Не упустить возможность

Главный офис издательство «Kodansha».Район Бункё. Токио

Утром в четверг в издательстве «Kodansha» царили хаос и паника. Спортивный отдел, отвечающий за репортажи и новости со спортивных мероприятий, допустил накануне серьезную ошибку, из-за которой срочно было созвано собрание руководства. После вчерашней волейбольной игры одна из команд журналистов отправилась брать интервью у проигравших, и во время интервью произошел конфликт между игроком и журналистом. Журналист, давно работающий в издательстве, допустил оскорбительное высказывание в адрес спортсменов сборной Германии. Никто точно не знал, что именно он сказал, но оба мужчины были крайне раздражены. Поздно вечером после интервью спортсмен и журналист решили встретиться, чтобы обсудить конфликт и попытаться урегулировать его мирно. Однако в ходе разговора стало ясно, что ни один из них не желает первым извиняться и брать на себя вину. Спортсмен, расстроенный поражением, был шокирован насмешливым тоном журналиста, что привело к началу ссоры. Журналист же не считал свое поведение неправильным, усугубляя ситуацию фразами о том, что спортсмен «эгоист», «неуравновешенный» и «слабак». Собрав всю возможную информацию о конфликте, обоих мужчин отстранили от работы. Журналиста временно лишили пропуска на интервью и запретили заниматься какой-либо деятельностью в издательстве, тогда как для спортсмена последствия оказались более серьезными. Самым тревожным было то, что обе стороны, пытаясь замять скандал, всеми силами старались предотвратить утечку информации в СМИ. Но как было ни было прискорбно, СМИ работали быстро, и на просторах интернета уже появлялись слухи об отстранение спортсмена одной из сборных. Мидзуки тихо сидела за компьютером, стараясь не попадаться начальству на глаза. После собрания директоров каждый отдел, занимающийся интервью со звездами, был отчитан и предупрежден о наказаниях за ненадлежащее поведение. Сотрудники старались не злить начальство еще больше, молча выслушивая все гневные речи, хотя внутри каждого пылала злость. Их тоже отчитали, хотя прямой вины ни у кого из них не было. Команда Ямады, которая весь вчерашний день провела на играх, вечером разобрала все материалы и отправила их на проверку. Утром, после выхода новостной колонки, у них должно было состояться собрание по поводу будущих интервью с Ойкавой Тоору и Мией Атсуму. Однако собрание перенесли, и теперь им оставалось ждать, когда решат насущные проблемы. Мидзуки, расстроенная такими новостями, хотела было уговорить начальство дать им возможность продолжить работу, но ее остановил Ямада-сан, заверивший, что к концу дня все проблемы решатся, и им быстро дадут новую работу. Но ни в обед, ни к вечеру конфликт не разрешился. Немецкая сборная требовала компенсацию за испорченную репутацию спортсмена, тогда как издательство не могло согласиться с их условиями, ведь не только их сотрудник был виноват в случившемся. Было решено отправить одного из директоров на переговоры с немецкой сборной, поэтому большинство сотрудников офиса сидели в ожидании решения проблемы.

***

Сидя за рабочим столом и раздумывая над ситуацией в офисе, Мидзуки снова не услышала, как ее звали по имени. Ямада хотел было сказать девушке, чтобы та шла домой отдыхать, ведь рабочий день уже подошел к концу, но так как она не откликалась, ему пришлось подойти и дернуть ее за плечо. — Мидзуки-чан, ты опять в облаках витаешь, — вздохнув от скопившейся усталости из-за насыщенных событий дня, сказал он. Девушка, привыкшая за последние дни к таким вмешательствам, лишь подняла взгляд и переспросила: — Вы что-то сказали, Ямада-сан? — Да, сказал, — потирая переносицу пальцами, повторил мужчина. — Закругляйся и иди домой. Завтра ты отдыхаешь. Услышав это, девушка широко раскрыла глаза и удивленно открыла рот, пытаясь выразить свои эмоции словами, но ничего не получилось. Мало того, что ей запретили брать личные интервью, теперь ее вовсе отстранили от какой-либо работы. — Почему? — только и смогла спросить она, хотя в голове крутилась куча вопросов. — Ты же прекрасно знаешь почему, — ответил мужчина. У него разболелась голова из-за проблем в издательстве, и как ответственный за маленькую группу, он весь день мотался из кабинета в кабинет, пытаясь уговорить начальство дать им шанс на проведение запланированных интервью. Выслушивая гневные возгласы уставших директоров, у него не осталось никаких сил на разъяснения ситуации. — Да, простите, — ответила Мидзуки, видя, что старший тоже огорчен сложившимися обстоятельствами. — Не расстраивайся так сильно, — попытался утешить девушку Ямада. — Нам всем стоит отдохнуть. А потом мы вернемся с новыми силами и идеями. — Хорошо, — кивнула расстроенная Мидзуки и, пытаясь узнать о дальнейших действиях после отдыха, добавила: — Мы же потом вернемся на игры? Ямада не знал, как ответить на этот вопрос. Сегодня всех журналистов отчитали и сказали, что их заменят на время. На какое время, он не знал точно, поэтому гарантии давать не мог. Он решил сказать правду: — Не знаю точно. Начальство отстранило все группы на время. Нас тоже заменят другие журналисты из отдела, которые еще не выходили на интервью. Личные интервью еще на этапе обсуждения. Прости, — закончил он с виной в голосе, на что девушка молча кивнула. Еще раз сказав ей заканчивать работу и идти отдыхать, он пошел к выходу из офиса. Смотря ему вслед, Мидзуки просидела за своим рабочим столом еще минут десять, а затем начала собираться домой. Она не могла избавиться от мысли, что впереди ее ждет еще большее разочарование, если ситуация не изменится. Мидзуки понимала, что ей придется искать новые пути для развития своей карьеры, но пока не знала, с чего начать.

