Убийца в тени

Автобус выплюнул ребят у ворот лагеря, и они, завороженные, вступили на его территорию. Взору открылась картина, достойная кисти художника: зеркальная гладь озера, обрамленная темной стеной векового леса, и зубчатые силуэты гор, дремлющие на горизонте. На берегу, словно сошедший со страниц старинной книги, возвышался трехэтажный коттедж. Его каменные стены хранили молчаливую историю, а черепичная крыша уходила в небо. Первый этаж гостеприимно распахивал двери столовой, а на верхних этажах, словно тихие гавани, располагались уютные спальни и ванные комнаты. — Вау, вот это дом! Мне нравится, — восхищенно выдохнул Акияма, направляясь к дверям. Общее изумление чувствовалось в каждом движении подростков. В просторном холле их уже ждали вожатые. После приветствий, началось оглашение правил, среди которых выделялось одно, произнесенное с особой серьезностью: "За пределы лагеря выходить строго запрещено! В лесу неспокойно, участились случаи пропажи детей, как в городе, так и здесь". Светлые волосы Миги зашевелились от нехороших предчувствий. В голове промелькнула леденящая мысль: "А что, если моего брата уже нет в живых…?" Осмотрев дом изнутри, ребята убедились, что он действительно прекрасен. Комнат оказалось немного, поэтому поселили по двое. Миги и Акияме досталась одна на двоих. Разбирая вещи, Миги достал из чемодана фотографию брата и поставил ее на полку. Взгляд его застыл на любимом лице. Акияма, заметив тень печали в глазах друга, тихо произнес: — Миги, мне очень жаль… — Все нормально, — едва слышно ответил тот. В этот момент их позвали на завтрак. В столовой царила оживленная атмосфера. Марута, словно ворона, каркающая дурные вести, что-то увлеченно рассказывал о маньяке, якобы, рыщущем где-то поблизости. — Перестань! — взмолилась испуганная Карен. — Не говори так больше! — Карен, кстати, а где Эйджи? Он сегодня не приедет? — не унимался Марута. — Приедет, просто он сегодня с отцом занят, — ответила девочка с хвостиками. Миги, доев завтрак, чувствовал острую потребность остаться наедине со своими мыслями. — Эй, не кисни! — подбодрил его Акияма. — Мы же в лагере! Здесь нужно отдыхать, а не грустить все лето! Друзья искренне старались развеять его тоску. Даже лагерное озеро манило своей теплой водой, приглашая окунуться в беззаботность. День пролетел на удивление быстро, и даже Миги нашел в нем немного радости. Наступил отбой. Миги улегся в кровать и укрылся одеялом. — Сегодня был отличный день, — пробормотал Акияма. — Да, не спорю, — ответил Миги, и друзья, перебросившись еще парой фраз, стали постепенно засыпать. Миги уже почти провалился в сон, но тревожные мысли никак не отпускали его. Темнота сгущалась, ночь накрыла лагерь непроницаемым покрывалом. На самой границе леса, словно призрак, застыла высокая фигура. Темные волосы обрамляли бледное лицо, а на щеках, возле рта, зловеще выделялись два шрама. В руке он сжимал нож. Дыхание срывалось, вырываясь судорожными вздохами. Одетый в черную водолазку и босой, он издалека наблюдал за огромным домом, где сейчас спали подростки. В голове зародилась безумная мысль – убивать их одного за другим. Как тогда, с другими хулиганами… — Не думаю, что после этих каникул они вообще вернутся… Продолжение следует…