Грани вечной ненависти

Империя Мести

С каждым днем, проведенным в бесплодных поисках, тень на лице кардинала Риккардо Бароне сгущалась. Его дочь, его чистейшая, воспитанная в строжайшей вере Нова, исчезла. Он превратил собор в подобие осажденной крепости, допрашивая каждого слугу, каждого стражника, но все давали одно и то же показание: в ту ночь она не покидала священных стен. Это была загадка, от которой холодный ужас сковал его душу. Если она не выходила, значит, она все еще где-то здесь. Или... случилось нечто, выходящее за рамки его понимания. Его шаги, отмеряющие бесконечные круги по мрачным коридорам, в конце концов привели его в скрипторий, где под светом единственной лампады трудился отец Иоасаф. — Иоасаф, — голос Риккардо прозвучал глухо, нарушая благоговейную тишину. — В ночь нашего отъезда... алтарь. Ты запер его? Старый священник медленно поднял на него свои мутные глаза и отложил перо. — Алтарь всегда заперт, Ваше Преосвященство. Как и то, что сокрыто за ним. Он помолчал, его пальцы с выпирающими суставами провели по странице. — Забыл вам поведать, была одна странность. Некоторое время назад ваша дочь подошла слишком близко. Увидела Портал. Но я отчитал ее, и она... сделала вид, что не придала этому значения. Было странно, но я счел это простым любопытством. Риккардо замер. Кровь отхлынула от его лица, оставив кожу мертвенно-бледной. Он не проронил ни звука, но в его глазах вспыхнуло и тут же погасло осознание, столь ужасное, что он едва устоял на ногах. Он не стал ничего говорить Иоасафу. Не бросился к Императору с этим знанием. Нет. Этого знать не должен был никто. Коротко кивнув священнику, кардинал развернулся и вышел. Он прошел в свои личные покои, запер дверь и опустился перед небольшим распятием. Но на этот раз его молитва была иной. Это был не просительный шепот, а безмолвный обет. Он знал, что произошло. Теперь оставалось самое сложное — найти способ самому пройти в Вуаль. Незаметно. Без лишних глаз, которые доложили бы Марку. И без лишнего шума, который мог бы погубить Нову раньше, чем он успеет ее найти.

***

Империя Тени

За массивным столом шло обсуждение. Аньес держала ответ перед своим Повелителем. — Они вернулись, Ваше Величество. Все до одного, — её голос был твёрд, но в нём слышались отзвуки недавней тревоги. — И я даю слово: отныне ни один из моих подопечных не ступит на чужую землю без вашего прямого приказа. Никаких своевольных решений. Под столом её руку сжимали пальцы Люсьена. Он водил большим пальцем по её костяшкам, скрывая собственную напряжённость. Он ожидал от Лестата леденящего гнева, который испепелит воздух. Но Император, восседавший в своём древнем обличье, лишь медленно склонил голову, и его иссохшая шея хрустнула. — Принято к сведению, — проскрипел он, и в зале выдохнули все, кто затаил дыхание. Именно в эту секунду хрустальную тишину разнёс отточенный щелчок пальцев. Все взгляды метнулись к источнику звука. Розали Эбенхольц, словно роковая тень, отделилась от колонны и вышла на «сцену». Она с наслаждением прошлась вокруг стола, её плавная походка была вызовом самой себе. — Милые мои, — её голос был сладким, — пока вы тут решали судьбы империй, я собрала кое-какие... сплетни. Или факты? Ах, какая разница, — она облизнула кончики своих длинных, белоснежных клыков, задерживая внимание на каждом. — В Вуали завелась птичка. Маленькая, перепуганная... и чужая. Совсем не оттуда. Она сделала паузу, обводя присутствующих томным, игривым взглядом. Её губы изогнулись в наигранной гримасе огорчения. — Вам вообще интересно? Или я зря старалась? — Хватит театра, Розали! — не выдержала Аньес. — Говори уже! Вальяжная вампирша рассмеялась — коротко и звонко. — Ладно, ладно. Скажите-ка мне, откуда эта пташка, по-вашему? Константино пробурчал, не глядя на неё. — Из Империи Мести. Больше ей взяться неоткуда. — Браво, генерал! — Розали стремительно подлетела к нему и, нагнувшись, звонко чмокнула его в щёку. — Именно оттуда. Но это не всё. — Она отступила на шаг, её глаза заблестели. — Её папочка, говорят, весьма известная личность. Некий... Риккардо Бароне. Кардинал. В этот момент на лице Лестата Нортмана проступила медленная, беззвучная ухмылка. Он словно пробудился от вековой дремоты. Но Люсьен, до сих пор хранивший молчание, нахмурился. — Как это возможно? — спросил он, его аналитический ум отказывался принимать абсурд. — Она же обычная смертная. Дочь фанатика. Как она могла пройти через их охрану и оказаться в Вуали? Розали закатила глаза, её терпение по отношению к чужой наивности иссякло. — О, дорогой Люсьен, — с насмешкой протянула она. — Вам, как и всем, лишь кажется, что она «обычная». Разве смогла бы девчонка из Мести проделать такой путь? Нет. Значит, в этой истории кроется нечто куда более... пикантное. И, возможно, куда более полезное для нас.