***

По пути домой девушка решила зайти в магазин, чтобы купить себе что-нибудь на ужин. У неё не было ни малейшего желания идти в ресторан или готовить дома. День выдался неудачным: её отстранили от работы и отправили на внеплановый отдых. Поэтому, выбирая себе ланчбокс, она неосознанно потянулась к баночке пива. Решив, что сегодня можно и выпить, она взяла пиво в руку, как вдруг в кармане джинсов зазвонил телефон. Номер был незнакомый, и Мидзуки уже собиралась не отвечать, но в последний момент передумала, полагая, что это может быть что-то важное. — Слушаю, — ответила она. — Мидзуки-чан, здравствуй, — раздался мужской голос. Она не сразу узнала его и решила уточнить, кто это. — Можно поинтересоваться, кто мне звонит? — Мидзуки-чан, неужели ты не узнала голос своего будущего работодателя? — с задиристым тоном спросил Куроо. Хотя они лично не обменялись номерами, так как он договаривался обо всем через её начальство, сегодня он взял контактные данные Мидзуки. — Куроо-сан, — удивлённо произнесла девушка, совсем не ожидая его звонка. — По какому поводу вы звоните? — Да вот, решил узнать насчет интервью с ребятами, позвонил твоему начальству и узнал что тебя временно отстранили, — объяснил он. Куроо звонил вечером начальнику Мидзуки, чтобы уточнить детали интервью со спортсменами, и узнал, что она не сможет его провести. Вместо неё пообещали отправить другого журналиста, и ему не оставалось ничего другого, кроме как согласиться, хоть он и был против. — Ты что-то натворила? — спросил он. — Что? — оскорбившись, Мидзуки гневно ответила, — Я ничего не сделала, и меня не отстраняли от личных интервью со спортсменами. Только отодвинули дату. Услышав в её голосе обиду и злость, Куроо понял, что девушка не в курсе, что её планам не суждено сбыться. Он уже знал, что её заменят, но начальство, похоже, не удосужилось сообщить ей лично. — Вы чего молчите? — спросила Мидзуки, не услышав ответа. Куроо задумался над информацией, которой владел, и не сразу понял, что перестал отвечать. Стоило ли ему говорить о полном отстранении или нет, он не знал, боясь её реакции и возможного отказа от сотрудничества в будущем. — Прости, просто задумался, — ответил он и перевёл тему. — Ты завтра придёшь смотреть игру? — Нет, у меня завтра выходной, — честно призналась Мидзуки. — Понятно. А посмотреть игру не хочешь? Я могу достать билет, — предложил Куроо. Хоть все билеты были распроданы, он мог организовать место в зоне для спонсоров или приглашённых лиц. — Билетов давно нет в продаже, — стала возражать она, хотя ещё утром хотела попасть на игру сборных по волейболу. — Знаю, но я как представитель ассоциации могу достать пару билетов в самые первые ряды, — гордо ответил он, — К тому же, думаю, тебе будет интересно посмотреть игру, не анализируя всё вокруг. Мидзуки задумалась над его предложением. Ей всё равно нечем было заняться, планов не было, поскольку выходной дали внезапно. Пойти на игру казалось неплохим вариантом. Подумав ещё пару минут, она все же согласилась. — Хорошо, только можно подальше от прессы? — попросила она, — Не хочу, чтобы меня увидели коллеги из издательства. — Не могу обещать, но постараюсь достать места подальше от прессы, — заверил её Куроо. Поговорив ещё несколько минут и договорившись о времени встречи, Мидзуки сбросила вызов и пошла на кассу оплачивать товары. Пиво она всё-таки решила не брать, ведь завтра предстояло рано вставать. Хоть и не работать, но она пойдёт на волейбольные матчи, и ей хотелось выспаться и выглядеть опрятно. С этими мыслями она вернулась домой.

Стадион «Ариакэ-Арена» Токио

На следующий день Мидзуки и Куроо встретились у главного входа на арену и вместе направились к трибунам. Как и обещал Куроо, он смог обеспечить их местами подальше от прессы, но они оказались в непосредственной близости к команде. Было слышно о чем могли говорить спортсмены и Мидзуки невольно стала прислушиваться к разговору. Было смущающе слушать то о чем говорили тренера и спортсмены между собой, и девушка уже решила перевести внимание, как вдруг услышала шокирующую новость, и уже не могла оторваться. — Сегодня после игры я даю интервью, только жаль, что не будет вчерашней журналистки. Куроо, конечно, всё организовал, но ему в последний момент сказали, что изменили состав, и пришлось соглашаться, — говорил Атсуму с недовольным выражением лица. — Ты сам на это подписался, так что придётся дать интервью, — настаивал Сакуса, — В следующий раз подумай, прежде чем что-то обещать. Мидзуки, услышав эту новость, была обескуражена. Её интервью передали кому-то другому, и никто не удосужился её предупредить.Вчерашняя обида вновь вспыхнула, и она разозлилась на своё начальство. «Как они могли меня не предупредить!» — негодовала она. «Ну и что, что я стажёр. Ямада-сан ведь мог сказать мне это прямо.» Куроо, сидевший рядом, заметил, что девушка напряглась и стала нервно дышать. Понимая, что её что-то сильно злит, он решил выяснить причину. — Всё в порядке, Мидзуки-чан? — спросил он. Девушка отвлеклась от своих мыслей и посмотрела на него сердитым взглядом. — Да, всё в порядке, — с натянутой улыбкой ответила она.Не желая его обидеть, она быстро взяла себя в руки. — Я же вижу, что нет. Расскажи, что случилось, — настаивал Куроо. — Тебя что-то разозлило? Понимая, что скрывать новость об украденном интервью нет смысла, она начала объяснять. — Я случайно услышала, что Мия-сан будет давать интервью сегодня, сразу после игры, — начала она, — И, как я поняла, это было моё интервью, которое вы мне организовали. Услышав ответ, Куроо виновато опустил голову, обдумывая что говорить. Вчера ему сообщили, что оба её интервью отменены, и теперь ей вряд ли выпадет такая возможность снова. Работая в волейбольной ассоциации, он узнал, что произошёл конфликт между издательством и одним из спортсменов, в результате которого немецкая сборная потребовала компенсацию и полное отстранение журналистов из журнала. Издательство смогло договориться о полной смене состава журналистов. Куроо стало обидно за Мидзуки, осознав, что она, возможно, не знает, что на этой Олимпиаде она больше не возьмёт ни одного интервью. — Я сожалею, — ответил он и похлопал её по плечу. — Но ничего страшного, я ещё смогу взять интервью у Ойкавы Тоору, — с надеждой ответила Мидзуки.Слушая её слова, Куроо почувствовал стыд за то, что скрывает правду. Он не должен был вмешиваться, но зная, что она питает ложные надежды, он решил честно признаться. — Мидзуки-чан, — тихо начал он, чтобы не расстраивать её, — Тебе ничего не говорили в издательстве? — О чём? — удивлённо посмотрела на него девушка. — Дело в том, — вздохнув, продолжил он. — Вчера, когда я звонил в офис насчёт интервью, мне сказали, что все команды, которые брали интервью до этого полностью отстранены от интервью на Олимпиаде. Причину не объяснили, но я узнал, что произошло. Поэтому твоё интервью с Тоору тоже передали другому сотруднику. От слов мужчины Мидзуки потеряла дар речи. Вчера Ямада-сан ничего не сказал ей о полном отстранении. Он лишь пообещал, что решение примут в течение нескольких дней, но о передаче обоих интервью со спортсменами и речи не было. Она уже смирилась с тем, что её не допустят в зону прессы, смирилась с тем, что больше не сможет брать интервью у олимпийских спортсменов на этих играх, но чтобы отобрали заранее обговоренные интервью — такого она даже не предполагала. Лишённая возможности брать интервью, она чувствовала себя загнанной в угол. Её карьерные амбиции получили серьёзный удар, и она не могла избавиться от ощущения несправедливости. — Прости, что не сказал об этом вчера, — виновато произнёс Куроо, — Я не хотел тебя расстраивать. — Всё в порядке, — вяло ответила Мидзуки. Она не злилась на него, ведь его вины в этом не было. Наоборот мужчина помогал ей, и ей было стыдно, что она не смогла оправдать ожидание. — Если хочешь, ты можешь встретиться с ребятами лично, — предложил он, — Можешь не брать интервью, а просто поговорить с ними. — Зачем? Я ведь никто для них, и им незачем со мной разговаривать. — Брось, они будут рады тебе. К тому же Атсуму лично изъявил желание дать интервью именно тебе. Не знаю, что произошло, но ты запомнилась ему, — вспомнил Куроо. — Я всего лишь похвалила его игру, — произнесла девушка, вспоминая разговор у корта со спортсменом. — Для тебя это всего лишь, а он запомнил, — с улыбкой ответил Куроо, — Но если ты не хочешь, то не будем. — Спасибо, — тихо ответила Мидзуки и перевела внимание на корт, где уже собирались спортсмены.Игра вот-вот начнётся: сборная Японии против Бразилии, третий матч Японии на Олимпийских играх. Предстояло узнать, сможет ли Япония выиграть все игры и пройти в четвертьфинал, а оттуда в полуфинал. С этим мыслями Мидзуки сосредоточилась на происходящем на площадке, а Куроо продолжал наблюдать за ней, надеясь, что игра отвлечёт её от неприятных мыслей и принесёт хоть немного радости.

