Воздушно-карамельно-зефирное Рождество

Под конец года маленькая, но такая красочная волшебная деревенька Хогсмид в большинстве своём оказывалась усыпанной снегом. И тот год не стал исключением. Снежинки ласково оседали на промёрзшие крыши, шатры и мигом собирались в воздушные белоснежные облачка, охлаждающие любого касающегося и согревающие любого смотрящего. Яркие фонари уже освещали оживлённую, переполненную людьми улицу, и даже танцующие на их стёклах снежинки не мешали им создавать эту чудную Рождественнскую атмосферу своим тёплым, домашним светом. Небо ещё не сделалось иссиня-чёрным, но и белоснежным назвать его было нельзя. Голубой глубокий оттенок, затемняющий каждый не освещённый уголок деревушки, заполнял всё пространство на расстоянии нескольких миль. Дети играли в заколдованные снежки, девчонки из Хогвартса взволнованно бегали от магазина к магазину в поисках красивых праздничный платьев, а взрослые, крепкие мужчины таскали огромные ёлки в дань традициям, при которых использование магии было запрещено, ибо с ней было бы не так весело, не так дружно. "Сладкое королевство" работало без перерыва, без единых выходных. Посетителей было навалом: то какой-то малкий мальчишка в смешных меховых наушниках с карамельной тростью вылетал из магазинчика, то пожилая пара с пакетиком танцующих пряников выходила из "королевства" полные счастья и рождественнского настроения. Джулия Флюм (или Джулс для домашних) с упорством тащила деревянный ящик с конфетами ровно до того момента, пока её радостный продажами отец не подбежал к ней и не схватил тяжеленный груз с целью позаботиться об итак уставшей дочери. Амброзиус Флюм на время нанял свою дочурку, ибо они с женой давно уже не могли самостоятельно справляться с таким диким наплывом посетителей, желаюших купить как можно больше вкусностей для любимых, близких людей. Джулия всегда любила Рождество. Праздник служил для неё поводом отвлечься от муторной работы в Министерстве и провести своё время в самом родном месте, в "Сладком королевстве". Да, она, конечно же, помнила, что завтра утром ей снова придётся прийти в офис и снова просидеть несколько часов над очередными скучными бумагами, но она также знала, что вечером снова вернётся в папин магазинчик, снова схватится за тяжеленные ящики с леденцами и снова начнёт дарить людям радость своими смешными рыжими заколдованными косами и фирменным платьем в бело-розовую полосочку в цвет её наилюбимейших сладостей. Отправленная за прилавок Джулия ловко оттряхнула от пыли свой белый фартучек, дополняюший её образ продавщицы, и быстро подняла голову, как только поняла, что посетитель стоящий перед ней, любезно ждал, пока девушка закончит свои прихоршивания. — О Мерлин, простите! Здравствуйте! Хотите оплатить или вам нужна консультация? — итак румяные щёки залились розовой краской. Перед Джулией стоял высоченный мужчина с огненно-рыжими мокрыми от снега волосами, явно недавно подстриженными к долгожданному празднику. На красно от мороза носу рассыпались сотни разноцветных веснушек, а на подсохших губах расплылась приятная, согревающая душу улыбка. — Здравствуйте, мне нужно проконсультироваться. С того момента, как я в последний раз тут был, ассортимент так сильно изменился, что я аж опешил, когда зашёл. Вообще не знаю, что выбрать, — возможно Джулии и померещилось, но ей показалось, что его улыбка стала ещё шире, и она даже усмехнулась своим смешным мыслям, невольно влезшим в её голову. Освободившаяся от своей консультанции миссис Флюм, мама Джулии, мигом примчалась к прилавку, чтобы взвесить лягушачьи дольки и провести оплату, так что девушке в любом случае пришлось выйти в весь шумящий зал, чтобы обо всём рассказать молодому человеку. — Да, у нас и вправду прибавилось сладостей. Мистер Флюм каждое Рождество запускает сразу пять новинок. Вас