***

Империя Вуали.

Нервы у Новы были натянуты до предела. Бесконечные часы в заточении переполнили чашу ее терпения. Она распахнула дверь своих покоев и, не глядя на стражу, бросила резко и громко. — Мне к Императрице, сейчас же. Хватит этого молчания! Не дожидаясь ответа, она ринулась вперед по знакомому коридору, подол ее платья развевался. — Не туда! — донесся до нее оклик одного из стражников. — Покои Ее Величества в другой стороне! Нова, не сбавляя шага, резко развернулась и понеслась в указанном направлении. Она взбежала по последней лестнице и оказалась перед монументальными, казалось, неприступными дверями из темного дерева и серебра. Не раздумывая, она уперлась в них плечом. Дверь не поддалась. Она толкнула снова, отчаяннее, чувствуя, как в глазах темнеет от ярости и беспомощности. — И зачем выламывать дверь, — раздался за ее спиной холодный, узнаваемый голос, — если можно просто постучать? Нова замерла, медленно оборачиваясь. Перед ней стояла Веспер Кейн. Императрица выглядела так, будто только что сошла с обложки светской хроники: безупречный белый костюм, подчеркивающий стройность фигуры и слегка открывающий грудь, высокие каблуки и водопад блондинистых волос, лежащих на плечах. Ее взгляд был одновременно насмешлив и полон любопытства. Не говоря ни слова, Веспер легким движением отстранила Нову в сторону. Щелкнула пальцами, и дверь окутало ядовито-зеленое пламя, бесшумно распахнувшее ее. Нова стояла смущенная. Весь ее боевой пыл испарился, уступив место ошеломлению. Она забыла, зачем пришла. Ее взгляд невольно задерживался на Веспер, на этой ослепительной, пугающей красоте. Кейн заметила этот пристальный взгляд. Она едва заметно закатила глаза, но в ее взгляде мелькнула тень не то раздражения, не то досадливого интереса. — Ступайте, — бросила она через плечо страже, не глядя на них. — Я сама провожу нашу гостью, когда она соизволит вспомнить, зачем пожаловала. Затем повернулась к Нове, ее тонкие, холодные пальцы мягко, но неумолимо обхватили ее запястье. — Идем, — коротко приказала Веспер и потянула ее за собой в свои покои. Пройдя внутрь, Нова замерла на пороге. Покои Императрицы были больше похожи на роскошные апартаменты, разделенные на две зоны. Слева располагался кабинет: стены, уставленные книгами в темных переплетах, массивный дубовый стол, заваленный бумагами, и высокое, словно трон, кресло. Справа же открывалась спальная зона с огромной кроватью под струящимся балдахином и зеркалом во всю стену, в котором их отражения казались призрачными пятнами в императорском величии. Неловкое молчание затягивалось. Нова, чувствуя себя непрошеным гостем в этом святилище власти, наконец выдавила. — Как... как ваши дела? Веспер приподняла идеально очерченную бровь, в ее глазах мелькнуло чистое изумление, быстро сменившееся привычной насмешкой. — Полагаю, в данный момент куда актуальнее вопрос, как дела у тебя, — парировала она, направляясь вглубь комнаты. Она грациозно опустилась в кресло, закинув ногу на ногу, и указала на бархатный диван рядом. — Присаживайся. Не стой как на допросе. Нова послушно опустилась на край дивана, спина ее была неестественно прямой. Веспер тем временем извлекла из серебряного портсигара длинную тонкую сигарету и, щелкнув пальцами, прикурила. Дым окутал ее бледное лицо дымкой. — У меня для тебя новости, — начала она, выдыхая струйку дыма. — Прямо касающиеся твоей