***

Третий матч Япония проиграла сборной Бразилии со счётом 3:2, но у них ещё были шансы выйти в четвертьфинал. Система прохождения на Олимпийских играх по волейболу делится на несколько этапов. Сначала двенадцать команд разбиваются на две группы, и каждая команда играет с каждой в своей группе по круговой системе. Очки начисляются в зависимости от количества побед и с каким счётом они были получены. Если команда победила со счётом 3:0 или 3:1, победители получают три очка, а если со счётом 3:2, то победитель получает два очка, а проигравший одно. После всех игр сравниваются очки каждой команды, и в четвертьфинал выходят четыре команды с наилучшим результатом. Далее следует полуфинал, где из восьми лучших команд останутся четыре, и в конечном итоге будет определён победитель. Осталось две игры, и если Япония выиграет обе, то у них будут все шансы пройти дальше. В этот раз они не попали в группу с командой Аргентины, поэтому встретиться они смогут лишь в четвертьфинале, если обе команды смогут пройти. Но дела у Аргентины были такими же, как у Японии: один проигрыш и две победы. Обеим командам стоило поднажать, если они хотели увидеться в матче. Несмотря на поражение, сборная Японии не унывала, ведь у них оставались все шансы пройти дальше. После игры они дали прессе короткое интервью и направлялись в сторону раздевалки. По пути им встретился давний соперник из сборной Аргентины. Аргентина играла в соседнем зале против Польши, одержав победу со счётом 3:0, и их команда была в приподнятом духе. Поравнявшись друг с другом, первым заговорил связующий Аргентины. — Приветствую проигравших, — начал язвить Тоору. — Здравствуй, Ойкава, — первым ответил капитан. Ушиджиму не задевали такие слова, особенно от вечно дерзкого связующего. — Поздравляю с победой. — Вижу, вы не унываете, вот и славно, — растянулся он в улыбке, — Я очень хочу сыграть с вами. Ушиджима кивнул на слова Ойкавы и уже собирался уходить, как тот продолжил разговор. — Слышал, кое-кому из вашей команды поступило предложение сыграть в зарубежных клубах, — заинтересованным голосом начал он. —После Олимпиады начнётся следующий сезон волейбольных игр, и первым будет чемпионат мира по волейболу. Надеюсь, вы примете предложение, и я смогу обыграть каждого из вас ещё и по отдельности, — с нетерпением закончил мужчина. — Сначала обыграй нас здесь, — подключился Мия, который стоял ближе всех к капитану. — Мы ещё не проиграли, так что не стоит списывать нас со счетов. — Конечно, конечно, — развёл руками Ойкава. — Здесь я одолею вас вместе. — Ойкава, мы не проиграем, — ответил Ушиджима и поклонился на прощание. — До встречи, — помахал связующий и удалился со своей командой.Сборная Японии продолжила путь до раздевалки, где их уже ждал представитель волейбольной ассоциации в компании молодой девушки.

