Мост над рекой

      Первый день осени выдался теплым, если не сказать жарким. Семейство Чон прогуливались в большом сквере, недалеко от их дома, дыша свежим воздухом. Чимин что-то опять выдумывал на ходу, веселя родителей своими рассказами.       — Ох, что-то я устал, — Юнги остановился, держась одной рукой за поясницу, — Хосок-и, купи мне воды? И бананового молочка... И мороженого. Клубничного. А я пока здесь посижу, ладно?       Он кивнул на ближайшую лавочку, немного неуклюже подошёл и усадил свою пузатую тушку.       — Я с отцом!       — Беги, — улыбнулся Юнги.       Хосок наклонился, оставляя поцелуй на макушке своего омеги, взял за руку Чимина и направился к ближайшему кафе. Юнги же задумчиво поглаживал живот, и даже прикрыл глаза, подставляя лицо ласковым солнечным лучам. Вдруг он почувствовал, что его живот кто-то обнимает. Удивлённо открыв глаза, он обнаружил двухлетнего малыша, прижавшегося щечкой к его животу и обнимающего его своими ручками.       — Печенька!       — Тэ-Тэ! Нельзя приставать к людям!       К ним подбежал высокий и очень красивый омега, правда плечи был не по-омежьи широкими, но его это совсем не портило. Он подхватил ребенка на руки, убирая от Юнги.       — Простите его! Совсем не знает о личных границах!       — Печенька! — малыш постарался выкрутиться из рук папы и упорно тянул ручки к животу Юнги.       — Да ничего страшного! Это даже мило, - улыбнулся Юнги, - Я видел вас, вы живете неподалеку?       — Да, — кивнул омега, — Недавно переехали. Район хороший, тихий, для семьи с ребенком в самый раз. Меня зовут Ким Сокджин, а это Тэхен, - спохватился он.       — Чон Юнги.       — Печенька!       — Отпустите вы его, раз уже ему так нравится мой живот, то пусть обнимает, — разрешил Юнги.       Оказавшись на земле, Тэ тут же шмыгнул к Юнги, вновь гладя и обнимая живот.       — Это первый?       — Нет, старшему скоро пять будет, а второй по всем заявленным срокам должен был еще неделю назад родиться, но, видимо, ему и так хорошо, а мне главное, чтобы как слону два года не ходить, — засмеялся Юнги и Джин его поддержал.       — Моему скоро два, но мне все время кажется будто я вчера родил.       — Ох, — вдруг Юнги схватился за живот, — Ой-йо-йо... Папочки!       Джин округлил глаза, осознавая, что у его нового знакомого начались схватки.       — Тэ, быстро ко мне!       Он одной рукой схватил своего ребенка, а второй уже набирал номер скорой. Юнги старался успокоиться, как только мог, дышал, но схватки все усиливались. Вернувшийся Хосок еще издалека понял, что что-то не так. Он подхватил Чима на руки и буквально подбежал к своему омеге, и только тогда отпустил ребенка.       — Ты как? Юнги?       — Ай! Хосок! Папу твоего за ногу! Я тебя прибью!       И от боли омега с силой сжал его руку.       — Скорая уже едет! — сообщил Джин, — Юнги, дыши! Давай! Вместе со мной!       И он начал помогать делать дыхательные упражнения, подсказывая как правильно. Как вдруг заголосил Чимин, испуганно расплакавшись. Он абсолютно не понимал, что происходит, почему взрослые так суетятся, но чувствовал, что папочке очень больно. Тэхен, до этого тихо наблюдавший, подхватил рев.       — Ох ты! — кинулся к детям Джин, — Ну чего вы?       — Папочке больно!       — Папочке не больно, цыпленок! — постарался как можно спокойнее произнести Юнги, и едва слышно добавил, — Папочка сейчас сдохнет от боли...       Видимо, чтобы не страдать одному, Юнги выворачивал руку своем альфе, с такой силой, что и он был уже готов присоединиться к Чиму и Тэ, но мужественно терпел.       Сокджин понимал, что с двумя паникующими детьми ему не справиться, в карету скорой помощи они все не влезут, но и оставить вот так новых знакомых с маленьким ребёнком он не сможет. Поэтому он принял единственно верное решение — позвонил мужу. Намджун ответил быстро.       — Джун-и, немедленно приезжай в сквер у дома! Ты мне нужен!       — Альпака моя пушистая, я не могу сейчас, ты же знаешь, у меня встреча.       — Ким Намджун! Немедленно! Мне нужен ты и твоя машина!       Джин присел на корточки, стараясь не выронить телефон и обнять обоих детей, чтобы хоть как-то успокоить.       — Я не могу, у меня... Там что, Тэ-Тэшечка мой плачет?! Я сейчас!       Тут же в трубке послышались гудки и Джин закатил глаза.       — Почему тебе стоит заплакать, и твой отец готов нестись даже с другого края света? — спросил он у плачущего за компанию омежки.       Через несколько минут, наконец, появилась скорая. И как раз вовремя, потому что Юнги в ужасе сообщил, что у него отошли воды. Пока Юнги перекладывали на носилки, чтобы отвезти к машине, появился Намджун. Он подскочил к своей семье, бегло осматривая:       — Джин, Тэ, с вами все в порядке? Почему тут скорая?       — Ну как тебе сказать? — кивнул Джин на пузатого Юнги, зная о невнимательности своего мужа.       — Оуу...       — Так, держи Тэ, я возьму Чимина. Нам нужно ехать за скорой, потому что маленький ребенок в машине скорой, рожающему Юнги точно не нужен. Он там пытается ломать руку своему мужу.       Пока Нам парковался и выгружал всю компанию, пока они нашли, где Чоны — Юнги уже отвезли в родильное отделение. Перед закрытыми дверями метался паникующий альфа, то порыкивая, то поскуливая от переживаний — с Юнги его не пустили. Увидев Чимина, он тут же подхватил его на руки и стал горячо благодарить своих новых соседей, а те принялись успокаивать будущего отца. Дети, на удивление, давно успокоились сами и держались за ручки, сидя на коленях родителей.       Несмотря на компанию и разговоры, Хосоку показалось, что прошла вечность, прежде, чем вышел медбрат.       — Чон Хосок?       — Это я!       Медик улыбнулся:       — Поздравляю! Вы можете пройти к своему омеге, но совсем ненадолго — ему нужно отдыхать.       Хосок быстро прошел в палату вместе с Чимином. Измученный Юнги лежал в постели, бледнее чем обычно, но с абсолютно счастливой улыбкой на губах и держа в руках маленький сверток.       — Любимый мой, спасибо!       Чон нежно коснулся его губ своими и потерся о него носом, и только после этого взял на руки своего сына, смотря на него с бесконечной любовью. Он присел на корточки, чтобы Чимин мог тоже увидеть брата — совсем еще крошечного альфу.       — Познакомься, это твой младший братик.       — Такой малюсенький, — Чимин с интересом рассматривал альфочку.       — Печенька!       Хосок удивленно вскинул брови, увидев Тэ, судя по возмущенным причитаниям Джина за дверью, сбежавшего от родителей. Юнги же засмеялся:       — Конечно, посмотри на своего Печеньку!       — Я что-то пропустил? — удивился Хос.       — Тэхен так зовет Чонгука, и судя потому, как он бился в животе, а потом решил, что ему пора появиться — ему прозвище нравится, — объяснил Юнги.       — Чонгук? Мы же хотели назвать его Минхо, — улыбнулся Хоби.       — Я решил, что Чонгук ему подходит больше. Ну сам посмотри на него — какой из него Минхо? Это же Чонгук!       Хосок засмеялся, кто разберет эту омежью логику. Чонгук так Чонгук, главное, что его сынишка и омега здоровы, а роды, вопреки ожиданиям, прошли легко.       Пока дети с интересом рассматривали малыша, в палате появился врач.       — Так, посещение закончено, папочке нужно отдохнуть, а Вы пока пройдите и оформите документы на малыша. Имя выбрали?       Оба кивнули.       — Вот и отлично. Все, выходим.       — Я люблю тебя, — на прощанье сказал Хосок, подталкивая держащихся за ручки Чима и Тэ к выходу.       — И я люблю тебя, — улыбнулся Юнги.       Он переключил свое внимание на Чонгука, которого укладывали в небольшую кроватку рядом с ним.

