Wolf in sheep's clothing

      От слов Накахары, Дазай остановился. Что ему ещё от него надо? Повернувшись к преподавательскому столу, он поёжился, хотя не боялся ни рыжего, ни ректора. Наверное сквозняк или от нервов… Он прошел к первому ряду и сел на парту, закинув нога на ногу.       — Итак… Я ненадолго остался. Вы что-то хотели? — поинтересовался он, выжидающе смотря на Накахару.       — Прости меня. Из-за моей вспыльчивости у тебя были крупные проблемы. Мне не стоило вестись на твои провокации. Я поступил непрофессионально. — произнес Чуя. — И спасибо, что помог выйти из этой ситуации живым. С меня должок. Проси что хочешь, но в пределах разумного.       Дазай удивленно уставился на преподавателя. Он не ожидал такого поворота событий.       — Значит, я могу попросить пять по вашему предмету? За все семестры? — на лице студента появилась довольная улыбка. Он уже предвкушал как может не ходить на пары и приходить ко второй паре, если лекции по литературе стояли первыми.       Поскольку Чуя предвидел такую просьбу, он тактично отказал, аргументировав это тем, что как бы сильно Осаму не хотел автомат, он сможет его получить только если будет честно посещать лекции и выполнять все практические работы. Так же он отметил, что впереди ещё много интересных тем для дискуссий и обсуждения, и ему хотелось бы услышать его мнение.       Осаму нисколько не расстроился, в принципе такой ответ он и ожидал услышать, когда озвучивал это желание.       — В таком случае, мне надо подумать над желанием… Я могу попросить ваш номер телефона?       — Зачем? — поинтересовался Чуя, ожидая от шатена подвох.       — А как тогда вы узнатее какое желание я выбрал? Так хотя бы смогу вам его написать. — ответил шатен.       Чуя вздохнув, продиктовал свой номер телефона на который студент тут же позвонил. В целом, в этом были плюсы и для Накахары, поскольку теперь он мог ему звонить, если он будет пропускать лекции без уважительной причины.       — У вас девушка есть? — внезапно спросил студент, чем поставил Чую в легкое замешательство.       — Эм…нет. А что?       — Вот как… Я на сегодня забронировал столик в ресторане, а оказалось, что моя подруга не сможет сегодня пойти. Деньги не вернут, вот я и узнавал, может вы с кем сходите. — вдруг парень посмотрел на рыжего так, словно ему в голову пришла какая-то очень гениальная идея. Чуя напрягся, поскольку этот взгляд ему совершенно не понравился. Что пришло в голову этому взбалмошному студенту? Внезапно, ему в голову пришла мысль от которой по спине прошелся табун мурашек.       — Ты хочешь, чтобы я, пошел с тобой?       — Мы могли бы обсудить литературы. — спокойно ответил Дазай. Внезапно он пошел к доске и написав на ней что-то, развернулся к преподавателю.       — Я на пару опаздываю. Если надумает, приедите на этот адрес. До свидания, Накахара-сан. — произнёс он и не дожидаясь ответа, ивышел из аудитории.       Чуя сфотографировал адрес и стереть надпись с доски. Поскольку пары закончились, он мог спокойно закончить заполнять жрунал и ехать домой, однако мысль, что он может провести довольно приятный вечер в компании одного из студентов, причем далеко не глупого была настолько навязчивой, что мужчина никак не мог от нее избавиться. Даже если их кто-то увидеть, то он спокойно может сказать, что обсуждает с ним дополнительное задание или предстоящую защиту диплома, если студент возьмет тему связанную с его предметом. Приняв окончательное решение — поехать на встречу, Чуя заполнил журнал, сдал его в учительскую и спокойно поехал домой. По дороге он пришел к мысли, что отказываться от халявного вина и ужина не за свой счет — грех.       Дома его встретила уже ставшая привычной — тишина. Верлен был на работе, поэтому пока никто его не станет донимать на тему еды. Он ел, но порой настолько мало, что людей это сильно удивляло, а старший брат ворчал, что такими темпами он сильно посадит себе желудок. Чуя в ответ на эти фразы фыркал, отвечая, что он нормально поест попозже, которое так и не наступало. В конце концов Верлен чисто из привычки продолжал напоминать брату о важности правильного приема пищи. Ругаться с младшим братом попросту не осталось никаких сил.       Подготовившись к завтрашним лекциям, Накахара посмотрел на часы, стрелки которых неумолимо двигались к времени встречи. Сохранив файлы, Чуя надел костюм и отправился на встречу.