***

После проигрыша сборной Японии Куроо решил, что стоит зайти к ребятам и поддержать их. Рядом сидящая девушка сначала не хотела идти к спортсменам, но мужчина уговорил её, пообещав показать, как он работает. На словах он уже объяснял, чем занимается, но на деле она этого ещё не видела. К тому же испорченное настроение из-за работы в издательстве и проигрыш команды ужасно раздражали её, и она решила, что отвлечься будет неплохой идеей. Идя в сторону раздевалки, они обошли уголок для СМИ с другой стороны, чтобы Мидзуки не попалась на глаза кому-либо из своих коллег. Она не хотела их видеть, особенно ту, которая, как ей казалось, забрала её работу. В действительности работу у неё отобрали вышестоящие, но от этого не становилось легче. Когда они добрались до раздевалки, они смогли спокойно пройти, благодаря пропуску Куроо. На входе он сказал охранникам, что девушка с ним — его помощница, которая проходит обучение. Мидзуки хотела возразить, но поняла, что тогда её не пропустят, поэтому промолчала. В раздевалке было чисто и свежо, игроков сборной ещё не было, только в конце комнаты сидела одна девушка, усердно протирая руки салфеткой. Мидзуки впервые её видела, поэтому, не зная, кем она была для ребят, только поклонилась при встрече взглядами. Девушка была миниатюрной, с тонкими кистями рук и хрупкими плечами. Её светло-каштановые волосы открывали плечи, а лицо было очень милым. Она сидела на скамейке в ожидании прихода ребят, а точнее — Сакусы Киёми. Мори Аой, так звали девушку, встречалась с доигровщиком национальной сборной уже больше двух лет. Она была на всех играх, но сразу после их окончания уходила домой, чтобы не тревожить парней. Однако сегодня, после поражения, она решила зайти и поддержать своего молодого человека, считая это проявлением заботы, в которой, возможно, нуждался Киёми. Она прождала недолго, прежде чем в раздевалку вошли мужчина с девушкой. С Куроо Тецуро она была знакома давно, так как иногда он нагружал её работой. Куроо всегда находил полезных для ассоциации людей и нанимал их. Так случилось и с Мори: девушка была художницей, но иногда работала над дизайнами для разных компаний. Последним её проектом был логотип японского волейбольного клуба «Черные шакалы», который она создавала по просьбе Куроо, будучи уже в отношениях с Сакусой.Куроо, увидев знакомую фигуру, первым подошёл ближе и заговорил. — Аой, давно не виделись, — крепко пожал он руку девушке, — Ты пришла к Киёми? — Привет, Куроо, — ответила она, говоря неофициально, так как была знакома с ним больше двух лет и часто встречалась из-за работы, — Как видишь. — Хоть ребята и проиграли, не думаю, что они сильно расстроены. Но твоя поддержка тоже не будет лишней, — сказал мужчина с улыбкой, переводя взгляд на Мидзуки, — Я тоже привел группу поддержки. — Здравствуйте, я Такахара Мидзуки, — тихо представилась девушка. — Привет, — задорно ответила ей Мори, — Меня зовут Мори Аой, можешь просто Аой. Ты тоже с кем-то из ребят в отношениях? — быстро спросила девушка. Мидзуки удивилась такому вопросу и лишь покачала головой. «Значит, она встречается с Сакусой-саном,» подумала она, припоминая имя того в диалоге с Куроо. — Я пришла вместе с Куроо-саном, — указала на мужчину девушка, — Я работаю в издательстве. — Журналистка? — удивилась Мори и быстро попросила: — Ты не могла бы забыть, что я сказала? Не хочу, чтобы в СМИ узнали, что Киёми и я состоим в отношениях. — Да, конечно, я здесь не по работе, а просто за компанию, — заверила её Мидзуки. — Спасибо большое, — поблагодарила Аой, — Мы с Киёми ещё не афишировали наши отношения. Поэтому не хотелось бы, чтобы это стало известно. — Я понимаю, и ничего никому не расскажу, — заверила её журналистка. — Аой, можешь не переживать на этот счёт, — вмешался Куроо, — Она в будущем будет работать на ассоциацию, так что за сохранность секретов можешь не волноваться, — подмигнул он. — Серьезно? — удивилась девушка.Мидзуки только зыркнула на Куроо, но ничего не сказала. Она всё ещё размышляла над его предложением и пока не давала точного ответа. Он обещал показать свой рабочий день, но пока она не видела ничего сложного, кроме походов туда-сюда и разговоров. — Да, — продолжил Куроо, — Она пока что осматривается, учится работать, так сказать. — Понятно, — сказала Аой, — значит, мы, возможно, станем коллегами. — Вы тоже работаете в ассоциации? — удивлённо спросила Мидзуки. — Не напрямую, но часто принимаю заказы от них. Куроо находит клиентов из волейбольных клубов, и я делаю для них разные дизайны: логотипы и другой стафф. — Аой у нас работает над проектами по контракту, — пояснил Куроо, — Поэтому она может сотрудничать и с другими компаниями. — Ого, — удивилась специфике работы девушка. — Вот такие дела, — развела руками Аой, и перевела тему, — Когда парни придут? — Должны были уже прийти, если их не задержали по дороге, — сказал Куроо, глядя на часы. Вдруг дверь в раздевалку распахнулась, и вошли спортсмены.