Осколки (Альтернативная история Аркейн)

Фестиваль Огней был одной из немногих традиций Зауна, которая пережила войну. Раз в месяц, когда луна была полной, жители зажигали фонари — самодельные, из мусора и надежды — и отпускали их в небо. Зелёное небо Зауна на одну ночь становилось усыпанным золотыми искрами. Это было красиво. Момент мира в городе, который знал только борьбу. Но сегодня этот мир будет разрушен. Экко настаивал, чтобы они не ходили на фестиваль. — Слишком опасно, — говорил он. — Слишком много людей. Слишком много мест, где могут спрятаться враги. Но Джинкс хотела пойти. — Я не буду прятаться, — сказала она упрямо. — Всю жизнь пряталась. В тенях, в безумии, в страхе. Хватит. — Джинкс, это самоубийство... — Тогда пусть будет самоубийство. — Она посмотрела на него. — Но я не позволю страху управлять мной. Не снова. Вай хотела возразить. Кейтлин тоже. Но они видели решимость в глазах Джинкс. И поняли — она права. Прятаться означало позволить страху победить. А они уже проиграли достаточно. — Тогда мы идём все вместе, — сказала Вай. — И если что-то пойдёт не так... — Мы дерёмся, — закончила Кейтлин. — Вместе. — Трогательно, — усмехнулся Экко, но в его глазах была тревога. — Хорошо. Но берём с собой половину Огнесветов. И оружие. Много оружия. Площадь у старого моста была забита людьми. Сотни, может, тысячи жителей Зауна собрались, держа в руках фонари. Дети бегали между ногами взрослых. Старики сидели у стен, вспоминая лучшие времена. Атмосфера была почти праздничной. Почти. Джинкс шла между Вай и Кейтлин, капюшон скрывал голубые волосы. Но люди всё равно узнавали её. Шёпот следовал за ними, как тень. — Это она... — Джинкс... — Убийца... — Героиня... Мнения были разделены. Но, по крайней мере, никто не бросал камни. Пока. Экко и его Огнесветы образовали свободный круг вокруг них, не слишком очевидный, но достаточный для защиты. — Когда начнётся? — спросила Джинкс тихо, глядя на фонари в руках людей. — Через час, — ответил Экко. — На закате. Все зажгут фонари одновременно. — Красиво, — Кейтлин смотрела на небо. — Я никогда не видела этого раньше. — Потому что Пилтовер считал это варварским обычаем, — усмехнулась Вай. — Слишком хаотичным. Слишком опасным. Как будто огонь может быть более опасным, чем их бомбы. — Справедливо, — Кейтлин сжала её руку. Джинкс наблюдала за ними, за тем, как они держались за руки, как смотрели друг на друга. Что-то в её груди сжалось. Не ревность. Или да, ревность, но другого рода. Она хотела этого. Не Вай. Не Кейтлин конкретно. Но... связи. Близости. Кого-то, кто смотрел бы на неё так, как будто она имеет значение. — Эй, — голос рядом заставил её вздрогнуть. Ренни. Девушка, которая приходила с предупреждением. Она стояла с фонарём в руках, улыбаясь неуверенно. — Ты пришла, — сказала она. — Я рада. — Ренни. — Джинкс попыталась улыбнуться. Не очень получилось. — Ты... тоже здесь. — Каждый год. — Ренни подняла фонарь. — Это традиция. Для тех, кого мы потеряли. Мы пишем имена на фонарях и отпускаем их. Чтобы они нашли путь домой. — Домой? — Джинкс нахмурилась. — В смысле? — К тем, кто ушёл. — Ренни протянула ей чистый фонарь. — Хочешь написать чьё-то имя? Джинкс взяла фонарь дрожащими руками. Смотрела на белую бумагу, пустую и ждущую. Столько имён. Столько людей, которых она убила. Кого она могла выбрать? — Не думай о тех, кого ты потеряла из-за себя, — тихо сказала Ренни, словно читая её мысли. — Думай о тех, кого любила. Джинкс закрыла глаза. И увидела лицо. Вандер. Большой, добрый Вандер, который называл её Паудер. Который верил, что она может быть лучше. Её рука задрожала, когда она писала имя на фонаре. Неровными буквами. Как ребёнок. ВАНДЕР — Хороший выбор, — Ренни улыбнулась. — Он был героем. Многие до сих пор помнят его. — Он был лучше меня, — прошептала Джинкс. — Лучше, чем я когда-либо