Как не заметить удавку на своей шее

Грохот падающего на пол тела. Пик не успевает опомнится как его подсечкой валят на спину и он ударяется головой о кафель общей кухни, на секунду в глазах темнеет и этой секунды трефовому хватает чтоб несильно сдавить тонкую шею, придавив ноги восьмого своим весом, пиковый хрипит, больше от неожиданности чем от реального удушения. Куро тщательно рассчитывает силу, если бы правда хотел задушить Пика то сделал бы это более изящно, сейчас надо просто показать свою силу этому выскочке. Если бы Пик ожидал резкого нападения со стороны зануды, то может и защитился бы, но когда он уже лежал под трефом выворачивается было поздно, его уже зафиксировали, не давая вырываться. На шею давили и невозможность как то это прекратить сводила с ума, он впервые чувствовал такую беспомощность. Накрашенные ногти Пика впились в бледную кожу, оставляя на ней красные полосы, котик отчаянно пытался вывернутся. Тут он перестал брыкаться, чувствуя как сероволосый не обращая внимания на его жалкие попытки усиливает нажим почти перекрывая ему доступ к легким, дышать он мог, но с откровенным трудом. Маку не хотел его убивать. Хотел бы, уже мог сломать шею, неожиданно сильными руками или.. Тут восьмой неожиданно для самого себя заскулил, в лице Куромаку, смотрящего ему в глаза ничего не изменилось, но в глазах промелькнула некая удовлетворëнность. Кот вцепился ногтями в руки сжимавшие его шею, зарычав от бессилия, восьмой обмяк, признавая своë поражение. Слегка ослабив хватку и наклонившись к нему Куромаку прошипел: - Ещë раз ты выкинешь что-то подобное, будет хуже. - Холодные серые глаза не выражали нечего похожего на шутку, в них была лишь угроза и предупреждение. Наконец сероволосый его отпустил и, встав, ушëл, даже не взглянув на с ненавистью глядящего ему вслед Пика. *** Кажется теперь он возненавидел Куро ещë сильнее. Всю следующую неделю Пик ходил в водолазке, пока проходили напиминавшие о его позорном поражении синяки. Впрочем некое злорадство вызывала необходимость Куро носить вещи с длинными рукавами из-за царапин оставленных Пиком. Но это было слабым утешением получившему приличный удар по гордыни восьмому. Оставалось только ходить и кидать полные ненависти взгляды в сторону второго. Которому кажется было всë равно. *** Даже покурить спокойно не удалось. Когда восьмой ночью пошëл на балкон то столкнулся там с Куромаку, который только зажëг сигарету. Раздражëнно зашипев он достал из пачки свою и попытался еë зажечь. Получилось не с первого раза, но когда сигарета всë же поддалась, он затянулся и выдыхая сказал: - не знал что ты куришь. - Куромаку пожимает плечами. - Стреляю иногда у Клео. Хочешь попробовать ? - Не дожидаясь ответа Куромаку берëт не успевшего среагировать и даже вдохнуть Пика за подбородок и выдыхает ему в рот дым. Их губы так близко что будь они персонажами какой-нибудь новеллы оны бы уже поцеловались, но Куро отстраняется и Пиковый вдыхает сладковато-вишнëвый дым. Затем резко выдыхает и дезориентированно пялится в одну точку, пытаясь понять что произошло. Только через несколько секунд опять берëт в зубы свою сигарету, но осознав что она потухла, матерится и выкидывает еë вниз, тут же разворачиваясь и сваливая подальше от второго. Тот провожает взглядом почти не использованную сигарету и затягивается, задумчево прикусив губу. *** Вот с этого момента стало страшно. Восьмой подходит к подъезду, когда его за локоть ловит Куромаку и толкает в ближайший проулок. Пик тут же напрягается, следя за каждым движение стоящего ближе к выходу из подворотни второго, несмотря на это он не успевает уклониться от удара в челюсть. Левая сторона лица взрывается болью. Король