жизни. И, боюсь, ты не готова их услышать. Внутри Новы что-то надломилось. Дни страха, неопределенности и это постоянное хождение по краю тайны переполнили ее. — Я готова ко всему. — выпалила она, и в ее голосе впервые прозвучала не робость, а сталь. — Говорите прямо! Веспер внимательно посмотрела на нее через дым, и уголки ее губ поползли вверх в ухмылке. — Хорошо. Прямо, так прямо. — Она сделала небольшую паузу для драматизма. — Ты, будучи обычным, хрупким человеком, пройдя через Портал, должна была быть разорвана на атомы. Мягко говоря. Она позволила словам повиснуть в воздухе. — Портал — не дверь. Его могут пересекать без вреда только те, в ком течет мощная магия, достаточная, чтобы синхронизироваться с его энергией. Как правило, это Императоры и их ближайшее окружение. Ты, моя дорогая, к таковым не относишься. Можно было бы списать все на сбой, но... нет. Он работал идеально. Нова почувствовала, как у нее похолодели пальцы. — Почему... почему тогда я выжила? — прошептала она. Веспер тихо рассмеялась, и в ее смехе слышалось невеселое торжество. — Отличный вопрос. Давай разберемся по порядку. Отец? — она сделала жест рукой, будто отмахиваясь. — Риккардо Бароне. Его знаю. Фанатик до мозга костей, его кровь и душа чисты от магии. А мать? Нова опустила взгляд. — Ее не стало, когда я рождалась. Отец говорил... она была обычной служанкой в соборе. — Как трогательно, — безжалостно протянула Веспер. — А теперь подумай. Замечала ли ты за собой что-то... необычное? Что-то, что не вписывалось в твой «обычный» уклад? Нова уже было собралась отрицать, но слова застряли в горле. Воспоминания нахлынули волной: чтение запретных книг в библиотеке, упоминания Империи Вуали, арка в алтаре... и всегда — легкое головокружение, странный прилив энергии и.… — Глаза, — выдохнула она, поднимая на Веспер испуганный взгляд. — Иногда... в отражении... они становились не карими, а... янтарными. Она произнесла это вслух впервые, и от этого признания по коже побежали мурашки. Веспер медленно затушила сигарету, ее взгляд стал пристальным. — Вот мы и подобрались к сути, — тихо произнесла она. — Твоя покойная матушка, похоже, была не такой уж «обычной» служанкой. Кейн поднялась с кресла, её силуэт чётко вырисовывался на фоне огромного окна, за которым мерцали звёзды купола. — Почему... — голос Новы сорвался на шёпот, она подняла на Веспер глаза, полные страха и мольбы. — Почему это происходит со мной? — Потому что, милая, — Веспер не обернулась, её взгляд был устремлён в ночь, — ты не просто девушка из Империи Мести. Ты, по совместительству, ведьма. Метис. Слова прозвучали как приговор. Глаза Новы расширились, наполняясь ужасом, а следом — жгучими, предательскими слезами. Она слышала проповеди, читала указы. Она знала, какая участь ждёт таких, как она, на её родине. Костры, расправы, ненависть. Веспер наконец обернулась. Увидев слёзы, катящиеся по бледным щекам, она на мгновение замерла. Затем, с неожиданной мягкостью, она опустилась на диван рядом с Новой и подняла руку. Холодные пальцы коснулись её кожи, осторожно стирая влажные дорожки. Нова вздрогнула от прикосновения, но не отстранилась. Она смотрела в глаза Веспер — серо-голубые, глубокие, как туман. — Вы... убьёте меня сейчас? — прошептала она, и в её голосе слышалась не только боязнь, но и странное, щемящее доверие. Веспер резко, почти с раздражением, отвела руку. — Я не убиваю своих. В