Мидзуки стало вдруг неловко от того, что она здесь единственная, кто никого не знает близко. Если не считать пары интервью и встреч в парке с капитаном, с некоторыми из них она даже не общалась толком. Осознавая, что здесь лишняя, девушке становилось неловко. Неосознна она встала за спину мужчины и стала надеятся что ее не заметят, как все внимание взяла на себя девушка Сакусы. — Киёми, — громко выкрикнула Аой, выбежав к своему парню. Мужчина удивился появлению девушки, но все же распахнул руки для объятий. Крепко прижав её к себе, как обычно делает, он заговорил: — Ты чего тут делаешь? У тебя разве не было работы? —Это так ты встречаешь свою девушку, которую не видел пару недель? — надув губы, ответила Аой, — Я вот скучала. — Ясно, спасибо, — ответил Сакуса, всё ещё прижимая её к себе. — Хватит ребят, — сказал Атсуму, глядя на мило воркующую парочку, — Дайте пройти. — Тут места куча, чего прицепился? — ответил Бокуто, который был не против влюбленных, — Или ты завидуешь? — Чему тут завидовать? — язвительно ответил Мия и резко замолк. Его взгляд упал за спину Куроо, где стояла молодая журналистка, чуть понурив голову. Ему показалась милой такая реакция, на что он улыбнулся и подошел к девушке. — Привет, ты ведь из прессы, верно? Услышав слово «пресса,» парни обернулись в сторону Куроо и Мия, где стояла молодая журналистка. Парни смотрели на троицу, и не могли понять что происходит. Переглядываясь между собой, каждый хотел узнать в чем дело, но никто не решался, пока капитан не заговорил первым. — Мы ведь не даём интервью сегодня, — сказал Ушиджима. — Она пришла со мной, Вакатоши, — вмешался Куроо. — Зачем? — Вакатоши не было дела до личных знакомых кого-то из ребят, но наличие журналистки его беспокоило, поэтому он хотел узнать точную причину. — Я привёл её с собой, она сегодня в роли моей помощницы, — сказал Куроо. Капитан поднял брови от неожиданности. Девушка была журналисткой, а тут вдруг стала помощницей представителя волейбольной ассоциации. Это не укладывалось в голове, поэтому он посмотрел на Куроо в ожидании объяснений, — Точнее, я решил показать ей свою работу, так как надеюсь, что в будущем она будет работать на ассоциацию, — спокойно ответил Куроо. Капитан перевёл взгляд на Мидзуки, ожидая подтверждения. — Это пока не точно, — ответила она, — Я ещё не решила. — Она пришла как журналистка, — заключил мужчина, и хотел было попросить её выйти, как вмещался связующий сборной. — Мидзуки-чан, вы пришли поддержать нас, верно? — Что? — удивленно переводя свой взгляд на Мию, девушка стала невнятно отвечать, — да… нет. Мия пристально посмотрел на неё, ожидая, когда она поймёт намёк, что ей стоит ответить «да», ведь её могут выгнать из помещения. Капитан похоже был не в лучшем распоряжении духа, и сейчас следовало ответить правильно. Поняв намёк в его взгляде, девушка продолжила: — Я смотрела вашу игру вместе с Куроо-саном и… решила прийти и… сказать это. — Спасибо, Мидзуки-чан, — быстро ответил Атсуму и потянул девушку подальше от капитана, — я хотел вас лично поблагодарить за это. — А… да, спасибо, — заикаясь ответила девушка, не совсем понимая, что сейчас происходит. Ушиджима смотрел вслед, как Атсуму отводит девушку в другой конец комнаты, и быстро перевел взгляд на представителя. — И что это значит? — Вакатоши, ты чего такой грозный? — отмахиваясь отвечал тот, — я просто привел друга, чтобы поддержать вас. — Она из прессы, да и здесь девушка Сакусы, — сказывал волнующие факты капитан. Он тоже не желал, чтобы личная жизнь кого-то из команды вдруг всплыла в СМИ. — Да, но она не напишет об этом, — заверял мужчина, — её отстранили от дел, — уже тихо добавил в конце Куроо. — Отстранили? — удивился Вакатоши такому повороту событий, — за что? — Её вины в этом нет, проблемы внутри издательства, — честно ответил мужчина. Получив ответ на заданный вопрос, капитан кивнул и сел на свободное место. — Она будет работать в ассоциации? — решил уточнить капитан, ведь если это было правдой, то ему стоило бы извиниться за свою грубость. — Пока что не ясно, но я работаю над этим. — В каком смысле работаешь? — Мидзуки студентка, и сейчас проходит стажировку в издательстве. Я подумал, что так как она ещё не официальный работник там, то было бы неплохо взять её к себе, — с улыбкой говорил мужчина. — Ясно, — ответил капитан, больше ничего не спрашивая о девушке. Решив, что капитана уже не сильно волнует журналистка, он решил поговорить на отдалённые темы от работы, пока двое молодых людей в другом конце комнаты что-то тайно обсуждали.