Год спустя.

      В доме Чонов вновь раздавались музыка и детский смех, но несмотря на это для Юнги наступили спокойствие и умиротворение. Почти все гости, пришедшие отпраздновать первый год Гуки, уже разошлись. Остались лишь родители Хосока и семейство Ким, давно ставшие близкими друзьями.       Альфы расположились на террасе, обсуждая свои дела, а омеги привели в порядок стол и сейчас наслаждались вином, наблюдая за детьми.       Тэ и Гук тихо играли, периодически радостно смеясь и понимая лопотание друг друга. Подошедший Чим с самым серьезным видом потянул Тэ на себя, заставляя встать.       — Пойдем, я мультики включил. И сейчас принесу тебе пирог.       — Но мы не взяли с собой Печеньку, — запротестовал маленький омега.       — Он же малыш ещё, ему мультики не интересны и пирог нельзя. Идем, — и Чим потянул за собой Тэхена, заставляя идти следом.       Гук сначала проводил их непонимающим взглядом, а потом разрыдался, оповещая весь дом о своей обиде.       — Я возьму его, — подскочил о-папа Хосока, тут же поднимая плачущего ребенка, — Ну-ну-ну, радость моя, кроличек дедушкин, зайчик мой пушистенький, так плачет горько, золотой мой мальчик. Обидели мою сладость.       — Пааааап, — обратил на себя внимание Юнги, — Ты залюбишь нам детей! Мы с Хосок-и и так держимся, стараемся не баловать, а ты зацеловываешь!       — Дедушки для этого и нужны, родители должны воспитывать, а дедушки — баловать! Да, мой птенчик?       О-папа вместе с малышом подошли к столу.       — Чимин так мило ухаживает за Тэ, что бы там понимал еще, а все туда же — альфа он! — заметил Джин.       — Чон Тэхен... Хм, а мне нравится, — цокнул языком о-папа и омеги рассмеялись.       — Какой я молодец! Сыну три года, а я уже ему мужа нашел!       — Я не против породниться, — и Юнги чокнул своим бокалом о бокал Джина.       — Вот и правильно, не то что Хосок будет — тянул со свадьбой столько! — поддакнул о-папа, будто детей собирались женить прямо завтра.       — Протестую! Хосок очень серьезный альфа и очень ответственный! Гукки ещё слишком мал, а вот Чимин полностью взял его за образец поведения. Он в отце видит идеал и стремится к нему, так что о будущих омегах я спокоен!       — Каких таких омегах? Мы уже решили, что у него будет один и самый лучший! — возмутился Джин и тут же засмеялся, — Пора мне приданое готовить!       Переставший плакать Гук, грыз кусочек яблока, выданный дедушкой, и грустно смотрел на дверь детской, куда Чимин увел Тэ.