отличие от твоих «соплеменников» из Мести, — в её голосе прозвучала горькая усмешка. — Я всегда считала, что каждый имеет право на жизнь. Эти варварские казни... они никогда не находили во мне отклика. В этот момент Нова, сама того не осознавая, снова коснулась руки Веспер — лёгкое, робкое прикосновение. — Они убьют меня там, — выдохнула она, и новая волна слёз хлынула из её глаз, когда она представила отца, Ренато... всех, кто сейчас ищет её, не зная, что ищут чудовище. — Они убьют меня, если узнают... — Успокойся, — голос женщины прозвучал твёрже. — Ты лишь накаливаешь и без того напряжённую ситуацию. Ситуацию, которую ты сама и создала, появившись в моей Империи. Нова сглотнула ком в горле, пытаясь взять себя в руки. — Но... как? Как я могу быть ведьмой, если у меня никогда не было никаких способностей? Веспер ухмыльнулась, и в её глазах вспыхнул знакомый огонёк азарта. — Твои силы не отсутствовали, Нова. Их сдерживали. Слишком долго и слишком жёстко. Чтобы пробудить их, потребуются тренировки. И немалые. — Она сделала паузу, изучая девушку. — У каждой ведьмы — своя магия, своя стихия. Узнать, в чём твоя сила, за пять минут не выйдет. Нужно время. — А какая магия у вас? — робко спросила Нова. Вопрос, казалось, застал Веспер врасплох. Она на мгновение сжалась, её плечи напряглись, а взгляд стал отстранённым и закрытым. — Я... тренирую каждую стихию понемногу, — уклончиво ответила она, вставая и отходя обратно к окну, разрывая хрупкую нить доверия, что едва успела протянуться между ними. — Этого достаточно. Императрица стояла у своего стола, перебирая свитки, её поза выражала нетерпение. — У меня дел по горло, — голос Веспер прозвучал резко, возвращая Нову в суровую реальность. — Твоя единственная задача сейчас — разобраться в себе. В этом тебе поможет Назима. Спускайся к главному выходу, тебя встретят. Она бросила на Нову короткий, оценивающий взгляд. — И готовься. Скоро «благодетели» из Мести начнут тебя искать. И в Вуаль пожалуют гости, которых я не приглашала. Тебе предстоит самой выбрать, что делать, когда это случится. Нова задержалась взглядом на силуэте женщины, озаренном мерцанием звездного купола. В её сознании боролись противоречивые чувства. Как эта женщина, настоящая Императрица, холодная и безжалостная, может относиться к ней, чужой и незваной, с такой... не то, чтобы добротой, но с каким-то странным вниманием? Это недоумение, однако, тонуло в волне облегчения. Веспер, пусть и сурово, но давала ей надежду. Защиту. Шанс выжить. Инстинктивно, ища опоры, Нова перекрестилась и прошептала короткую молитву, прося у своего Бога сил и защиты в этом чужом и грешном месте. — Прекрати. — голос Веспер заставил Нову вздрогнуть. Императрица повернулась, и её взгляд был ледяным. — Не смей молиться в моих покоях. И никогда не делай этого при мне снова. Стыд и страх обожгли Нову. Она опустила глаза, сжимая руки в кулаки, и молча направилась к выходу. Но на пороге обернулась, последний вопрос застрял у неё в горле. — А... а что за крики были ночью? — тихо спросила она. — Разве в этой части дворца кто-то живёт, кроме вас? Веспер замерла. Её лицо ничего не выражало, но в воздухе повисла тяжёлая, гнетущая тишина. — Не выходи из своих покоев ночью. Это… для твоего же блага. Тон Императрицы не допускал возражений. Слова прозвучали не как просьба, а как последнее предупреждение. Нова, сжавшись, кивнула и поспешно вышла.