The Trick to Falling In Style

Томми сказался больным. На самом деле он не был болен, но большую часть ночи он бегал по Эссемпии. Он не сомкнул глаз. Одного этого было достаточно, чтобы заставить его пролежать в постели несколько часов, но ему ещё нужно было многое обдумать. Бо и Камикадзе предоставили ему большой объём информации, и ему нужно было всё это проанализировать. Он хотел верить, что Отец-Ворон вместе с другими героями решит проблему с гибридами в Логстедшире, но понимал, что это принятие желаемого за действительное. Он знал, что ему следует прекратить вмешиваться, пока его не раскрыли, но не мог остановиться, ведь он был так близок к разгадке этой тайны. Томми несколько часов провалялся в постели. Он то засыпал, то просыпался в полубессознательном состоянии, когда он осознавал окружающий мир, но не себя. Когда солнце начало пробиваться сквозь щели в закрытых шторах, он вскочил на ноги. Он не чувствовал себя отдохнувшим, но и не был готов вот-вот вырубиться. Он подошёл к письменному столу в углу комнаты. Вся его электроника была включена, а на столе лежали бумаги, которые дал ему Эндер. Бо несколько раз писала ему сообщения на своём телефоне Вермилиону. Строго говоря, это был не телефон. Он определённо выглядел повреждённым, но был запрограммирован только на то, чтобы принимать сообщения от нескольких избранных людей и прослушивать полицейские сводки. Его запрограммировала героиня, которую Томми не видел много лет. Она отправила ему ссылку на свою последнюю публикацию на сайте и рассказала обо всех своих теориях о происходящем. Она намеренно не упомянула о ссоре, которая произошла между ними перед тем, как он уехал разбираться с беспорядками. Томми был рад. Он тоже не хотел об этом говорить. Томми посмотрел на свой обычный телефон, который работал в соответствии со стандартным определением телефона. Сэм спросил его, всё ли в порядке, полчаса назад, и Томми успел ответить на это сообщение до того, как столкнулся с Бо и узнал горькую правду о том, что происходит в Логстедшире. Бо согласилась с Томми в том, что, скорее всего, за всем происходящим стоит Яма. Бо собрала все слухи о Яме, которые ходили в последнее время. Она отправила их Томми. Те, что были написаны в начале списка, были самыми важными и наиболее вероятными. По мере того как он спускался вниз, слухи становились всё менее правдоподобными. Томми сосредоточился на первых нескольких, которые записала Бо. Яма всё ещё работала. Несколько лет назад он потерял своих лучших бойцов, но нашёл новую группу. Томми не знал этих имён. Он заметил, что у новых бойцов были впечатляющие или даже странные способности. Он надеялся, что они захотят стать свободными, а не будут пытаться сразиться с ним. Если бы у него появились союзники, а не враги, его работа стала бы намного проще. В настоящее время «Яма» находится на окраине Логстедшира, рядом со стеной, которая защищает Эссемпию от остального мира. Бо уже разработала план нападения. В своих описаниях плана она ясно дала понять, что является важной частью плана, которую он не может себе позволить упустить. Иногда Томми забывал, что Бо когда-то была одним из лучших бойцов в Яме. Её способности не были выдающимися, а её вид не наводил ужас. Бо была просто умной и стратегически мыслящей. Она объективно знала, как победить, и была достаточно упряма, чтобы рискнуть и воплотить свои планы в жизнь. После освобождения из Ямы она долгое время отказывалась сражаться. Именно поэтому она была технической поддержкой Вермиллиона, а не его традиционным напарником. Казалось, она преодолела свой страх, а может, она просто боялась отправлять Вермиллиона одного. В любом случае он счел этот жест милым и понял, что возьмет ее с собой. Он не хотел подвергать ее опасности, но ему нужен был кто-то, на кого можно было бы свалить всю славу, чтобы не привлекать внимания к своему возвращению. Он испытывал судьбу, оставаясь в центре внимания. Довольно скоро она снова его найдёт и положит этому конец. Бо готовилась к тому, что через несколько дней они отправятся в «Яму». Все они и их матери должны были прийти в субботу вечером. Судя по всему, главарь «Ямы» собирался сделать редкое для себя появление и вручить особый подарок всем своим верным покровителям. Бо понятия не имел, что это может быть за подарок, но у Томми было ужасное предчувствие, что это будет зелье, из-за которого гибриды не смогут сопротивляться своим низменным инстинктам. Томми неохотно согласился с планом Бо. После того как сообщение было отправлено, Томми услышал стук в дверь. Он поспешно спрятал бумаги и электронные устройства в разные отсеки, которые приготовил для них в своей комнате. Убрав последнюю бумагу, он бросился к двери, чтобы открыть её до того, как незнакомец снова начнёт стучать. У него и так были проблемы с арендодателем из-за будильника, ему