ознакомить со всем ассортиментом или только с новыми вкусностями? — её пышная юбка качалась в такт её весёлым, пружинистым шагам, и торчащие в разные стороны рыжие косички преданно повторяли за одёжей небольшие движения. Мужчина снял своё тёплое (видимо из-за магии) пальто и снова широко улыбнулся. Хотя улыбаться он тогда и не переставал. — Буду рад узнать о всех новинках, — он поправил галстук, завязанный как надо под воротником, и Джулия непроизвольно подметила, что коричневый, в еле видную полоску жилет идеально сидит на крепком, мужском теле. Но девушка сразу же мысленно отмахнулась от столь назойливых мыслей и сквозь толпу ребятишек провела покупателя к разделу наивкуснейших новинок. — Самые покупаемые в этом сезоне новые сладости — это "Лягушачьи дольки", — девушка схватила с полки оранжевый шарик, идентичный апельсину, и сразу же подставила его под специальный аппарат, украшенный искусственными облачками сахарной ваты. Из него сразу же вылетели белоснежные сахаринки и осели на сладости. — Укус сразу в кожуру, она сделана из обычной мастики. Но внутри... Джулия протянула посетителю сладость на пробу, и он надкусил на удивление мягкий "апельсин". Чуть-чуть испачкал сахаром губы, но не обратил на это своего внимания: с удивлением посмотрел на внутренности понравившейся ему вкусности. Светло-зелёная мармеладка в форме небольшого лягушонка резко выпрыгнула и ловко прыгнула на сморщившийся от удивления веснушчатый нос. Мужчина посмеялся, когда мармеладка сделала ещё два прыжка, а затем быстро схватил зеленяшку за лапку и слегка вытянул руку, чтобы получше рассмотреть виновника его смеха. — Очень детализированное чудо. И такой мягкий мармелад! Я их точно возьму. Положите-ка мне, пожалуйста, восемь штук. Надо бы всем родным дать попробовать, — в ответ на эти слова, девушка широко улыбнулась и с ненаигранным энтузиазмом дастала волшебную палочку, мимолётным движением уложив "Лягушачьи дольки" в, по секрету, разработанную ею зелёно-оранжевую коробочку. — Целых восемь? Небось и родителям, и братьям или сёстра, деткам ещё, наверно. Вообще, у нас в этом месяце самые продаваемые сладости — это именно "Лягушачьи дольки" — Джулия уже вручную закрыла мармелад и повязала красивый пышный бант. За спиной девушки послышался тихий смешок, и она мгновенно повернулась на непонятный звук. Почему-то в этот момент мужчина показался настолько молодым, что больше смахивал на старшекурсника. Скорее всего, ей так показалось только потому, что он по-детски запустил руки в карманы своих штанов и как-то странно опустил взгляд в пол. А затем почесал затылок, и поправил чёлку. — Что-то случилось? Банальный вопрос, но голова покупателя сразу же поднялась, и он вытянулся как настоящая скрипичная струна. — Да нет, спасибо большое! Просто ваши слова... У меня нет детей. Неужели я так старо выгляжу? — слова мужчины, а скорее даже парня, заставили девушку густо покраснеть. Вот говорила же ей мама держать язык за зубами. Такой симпатичный клиент, и так облажалась. — Нет, что вы! Я просто... Не знаю, почему я так решила. Простите! Я что-то вообще забылась... — Джулия неловко потёрла лоб, а затем подняла взгляд на своего покупателя. — Вы даже не представляете, насколько у вас говорящее лицо. Мне пока только двадцать шесть, и я всё же надеюсь оставаться в глазах других людей ещё молодым, — двадцати шестилетний посетитель усмехнулся, когда заметил ошарашенное выражение лица девушки. В голове девушки это всё как-то не слишком укладывалось. Скорее всего по причине того, что ей самой было только двадцать три, и представить, что этот статный, красивый волшебник почти что её ровесник, было очень-преочень трудно. Но она, всё же полностью пришедшая в себя и снова весело улыбнувшаяся, повела своего клиента к остальным сладостям. Дегустации, демонстрации, танцы, веселье, музыка — всё это сливалось воедино в "Сладком королевстве", и это было наверно той самой любимой изюминкой (а как любил говорить Амброзиус Флюм "вишенкой на разноцветной глазури"), которая так тянула сюда как маленькую Джулс, так и выросшую в яркую девушку Джулию Флюм. — А это "Снегопад". Ну это я его так называю. Так-то это "Снежинки мистера Флюма", — начала свой рассказ наша любимая консультантша, лавируя между столпившимися у зоны детей. Небольшой участок, огрождённый по центру зала, привлекал уж больно много внимания интересующихся. Основной покупатель Джулии еле-еле протиснулся сквозь назойливых четверокурсников Хогвартса и осиановился прямо рядом со своей сопровождающей. Его взгляд быстро пробежался по её ровно разделённым косам, затем спустился ниже, к самой юбке, потом к ногам, и по-хорошему, ему стоило бы смутиться от своего такого поведения, но он просто в итоге оторвался от мисс Флюм и сконцентрировался на так называемых "Снежинках мистера Флюма". — Наверху наклеены полоски в форме круга... — Джулия тыкнула своим тонким пальцем прямо в потолок, и всё внимание парня переключилось наверх. Он даже не сразу осознал, что толпа подтолкнула их впритык. Он ощутил её запах. На удивление не приторно-конфетный. Пахло мягкой мятой, и душистыми розами, которые например, его сестра всегда высаживала на своей небольшой клумбе. Но ему, как истинному воспитанному джентельмену, всё же пришлось чуть-чуть отодвинуться. Не из-за своего дискомфорта, а из-за её возможного. — ...это и есть наша сладость. Смотри! Джулия ловко перешла через ограждение и встала по центру. Шире поставила ноги, странно запрокинула голову и высунула язык, словно реально готовясь ловить снежинки. И на удивление и парня, и всех остальных, стоявших рядом, он посыпался. Белый, пушистый и... вкусный! Стоило только протянуть ладонь, к зоне снегопада, так снежинки сразу же оседали: не прилапали, а собирались в белую конфетку, которую можно было спокойно съесть. Ни волосы, ни ресницы Джулии не слипались сахаром: сладость оседала лишь на язык и алые губы, и рыжему парню, невольно задержавшему на девушке взгляд, вдруг показалась эта картина невероятно красивой. Что-то внутри невольно ёкнуло. Такого он не чувствовал уже лет так десять, с тех учебных времён, когда они с братом бегали за одной девчонкой, затмившей их юношеские сердца. Прошло столько лет... Не было уже ни того школьного веселья, не и брата-близнеца, тот погиб на войне. Лет до двадцати двух парень абсолютно не знал как существовать, и лишь потом медленно влился в жизнь. Он привык ко многому, но такое чувство было для него абсолютно чуждо. Оно было слишком необычно там, в "Сладком королевстве". Пробовать перехотелось. Воздушное чувство камнем осело где-то ближе к зоне живота, и ему только и оставалось, что смотреть на уже развлекающую детей свою консультаншу. Такую молодую, что он просто не мог дать ей больше двадцати. Но когда её внимание всё же вернулось к нему, камня как не бывало. У рыжего создалось такое впечатление, что это мелкая, не менее рыжая девчонка способна растопить своим огоньком что угодно. Даже не топящийся громандый булыжник. Она улыбнулась ему. Он улыбнулся ей. — Это было последняя новинка. Что-то ещё возьмёте? — в её голубых глазах отражали всё ещё падаюшие снежинки, но теперь она была ближе. Гораздо ближе. Мужчина просто не мог сказать нет и взял плюсом несколько леденцов-тростей, чтобы угостить и своих друзей, ну или соседей. У кассы они оказались быстро. Покупатель с консультантом — без очереди. Удобно, но зато обязательные, небольшие чаевые. Мужчине абсолютно было нежалко отдать хоть все свои деньги этой невероятной девчушке, так любезно украсившей ему его самый обычный, скудный вечер. — Так... Сейчас... С вас 15 сиклей, — она быстро наклацала на машинке чек, а затем посмотрела на