***

Атсуму был рад увидеть журналистку ещё раз лично, ведь обещанное интервью с ней не получилось провести. Ему сказали что придет другая журналистка и спортсмену не оставалось ничего другого, как принять это. Растроенный тем, что больше возможно её не встретит, он был поражён случайной встрече здесь. Когда Куроо говорил, что сможет устроить интервью лично, он не упомянул, что знаком с ней и может привести сюда. — Мидзуки-чан, спасибо, что пришли поддержать нас, — ещё раз поблагодарил связующий, — я так хотел с вами поговорить во время интервью, жаль, что не вышло. Удивлённая такому откровенному признанию от мужчины, Мидзуки не знала, что ответить. Она слышала, что спортсмены лично связались с издательством, желая дать интервью, но не в деталях. И, слушая Мию, она убедилась в достоверности его слов. — Спасибо, — смущённо отводя взгляд, отвечала девушка, — мне тоже жаль, что не получилось взять лично интервью. — Ничего страшного, мы можем и без работы встретиться и поговорить, — вдруг выпалил Атсуму. Сам того не ожидая, он захотел пригласить девушку. Не сказать что она понравилась ему, но от общения с ней ему не было противно, как обычно бывает с некоторыми представителями СМИ. Да и первое впечатление о ней у него было приятным, так что мужчина решил действовать. Мидзуки от таких слов спортсмена посмотрела тому в глаза и не решалась, что ответить. — Простите, — не до конца понимая, в чём дело, решила уточнить журналистка, — что вы имеете в виду под «без работы»? — Если вы не против, не хотите со мной поужинать, или хотя бы выпить кофе? — решив идти до победного, спросил спортсмен. — Но у вас же игры, — стала искать отговорки девушка, совсем сбитая с толку. Её звал поужить волейболист мирового уровня, после какого то короткого интервью у корта. В голове не укладывалась, как и чем она могла заинтересовать Мию Атсуму, но что-то подсказывала что это плохая идея отвечать согласием. — Можно после Олимпиады, — не терял надежды Атсуму, — игры закончатся через две недели, и потом у нас у всех будет отдых. — Простите, — виновато опустив голову, ответила девушка. Отказывать девушка не могла, и делала такое не часто. Однако ее пугали последтсвия их встречи за переделами рабочих отношений. К тому же её пугала популярность парней и их фанаты, которые могли случайно узнать о встрече и развести скандал. Мидзуки старалась избегать их и боялась за свою карьеру журналистки, тем более сейчас, когда в издательстве уже был один скандал, связанный со спортсменом, — Я не думаю, что это хорошая идея. Я не хочу нанести вред вашему имиджу. — Вы ничего не сделаете, — заверил её мужчина. — Всё же я откажусь, — ясно дала понять мужчине Мидзуки, что не желает личных встреч. — Хорошо, простите, — растроенный таким ответом сказал мужчина. — Простите меня, — тоже чувствуя вину за испорченное настроение у связующего, проговорила девушка. — Вашей вины здесь нет, — не желая, чтобы девушка чувствовала себя виноватой, ответил мужчина, — Спасибо, что поддержали меня, когда я был подавлен после матча. Я вам очень благодарен, — искренни благодарил девушку Мия. Девушка, всё ещё чувствуя нарастающую неловкость между ними, только кивнула и жестом указала в сторону Куроо, желая поскорее уйти от сложившейся ситуации. Понимая что держать рядом девушку уже не в силах, Мия поклонился и отпустил ее к представителю, а сам ушёл к своему шкафчику, чтобы взять вещи и переодеться. Мидзуки быстро подошла к Куроо, чтобы сказать, что собирается уходить. Сегодня она больше не планировала смотреть игры, да и неловкая ситуация со спортсменом сильно волновала её. Не хотелось оставаться в комнате ещё дольше, но и уходить, не попрощавшись, она не могла. Подойдя к мужчинам, она позвала представителя, прерывая разговор между мужчинами. — Куроо-сан, я, наверное, пойду, — поклонившись, сказала девушка, — до свидания всем. Не ожидая, что девушка так быстро решит уйти, Куроо был удивлён, но, сообразив, что что-то произошло между девушкой и парнем, тоже решил присоединиться к Мидзуки. — Хорошо, пойдём вместе, я закончил на сегодня, — кивнув, встал мужчина и пошёл за девушкой. Мидзуки хотела было сказать, что не стоит, но мужчина уже выводил её из раздевалки, попутно махая ребятам вслед. Выйдя из раздевалки сборной, Мидзуки наконец почувствовала облегчение: неловкость и скованность отступили. Присутствие таких мировых звёзд в одной комнате заставляло её неосознанно нервничать и волноваться. Конечно, она была благодарна за такой опыт общения с ними, но повторять его не хотелось. Куроо старался угодить ей и всячески знакомил с волейбольным окружением, но резкие перемены в её жизни пугали девушку. За какие-то пару дней она успела взять интервью у мировых звёзд спорта, а также потерять эту возможность в будущем. Тецуро, видя, что девушка стала тише и о чём-то задумалась, не решался её позвать. Он не знал, о чём могли говорить Мидзуки и Атсуму, но по реакции девушки мог догадаться, что не всё прошло гладко. И кто виноват во всём этом, ему было не интересно, ведь лезть в личное, а если оно было таковым у молодых людей, он не собирался. Главное для него, чтобы она не перестала с ним общаться. В тишине пара дошла до выхода из стадиона, и Мидзуки хотела уже уйти домой. У неё был выходной, и проводить его на стадионе она не желала. Да и то, ради чего она сюда приехала, она уже сделала. Так что причин оставаться здесь у неё уже не было. Повернув голову в сторону мужчины, она позвала его. — Куроо-сан, — начала было говорить девушка, как мужчина её перебил. — Мидзуки-чан, не хочешь заехать ко мне в офис? — неожиданно предложил он. Было всего три часа дня, и у него осталась работа вофисе. Но никто не говорил, что он не сможет её выполнить за компанию. И ему не хотелось отпускать девушку, видя, что та немного неспокойна. — Простите, не думаю, что это хороший вариант, — начала отмахиваться девушка. За день она уже несколько раз шла у мужчины на поводу, но сейчас хотела уехать домой. — Что ты, я же ещё не показал, где работаю, — под предлогом работы мужчина старался её остановить, — да и мне немного стыдно, что я позвал тебя к ребятам, а ты ушла оттуда растерянной. Всё хорошо? — Да… и нет, — невнятно ответила девушка. Куроо вопросительно приподнял бровь, не совсем понимая, в чём дело, — Ничего не произошло, просто… — девушка запнулась, не зная, как объяснить причину своего поведения. Она ведь могла ничего не говорить, но видя, что мужчина действительно переживает за неё и чувствует свою вину, она думала, как заверить его в обратном. — Хорошо, если тебе тяжело, ты можешь не говорить, в чём дело. Но в мой офис тебе стоит заехать. Посмотришь, где и как я работаю, а то всё время видела меня на трибунах, — стал смеяться мужчина, понимая, что показывал ей не самую лучшую сторону работника волейбольной ассоциации. «Ещё подумает, что я только и делаю, что игры смотрю, да и болтаю ни о чём,» — думал Куроо. — Ладно, — согласно кивнула девушка, отметив про себя, что снова повелась на просьбу мужчины.

