ… наталкивал на некоторые мысли. Разве из Баярунаса не получится прелестная неко-тян? — Ты едешь ко мне, — отрезал Саша напоследок уже в дверном проёме. «Он тяжело дышит, — заметил про себя Ярик, — возможно, ему нужно пять минут побыть наедине со своей рукой и фантазией…»

***

      Ярик оправил юбочку так, чтоб не сидеть на ней — помнётся, закинул ногу на ногу, коленочку поглаживая, не зная, что на эти коленочки-то его и поставят очень скоро. И чулочки чёрные подтянул наверх, чтоб аж резиночка сжимала, но точно не сползли опять, а то неудобно ведь… и сидел так, перебирал краешек юбки, складочки, там, ниточку где-то нашёл на этой херне с алиэкспресса, пальчиками туда-сюда елозил. А потом ему неизбежно стало скучно, он положил ладони между ног, свёл коленки и потянулся так чуть-чуть, прогибаясь, закрыл глаза, облизал губы, покусывая легонько от волнения с хитро-заинтересованной улыбкой. Он ждал обещанный хвост.       Саша принёс не только его, в руках к тому же болталась цепь… ошейник лёг на тонкую шею, и Ярик сглотнул, смотря наверх, дёрнулся выпирающий на худой шее кадык, — разве что уши кошачьи на голове не зашевелились, — провёл кончиками пальцев с чёрными ногтями по коже сверху, проверяя натяжение, и вдруг Саша зацепил за кольцо на чокере поводок, потянул на себя, а потом резко вниз — Ярику пришлось упасть на колени. Он опёрся ладонью на пол, аккуратно помялся на месте с испуганным бегающим взглядом. — Ну что, побудешь моим котиком? Саша погладил по лицу, заправил чёрные пряди взлохмаченных волос за ухо, легонько поцеловал в висок, скулу, разок и в тонкие губы, горячие от покусываний. Ярик заполз обратно на кровать, для этого пришлось встать сначала одной коленочкой, потом другой, и юбка на мгновение перестала скрывать бёдра. Под ней — ничего не было. Только на ягодицах красными следами отпечатались складки от сидения на покрывале.       Он спрятал глаза от смущения, но ноги по команде расставил шире, прижимаясь широкой спиной к Саше и подставляясь под поцелуи в шею под чокером. А Саша запустил руки под короткий топ, сосчитал рёбрышки, сжал кожу на талии и пополз вверх, туда, по гладкости к бусинам-соскам, в которых — холодные кольца пирсинга, которые можно оттянуть вниз, чуть скрутить, Саша воспользовался этим по полной, вырвав у Ярика очередной сдавленный стон: пока больше придыхания, чем голоса. Под тяжестью веса со спины он опустился на руки, Саша огладил талию, потёр у тазовых косточек, залезая под пояс болтающейся юбки. Ярик содрогался от прикосновений, которые спускались всё ниже, под властной ладонью прогнулся, позволяя поднять топ по самые лопатки, чтобы потом и вовсе снять.       Саша убрал руки, но, касаясь снова, повёл правой уже по ягодице вперёд, под тканью, задел член и, как обнаружив точку включения, провёл от основания до головки, в конце сжав ладонь в кулак — и обратно, и так несколько раз, пока Ярик не дёрнулся разок беспомощно вперёд, желая ощутить большее трение. Но этого Саша не допустил, огладил обе ножки, смял, где мягко. Он целовал нежные ляжки со всех сторон, оставляя засосы около резинки чулок и продвигаясь выше.       Юбка оказалась откинутой наверх, по чувствительной коже потекла липкая смазка, Саша её собрал пальцами и стал заталкивать внутрь Ярика то одним, то вторым, совсем неглубоко, пока он не расслабится под ласками и поцелуями в шейные позвонки. И Ярик поддался, практически растёкся по кровати. — Ещё… — простонал он, смущаясь своего же тихого и жалостливого голоса. — Что ещё? — усмехнулся Саша, двумя руками играясь с ягодицами Ярика, соединяя, растягивая в стороны, чтобы рассмотреть, как паренёк, дрожа, сжимает без пальцев анус, выталкивая наружу капли смазки. — Ещё что-нибудь… вставь… пожалуйста, — попросил Ярик и, оглянувшись, уткнулся носом в кровать от стыда.       И тогда он наконец почувствовал, как пушистым длинным хвостом Саша провёл по ноге и, примерившись, вставил пробку. Ярик застонал от холода и движения внутри, а Саша потянул за блестящий стоппер, начал крутить в разные стороны, нарочно отодвигая в сторону густую шерсть хвоста, чтобы видеть, как Ярик расслабляется, впуская игрушку в себя, а затем напрягается, чтобы удержать глубже подольше.       Понимая, что Саша сам распаляется от таких игр, Ярик вильнул туда-сюда бёдрами, и за такую вкусную картинку получил награду: Саша выдавил на левую руку прозрачную смазку тоже, придвинулся вплотную, встав коленями между чужих икр, и теперь, не прекращая играться с пробкой, размеренно, ни на секунду не ускоряясь, почти без давления или лишнего усилия стал дрочить Ярику, который был бы и рад взять всё в свои руки, но вынужден был терпеливо их убирать: хвататься за Сашу — неудобно, мять юбку — не помогает, — опираться на свои ноги — останутся синяки.