не хватало ещё и этого. Сэм стоял в дверях с улыбкой на лице. Его зелёные волосы были зачёсаны набок, а вместо униформы на нём была повседневная одежда. Он улыбнулся Томми, держа в руках контейнер, от которого пахло супом. Томми почти улыбнулся в ответ, но потом заметил, что Сэм не один. Молодая женщина с рыжевато-каштановыми волосами и бледно-розовыми глазами смотрела на Томми, а в её волосах была вплетена дюжина роз. Томми сразу узнал в ней Торн, одну из тех, кого он спас много лет назад, когда нашёл Яму. Она была одним из лучших бойцов благодаря своим прекрасным, но смертоносным способностям. Будучи гибридом фейри, она обладала природной тягой к природе. Она могла с лёгкостью управлять растениями. В Яме она использовала эту способность, чтобы разрывать людей изнутри, выпуская шипы в их кровь, словно орудуя Гэ Болгом. Однако под присмотром Сэма она, похоже, превратилась в добросердечного ребёнка, поэтому Томми не позволял воспоминаниям о том, на что она была способна, угнетать его. — Привет, Томс, тебе уже лучше? Это моя дочь Ханна. Мы принесли тебе суп, — объяснил Сэм. Томми моргнул от неожиданности. Во-первых, он и представить себе не мог, что у Сэма есть ребёнок. Он просто не казался таким семейным человеком. Во-вторых, Томми никак не ожидал, что это будет Ханна. Мир не может быть таким тесным, не так ли? Какова вероятность того, что одного из спасённых им детей удочерит его начальник? — Тогда заходи, — сказал Томми, распахивая дверь. Он гадал, выглядит ли он так же ужасно, как себя чувствует. В тот день он не мог заставить себя посмотреть в зеркало. Он надеялся, что выглядит достаточно плохо, чтобы отпроситься по болезни. Формально Сэм был его начальником. Томми не хотел терять работу. Ему нравилось работать в отеле с Мамаситой, доктором медицинских наук, и Нуком. Томми не был уверен, что сможет найти другую работу, особенно без рекомендации от бывшего работодателя. — Я чувствую себя лучше, чем утром. Всё ещё паршиво себя чувствую, но не настолько, чтобы идти к врачу. Томми ничего не имел против врачей. Они были людьми, которые стремились помогать людям; как он мог их ненавидеть? Однако он не мог пойти к врачу, потому что они бы сразу раскусили его фальшивые документы. Они бы спросили, откуда у него столько синяков и шрамов. Они бы захотели узнать его историю болезни и историю болезни его предков, а Томми не мог раскрыть эти подробности. Он мог бы попытаться солгать, но кто-нибудь бы что-то заподозрил. О нём сообщили бы соответствующим органам, и у него были бы проблемы, если бы они решили провести расследование. Всё было бы лучше, если бы Томми держался подальше от любых медицинских работников. Единственному, кому он доверял, он больше не мог показываться на глаза, потому что знал, что этот врач точно выдаст его героям. — Ты выглядишь так, будто совсем не спал, — грустно сказал Сэм, прижав тыльную сторону ладони ко лбу Томми. Он искал признаки повышения температуры, которых не было. У Томми не было жара. — Я могу заварить тебе чай, который тебе поможет. Некоторые легальные чаи действуют даже лучше, чем лекарства, отпускаемые по рецепту, — заметила Ханна с обманчиво доброй улыбкой на лице, рассказывая о том, как приготовить чай, который по действию сравним с успокоительным. Томми не сомневался, что она говорит правду. В мире существуют определённые чаи и зелья, которые технически легальны, потому что правительство не осознаёт, насколько они сильны. Ханна, вероятно, тоже могла бы приготовить что-нибудь особенное, ведь ей не нужно было далеко ходить за растительными ингредиентами. — Спасибо, но мне не нужны твои сомнительные наркотики. У меня есть свой дилер, — с юмором соврал Томми. На самом деле у него не было дилера. Он не доверял наркотикам. Логстедшир натерпелся от уличных торговцев, которые обещали вылечить депрессию с помощью какого-то чудодейственного зелья. Ханна хихикнула в ответ на его слова, но Сэм неодобрительно посмотрел на них обоих. — Мы не принимаем наркотики и не производим вещества, похожие на наркотики. Ты можешь заварить обычный чай, если Томми попросит. А сейчас давай насладимся супом, который я приготовила. — Да, сэр, — ответил Томми, притворно отдавая честь. Сэм вздохнул, и его вздох стал ещё громче, когда он посмотрел на Ханну и увидел, что она отдаёт ему честь таким же образом. Ханна хихикнула, а Сэм обхватил голову руками. — Зачем ты принесла мне этот чёртов суп? — сказал Томми, забирая контейнер у Сэма. Он пошёл на кухню, чтобы достать несколько мисок и ложек. Ханна достала несколько чашек. Ей удалось найти металлический чайник в дальнем углу одного из шкафов. Он был покрыт пылью, но, похоже, был в хорошем состоянии. Ханна поставила чайник в раковину Томми и промыла его, пока Сэм расставляла на кофейном столике то, что принёс Томми. У Томми не было постоянного