Японская волейбольная ассоциация. Район Синдзюку. Токио

Куроо и Мидзуки прибыли в главный офис волейбольной ассоциации к пяти часам вечера. На улицах постепенно стало собираться больше людей, время близилось к концу рабочего дня, и вот некоторые спешили на вечерние дела. Здание ассоциации напоминало крупный стадион, в котором, вероятно, располагались волейбольные площадки и тренажерные залы. На фасаде здания висел логотип «JVL», обозначающий его принадлежность к волейболу. Внутри здание больше напоминало офис: при входе стояли турникеты, а рядом дежурила охрана. Проведя своим пропуском по турникету, Куроо прошел дальше, пропустив вперед Мидзуки, попутно объясняя охране, кто она и зачем пришла. За целый день ходьбы с Куроо девушка настолько привыкла слышать, что она его помощница, что перестала это отрицать. Казалось, Мидзуки уже сама считала, что работает на ассоциацию. — Ну как тебе офис? — поинтересовался Куроо, заметив, что девушка с интересом осматривает помещение. — Большой, — ответила она, — и потолок довольно высокий. — Это потому, что здесь находится волейбольный корт, — пояснил Куроо. — Я так и думала. Снаружи казалось, что он должен тут быть, — поделилась своими догадками Мидзуки. — Ну да, — засмеялся Куроо, понимая, насколько абсурдно выглядит их разговор со стороны. Он привел ее в главный офис волейбольной ассоциации, и было бы странно, если бы здесь не было волейбольной площадки, — Иногда здесь собираются спортсмены и тренируются, да и работники не прочь размяться. — Понятно, — ответила девушка, сравнивая здание ассоциации с офисом издательства. В издательстве часто царила суматоха из-за горящих дедлайнов, тогда как в ассоциации было тихо. — Мой кабинет находится на третьем этаже, — продолжил Куроо, — там же офисы других отделов. Я отвечаю за промоушен, так что работаю в отделе стратегической коммуникации. В офисе в основном занимаются члены команды, а я больше по выездной части: встречи со спортсменами, спонсорами, рекламодателями и так далее. — То, что вы так часто ходите на игры, это тоже часть работы? — уточнила Мидзуки. — Да, — кивнул Куроо, — я ищу там спонсоров для продвижения волейбола. — А со спортсменами вы договариваетесь, чтобы они продвигали волейбол? — спросила девушка. — Конечно, их игра уже продвигает волейбол, но одной игрой не привлечь массы. Нужно общаться со СМИ, делать рекламу. Я организую интервью для спортсменов, иногда договариваюсь насчет их появления на шоу. Если есть возможность продвинуть волейбол, я стараюсь ее использовать. Даже Кенму иногда прошу помочь, — рассказывал Куроо. Дойдя до третьего этажа, Куроо приоткрыл дверь и пропустил девушку вперед. Кабинет был не таким, каким представляла его себе Мидзуки: небольшая комната с диваном посередине и большим рабочим столом. Больше напоминал офис главного редактора, но стол Куроо был чистым, только компьютер и несколько фигурок волейбольных игроков. Куроо предложил Мидзуки присесть на диван и сам пошел варить кофе. Заранее спросив, какой она пьет, он приготовил для нее обычный американо, поскольку кофемашина тоже имелась в кабинете. Заварив две кружки кофе, одну он поставил перед девушкой, а с другой сел за свой рабочий стол. Отпивая бодрящий напиток, Мидзуки думала, с чего начать разговор. Ей понравился главный офис ассоциации: чистый и тихий, что было приятно после шума издательства. Она мечтала о тишине, и здесь это было достижимо. Работа в издательстве ей тоже нравилась, но в последнее время там часто не хватало тишины. — Как тебе мой кабинет? Правда шикарный? — с гордостью спросил Куроо. Ему действительно нравилось его рабочее место. — Здесь так тихо, даже как-то непривычно. В издательстве всегда шумно, все время кто-то куда-то торопится или что-то обсуждает. — У нас редко бывает шумно. В основном возле волейбольного корта. В офисе тишина и покой. Если будешь у нас работать, возможно, твой стол будет в моем кабинете, — предположил Куроо. Мидзуки внимательно слушала, не отвечая. — Я думал о том, какую работу тебе поручить, — продолжил Куроо. — Ты ведь журналистка, и прекрасно знаешь как работать с людьми. К тому же дедлайны тебя не пугают. Маркетинг и реклама для тебя не незнакомые вещи. Несмотря на разные конечные продукты, что журналистика, что реклама, все мы занимаемся привлечением аудитории. — Но вы ведь можете заняться аутсорсингом, как делаете с дизайнами одежды или логотипов, — предложила девушка. — Да, мы тоже так думали, — не стал отрицать Куроо, — Вот только каждый раз нанимать людей извне затратно. Плюс работы у нас навалом. Например, нашим сайтом и новостями нужно заниматься ежедневно. Обновлять новости, писать посты и делать подборки. — Так разве нет желающих работать на этой должности? — Желающих много, но большинство из них либо без опыта, либо хотят работать из-за знаменитых спортсменов, — говорил Куроо. Он уже искал людей на должность СММ-менеджера, но большинство не подходили. Поэтому он временно оставил эту затею, пока не встретил Мидзуки. Сначала он думал об обычном сотрудничестве, но узнав, что она еще официально не устроилась, решил перетянуть ее к себе. — Но моя специальность не совсем подходит к этой работе. Я пишу статьи или колонки для журналов и редко занимаюсь пиаром. — Ну так попробуй разок, — предложил Куроо. — Я думаю, ты отлично справишься. К тому же журналистика — это одна из побочных специальностей медийной коммуникации. Вас ведь учили составлять планы для бизнеса или пиара компании? — Я училась этому на первом году и не помню всего. — Ты способная девушка, я в тебе не сомневаюсь, — похвалил Куроо, — Нам также нужны промоутеры, как я, которые будут искать способы продвижения. Журналисты не только пишут и ищут информацию, они ведь еще ведут переговоры. Я знаю, что для работы журналистом нужно знать как минимум один иностранный язык. Ты знаешь какой-нибудь? — Английский в совершенстве, — ответила Мидзуки. — А еще учила испанский год, но уже подзабыла. — Это отлично, — засиял мужчина, — Мы часто ездим по миру и договариваемся о сотрудничестве с другими ассоциациями. В наше время знать английский — это основа, но другие языки всегда приветствуются. — Ясно, — кивнула девушка и продолжила слушать рассказы о работе в ассоциации. Ей казалось, что это все так просто, но в душе она понимала, что работа Куроо не легче ее в издательстве и требует больших усилий. Сравнивая две разные, на первый взгляд, специальности, она находила общие черты в этих работах и пока не знала, куда ей стоит идти. Четыре года учебы на журналиста маячили перед глазами, и ей не хотелось, чтобы ее старания и труды пропали зря. Но с другой стороны, она понимала, что нигде больше не найдет такого шанса работать так близко к спортивным событиям. Несмотря на то, что поначалу волейбол не был ей интересен, спустя неделю общения со спортсменами и написания статей, она прониклась этим спортом. Теперь она путалась в своих желаниях: продолжать работать в издательстве и писать о всех спортивных событиях или стать одним из промоутеров волейбола в Японии.