***

      В зале ресторане царил полумрак. Каждый из столиков был наполовину загороден от других, вероятно, чтобы не мешать посетителям трапезничать.       Однако, Дазая в главному зале не было.       Он заказал отдельный столик в VIP зале.       Шатен сидел за столом с бокалом шампанского что-то усредно читал, не замечая вокруг ни других посетителей, ни ходивших туда-сюда официантов. На нем была черная рубашка, белый пиджак, старательно скрываюсь бинты на руках, и галстук цвета золотой металлик.       Зайдя в ресторан, Чая осмотрелся по сторонам, мысленно оценив дизайн ресторане и отметив, что у студента довольно изысканный вкус на такие места. Подозвав одного из официантов, он попросил провести его к столику, который забронирован на имя «Осаму Дазай.» Официант выслушав посетителя, сверил полученные данные и проводил мужчину к столику.       — Приятного времяпрепровождения. — произнёс он и удалился.       Чуя кивнул и посмотрел на Осаму.       — Здравствуй. Долго ждешь? — спросил он, садясь за столик. Кажется, шатен был не в настроении шутить либо из-за сегодняшнего инцидента, либо потому что большетне хотел сегодня портачить еще больше.       — Не думал, что придете. — он, наконец-то отрвался от книги. — Что будете заказывать, Накахара-сан?       Чуя сначала собирался сказать, что пока не готов что-то заказывать, но предательски проурчавший желудок напомнил преподавателю, что он до сих пор ничего не ел. Уткнувшись в меню, он отметила, что блюда в этом заведении были довольно недешевые. Подумав, он заказал себя стакан вина «Шабро Руж» и салат Цезарь. Будь с ним сейчас Верлен, он бы точно не одобрил его выбор, попросив заказать что-то более сытное по-типу стейка под красным вином или пасту карбонара.       Осаму хоть и был удивлён таким выбором, но ничего сказал. Лишь пожал плечами и заказал себе еще один бокал шампанского и лазанью. Пробежалась глазами по странице, он отложил ее в сторону — дочитал. На обложке красовались алое пламя и, помимо названия, белая маленькая надпись внизу обложки — «Н. Арахабаки»       — Вы можете заказать больше чем салат. Все равно оплачиваю я.       — Я не особо голоден. — соврал Чуя, хотя после рабочего дня определенно стоило поесть. Единственное, что останавливало это то, что он сейчас пьет и ест за счет студента. Это немного смущало. Заметив обложку книги Чуя удивился, но не показал этого. За года авиорской деятельности, он умел сохранять спокойствие и не выдавать себя как автора.       — Что читаешь? — поинтересовался он, отпив вино из бокала.       Дазай сощурил глаза. Накахара явно узнал эту книгу. Он понял это по едва заметному (для многих, но не для него) удивлению в глазах. Вероятно, сейчас они могут поругаться на основании разных мнений. Но Осаму было плевать, если ситуация касалась отстаивания своей точки зрения.       — Да так… — произнес он, откинувшись на спинку стула, проведя рукой по обложке. — Её сейчас обсуждают в СМИ. Популярная расхваленная книга. На самом деле это полный провал. Не понимаю, почему это хвалят. Еще и с нетерпением ждут вторую часть… У писателя явно не было ни желания, ни фантазии, хотя рассказ и написан красиво.       Чуя впервые лично услышал критику собственного произведения, но его это нисколько не тронуло, чтобы начать яростно защищать собсвенную книгу.       — Я читал ее. Начало вполне себе неплохое, но потом слишком быстро повествование скатилось на депрессию главного героя. Автор, вместо того, чтобы развивать сюжет, зациклился на переживаниях главного героя от неразделенной любви, забив на других персонажей, которые могли сыграть далеко не последнюю роль.       Во время монолога преподавателя, студент заметно удивился. Он впервые встретил человека, которому книга не понравилась.       — Вы скорее выглядите как любитель такого чтива… — проговорил Осаму. — А как вы относитесь к остальным книгам писателя, если читали их?       Чуя усмехнулся. Ему нравился диалог с Дазаем, однако он помнил, что стоило быть осторожнее. Любое неосторожно сказанное словои этот умный черт мог заподозрить, что он является автором книги.       — Читал и в отличии от последней книги написаны они весьма недурно. Однако, автору во многих аспектах явно не хватало опыта.       «А еще он подобно Гоголю сжигал черновики» — подумал Накахара, доедая салат.       — А вы явно разборчивее остальных людей. Вам бы в критики или в писатели… Хотя нет, чтобы понять насчет последнего надо почитать хотя бы что-то из ваших черновиков. Было бы интересно. У вас остались эссе или сочинения со времен учебы?       Шатена явно раззадорило то, что он познакомился с человеком чьи вкусы в литературе схожи с его.       Чуя слегка покраснел, ведь в отличии от нынешнего времени, его старые сочинения выглядели детским лепетом.       — Надо будет поискать, если тебе так интересно. — сказал Накахара, после минутной паузы. — В основном я пытался рассуждать на темы которые были подняты в книгах, но на сегодняшний день я думаю, что многих вещей тогда попросту не понимал.       Осаму выглядел очень благодарным. На самом деле до этого он обсуждал рассказы только со своим отцом и в институте.       — Было бы неплохо. — шатен сделал глоток шампанского, а затем поправил галстук.       Ему только сейчас пришло в голову то, что при взгляде на него можно было подумать, что он разоделся так, чтобы произвести впечатление на кого-то…в такие места ходят со своими девушками или бизнес-партнёрами, однако рыжий, невысокий преподаватель не попадал ни в одну из категорий. Нет, Осаму оделся так, чтобы соответствовать интерьеру ресторана, не более.       Чуя улыбнулся и посмотрел в окно.       Постепенно на город опускалась ночь, зажигались фонари, неоновые вывески, витрины магазинов. На ум даже пришло одно стихотворение, которое он видел, когда изучал русскую литературу. Ночь, улица, фонарь, аптека, Бессмысленный и тусклый свет. Живи еще хоть четверть века — Всё будет так. Исхода нет.       — А ведь есть доля правды в этом стихотворении… — прошептал Чуя, не сводя глаз с пейзажа за окном.       Дазай лишь прищурил глаза. Кажется рыжий говорил о своём и Осаму не хотелось лезть в чужие мысли. Тем более в мысли Накахары. Хотя если Чуя способен переносить выходки Дазая, то они могли бы стать друзьями.