***

      — Саш, а… ты? Я тебя хочу, — сдавленно выдохнул Ярик, стараясь умерить сбитое дыхание. — А меня ты не заслужил ещё, — Саша, замедлившись и в конце концов совсем убрав руку, натянул поводок со спины. Ярик вынужденно запрокинул голову, но следующую фразу он услышал уже напротив, — Если сумеешь продержаться ещё пять минут, то я подумаю, — Саша поймал яриковы руки, чтобы не опустил, куда не надо, и медленно невесомо поцеловал высохшие от дыхания губы.       Ярика как переклинило. С ума сводило желание, до судорог, до дрожи в пальцах. Он ответил на поцелуй сильнее, кусаясь, и высвободил руки. «Охренел. Ну, не хочешь ты, буду я.» Саша от неожиданности растерялся, моргнул недоумевающе, но возможность уже была потеряна: он под весом партнёра упал на спину. Постарался согнуть ноги, но не вышло — между них уже кто-то пристроился, и этот вполне определённый кто-то совсем не хотел останавливаться. Саша опустил взгляд: у Ярика стояло так, что позавидует каменная статуя, это видно и за юбкой. — Эй, ты чего?.. Саша в умоляющем вопросе свёл брови, — уверенность куда-то пропала, — а Ярик наклонился и вместо ответа начал мокро вылизывать шею, параллельно шальными ручками расстёгивая Саше ширинку шорт. Ногти впились в бока, Ярик оставил красные царапины и, отстранившись, сдёрнул шорты сразу с бельём. — Долго думал, — улыбнулся Ярик и подарил засос на груди. Волосы спадали и касались кожи, Саша уж думал, что сделать с этим хвостатым проказником, но Ярик прижал к кровати ладонью, а сам потянулся за смазкой.       Вроде, более хрупкий, а одним взглядом заставлял слушаться. Активно вводил длинные пальцы внутрь Саши, издевательски целовал, не давая вздохнуть глубоко. Саша закрыл глаза, покраснел, чувствуя, как твёрдый яриков член упирается между ног, соскальзывает вверх и трётся, трётся гладкой головкой по смазке. А дальше сознание только зафиксировало шелест фольги, ещё более хлюпающие звуки — Саша подался вверх бёдрами очень вовремя, хоть и невольно, но Ярик поймал момент, вошёл одним толчком и, издав неожиданно высокий протяжный стон, навис над Сашей, как бы прося открыть глаза. И это произошло.       Что видел Ярик, так это до жути смущённого Сашу, обкусавшего уже все губы, почти плачущего от контраста такой Ярик/и он, потряхивая ненадёжно закреплёнными на ободке ушками, закатывал глаза, а потом снова смотрел прямо в душу через нефокусирующиеся от возбуждения зрачки. Двигался рывками, хватал растаявшего от внезапных ласк Сашу под спину, вёл ладонью до ягодиц — и от них снова вверх. Что видел Саша, это синие бессовестные глаза, счастливую влюблённую улыбку, и хорошо, что не то, как сзади подлетал и опускался меж бёдер Ярика хвостик, щекоча нежную кожу над чулками. Не то чтобы хвост Ярику мешал, хоть и распирал немного, но само понимание, что игрушка не была вытащена, цепь ошейника всё ещё позвякивала у шеи и болталась, холодом касаясь до плеч обоих парней, и к тому же задранная юбка — всё это доводило до экстаза.       Раздавались пошлые шлепки, Ярик вбивался, не жалея, по самые яйца и ещё быстрее двигал рукой на сашином члене. Худые ноги елозили по кровати, а Саша даже не знал, куда деть себя. Т а к о г о он не планировал. Он не планировал, что Ярик захочет вести; что, выглядя, как девчонка, будет крепко добела хватать пальцами ляжки и раздвигать чужие ноги в стороны. Что это не он, Саша, будет насаживать на себя Ярика, держа за талию, а кусать сухие губы и беспомощно притягивать к себе то за руки, то за поводок, выстанывая «Блять, Ярик, аххмм~, быстрее, пожа~а~луйста».       И что потом на его животе смешается собственная и чужая сперма.