своего клиента. Он уже надел своё пальто, которое протаскал всю дорогу по "Сладкому королевству" и достал такой красивый красный кожаный кошелёк, видимо из драконьей кожи, и отсчитал 15 серебряных монеток. Он мог бы положить их на стол, но вместо этого протянул свою руку к её и вложил уже согревшиеся сикли в её некрупную бледную ладошку. Джулия не сразу поняла, что покраснела, а когда всё же опомнилась, быстро вложила деньги в ящик прилавка и зачем-то оттряхнула белый фартучек. Она поставила бумажный красно-белый пакет с эмблемой "Сладкого королевства" на столик, аккуратно сложила товары и пододвинула их к мужчине. — По каким дням вы работаете? — слова, словно сосульки с крыш, сорвались с его губ, и Джулии почему-то показалось, что ей это всё просто послышалось. Но когда, она встретила смущённый, вопросительный взгляд серо-лазурных глаз, в которых отражались все лампочки родного магазинчика мисс Флюм, она поняла, что это накакие не слуховые галюцинации. — Я... Э... — миссис Флюм, тоже закончившая со своей консультанцией, отправила дочь ехидным толчком в бок с тем самым пакетом покупателя в руках, чтобы она не задерживала очередь. Густо покрасневшая Джулия сделала пару раскачивающихся шагов в стороны, а затем и несколько действительных, понимая, что мужчина всё же пошёл за ней. — Я помогаю отцу. Когда получается, тогда и прихожу. Я тут не работаю официально. Губы девушки изогнулись в кривой, смешной улыбочке, и мужчина даже не понял, что его больше поразило: то, что она тут не работала, или то, что она могла быть ещё милее, чем прежде. Она протянула ему пакет, он покорно его взял. Джулия хотела что-то спросить, но смутилась настолько, что мешкала уже около десяти секунд. Но потом, поднабравшись смелости, с выдохом проговорила: — Как вас зовут? — ещё никогда эти слова не давались ей настолько тяжело. Хрипло, глупо, так ещё и в настолько идиотском положении. Она просто не знала, что делать, когда её же покупатель рассмеялся. И он смеялся над ней! — Ох, простите. Вы просто так смешно это сказали. О Мерлин, ещё раз простите! Я Джордж. Джордж Уизли. Приму такой вопрос, как возможность и мне задать такой же. Как же зовут мою наимилейшую консультаншу? — он наконец-то берёт пакет из рук Джулии. Она крайне удивилась. Брат её начальника... Брат её бывшей однокурсницы. Ну вот почему мир волшебников настолько тесен?! Теперь шанс, что она встретит его ещё, был слишком высок. А ей так-то было очень за себя совестно. — Джулия Флюм. Мне 23. Ну это к случаю, если вы подумаете, что мне 15. Многие просто мне так говорят и... О Мерлин, мне бы пора научиться затыкаться, — выдохнула девушка, но настроение её сразу поднялось, как она увидела протянутую ей руку. — Приятно было познакомиться. И лучше не учитесь, бесполезный навык, — он ей подмигнул. Рыжие пряди упали ему на лицо, и сейчас он показался ей ещё привлекательнее. Рука у него оказалась до боли горячей, поэтому Джулия жала её совсем недолго. — До свидания, Джулия. И он ушёл. Мотая пакет из стороны в сторону, странной пританцовывающей походко шагая сквозь толпу, в которой выделялся для мисс Флюм сильнее всех, а затем напоследок обернувшись и лучезарно улыбнувшись, он вышел прямо в снегопад. Этот последний, искрящийся взгляд насквозь пронзил поражённую девушку. — Джулс, ты будешь работать?! Посетителей ещё уйма! — позвала её мать, и она помчалась обслуживать людей дальше. Но этот Джордж не вылетал у неё из головы ни через час, ни через два, ни ночью, ни на следующее утро. Она не понимала почему, но знала точно, что этот молодой человек напрочь въелся ей в голову, и ей, конечно же, стало невероятно тревожно, ведь никогда в жизни с ней не происходило ничего подобного. Абсолютно никогда. И она, скорее всего, предпочла бы, чтобы с ней такого не происходило. Уж больно сильно это забивает голову.