Снова по ступенькам боли

«Больница Дольсам» Тэхён с Чимином зашли в палату. СуЁн ещё спала. Её организм был истощён пережитым стрессом, но температура больше не мучила маленькое тело, и оно сопело спокойно, без прежней дрожи. — До сих пор не верится, что она дочь Чхве, — тихо сказал Чимин, садясь на корточки перед кроватью девочки. — Об этом никто не должен знать. — А твой папа знает? Он всё-таки глава отделения. — Я пока не говорил с ним об этом, но обязательно поговорю. Думаю, он тоже должен знать. Тэхён посмотрел на время — уже было пол второго, а они ещё не обедали. — Чим, может, пойдём пообедаем и папу позовём? — с улыбкой спросил Тэ. — Ты иди. Я бы хотел быстро заскочить домой — забыл Каштанчику корма насыпать. А ты знаешь, что бывает, когда он голодный, — вздохнув, сказал Чимин. — О да, знаю. И прямо сейчас представляю, как он разносит весь дом и «случайно» разбивает горшок с лилией на комоде, — смеясь, ответил Тэхён. — Эй, не накаркай мне тут… Боже, ладно, я побежал, — почти выходя из палаты, добавил Чимин. — Я быстро вернусь, обещаю. Он отправил воздушный поцелуй и упорхнул, как птичка. Тэхён ещё раз взглянул на СуЁн и, убедившись, что та спокойно спит, направился к папе. Он знал: отец всё ещё волнуется и не перестанет, пока не увидит своими глазами, что всё действительно хорошо. Тэ вернулся на четвёртый этаж и остановился перед кабинетом папы. Тяжело вздохнув, он постучал. — Заходи, — тихо сказал Джин, будто знал, кто стоит за дверью. — Пап, ты не проголодался? Давай пойдём пообедаем, — улыбаясь, быстро сказал Тэ, словно этим мог спастись от вопросов. Но вопросов не последовало. — Конечно. Мне уже звонил Чимин, — с улыбкой ответил Джин. — И я очень проголодался. Пообедаем, а потом соберём собрание — Камиллу выписывают. — Правда? Это прекрасно. Хорошо, пойдём, — ответил Тэ, мысленно благодаря за то, что папа не задавал вопросов. Они спустились в столовую, по дороге здороваясь с коллегами, взяли тёплый суп и закуски и сели за столик в углу. — Рад, что ты правда в порядке, — тихо сказал Джин с улыбкой. — Спасибо, пап, — ответил Тэ. — Кстати, насчёт новой пациентки… — Да, я как раз хотел спросить про неё. В анкете указано только имя. Почему нет фамилии? — Она дочь господина Чхве, — наклонившись, тихо сказал Тэ. Джин округлил глаза, но вопросов не задал. Он понимал, что это неподходящее место для разговора. — Но строку с фамилией нужно заполнить, ты понимаешь. Иначе возникнет много вопросов и немало проблем, — сказал Джин. — Да, я уже думал об этом, — честно ответил Тэ и добавил: — Я запишу её на свою фамилию. — Ты уверен? Это же такая ответственность, — спросил Джин. — Ты не боишься последствий? — Ты же не побоялся пятнадцать лет назад, — искренне улыбаясь, ответил Тэ. — Не побоялся, — улыбнулся в ответ Джин. — Ладно, делай, как считаешь правильным. Я помогу, чем смогу. А сейчас давай есть. Перед тем как начать, Джин взял телефон и написал в общем чате психологического отделения сообщение о собрании через тридцать минут. После, отключив телефон, он начал молча есть. Тэхён всегда знал, что может положиться на папу, и что тот никогда не задаёт лишних вопросов. Именно за это он так сильно любил и доверял ему. Закончив с обедом, Тэхён и Джин вернулись в отделение и зашли в кабинет Джина. Скоро должно было начаться собрание — врачи постепенно собирались, даже Чимин подоспел вовремя. Когда все врачи сегодняшней смены собрались, Джин начал: — Сегодня выписывается Камилла Найт. Как и всегда, нам нужно попрощаться с ней и выдать браслет смелости, — с улыбкой сказал он. Все врачи закивали в знак согласия. Каждый раз, когда выписывался ребёнок, с которым они работали, в отделении устраивали маленький праздник: воздушные шарики, игрушки и, самое главное, браслет смелости — символ того, что дети побороли не только болезнь, но и свои страхи и, выйдя из больницы, начнут новую жизнь. Все вместе направились к палате Камиллы. Она уже стояла, одетая в нежно-голубое платье, перед палатой и ждала маму, которая разговаривала с лечащим врачом. — Здравствуйте, — поздоровался Джин. — Мы пришли попрощаться с Камиллой, — улыбаясь посмотрел на девочку. — Здравствуйте, — тепло ответила мать. — Ох, спасибо вам большое, — сказала она и пожала Джину руку. Камилла, увидев Тэхёна, подбежала к нему и крепко обняла. — Милла, ты большая молодец, — сказал Тэ, приседая перед ней на корточки. — Ты вела себя очень хорошо, поэтому быстро поправилась. — И теперь возвращаешься домой. Это же прекрасно, — присоединился к ним Чимин. Камилла улыбнулась и закивала. После они вместе спустились на первый этаж. Врачи встали по обе стороны коридора, а у выхода их ждал человек в костюме зайчика с воздушными шариками и родители Камиллы. Тэхён взял Камиллу за руку и провёл её к двери, где передал маме. Все врачи улыбались. Тэхён аккуратно надел на запястье Камиллы браслет — и раздались аплодисменты. Чимин стоял рядом с Джином и улыбался, а затем тихо шепнул: — Ещё одна победа. Джин усмехнулся и с гордостью посмотрел на сына. Другие пациенты наблюдали со стороны и радовались: кто-то удивлялся, что выписку ребёнка делают такой грандиозной, кто-то снимал всё на видео, а кто-то даже плакал. Для всей больницы сегодня был праздник. А для врачей — небольшая, но важная победа. Камилла крепко обняла Тэхёна, затем подбежала к Чимину и обняла его тоже, даже успела потискать за щёчки. Чимин поцеловал её в лоб и незаметно сунул в карман конфетку, подмигнув. Камилла ушла, крепко прижимая к себе динозаврика, забрав с собой «хитрость по утрам» и «смех перед сном». Такой она была — особенной. После Джин поблагодарил всех врачей, и все разошлись по своим делам. Джин подошёл к Тэхёну и Чимину. — Вы молодцы. Хорошая работа, — сказал он с улыбкой. — Спасибо, пап, — ответил Тэхён. — Спасибо, доктор Джин, — добавил Чимин. — Я пойду к СуЁн, — сказал Тэхён. — К тому же нужно поговорить с Чонгуком и обсудить вопрос с фамилией. — Хорошо, — кивнул Джин. — Я пойду в кабинет. Если что-то понадобится — позвони, ладно? — Конечно, — улыбнулся Тэхён. Джин ушёл. — А я пройдусь по палатам, — сказал Чимин. Они уже расходились, как к Тэхёну подошёл Джихан — врач-реаниматолог. — Поздравляю с маленькой победой, — сказал он. — Спасибо, — отстранённо ответил Тэ. Джихан был неплохим человеком и хорошим врачом, но он не интересовал Тэхёна как альфа — и Тэхён не раз говорил ему об этом. Однако тот не сдавался, каждый раз находя повод заговорить. Тэхён уже собирался уйти, когда Джихан внезапно схватил его за руку. — Может, поговорим? Пожалуйста, — тихо сказал он. Тэхён застыл. Он не любил такие моменты. Не любил, когда его касаются без разрешения. — Отпусти, — тихо, сдерживая себя, сказал Тэ. — Эй! — почти крикнул Чимин. — У тебя разве дел нет? — резко спросил он, отдёргивая руку Тэхёна. — Есть, но… — начал Джихан. — Вот и у нас тоже есть. Пока, — быстро перебил Чимин и потащил Тэхёна в противоположную сторону. — Спасибо, — тихо сказал Тэ. — Обещаю, если он ещё раз к тебе подойдёт, я ему яйца оторву, яичницу сделаю и скормлю Каштанчику. Он точно будет в восторге, — рассмеялся Чимин. Тэхён тоже засмеялся. — Не боишься, что Каштанчик подавится? — Блин… а правда. Этот дебил ещё и застрянет у него в горле. Они смеялись, поднимаясь на второй этаж. Тэхён зашёл к СуЁн, а Чимин направился дальше, к другим палатам. А Джихан остался на первом этаже. Он злился. Поведение Тэхёна было для него непонятным — он знал, что тот странный, но чтобы настолько… — Вот увидишь, ты будешь моим, — тихо прошептал Джихан себе под нос и ушёл по своим делам.