буду. — Не говори так. — Ренни коснулась её руки. — Ты здесь. Ты пытаешься. Это тоже героизм. Джинкс посмотрела на неё. На эту девушку, которая не должна была её любить. Которая должна была бояться. Но вместо этого стояла рядом, держа её за руку. — Почему ты так добра ко мне? — спросила Джинкс. — Потому что кто-то был добр ко мне, когда я нуждалась в этом. — Ренни сжала её пальцы. — Ты. Даже не зная, ты спасла меня. Теперь моя очередь. Что-то внутри Джинкс треснуло. Не сломалось. Просто... треснуло. Пропуская свет. — Спасибо, — прошептала она. Вай наблюдала за ними издалека, и улыбка тронула её губы. — Она делает друзей, — сказала она Кейтлин. — Это... хорошо. — Более чем хорошо, — Кейтлин обняла её за плечи. — Это надежда. Солнце село. Луна поднялась, полная и яркая над зелёными облаками Зауна. Экко поднялся на импровизированную сцену, обращаясь к толпе. — Сегодня мы чествуем память! — его голос разнёсся по площади. — Тех, кого потеряли. Тех, кто сражался. Тех, кто любил. Зажгите ваши фонари. Отпустите их. Пусть они найдут путь к звёздам. Тысячи спичек чиркнули одновременно. Фонари загорелись, золотые и тёплые в холодной ночи. Джинкс зажгла свой фонарь, держа его обеими руками. Имя Вандера светилось в огне. — Прости меня, — прошептала она. — За всё. Она отпустила. Фонарь поднялся, присоединяясь к сотням других, плывущих к небу. Красиво. Так красиво, что на мгновение Джинкс забыла о боли. Но боль всегда возвращается. Взрыв сотряс площадь. Не большой. Не смертельный. Но достаточный, чтобы погасить фонари. Чтобы вызвать панику. Люди закричали. Побежали. Хаос взорвался мгновенно. — ЭТО ОНИ! — закричал Экко. — ОГНЕСВЕТЫ, В СТРОЙ! Из теней вышли фигуры. Десятки. Все в одинаковых белых масках. "Чистые Руки". И во главе — фигура в чёрной маске. Выше. Шире. Голос, усиленный каким-то устройством. — НАРОД ЗАУНА! — прокричал Провидец. — Сегодня мы очистим наш город от скверны! От монстров, которые принесли нам смерть! Палец указал прямо на Джинкс. — ОНА! Джинкс! Убийца! Террористка! Она должна ответить! Толпа заколебалась. Некоторые начали кричать в согласии. Другие пятились, боясь насилия. Вай мгновенно встала перед Джинкс, кулаки наготове. — Хочешь её? Проходи через меня! — И меня, — Кейтлин встала рядом, винтовка в руках. Провидец засмеялся. Холодно. Пусто. — Трогательно. Защитница монстра. И предательница Пилтовера. Две стороны одной монеты. — Если я предатель, — Кейтлин навела винтовку на маску Провидца, — то пусть будет так. Но Джинкс находится под моей защитой. И я не отступлю. — Тогда ты умрёшь вместе с ней! "Чистые Руки" двинулись. Но Огнесветы были готовы. Столкновение было жестоким и быстрым. Вай врезалась в первого нападающего, её кулак разбил маску. Кость хрустнула. Человек упал. Кейтлин стреляла с хирургической точностью. Не убивая. В ноги, руки, выводя из строя. Экко метал свои устройства, взрывы дезориентировали врагов. Но их было слишком много. — ДЖИНКС, БЕГИ! — закричала Вай, отбивая атаку двоих нападающих. — НЕТ! — Джинкс схватила обломок трубы с земли. — Я не убегаю! Не снова! Она ворвалась в драку. Безумие захлестнуло её, старое и знакомое. Но на этот раз... контролируемое. Направленное. Она защищала. Не нападала. Защищала. Удар трубой. Нападающий упал. Ещё один бросился на неё с ножом. Джинкс увернулась, ударила коленом в живот. Он рухнул. — ЗА МНОЙ! — крикнула она сёстрам, борющимся рядом. — Я прикрою! Вай на мгновение замерла, видя это. Джинкс. Её маленькая сестра. Сражающаяся не для разрушения, а для защиты. — Она изменилась, — прошептала Кейтлин рядом, перезаряжая винтовку. — Да, — Вай улыбнулась сквозь кровь на губах. — Изменилась. Но Провидец не отступал. Он пробивался через толпу, прямо к Джинкс. — ТЫ НЕ СПРЯЧЕШЬСЯ ОТ ПРАВОСУДИЯ! Его рука метнула что-то. Граната. Прямо к ногам Джинкс. Время замедлилось. Джинкс