12 лет спустя

      Солнце заливало площадку с шезлонгами перед бассейном спа-отеля, в котором отдыхали Юнги и Джин. Сегодня у них был их законный День Омег. С мужьями был договор — раз в неделю выделялся вечер для отдыха от детей и семейных забот, а порой и весь день, чтобы папочки могли как следует отдохнуть и провести день в заботе о себе и сплетнях. День Альф, кстати, тоже был, но они проводили их не так разнообразно, как их прекрасные половинки.       Омеги потягивали коктейли, подставляя свои тела солнцу, полностью расслабленные после массажа и множества процедур для их красоты. Не хватало сегодня лишь Чониля, но он с мужем и детьми укатил на острова и только скидывал фоточки в общий чат.       Солнце им перегородил грузный альфа средних лет, заигрывающе улыбаясь:       — Что такие прекрасные омеги делают в одиночестве? Скучно, наверное?       Оба молча подняли ручки, демонстрируя кольца.       — Нууу, альф ваших ведь нет рядом? - оглянулся он.       — Я тебе и без своего альфы глотку перегрызу, - оскалился Юнги.       Альфа посмотрел на него, как на психа и ретировался.       — Фу, мерзость. Что у них в головах? Ни метки, ни кольца не останавливают! — возмутился Юнги.       — Просто настолько красивых омег встретить практически невозможно, — откинул голову Джин и прикрыл глаза.       Юнги прыснул от смеха и тут же в него прилетело маленькое полотенце. Джин взял телефон и сделал пару селфи, а потом еще несколько совместных с Юнги и, выбрав парочку, опубликовал в Инстаграм.       — Ооо, — протянул Юнги, обновляя свою ленту, — Похоже, тебе пора двигаться, распрекраснейший омега всего мира. Тэхен-и ведь подрастает.       Он развернул к Джину телефон экраном и помахал перед носом. На фото Тэ, с розовыми волосами, держал во рту такую же нежно-розовую розу, полностью скрывающую его губы. Немного подкрашенные, и от этого только более выразительные, глаза смотрели в камеру, практически гипнотизируя.       — Конечно! Это же мой сын! Это лишь доказывает, что его не подменили в роддоме, — самодовольно фыркнул Джин, и лайкнул фото, — Да не уж то! Автор фото — Чонгук! Тэхен так переживает их вечные ссоры...       Юнги тяжело вздохнул — это была больная для него тема. Чонгук в последнее время стал неуправляемым, он постоянно ругался с братом, огрызался на Тэ и грубил ему невероятно практически на ровном месте.       — Ладно тебе, это просто переходный возраст, — постарался успокоить его Джин, прекрасно понимавший природу этих вздохов, — Перерастет, перебесится.       — Все дело в запахе. Он очень переживает, что его до сих пор нет. Мы с Хосоком много раз разговаривали на эту тему с ним, объясняли, что это нормально, что у многих альф он появляется только с первым гоном и это никак не влияет на его привлекательность и силу. Он слушает, кивает, но все равно видно, что его это задевает сильно, ведь у Чимина и Тэ запах с рождения.       — Вот же дети! Он у вас поистине талантливый мальчик — и тхэквондо, и танцует с Чимином великолепно, и рисует, и фотографирует прекрасно, и красавец, а уж вырастет — глаз будет не отвести! Сдался ему этот запах? Ну ничего, даю максимум годик и гон первый пройдет, нанюхаются еще все, — махнул рукой Джин.       — Ох, я так его боюсь, если честно! С Чимин-и рядом был Хосок, он помог преодолеть все сложности его первого гона, помог держать себя в руках и контролировать. А сейчас он в постоянных разъездах из-за нового филиала и я до дрожи боюсь, что его не будет рядом, а я не справлюсь.       — Так, спокойно! — повернулся к нему Джин, — Намджун, Сокхо, Чимин и, в конце концов, его дед всегда рядом. Уж нашего малыша не оставят одного.       — Жаль, что в первый гон не разрешают принимать подавители. Издевательство и над детьми, и над родителями.       — И не говори! Ты же знаешь, что у Тэ пару месяцев назад была первая течка? В пятнадцать! С ума сойти можно! Мне-то было проще — моя была в восемнадцать и мы уже были в отношениях с Джуни, я уже даже метку гордо носил. А тут на тебе - ребенок у меня ранний.       