Зимняя сказка

Жизнь - всего лишь игра теней на фоне света. Много чего в ней нам не понять и много чего скрыта от наших глаз. Одним словом - тайна. Каждый думает о своём, живёт в своем мире и видит свои мысли, стараясь не замечать других. Страсть, мечты, цели и воплощение. Все, что нужно для человека и его жизненным обеспечениям. Поистине зимняя сказка. Снег кружит в небе полного мрака и серых дней, создавая угрюмую надежду. Но что может быть лучше, чем театральная постановка перед великим праздником, как начала чего-то нового. Новый год - это новая линия жизни, новое начала для себя и своих ошибок. Что, как не театр, может еще поднять настроение и перейти на эту линию? Фёдор хороший музыкант. Его смычек словно летал по струнам, создавая дивную мелодию. И впрямь высший музыкант, достойный восхищения. Долгие годы обучения не ушли за горы, показывая свои навыки во всей своей красе. В зале пусто. И только сцена, украшенная новогодними прелестями, давала знать, что жизнь может быть и в пустате. Достоевский восседал на стуле, осторожно, аккуратными движениями проводя смычком по виолончели. Мелодия словно бархат, шагала по залу, но не выходила за его пределы. А после ее окончания, инструмент скрывается за чехлом, не давая свободы и погружаясь в темноту. Фёдор встаёт и из зала доносятся краткие, негромкие и одиночные хлопки. -Как всегда восхитительно, Фёдор! - взгляд падает на директора музыкального заведения, что со спокойствием и восхищением осматривает сцену, видя на ней талант и надежду. Фёдор сдержанно улыбается, кивая в знак благодарства. Но все же, он хотел побыть один в этом и так переполненном в здании людьми. Не хотелось слышать шум и гам ото всюду, куда бы он не вступил. -Благодарю вас. И все же, вы бы не пришли сюда просто так, Василий Сергеевич. Вы меня искали? - медленными и изящными шагами Фёдор спускается со сцены, поднимаясь на верхний ряд. Директор встаёт, ярко улыбаясь, явно чувствуя гордость за своего человека. -Пройдём в мой кабинет. У меня есть поручение к тебе, от которого ты не сможешь отказаться! Интригует. Но Достоевский наверняка знает, что хочет сказать ему директор, основываясь на предстоящем празднике. Очередное выступление. -Тогда не будем задерживаться.

***

Держа в руках сценарий спектакля, Гоголь бегал по нему глазами, все же восхищаясь своей ролью. Новогодняя сказка. И он главное лицо. Именно от него зависело то, насколько хорошо тот сможет передать пьесу и каковым будет новогоднее настроение зрителей. И все же, 3 месяца для подготовки, а реквизитов и костюмов еще не было. Работа будет трудной, но она стоит того. -Нам еще надо музыку бы. - раздался голос человека, что сидел напротив Гоголя. -Отличный вопрос. Мы как раз его уже решаем. - режиссёр довольно улыбнулся, смотря на большое количество бумаг. - Спектакль должен быть живым, поэтому и музыка будет живая. Мы отправили предложения некоторым музыкантам и они откликнулись. Но, надо выделить только один инструмент. -И какой? - Гоголь подал голос, отрываясь от бумаг. Он любил музыку. Ее звучание, волну эмоций и лёгкость, с которой ее воспроизводили. Поистине искусство. -Виолончель. - ответил режиссёр, решив дополнить ответом свой выбор. - Я бывал на их концертах, и поистине прекрасным был именно этот инструмент с его музыкантом. Фёдор Достоевский отлично бы подошёл в наш спектакль. -И он согласился! ? - девушка выкрикнула резко, хлопая своими глазами. Видно, что она была либо знакома с музыкантом, либо ходила на его концерты и являлась фанаткой. -Да. Что ж, не расслабляемся и учим свои слова, отрабатываем действия. Даже дома! ! На этом мы закончим на сегодня, можете отправляться домой. Завтра встречаемся в 12! Как только встреча закончилась, все разошлись по своим делам. На улице уже вечерело, Николай не думая, что будет сегодня делать (хотя желательно заняться чем-то полезным), направился домой. И кто же этот Фёдор? Пусть Николай и любил музыку, но редко бывал на их концертах. Дел полно, времени нет. -Что ж, посмотрим.