падает на правый бок, от чего плечо тоже отзывается болью. В голове гудит и он никак не может помещать Куро перевернуть себя на спину. Пару секунд на него просто смотрят, но потом земетив что восьмой начинает приходить в себя, старший ставит правую ногу на его грудь. Пику кажется что это тупое демонстрирование власти над ним, чем ему угрожают он понимает, только когда Куро будто примериваясь, слегка переносит вес на правую ногу и смотрит ему в глаза. Не сильное давление на грудную клетку заставляет обычно невозмутимого пикового запиниковать. Его пугает не столько то что сейчас ему могут сломать рëбра, сколько равнодушие в глазах Маку. Он делал это не ради удовольствия и не беспокоился о том что сейчас одним движением может причинить живому существу жуткую боль. От таких людей не понятно чего ждать. Куро мог сделать что угодно не испытывая стыда или удовольствия. От страха Пик начал задыхаться. Понаблюдав за этим несколько секунд второй убирает ногу и садится рядом с восьмым на корточки. Расстегнув тонкую ветровку, он положил руку на тяжело вздымающююся грудь восьмого и пару секунд глядя в глаза жертвы, наконец нащупал то что искал. Пиковый неожиданно жалобно ахнул, когда король треф сквозь тонкую ткань тренировочной футболки больно сжал, выкручивая его сосок. Чëрные ногти царапнули по асфальту, а на глаза навернулись слëзы. - Больно? - Серые глаза сверкают холодным любопытством. Трефовый будто недоговаривает: "А я предупреждал.".Но когда Пик жалобно всхлипывает, тот его отпускает и схватив за руку, рывком поднимает на ноги. Младший подрагивает, обнимая себя за плечи, растирает пострадавшую грудь, дезориентированно моргая. - Прости, возможно я перегнул палку. - Без тени раскаянья говорит Куромаку и обхватив Пикового за плечи, ведëт к подъезду. Уже в квартире он достаëт апетечку и смазывает мазью щеку Пика, а затем достав уже другой тюбик он бесцеремонно заводит руку под футболку восьмого и в противовес своим прошлым действиям, аккуратно смызывает приятно охлаждающей мазью пострадавший сосок, пока король другой масти морщась тихо шипит что-то нецензурное сквозь зубы. Через несколько минут восьмой остался один, было ощущение что Куромаку держа его за волосы сказал, что главный здесь он, а Пик поверил. По прежнему было больно и обидно, даже мерзко. Захотелось по-детски зареветь и спросить у кого-то большого и сильного почему с ним, таким сильным и главным здесь обращаются как с мелким, беспомощным котëнком. Почему он вообще позволяет с собой так обращаться? Потому что он тебя сильнее. Пищит какой-то мерзкий голос внутри него. Пик от него только отмахивается. Он уходит с кухни в свою комнату и ложится в кровать. Желудок урчит от голода после тренировки, к тому же сейчас только восемь вечера. Он не уснëт. Но он лучше полежит здесь чем вернëтся на кухню и будет вести себя как обычно после такого оскорбления. Он достал бутылку воды и сделал несколько глотков, чувство голода приглушилось и он снова лëг на спину. В комнате никого не было, но Пик всë равно почувствовал себя очень беззащитным. Он перевернулся на бок и обнял подушку, выдохнув сквозь сжатые зубы. Обида на Куромаку и ненависть к нему грызли изнутри. Хотелось дратся, сопротивляться, доказывать что он не беспомощный. Но ведь уже поздно. Можно считать что теперь на Куромаку он может смотреть только сквозь прутья клетки, клетки в которую его загнал Куромаку, да безусловно он может смотреть на него с ненавистью, только это не помешает ему и в другой раз схватив его за волосы убедить в том что сильнее здесь он. Заставить Пика быть перед ним раскрытым и беззащитным, заставить поверить в то что восьмой никогда не сможет выбраться из клетки.