Он вздохнул, отпил свой коктейль и продолжил.       — Так он так перепугался, слов нет. Я пытаюсь его успокоить, даже помог ему с гнездом, забрался к нему, утешаю как могу. А он рыдает в голос — боится, что теперь его будут альфы в школе нюхать.       — Что за глупость? - поднял очки Юнги.       — У них в школе развлечение такое, у омег после первой течки запах усиливается и альфы их зажимают и нюхают. Приставаний больше нет, не лапают, не домогаются, просто нюхают у шеи. Большинство омег в восторге, такой вот флирт, но ты же знаешь нашего Тэ. Для него это стыдно и страшно!       — Куда администрация смотрит? Развлекаются они...       — Угу, благо Чим-Чим школу еще не окончил — к Тэ никого не подпускает. Так вот, я пока его успокаивал, меня самого накрыло. Рыдаем мы оба в голос, а по дому носится Намджун и не знает, что ему делать! Заказал любимых вкусняшек Тэхен-и и едва не порвал курьера за то, что тот повел носом, учуяв течного омегу. А потом буквально скулил рядом, потому что не мог ничем помочь.       — Нам скулил? - удивился Юнги.       — Ага, он вообще на моей памяти скулил всего дважды. Первый раз, когда смотрел на новорожденного Тэ, он скулил от умиления, а второй вот тогда, от отчаяния. Так что представь этот цирк — мы оба рыдаем, Джун скулит, — Джин закатил глаза и вздохнул, вспоминая, — На счастье, продлился этот ужас всего сутки, а я был благодарен себе двадцатилетнему, что не решился на еще одного ребенка.       Юнги засмеялся.       — Я еще думал, что это альф сложно воспитывать. А с омегами такие сложности, это при том, что у тебя Тэхени просто золото и беспроблемный ребенок. Да у меня все замечательно просто!       Джин вновь залез в Инстаграм, чтобы ответить на восторженные комментарии и тут же взвизгнул.       — Ах ты ж!       Юнги успел заглянуть в его телефон и увидел новое обновление от Тэ. Случайное фото в том же саду, только Тэхен-и смотрит куда-то в сторону, немного приоткрыв рот и прикусив пальчик. И в этой невинной фотографии было столько скрытого секса, что Юнги буквально услышал альфий вой. А Джин уже слушал гудки в трубке.       — Ким Тэхен! Немедленно удали это фото! Немедленно! Если отец увидит — его удар хватит! Ничего такого, просто удали и все!       Юнги засмеялся, откидываясь на шезлонг. Как же хорошо, что у него альфы.       Порывшись в холодильнике, Чонгук решил не заморачиваться с разогреванием и сделать пару бутербродов. Он как раз заканчивал, когда зашел Тэхен.       — Привет, Печенька, — улыбнулся омега своей невероятной квадратной улыбкой, — Рад тебя видеть, а то ты опять избегаешь меня. Те фото, что ты сделал, просто изумительны. Спасибо!       Чонгук лишь кивнул в ответ. Он сделал не десять снимков, на самом деле их почти две сотни, но Тэхену об этом знать необязательно.       — В городе открылся новый квест, мои одноклассники ходили и говорят — там круто. Пойдем?       Гук повернулся к Тэ, но в этот момент зашел Чимин. Он широко улыбнулся Тэхену и обнял его со спины.       — Вот где мой муж застрял! Место омеги не на кухне, так что пойдем гулять.       — Бесите! — Гук с силой пнул стул и вылетел из кухни.       — Ну что опять с ним? — погрустнел Тэ.       — Переходный возраст, — пожал плечами Чимин.       — И прекрати называть меня своим мужем, — возмутился Тэхен, — Мы даже не встречаемся!       — Это временные трудности, — хихикнул Чим, — Но как только тебе исполнится восемнадцать, то ты станешь моим законным омегой! Дедушка тебя с детского сада иначе, как Чон Тэхен, не называет.       Тэхен погрустнел. Он любил Чимина, но скорее как старшего брата, и еще страннее, как самого себя. Потому что понимали они друг друга с полуслова, у них были похожие взгляды и вкусы, им никогда не было скучно вдвоем. Но вот даже от мысли, что они, например, поцелуются, его передергивало от неправильности. Разве можно целоваться с самим собой? И в первую свою течку он плакал, потому что понимал — вот она взрослая жизнь, совсем скоро родители выдадут его замуж, альфа определен еще с детства, а он не был уверен, что у него хватит смелости так расстроить любящих родителей. Ведь на самом деле ему очень нравился другой альфа. Тот, что в последнее время совсем не хотел с ним общаться и избегал встреч, да еще и был младше на два года.       