И даже наши струны порой расстроены

В глубокой тишине мрачной ночи раздавалось лишь только монотонное тиканье настенных часов. Звуки спокойствия, душевного умиротворения и внутреннего покоя. Люмин, неподвижно лёжа в кровати, с едва заметной улыбкой глядела в потолок. Сегодня ее одиночество не разделял никто, кроме нее самой. Итер... Он ушел на слушание ещё рано-рано утром, когда рассветное солнце ещё не даже не показалось на горизонте. Позже отправил девушке сообщение о его неудаче, но до сих пор не вернулся. Это должно было насторожить сестру, ведь никто не может знать, что придет в голову ее весёлому брату. Однако в этот день за него она была спокойна, как никогда раньше. Вечерняя медитация прошла успешно. Последний месяц дама практически безвыходно сидела дома, пока парень пропадал в поисках работы. Ее попытки найти счастливое будущее были уже на исходе – и Итер, прекрасно понимая это, взял на себя ответственность за поиск достатка. Даже при мягкой улыбке Люмин изнутри распирали слезы. Хотелось, как всегда, кинуться рыдать, губя свое моральное состояние. Но в этот вечер, когда шторы застилали окна, и в квартиру не проходило ни одного лучика уличного света, барышне казалось, что сегодня все будет иначе. *** Щелчок двери, совсем недолгие звуки подъезда, а затем снова перекрытие входа. В квартиру кто-то зашёл. Девушка, до сих пор лежавшая на кровати, даже не шелохнулась. Ей было понятно, кто же вернулся домой. Брат и сестра, вошедшие в уже самостоятельный возраст, живут одни. Им удалось ухватить довольно просторную квартиру в нормальном жилом комплексе, который расположился чуть ли не в центре города. Радости обоих не было предела, ведь из этого места добираться куда-либо было уже намного проще. В последнее время Итер возвращался домой позднее обычного. Всегда перед тем, как вернуться домой, он забегал в круглосуточный магазин, чтобы купить еду для того, чтобы на утро возможно было приготовить что-нибудь съестное. Сам же он, по его словам, в течении дня питался пирожками из различных ларьков, а его главным посещаемым местом на протяжении полумесяца оставался "Русский Аппетит". Мягкими шажками юноша пробирался по квартире, сначала заходя на кухню, – чтобы положить купленную провизию в холодильник – а затем уже в свою комнату. Близнецы могли бы расположить свои кровати и в одной комнате, чтобы всегда быть вместе, но так уж получилось, что пустую комнатку оставлять не хотелось, а потому там охотно расположился брат. На секунду задержавшись у ее двери, Итер нежно улыбнулся и продолжил путь по своим делам, вероятно подумавший, что Люмин спит. Ради своей сестры он был готов на все, что бы та от него ни требовала. *** Сквозь толщину сна, подобной льду, слышались шорохи и активные звуки... Ох, суббота же! Не задумываясь ни о чем, барышня резко открыла глаза, пытаясь распознать звуки. Кажется, кто-то ходит по квартире... Девушка сонно приподнялась на локти, щурясь смотря на окно. Шторы уже не заслоняли просторное окно, из которого так и лился свет, мягко и ласково заполняющий собой всю комнату. «Когда он успел?..» – вяло подумала Люмин. Героем ее размышлений, понятное дело, был только Итер. Вглядевшись в улицу, она увидела только лишь яркое солнце, которое, в свою очередь, уже красовалось над крышами многоэтажных домов. Дети во дворе, которые задорно бегали по детской площадке. Подростки заседали около подъездов, со смехом что-то обсуждая. Бабушки и дедушки занимали свои места на лавочках – вот они, завсегдатаи этого двора! Кажется, время уже перевалило за полдень... Сколько спала девушка? Раздражение в адрес своего брата сменилось на чувство некой вины из-за того, что оставалось совсем чуть-чуть, и сестра бы стояла перед парнем с тряпкой в руках, пока бы не узнала от него, что в полдень вполне нормально ходить по квартире. Ругаться на него из-за того, что юноша просто не разбудил ее тоже глупо. Итер всегда заботился о здоровье девушки, поэтому сейчас он лишь хотел, чтобы она отдохнула, понежившись в кроватке. Барышня вздохнула, с некой грустью смотря на свои руки. В этот субботний день парень снова бросает ее на целый день... Неужели так сложно побыть с ней хотя бы никчемные пару дней выходных? Пока Люмин застревала в своих мыслях, брат уже покинул квартиру, оставив за собой только глухой звук захлопнувшейся двери. Отзвук был настолько жалким, настолько тихим, что слышать его из глубины квартиры было попросту мучением. Конечно, Итер оставил записку на кухне с тарелкой мило украшенной яичницы. Вот только в данный момент Люми нуждалась только в том, чего в этой квартире не было.