***

Их встреча словно предначертана судьбой линия. Как только их взгляды встретились, и Фёдор, и Гоголь, они поняли. Все, что они искали - было в них. Музыка и актерства - идеальный дует, как ум и эмоции. Слишком разные, что и должно было сблизить их разум и тело. -Приятно познакомиться, я Фёдор. - рука медленно потянулась вперёд, показывая свое уважение и желание. Это был не обычный жест и Николай понимал. Их нити связаны. Это как влюбиться с первого взгляда, только тут было что-то интимное. Что-то более глубокое. -Николай, взаимно! - слишком искренне, слишком радостно. Это то, что нужно Фёдору. То, что он искал. Их дружба зарождалась с обычного знакомства. Сначала разговоры о работе, а после и о жизни, всякой ерунде, думая, что это очень умные мысли. Акт подготовки шел гладко. Сценарий был полностью изучен и выходя на сцену, Гоголь играл свою роль слишком прекрасно. Парой Фёдор забывал играть свои ноты. Это завораживало. Но на душе все равно было пусто. Вместе они убегали на крышу курить сигареты и общаться о ерунде. Так оба могли спастись от рутины. Сидеть и общаться, кутаясь в одну куртку и прижиматься друг к другу телами. Именно таким образом они встретили первый снег. Гоголь смотрел на небо, словно искал там свои мечты и надежды, а Фёдор смотрел на Колю, видя в нем свою цель. Оба любили быть слишком близко друг к другу. Иногда близость была неправильной, но их как будто не волновал этот вопрос. Они чувствовали друг друга телами, говорили прикосновениями. Невольные поцелуи в макушку или щеку от Николая говорили больше, чем текст на двести слов. Это чувство создавала иллюзию своей интимности. Репетиции сближали их. Достоевский изучал Гоголя словно хирург, изучающий анатомию. Он искал трещины, слабости, но находил лишь наивную ценность. Коля часто говорил о свободе, которую обретает на сцене. Ему нравилось играть совсем другого человека. Так он чувствовал себя живым. -Что ты чувствуешь, когда зал замирает? - спросил как-то раз Фёдор, потирая свой инструмент от грязи и пыли. -Полет. - взгляд Гоголя был направлен на пустой зал. В скором времени тут будет толпа зевак, что хотят посмотреть на их концерт. - Будто стирается грань. И ты уже не понимаешь, где заканчивается роль и начинаешься ты сам. Фёдор одобрительно кивнул, скрывая дрожь предвкушения. Он был уверен: вот оно, то самое понимание, которое сделает финал совершенным.

***

Солнечные лучи потихоньку догорали в закате, пропадая за горизонтам. Фонари начинали потихоньку воскресать и осветлять уже тёмное небо. На балконе было холодно, от чего Фёдора пробирала дрожь. Сигарета медленно догорала в его пальцах, дым потихоньку проникал в горло, давая горечь мыслям. Снег летел аккуратно вниз. Как поразительно. Новый год уже через два дня. Но Достоевский будто и не ждал его. Концерт завтра. Все его мечты и действия, все произойдёт по его сценарию. Руки уже замёрзли, стоя на холоде, но Фёдор не спешил уходить. Сигарета так и тлела в его руках. -Федя. - спокойный и тихий голос. Фёдор узнал его обладателя. Коля был странно спокойным, не энергичным и не эмоциональным. Что-то будто не так. Но что. -Тоже вышел отдохнуть? Гоголь лишь усмехнулся. Тело медленно переместилось поближе к Достоевскому, доставая с кармана сигареты. Да вот зажигалки у него никогда не было, и Фёдор это знал. Сигарета была прижата обветренными губами. Тело Коли прижалось к плечу музыканта, стараясь греться о его кожу. -Огоньку не дашь? Достоевский улыбнулся. Для них это стало уже как традицией, что изо дня в день они практикуют. Фёдор повернулся к Гоголю и две сигареты прикоснулись друг к другу, передавая огонь, словно в огненном поцелуе. Словно их сердца, тела и души были одним целым. Так они ощущали себя нужными друг для друга. -Я все знаю. - слова Гоголя были словно нож, сказанные слишком ехидно. Достоевский вновь отвернулся в даль города. Он все понял. Единственный вопрос - как? -Тогда ты знаешь исход этих.... -Я согласен. - слишком резко ответил Коля, перебивая Достоевского. - Но при одном условии. В груди раза 3 уже остановилось сердце. Его план безумен. Даже не так, он ненормальный по меркам общества. Пусть Гоголь тоже обезбашенный, но соглашаться на это? -Говори. -Твой план заключается в моей смерти в последней сцене? - Гоголь ехидно улыбнулся. Его это забавляло. - Я согласен с этим исходом событий. Разве это не лучший конец? Но у меня есть условие для тебя. - Николай повернулся лицом к Фёдору. Медленно пропустив дым в свои лёгкие, он выпустил его прямо в лицо друга. - Ты умрёшь вместе со мной. Ты и я. Идёт?