Чимин развернул его к себе, и все еще держа одну руку на талии, второй поднял его подбородок, немного наклоняясь и заглядывая в глаза.       — Ты чего загрустил?       В этот момент Чонгук решил вернуться за оставленными бутербродами, надеясь, что парочка уже ушла. Но они мало того, что никуда не делись, так ещё и явно целовались.       — Снимите отель!       Тэхен дернулся, резво отпрыгивая от Чима, а альфа рыкнул на младшего:       — За языком следи!       С того дня Гук ушел в глухую оборону. Он совсем перестал разговаривать с братом, избегал Тэхена и пропадал на всевозможных курсах и тренировках, чтобы максимально забить все свободное время и не допускать всяких мыслей. Но сегодня с тренировки он пришел раньше — состояние было ужасным, ему было жарко и немного потряхивало, он даже думал, что заболел. И злился так, что отлупил своего спарринг-партнера — еле оттащили, и тренер отругал.       Придя домой, он достал бутылку холодной воды и выпил практически половину. Но вдруг учуял такой знакомый и родной запах — Тэ был у них. Он прошел к комнате брата и остановился перед закрытой дверью.       — Тэхен-и, ты у меня такой красивый, — послышался голос Чимина.       Гук сжал кулаки и с трудом заставил себя отойти. Он заперся в своей комнате, но легче не стало, в какой-то момент он просто стал громить все вокруг, перевернув стол и разбросав книги.       Тэхен с Чимином.       Тэхен с Чимином!       Тэхен с Чимином!!       НЕТ!!!       Чонгук выбежал из своей комнаты и буквально ворвался в комнату брата. Тот сидел на корточках перед сидящим в кресле Тэ и обнимал его за колени. Парни резко обернулись и очень удивленно посмотрели на Гука. В одну секунду Чимин подскочил и бросился на брата, но тот так же быстро сориентировался и завязалась драка. Чим старался не навредить брату, осознавая, что сильнее его, но и не дать обидеть Тэ. Именно из-за этого его рука уже кровоточила от глубоких царапин, оставленных младшим.       — Тэхен! Уходи! — крикнул он омеге, — Быстро! Беги!       Он удерживал брата, который уже угрожающе рычал скалясь возле его горла. Но Тэхен и не думал убегать, он вздрогнул, сбрасывая оцепенение, и направился к братьям.       — Тэ!!! Уходи! У него гон!!       — Печенька, — ласково позвал Тэ, осторожно дотрагиваясь до Гука, — Печенька, отпусти его... Не нужно драться, это ведь твой брат... Мне очень страшно видеть тебя таким, пожалуйста, отпусти его.       Взгляд Чонгука изменился, он действительно ослабил хватку, а потом и вовсе отпустил, немного отползая от брата. И его тут же обнял Тэхен.       — Тэ, ты понимаешь, что...       — Мы истинные, — перебил его омега, — Меня всегда к нему тянуло, но я не понимал, почему. Теперь я чувствую его запах. Мы истинные. Он не причинит мне зла.       Чимин двинулся к ним, но Чонгук вновь дернулся и зарычал.       — Все хорошо будет, не провоцируй его.       Тэхен обнимал Гука и ласково перебирал его волосы, успокаивая. Чимин вздохнул и вышел, чтобы набрать телефон родителей, срочно вызывая их домой. К их приезду он уже обработал руку и даже умудрился как-то заклеить раны. Вместе с родителями появился и взволнованный Джин.       — Где они? — Юнги не волновался, он был на грани ярости.       — Тигренок мой! — Джин от ужаса стал соперничать с природной бледностью Юнги.       — В моей комнате.       Юнги бежал туда, не думая, что альфы во время гона опасны и могут покалечить. Больше всего на свете он боялся, что кто-то из его сыновей станет насильником, что принесет кому-то такие же боль и страдания, которые перенес сам Юнги. Гуки, его заботливый, талантливый, маленький Гуки...       