***

После экскурсии по офису ассоциации, Мидзуки возвращалась домой совершенно измотанной. Куроо весь вечер нахваливал работу в ассоциации, рассказывая о многочисленных привилегиях и бонусах в виде зарубежных командировок. Хотя издательство тоже предлагало заграничные поездки, но в основном они доставались более опытным коллегам, работающим там уже несколько лет. Мидзуки постоянно сравнивала свои шансы на карьерный рост как журналиста и не могла решить, стоит ли принимать предложение Куроо. Пока что он единственный, кто так высоко оценивал ее работы и хвалил ее. В издательстве, казалось бы, её тоже ценили, но в связи с последними событиями девушка осознала, что она всё ещё временный сотрудник. И даже после официального устройства пройдет немало времени, прежде чем её труды будут признаны. Дорога домой заняла тридцать минут на общественном транспорте. На улице стояла тёплая погода, и хотя летом в Токио обычно невыносимая жара, сегодня было приятно прогуляться. С этой мыслью девушка вышла из метро и направилась в сторону парка. В прошлый раз она не смогла там спокойно отдохнуть, но сейчас надеялась, что никого не встретит. Идя по узкой тропинке вдоль парка, Мидзуки искала своё секретное убежище. Это место в самой глухомани парка, где стояло несколько лавочек, спрятанных за деревьями. Туда редко кто заглядывал, и Мидзуки часто удавалось оставаться там одной в тишине. Всю неделю быть в гуще спортивных событий сильно выматывает, поэтому эта тишина и спокойствие были ей особенно необходимы. Наконец достигнув своего места, она села на самую дальнюю скамейку, отметив про себя, что в парке довольно-таки много людей. «Наверное, из-за хорошей погоды все вышли прогуляться,» подумала она. Сидя на скамейке, она погрузилась в свои размышления. Вечерело, и лёгкий ветерок колыхал листья на деревьях. Вдали слышались голоса детей, играющих на площадке, но это нисколько не мешало девушке. Через пару минут она перестала замечать окружающий мир, и все голоса отошли на задний план. Погруженная в мысли, Мидзуки не заметила, как стемнело и в парке зажглись ночные фонари. Свет от фонарей освещал все дорожки, поэтому было не страшно возвращаться одной или сидеть ночами. Она не заметила, как сбоку появилась мужская фигура. Мужчина стоял рядом и хотел было что-то сказать, но, опасаясь спугнуть её своим низким голосом, остановился. Он узнал в ней журналистку, которую встретил здесь в прошлый раз после первой игры. Вакатоши, как и в прошлую свою прогулку, вышел проветрить голову перед сном. На этот раз он не сильно волновался о своём состоянии, просто неудачная игра заставляла анализировать каждую ошибку и не давала покоя. Он был готов выпить снотворное, лишь бы поскорее уснуть, однако передумал, осознавая последствия каждого лекарства. Остановившись на варианте с прогулкой, он шёл по знакомому маршруту, не подозревая, что может снова встретить здесь журналистку. В последнее время она часто попадалась ему на глаза, и это казалось естественным, учитывая её род деятельности. Но встречаться с ней за пределами арены для него было чем-то необычным. Все ещё раздумывая, как её окликнуть, он решил встать перед ней, полагая, что это не испугает её. Но время суток играло против него, и девушка, заметив высокую фигуру перед собой, резко встала и ударила спортсмена ногой. Тот, не ожидая такой реакции, отступил на шаг и погладил место ушиба. Мидзуки хотела убежать, но вдруг узнала в нём капитана сборной. Он стоял уже чуть дальше, потирая рукой место удара. Увидев такую картину, ей стало стыдно за свой поступок, хотя изначально она сильно испугалась. Опустив голову, девушка заговорила: — Ушиджима-сан, простите, я не хотела. Вы так резко появились, — все ещё склонив голову, говорила Мидзуки. — Ничего страшного, всё в порядке, — успокаивал он её, — это я виноват, что напугал тебя. Наконец подняв взгляд, Мидзуки встретилась глазами с Вакатоши. Тот не злился, наоборот, смотрел с виноватым взглядом. Он первым ее напугал, и ему стоило ожидать такой реакции. — Действительно, вы сами виноваты, — уже спокойнее ответила девушка. — С ногой всё в порядке? — Да, всё в порядке, — заверил её капитан, хотя сам был уверен, что синяк всё-таки появится. Девушка ударила прямо по кости, что не могло пройти бесследно. — Хорошо, — с облегчением вздохнула она. — Зачем вы пришли сюда? — Решил прогуляться перед сном, — ответил Вакатоши. — А вы? — Тоже, — коротко ответила она. Разговор, как и в прошлый раз, не клеился, и ожидать какой-то инициативы от мужчины девушка не стала. Она понимала, что между ними нет никаких дружеских отношений и опять почувствовала неловкость. Собираясь уйти, она услышала его голос: — Вы действительно хотите работать на ассоциацию? — вопрос прозвучал резче, чем он планировал, но Вакатоши ничего не мог поделать со своей привычкой говорить прямо. — Что простите? — не ожидая такого интереса, Мидзуки переспросила. — Я спросил, хотите ли вы работать на волейбольную ассоциацию? — повторил вопрос Вакатоши. Удостоверившись, что не ослышалась, Мидзуки решила ответить честно. — Я пока точно не решила, — призналась она. — Понятно, — ответил капитан. Такой же ответ он слышал в раздевалке, но тогда ему показалось, что девушка соврала, придя лишь ради информации, — Вы всё ещё думаете, принять предложение Куроо или нет, или пользуетесь возможностью, чтобы собрать информацию? Мидзуки стало не по себе. Её только что обвинили в шпионаже, хотя она даже не допускала такой мысли. Да, придя в раздевалку, она узнала много нового, но у неё не было намерения писать об этом. Более того, она была временно отстранена от написания статей. Последний факт сильнее всего заставлял девушку закипать от злости. — Вы действительно так обо мне думаете? — злобно взглянув на мужчину, выпалила она. — Да, вы ведь журналистка, — не понимая её злости, ответил он. — Но это не значит, что я пишу обо всём, что слышу, — возмущённо ответила она, размахивая руками, — Я ведь сказала, что пришла как гость. — Я вас чем-то задел? — Вакатоши не понимал, почему девушка злится. Он лишь хотел уточнить, зачем она пришла сегодня. Опыт работы со СМИ учил его фильтровать информацию в присутствии посторонних, и девушка была таковой. — Вы ещё спрашиваете, — ухмыльнулась она. — Только что назвали меня шпионом, несмотря на то, что я честно призналась в своих намерениях. — Я не говорил, что вы шпион, — стал отрицать мужчина, — Я лишь спросил, собираете ли вы информацию, пользуясь случаем. — Разве это не одно и то же? — Разве? — удивлённо поднял брови мужчина. Девушка перестала понимать его намерения и разозлилась ещё сильнее. Каждая их встреча оборачивалась недопониманием. — Ладно, я не шпион. И не собираю информацию. Вы, наверное, уже знаете, Куроо-сан должен был рассказать, — стала объясняться она, — Он предложил мне работу в ассоциации, продвигать волейбол так же, как он. Я ходила за ним весь день, наблюдая за его рабочим процессом. К тому же, меня отстранили от интервью и других задач. — Понятно, спасибо, — кивнул Вакатоши, убедившись в словах Куроо и перестав опасаться, что она напишет что-то в журнале. У него образовалась привычка уточнять все факты, которые он слышит от кого либо, чтобы в будущем не происходило всяких недопаниманий. — Это всё? — устала спросила Мидзуки. Эти эмоциональные качели за несколько минут разговора измотали её. В начале ее напугали, потом ей стало стыдно за удар, а под конец ее вывели из себя сказав что она шпион. И все это сделал один человек, причем неосознанно, что утомило её. — Да, — ровно ответил капитан и начал разворачиваться, но передумал уходить. Несмотря на не позднее время, стояла ночь, и он не мог оставить её одну, — Я вас провожу. — Не стоит беспокоиться, я живу рядом, — напомнила она, надеясь уйти одна. На прощание поклонившись, она стала обходить мужчину. Вакатоши, воспитанный в духе хороших манер, пропустил её слова мимо ушей и пошёл рядом. Мидзуки хотела отговорить его, но поняла, что с капитаном это бесполезно. В прошлый раз он настоял на своём, и теперь было так же. Молча идя в сторону дома, они шли совсем рядом друг с другом, временами поглядывая по сторонам. Вакатоши хорошо запоминал местность: стоит ему один раз пройти маршрут, он отпечатается в памяти навсегда. Выйдя из парка, они пересекли светофор и вышли на соседнюю улицу, где стояли многоэтажки. Среди них был дом Мидзуки, к которому мужчина проводил её и собирался уйти обратно. С лицевой стороны домов находилась небольшая парковка и проезжая часть. Наконец дойдя до своего подъезда, Мидзуки повернулась к Вакатоши, который стоял в шаге от неё. Подняв взгляд на мужчину, она поняла, что тот смотрит на неё и ждет, когда она войдет в подъезд. «Вот же упёртый. Неповезло его девушке,» промелькнула у неё в голове мысль, ведь мужчина даже не собирался уходить. Понимая, что сопротивление бесполезно, она хотела было подняться по ступенькам и попрощаться с ним у двери подъезда, как вдруг заметила черный минивэн на стоянке. Раньше его здесь не было, по крайней мере, она не заметила его по пути домой. Опущенное окно с их стороны почему-то напрягло её. Но девушка поборола чувства тревожности, ссылаясь на усталость и поднялась по лестнице к двери подъезда. Уже оттуда она попрощалась с мужчиной, сказав: — Спасибо, что проводили, и осторожно по пути обратно, — сказала девушка скрываясь за металлической дверью. Вакатоши, проследив за тем, как девушка вошла, повернулся и ушёл обратно, не обращая внимание на припаркованный минивэн. Молодые люди не осознали, что их только что запечатлел на камеру папарацци и завтра их ожидает крайне неприятная новость, после которой обоим не останется иного выбора, кроме как принять неизбежную реальность.