***

Концертный зал пел голосами зрителей, что потихоньку рассаживались по своим местам. День Х. Зима в этом месяце пришла довольно рано. Сугробы заполонили весь город, только добавляя новогоднее настроение. Фёдор сидел на своем месте, рассматривая сценарий и ноты. Сколько дней он ждал этого выступления. Если честно сказать, он даже волновался, что не свойственно для Достоевского. Отвлечь от мыслей помог Гоголь, что положил руку на его плечо. -Ты помнишь наш сценарий? - намекнул Гоголь, улыбаясь во все свои зубы. Было видно, что он ни о чем не волновался и был готов ко всему. -Коль, я его и писал. Как я могу забыть? У меня же не рыбья память, как у некоторых. - Фёдор спокойно улыбнулся, поглаживая свой инструмент по струнам. -Ой, да иди ты! - Гоголь фыркнул на того, слегка ударяя в плечо. Дружеский жест. -Все на свои места! ! Начало через 3 минуты! - прокричал главный всей авантюры, копошась в бумажках. - Где София? ! Она первая выходит и ее нет! Убью к чертям собачим! Гоголь привык к этой суете. Это закулисье стало его домом. Не то, что у него в квартире. Пусто, душно, одиноко. Тут была его семья, друзья и любимые люди. Как Фёдор например. Но последний вариант совсем не радовал Колю. Свобода. Этим он живёт и именно ее он добивается. Что же будет, если он отдаст свое сердце кому-то, кроме себя? Неизвестно. Начало. Свет потухает и тихая музыка стала доноситься по всему залу, заставляя замолчать каждого сидящего. Прожектора падают на сцену, показывая женщину. Та была одета в красивое, белое платье, что доходила даже до деревянного пола. С каждой низкой нотой, музыка становилась громче. И девушка стала танцевать, словно снежинка. Надежда, среди серой пустоши. Проходит какое-то время. Спектакль шел на ура, зрители радовались и сопереживали вместе с героями. Музыка лилась, не издавая ни одной фальши в нотах. И все шло к кульминации. В момент сцены мнимой смерти, когда герой Шекспира должен был упасть, Коля сделал шаг к краю сцены, к оркестровой яме. Фёдор понял намек и встал со своего место, осторожно кладя на место свой инструмент. Другая группа оркестра не могла понять, что происходит и лишь Достоевский подсказал жестами, что им делать. Играть до конца. Музыка вновь полилась по залу, но уже тревожная, резкая. Фёдор вступал на лестницу, ожидая своей мечты. То, ради чего он жил, было очень близко. Они встретились. Стояли друг напротив друга и смотрели прямо в глаза. А после их тела прижались друг к другу. Оба стали шептать слова на ухо. -Ты готов? - вопрос был риторическим, но Гоголь дал свой короткий ответ. -Готов. Но следующие действия было точно не в планах Фёдора. Коля слишком резко выхватил нож из-за пазухи, обнимая Фёдора и вонзая его в живот. Тело резко ослабло, и музыканту пришлось опереться на Гоголя. -Ч-что..? -Изящная смерть, Федя, - начал шептать ему на ухо Гоголь - Ее не может дать жертва. Ее может найти только тот, кто ее принимает. В собственном страхе, в соответственной боли, в последнем ударе сердца, на которое смотрит тысячи зрителей. Ты хотел увидеть ее со стороны как зритель. Но настоящее изящество - только изнутри. Резко Коля отпустил Фёдора, от чего тот упал на колени, держась за нож, что был у него в животе. И именно в этот момент волна боли, страха и осознание накрыли его с такой силы, что мир перевернулся. Взгляд был поднят на Гоголя, который отвернулся лицом к зрителям и прокричал: -Конец! Раздались аплодисменты. В нарастающей слабости Фёдор увидел ее. Ту самую чистоту. Она была не в спокойствие жертвы, а в хаосе собственного ухода. Ничего не могло быть чище этих эмоций - пронзительного, животного ужаса и внезапного, абсолютного принятия. Истинная смерть оказалась не спектаклем со сценарием, а импровизацией, где он был не режиссёром, а действующим лицом. Он умер глядя в яркий прожектор и под грохот аплодисментов, которые он так жадно хотел услышать в свой адрес. Его последней мыслей была странная благодарность.

***

Коля стоял на балконе театра, выкуривая уже третью сигарету. Рука досихпор была в крови Фёдора. Гоголь не хотел ее смывать. Это было последнее воспоминание о его любимом. Он выиграл свою высшую свободу сыграв последнюю роль - жертвы, которая перехитрила палача. И все сойдёт ему с рук. На следующий день в газетах напишут о самоубийстве, даже не решившись нормально разобраться в этом убийстве и Николай продолжит жить. Но его будет мучить лишь одна мысль. Настоящая "Зимняя сказка" разыгралась не по Шекспиру, и ее финал навсегда останется тайной двоих: того, кто искал изящную смерть, и того, кто подарил ее ему, открыв глаза и получив желаемую свободу.