Юнги за малым не выбил и без того незапертую дверь. Чонгук и Тэхен сидели на кровати обнявшись. Гук обнимал омегу со спины, крепко прижимая к себе и уткнувшись ему в шею, дыша запахом своего истинного. Увидев целую делегацию, ворвавшуюся в их тихую идиллию, он тихо зарычал.       — А ну цыц! Не смей даже рычать на меня! Не дорос еще! — рявкнул Юнги и даже Хосок вытянулся по струнке.       — Все хорошо! Он меня не тронет! — тут же стал защищать его Тэхен, - Мы истинные, он просто ревнует.       Все это время Чонгук внимательно следил за родителями, только крепче прижимая к себе омегу.       — Чонгук-и, пожалуйста, не обижай его, ты же знаешь, какой он у нас нежный на самом деле, — попросил Джин, стоя на пороге.       — Только пальцем его тронь — я тебе лично шею сверну и плевать мне на твои клыки и рычалки, — пригрозил Юнги и обратился к Тэ, — Мы рядом.       Родители удалились, прикрыв дверь. Юнги перевязал как следует руку Чимина, а Хосок тут же увел его на прогулку, чтобы обговорить эту ситуацию, как альфа с альфой. Больше всего они с Юнги переживали, что отношения между братьями могут испортиться.       Омеги достали бутылку вина и решили запить стресс как следует, за второй бутылкой их и застал Намджун, который был на взводе, даже не смотря на десяток пояснительных сообщений от Джина. Выслушав все еще раз, он кивнул:       — В общем, это нормально. В таком юном возрасте и в первый гон, у альф выделяется слишком мало гормонов, они будут агрессивны и защищать свою территорию, а в данном случае — своего омегу. Так что он действительно не сделает ничего плохого Тэхену, он его просто защищает от нас и, главное, от Чимина, как от главного соперника.       — Ты у меня такой умный, Джун-и, — пьяно улыбнулся Джин.       Когда вернулись Хосок и успокоившийся Чимин, уже стемнело. Чим достал бутылку соджу из запасов отца и, открыв, отхлебнул из горла.       — Эу, молодой человек, вы ничего не путаете? — приподнял бровь Юнги.       — Мне уже восемнадцать, пап, и у меня сегодня стресс вообще-то, — отмахнулся Чим.       — Иди сюда, — протянул к нему руки Юнги и обнял, — Очень плохо?       — Ты знаешь... Плохо, конечно, но у меня нет ни злости, ни отчаяния. Мы ведь с ним и правда даже не встречались, просто все с детства нам говорили, что мы поженимся и всё. Это как привычка и принятие навязанного будущего.       — И все равно Тэхен-и будет Чон, — влез Джин.       Чимин засмеялся.       — Нам пора, — поднялся Нам, — Давайте проверим, может они спят и можно будет забрать Тэхен-и?       Юнги и Джун прошли к комнате Чимина и осторожно приоткрыли дверь. Дети действительно спали, лёжа поверх одеяла в одежде и обнявшись. Джун сделал пару шагов к спящей парочке, но Чонгук вдруг открыл глаза и предупредительно зарычал.       — Он что, речи лишился? Я волка родил? Рычит весь день и все, — всплеснул руками Юнги.       — Так, ладно, придётся оставить Тэхени у вас...       Джун очень медленно сделал пару шагов назад, чтобы не спровоцировать Гука. Справиться с мальцом он смог бы в одно движение, вот только ни калечить молодого альфу, ни пугать омег он не собирался.       Но не успели они дойти до входной двери, провожая Кимов, как раздался вскрик Тэхена.       — Убью!       Вновь ворвавшись в комнату, они обнаружили Гука, тщательно зализывающего метку у Тэ.       — Ты издеваешься? — Юнги просто осел в руках мужа, не в состоянии больше выражать хоть какие-то эмоции. Слишком уж нервный день выдался.       — Ничего не издеваюсь, — подал, наконец, голос Чонгук, — Мы только уснем, а вы его заберете и потом неизвестно, отдадите мне или нет. А теперь все — он мой, метка есть! Я разрешения спросил!       Тэ лишь слабо кивнул в подтверждение.       — Вот же мелкий продуманный, — усмехнулся Чимин, — Все, я спать, с меня хватит этого дурдома.       — Не могу не согласиться с Чимин-и, — кивнул Джун, — Мы утром придём.       — Так, пижамы надели и спать. Я проверю, — выдал распоряжение Юнги и вышел, закрыв дверь.       Чонгук засыпал, улыбаясь — Тэхен теперь с ним. Навсегда.