Истории с персонажами Атака титанов

Дело не в том, что ты никогда не была сверху во время секса до того, как Леви повредил колено, просто обычно он брал инициативу в свои руки. Он такой, какой есть: ему нравится контролировать, нравится доставлять тебе удовольствие, заниматься с тобой любовью. Но после войны он обнаруживает, что не может долго оставаться наверху, потому что у него начинают болеть колено и спина. Ты помнишь, как его бёдра спотыкаются, что обычно случается только перед самым кульминационным моментом – единственное, что может заставить его нарушить тот ритм, с которыми он обычно вонзается в тебя. Но на этот раз он тихо ругается, сжимая челюсти и напрягая бицепсы по обе стороны твоей головы, пытаясь не переложить на тебя весь вес, когда его нога подкашивается. — Сука, эта чертова нога — выдыхает он, тяжело дыша в изгиб твоей шеи, его скользкая от пота грудь касается твоей, а учащенное биение его сердца слышно рядом с твоим. —Все в порядке — шепчешь ты, убирая прядь волос с его лица, прежде чем осторожно повернуть вас обоих. Его глаза расширяются, когда ты садишься на него верхом, одной рукой находишь его полустоячий член и ласкаешь его, раз, другой, пока не чувствуешь, как он снова полностью затвердевает в твоей ладони. Он сглатывает, глаза слегка блестят, а щеки пылают, когда ты медленно ведёшь его к своему входу, а затем опускаешься на него, позволяя ему заполнить тебя до краёв. Его веки захлопываются, горло подпрыгивает, выступающая вена на шее пульсирует, и он издаёт сдавленный звук. Медленно ты начинаешь скакать на нём, покачивая бёдрами вперёд-назад, вращаясь и иногда полностью приподнимаясь, чтобы снова опуститься. А Леви скулит, впиваясь пальцами в плоть твоих бёдер, оставляя следы, которые обязательно появятся утром. Его шея пульсирует, и он издает сдавленный звук из глубины горла. Когда он пытается поднять бёдра навстречу тебе, ты твёрдо кладёшь руку ему на бедро, и твой взгляд становится суровым, когда ты встречаешься с ним взглядом. — Всё в порядке — повторяешь ты, продолжая вращать бёдрами, вырывая из его губ ещё один сладкий стон. — Позволь мне хоть раз позаботиться о тебе.