увидела её. Поняла, что происходит. У неё было время убежать. Но за её спиной стояла Ренни. И группа детей. Выбор был мгновенным. Джинкс бросилась вперёд, схватила гранату, метнула её обратно. Всё за секунду. Граната взорвалась в воздухе. Между ней и Провидцем. Ударная волна швырнула их обоих в стороны. — ДЖИНКС! — крик Вай разорвал ночь. Она бросилась к сестре, упавшей на камни. Кровь текла из уха Джинкс. Её глаза были закрыты. — Нет, нет, нет, — Вай прижала её к себе. — Паудер, открой глаза. ОТКРОЙ ГЛАЗА! Джинкс застонала. Открыла глаза. Слабо улыбнулась. — Я... спасла их? — прохрипела она. — Да, идиотка. — Слёзы текли по лицу Вай. — Ты спасла их. — Хорошо. — Джинкс закрыла глаза. — Тогда... того стоило. — НЕ ТЫ НЕ УМРЁШЬ! НЕ СМЕЙ! Кейтлин уже была рядом, проверяя пульс, раны. — Она жива. Контузия. Возможно, сломанные рёбра. Нужна медицинская помощь. Сейчас. — Огнесветы! — закричал Экко. — Эвакуация! Уносим раненых! Провидец поднялся с земли, его маска была треснута. Сквозь трещину виднелся глаз. Полный ненависти. — Это... не конец, — прохрипел он. — Мы вернёмся. Мы... Выстрел прервал его. Он упал, держась за ногу. Кейтлин опустила винтовку, дым поднимался от ствола. — Заткнись, — холодно сказала она. — И беги, пока я не передумала целиться выше. Провидец замер, посмотрел на неё. Потом на Джинкс, лежащую без сознания на руках Вай. — Она заплатит, — прошипел он. — Все вы заплатите. Он отступил во тьму, его люди последовали за ним. "Чистые Руки" растворились в ночи, оставив за собой раненых, кровь и разрушенный праздник. Но они проиграли. Потому что Джинкс выжила. И потому что в тот момент, когда она бросилась на гранату, спасая невинных, Заун увидел это. Не монстра. Не террористку. Героя. В импровизированном госпитале Огнесветов Джинкс лежала без сознания три часа. Вай не отходила от её койки. Держала за руку. Плакала беззвучно. Кейтлин сидела рядом, рука на плече Вай. Давая поддержку. Молча. Когда Джинкс наконец открыла глаза, первое, что она увидела — лицо Вай. — Привет, сестрёнка, — прохрипела она. — Привет, идиотка, — Вай засмеялась сквозь слёзы. — Ты напугала меня до смерти. — Извини. — Джинкс попыталась улыбнуться, но лицо болело. — Это стало привычкой. — Ты спасла тех детей, — тихо сказала Кейтлин. — Рискнула жизнью. — Не мог допустить, — Джинкс посмотрела в потолок. — Чтобы кто-то ещё умер из-за меня. Хватит смертей. — Люди видели это, — Экко вошёл в комнату. — Видели, как ты защищала детей. Историю уже рассказывают. Джинкс, героиня Фестиваля Огней. Джинкс горько засмеялась. — Герой. Я. Вот ирония. — Не ирония, — Вай сжала её руку. — Правда. Ты изменилась. И люди видят это. — А Провидец? — Сбежал. Но мы будем искать. — Экко скрестил руки. — Он вернётся. Но в следующий раз мы будем готовы. Джинкс кивнула, потом посмотрела на Вай и Кейтлин. — Спасибо. За то, что защищали меня. Даже когда не должны были. — Мы семья, — просто сказала Вай. — А семья не бросает друг друга. — Даже ёбнутую семью? — слабо улыбнулась Джинкс. — Особенно ёбнутую, — Кейтлин улыбнулась в ответ. Ренни заглянула в дверь, её лицо было обеспокоенным. — Можно? — Конечно, — Джинкс махнула рукой. Ренни подошла, присела у койки. — Ты спасла меня. Снова. — Её глаза блестели. — Спасибо. — Не за что, — Джинкс пожала плечами, потом поморщилась от боли. — Просто... делала то, что правильно. — Ты герой, Джинкс. — Нет. Я просто... пытаюсь не быть монстром. Ренни взяла её руку, сжала крепко. — Для меня ты всегда будешь героем. Джинкс посмотрела на неё. На эту девушку, которая верила в неё, несмотря ни на что. И что-то внутри неё окончательно сломалось. Или починилось. Она всё ещё не могла понять разницу. Но, может быть, это не имело значения. Может быть, важно было только то, что она пыталась. И что у неё были люди, которые верили в неё. Даже когда она сама не верила.