места за столом, потому что ел он один. Когда рядом был Шрауд, ему было всё равно, ест он за столом или нет, пока Томми был с ним. Нук тоже никогда об этом не говорил. — Каким бы я был начальником, если бы не проверял своих подчинённых, когда они наконец берут больничный, хотя обычно выглядят так, будто вот-вот вырубятся? — Сэм подколол Томми. Блондину пришлось признать, что он обычно ходил на работу, несмотря ни на что. Он получил эту работу за несколько месяцев до исчезновения Вермиллиона, так что какое-то время он появлялся на работе, несмотря на усталость и синяки, как будто его уронили с лестницы. Ему стало лучше, когда он перестал заниматься этим по ночам, но иногда он приходил на работу после особенно ужасного кошмара, который преследовал его во сне. В тот день он взял больничный только потому, что ему нужно было больше времени, чтобы обдумать всё, что рассказали ему Бо, Отец-Ворон, Немезида, Блейд, Эндер и случайные участники беспорядков. Ему с трудом удалось открыть глаза, и он начал замечать побочные эффекты на своей психике. — Папа весь день переживал. Он сразу же приготовил суп, как только вернулся домой, — поделилась с Томми Ханна. Сэм что-то прошипел дочери, и Ханна хихикнула в ответ на слова отца. Томми грустно улыбнулся при мысли о том, что кто-то беспокоится о нём. У Вермиллиона было много любящих его людей, а у Томми очень мало. В большинстве случаев он был никем. Сэм сжалился над этим никем. Нук, Мамасита и МД рискнули довериться этому никому. Они были единственными, кто действительно был ему дорог, потому что любили его, не зная, что он — Красный Ангел Логстедсайра. — Можешь заботиться обо мне сколько угодно, придурок, если это поможет мне бесплатно питаться так же вкусно, как сейчас, — сказал Томми, отправляя в рот ложку супа. Суп легко прошёл по пищеводу, наполнив его пустой желудок. Томми старался есть при каждом приёме пищи, но у него редко было время на домашнюю еду. Он довольствовался торговыми автоматами или многочисленными закусочными, которых было полно в Логстедшире. — Бесплатная еда - лучшая еда, — весело согласилась Ханна, когда чайник начал свистеть. Она подошла к нему, не вынимая ложки изо рта. Она налила свежезаваренный чай в три чашки, которые принесла, когда Томми достал тарелки. Она поставила чашки на кофейный столик. Вынув ложку изо рта, она поднесла единственную чашку к губам. Сделав глоток горячего чая, который, по идее, должен был обжечь ей рот, она улыбнулась Сэму и Томми. — Но нет ничего лучше хорошего чая. — Как, чёрт возьми, она... — начал спрашивать Томми. Сэм покачал головой, а Ханна рассмеялась про себя, когда Томми снова сосредоточился на супе. Он сидел на краю дивана, склонившись над тарелкой, которая стояла на кофейном столике. Сэм сидел рядом с ним, прислонившись к подлокотнику дивана. Ханна сидела на полу напротив них. Казалось, её не смущало, что она сидит на полу. Вместо этого она сосредоточилась на разговоре с Сэмом. Немного поколебавшись, Томми присоединился к разговору. Они втроём не обсуждали ничего существенного или важного. Ханна начала рассказывать Томми о новом телешоу под названием «Любовь или ведущий», в которое она вложила деньги. Сэм напомнил Томми о предстоящих событиях в отеле. Томми упомянул книгу, которую читал последние несколько лет, но так и не дочитал. Однако вечер прошёл спокойно. Впервые за всю неделю Томми почувствовал себя непринуждённо. Он съел что-то вкусное и питательное. Чай помог ему справиться с тревогами. Сэм и Ханна были прекрасными собеседниками и понимали его шутки. Когда они закончили есть, Ханна вызвалась помыть посуду. Пока она мыла, Сэм рассказал Томми о некоторых постояльцах, которые останавливались в отеле. Сэм упомянул, что МД чуть не подрался с одним из постояльцев в баре. К счастью, мужчина был слишком пьян, чтобы понимать, что происходит, поэтому обвинения выдвинуты не были. Сэм назначил МД испытательный срок, поручив ему убирать больше номеров, чем Мамасите. МД неохотно согласился на наказание, а Мамасита смеялась почти весь день. Нук даже заметил, как странно, что за Шраудом не присматривают, когда он приходит на ночную смену. Ханна вернулась в гостиную, когда закончила мыть посуду. Она напомнила Сэму, что сегодня вечером выйдет новый выпуск «Любовь или хозяин». Сэм согласился пойти с ней. Они оба попрощались с Томми с улыбками на лицах. Они не планировали повторить это, но Томми был уверен, что они найдут способ. Ему очень нравилось общаться с людьми за вкусной едой. Когда Томми вернулся в свою комнату, его радостное настроение улетучилось. На столе, поверх бумаг, которые он поспешно убрал перед приходом Сэма и Ханны, лежала записка. Он бросился к столу, чтобы прочитать, что в ней написано. — Увидимся в субботу вечером, Вермиллион. На записке лежит одна кроваво-красная роза с острыми шипами.